Русская линия
Русская линия Родион Юрьев19.05.2012 

Практические вопросы о десятине

Обсуждают вопрос о десятине — как-то вдруг и широко. Никаких сомнений по поводу того, что десятину платить надо, у меня нет. Но есть вопросы, которые надо разъяснить нам, прихожанам.

С чего платить и кому?

Родион Юрьев
Родион Николаевич Юрьев

Во-первых, с чего надлежит платить десятину. С доходами наёмных работников всё ясно — есть зарплата, — с неё и плати. Но вопрос всё равно остаётся — платить ли с «чистой» суммы — то есть после уплаты всех налогов или с «грязной» (до уплаты)? Сложнее с самозанятыми и предпринимателями. У них формально общая сумма доходов может быть большой, но значительно больше и расходы (на выплату зарплат, прочих вознаграждений, расходы на закупку, аренду, налоги). Следует ли их вычитать из суммы облагаемого десятиной дохода или нет? Ещё момент, касающийся «десятинооблагаемой базы» — имущество. Облагается оно отдельно или нет? Если у меня есть квартира, которая сколько-то стоит, — требуется ли её облагать также? Это не столько к квартирам имеет отношение, сколько к разного рода акциям. Ведь многие миллионеры и миллиардеры не являются таковыми в смысле наличия у них денег, — они только владеют соответствующими пакетами акций, которые лишь оцениваются на рынке в какую-то цену.

Во-вторых, что считается десятиной? Этот вопрос нужно осветить с нескольких сторон — с точки зрения субъекта: кто может быть получателем десятины: приход, благотворительное церковное учреждение, конкретный священник или нуждающийся человек? С точки зрения наличия встречного предоставления — можно ли считать пожертвованием в смысле десятины, если оно предоставляется в обмен на: свечи, поминание, молебен? Или десятина — это только абсолютно безвозмездный платёж (не связанный, например, с поминанием на проскомидии)? Можно ли десятину сдавать не только в один приход, но в разные, — будет ли она складываться или нет?

Десятина и управление приходом

Почему-то к вопросу о десятине пытаются привязать вопрос об управлении приходом. По-моему, это попытка внедрить в Церкви лживое выражение «деньги налогоплательщиков». Никаких «денег налогоплательщиков» не существует. Есть деньги, принадлежащие частным лицам, а есть деньги, принадлежащие государству. Государство (как и Церковь) является самостоятельным субъектом, и не обязано ни отчитываться перед своими гражданами (прихожанами), ни вообще связывать себя какими-либо обязательствами, в том числе финансовыми иначе, как по собственному усмотрению. Если наше государство решило когда-то в 1905-м году, что будет публиковать бюджет и утверждать его при участии некоей общественности, то это не значит, что оно не может передумать и это право у общественности отобрать. Никаких дополнительных прав уплата налога гражданину не даёт и давать не может. Наоборот, не уплата приведёт его в тюрьму. То же касается и уплаты десятины. Платишь десятину — молодец, откладываешь капитал в Царствии Небесном. Ни малейших дополнительных прав по этому поводу у тебя не возникает, никаких, например, прав «голоса в жизни прихода». То, что за рубежом платящие прихожане контролируют расходы своих приходов — лично для меня — такое же извращение, как сама демократия. Как это, интересно, я буду задавать вопрос батюшке: «Вот кружечного сбора в этом месяце было 100 000 рублей, 20 000 я вижу, потрачены на электричество и отопление, а где ещё 80 000?» И что же, батюшка, настоятель, какой-нибудь маститый протоиерей, например, о. Димитрий Смирнов, будет должен мне давать отчёт в этом? Да это будет просто хамство с моей стороны даже думать о таких вопросах. Это, опять же повторюсь, не мои деньги, и не деньги прихожан, а деньги прихода, а глава этого прихода — настоятель и никто из прихожан не вправе ему задавать подобных вопросов. Если «у них там» на Западе что-то по-другому, — это их проблемы, а не наши.

О приходской жизни

Много сейчас беспокойных высказываний об отсутствии привязанности прихожан к конкретному приходу. Мне не кажется это проблемой вообще. Миряне участвуют в Литургии, во Всенощной, в прочих Богослужениях. Какая разница — в каком храме? Разве от того, что мирянин сегодня пришёл в один храм, а завтра — в другой, Литургия стала для него другой?

Другое дело — хорошо, когда в приходе есть община, которая как-то вне Литургии ещё составляет общение между прихожанами. Многим людям это нужно, ценно, и для них важно объединяться, ездить вместе в паломничества, делать благие дела совместно с другими. Но это не значит, что это единственно верный путь к спасению, даже, по моему личному мнению, это вообще не имеет прямого отношения к спасению, — есть общинная жизнь на приходе или нет и является конкретный мирянин членом такой общины или нет. И не всем нужна эта общинная жизнь. Ведь существуют общежительные монастыри, а есть скитский устав, есть монастыри, в которых всё общее (сейчас такие более распространены в России), а есть — своекоштные (Пюхтицкий, например). В хозяйственном, бытовом отношении, в общежительном сейчас легче, в своекоштном — тяжелее, но к святости можно идти и там, и там.

Лично я стараюсь держаться на некотором расстоянии от приходской жизни в городах. Подойдёшь ближе — неизбежно будешь вовлечен в водоворот местных событий, будешь терпеть искушения, — для этого нужно много терпения и умения не слышать и не видеть грехов своего брата, а этому мне — учиться и учиться. Да это и не нужно никому. Реально костяк обычного городского прихода — это батюшка и его помощники: свещницы, алтарники, хористы, уборщицы. На мой взгляд — это очень правильная организация, потому что настоятель такого прихода — и начальник, и отец, и пастырь. Это значит, что никто ему не имеет права перечить, и отчитываться он должен не перед уборщицей или мной (а чем я лучше этой уборщицы?), а перед епископом. Именно епископ имеет право спрашивать с настоятеля и в финансовом, и в духовном отношении. Есть какие-то претензии у прихожан — обличите его лично, обличите публично, а потом — пишите правильный донос в епархию, епископ разберётся. Но вообще-то писать доносы епископу, опять же, по моему мнению, возможно только в том случае — если священник отвергает Православие (то есть уходит в какой-нибудь раскол, проповедует ересь или совершает какое-то страшное личное преступление, совершенно выходящее из ряда вон). Во всех остальных случаях — не нравится, — иди на Литургию в соседний храм. Лично меня вообще не интересуют слухи, так сильно волнующие интернет-аудиторию (подозреваю, что в большинстве — неверующую) — часы, квартиры, «жирные попы на мерседесах». И даже если представить, что настоятель храма, куда мы обыкновенно ходим, будет тратить деньги храма на некоторые излишества, — покупать автомобили и вообще роскошествовать, — я не осмелюсь поставить ему это в вину. Для меня — это его личное дело, не касающееся меня ни в коей мере, и даже переходить из-за этого в другой храм я не буду и исповедоваться ему же и буду.

Вообще-то случаи заимствования из церковной кассы мне кажутся фантастическими плодами больного воображения людей, далёких от Церкви. Объясню, почему. Начну с того, что я в храм хожу с младенчества, и за 30 с лишним лет посещения множества церквей в разных городах России и за рубежом ни разу нигде не видел ни одного «жирного попа на мерседесе» . Могу это засвидетельствовать под присягой. Толстых батюшек видел, иномарки видел, но чтобы вот какую-то роскошь — не видел нигде и никогда. Может быть, где-то они и есть, эти «жирные попы», дай им Бог здоровья и спасения, но видели их, в основном, досужие пользователи «живого журнала», а им я не верю. Правда, некоторые и церковные люди мне говорят, что есть такие, ну, может быть, может быть. Подаждь им, Господи, здоровья и спасения!

Но даже если представить себе такого «жирного попа на мерседесе», — как он может приобрести этот мерседес из церковной кассы? Ни в какой церковной кассе не может найтись таких денег. Любой, кто хоть как-то знаком с экономикой приходов, это подтвердит. Если и есть у него мерседес, то это кто-то из прихожан ему подарил. То есть, по-другому сказать, я — подарил батюшке машину, таково было моё собственное решение, а тут кто-то из интернета мне же за это упрекает. Да это моё личное дело, кому и что я дарю, — жене ли своей шубу, детям ли конфеты, священнику ли машину. Если кто-то ставит это моей жене в вину, — это хамство не столько даже по отношению к жене, сколько ко мне. И если батюшку попрекают моим подарком, — то это оскорбление в мой адрес, а не в его. Впрочем, это уже мои теоретические рассуждения, поскольку никаких машин я никому не дарил и сам не имею.

Недавно читал где-то статью, в которой автор критически выражался по поводу своего знакомого батюшки, что у него в контактах забиты телефоны прихожан по признаку их пожертвований — «Мария, колбаса» или что-то в этом роде. По мнению автора, это как-то нехорошо. Но на самом деле об этом надо спросить не автора, а рабу Божию Марию. Мне вот не только не обидно, но, напротив, даже повод некий для гордыни появляется, если мой телефон батюшка запишет как «юрист» и будет позванивать по некоторым вопросам. Если бы я колбасой торговал, — я бы ему с удовольствием колбасу отправлял, а если он и имя моё запишет, — это и вовсе для меня удача, — значит, поминать будет, — а что мне ещё нужно? Даже, между прочим, экономическая выгода мне от этого бы была, потому как у меня, по причина большого количества накопленных предков с 1408-го года в записочках уже давно за 400 имён, это каждая подача на проскомидию 1000−1500 рублей в зависимости от храма, а иные ещё и хотят, чтобы не более 10 имён было на записке (меня поэтому и интересует вопрос о том, входит ли в десятину пожертвование на поминовение). И ежели я такому батюшке эти записочки вручу, и он моих родственников поминать будет, так я уж и вовсе рад буду, пусть хоть по ночам звонит, консультируется.

На селе ситуация другая, — там батюшка один на село, да и весь приход — 3 бабушки, некого в регистрационные документы записать. Страсти, конечно, и среди трёх бабушек разгораются нешуточные, но тут уже деваться некуда, — больше некому. Там поневоле приходится быть членом общины.

Я постарался написать весь текст от первого лица, чтобы не было ощущения, что я присваиваю себе какое-то право говорить от чьего-то имени. Это лишь мои собственные ощущения, возможно, неправильные. А вопросы по поводу десятины — никакие не риторические и не подковыристые, а действительно требующие лично для меня ответа, поэтому я надеюсь, что какой-нибудь уважаемый батюшка их разъяснит популярно, а лучше бы, во избежание разночтений, чтобы было какое-то соборное решение.

http://rusk.ru/st.php?idar=55030

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  

  Р.Н. Юрьев    27.05.2012 22:21
Здравствуйте!
Синодальный период – это, конечно, результат сращивания церковного и государственного аппарата, наиболее ярко выраженный в секуляризации конца 18-го века и введением штатов для монастырей. Поэтому на него ориентироваться уже невозможно, да и даже вредно, наверное, потому что то, что произошло – иначе как обманом не назовёшь: имущество отняли, пообещав взять на содержание, а в результате никакого содержания-то и не оставили (почитайте, как добивался свт. Иннокентий Иркутский штатов по своей епархии и как сам бедствовал, не имея средств к пропитанию).
Что касается допетровской эпохи, то и там я не вижу никакой "демократии". Тут я могу судить по житиям святых, – они много подвергались разным несправедливым гонениям и наветам, – от кого только оные не поступали, – но никогда не было бунтов против них от прихожан, возмущённых неправильными тратами. Вот истории от дарителей были, – но это от частных жертвователей, не от "прихода".
Там была совсем другая организация хозяйства, – всё-таки была феодальная система отношений, крепостные были, и сами по себе деньги не имели того значения, которое они имеют сейчас. И когда приходил какой-нибудь подвижник в пУстыню, окрестные жители, если они были злы, пытались изгнать его по определённой причине – они опасались, что обитель его разовьётся, и ей будут пожалованы окрестные земли, да и они сами станут монастырскими крепостными.
То, что на приходе может быть и желателен отдельный человек на хозяйстве (как в монастыре – казначей или эконом), – это несомненно, вопрос в другом, – каков его статус? Если его статус производен от полномочий настоятеля, – это одно, если настоятель находится на его содержании, – это совершенно недопустимо.
  А. Клыков    23.05.2012 22:40
Виноват. Перечитал своё возражение и решил поправить (полемический задор – плохой советчик) про синодальный период:
конечно же ругу получал священник, приглашённый в ктиторский храм, а в приходских причт получал жалование и как премию – таксированную оплату треб, в том числе и своих трудов при исповеди (к сожалению).
В досинодальный период священник попросту избирался прихожанами и поставлялся епископом и кормился прихожанами.
К слову, и замкнутость "духовному сословию" стала присуща где-то с Екатерининской секуляризации церковных имуществ и запрета на светское образование для поповичей.
Это я о том, до чего доводит администрирование, что светское, что клерикальное.
  А. Клыков    23.05.2012 10:50
Немного о приходском управлении в Синодальный период. Две первые ссылки из тех, что "на поверхности".

Староста утверждался благочинным, конечно (про консисторию я ошибся – управление имуществом не в её компетенции)

«В Русской Православной Церкви в синодальную эпоху Святейший Синод управлял хозяйственными делами через хозяйственное управление, архиерей – через эконома, настоятели монастырей – через эконома. Что касается приходских церквей, то распоряжение имуществом в них возлагалось на причт и старосту как представителя мирян.»
Цыпин В. А. «Церковное Право» Часть III


Церковный староста— поверенный прихода, избираемый при каждой приходской церкви для совместного с причтом приобретения, хранения и употребления церковных денег и всякого церковного имущества, под надзором и руководством благочинного и епархиального начальства. В своей деятельности Ц. староста руководится особою "Инструкцией", Высочайше утвержденною 12 июня 1890 г., и другими постановлениями, подчиняясь во всех своих действиях распоряжениям епархиального начальства. Староста избирается прихожанами на 3 года, с согласия причта, при благочинном, и утверждается в должности епархиальным архиереем.
Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона
  А. Клыков    22.05.2012 22:55
Уважаемый Родион Нколаевич, ответ вышел могословным, но и десятой доли не удалось вместить из того, что хотелось. Очень волнует меня сегодняшняя ситуация в Русской церкви и стране. И в частности, вопрос о власти, властях.

О старосте
История института старосты прихода (оставим не менее традиционного ктитора в стороне) началась не при советах, он известен ещё в Риме и Западном, и Восточном. Старостами избирались, как правило, люди зажиточные, уважаемые и доступные – из «своих» (чтобы можно было спросить с них). Сельский староста на Руси – мужик благочестивый и набожный, утверждался в XIX веке благочинным (или консисторией ?).
То, что после катастрофы 17-го этот институт был использован во зло – не удивительно, ведь и другие церковные установления использовались большевиками для своих нужд – от священства (обновленчество) до соборности (попытка Сталина провести «всеправославный собор» после войны).
От этих спекуляций ни соборность, ни священство, ни общинность нашей Церкви (и институт выборного старосты в частности) не упраздняются.

О «бухгалтере»
Я не оговорил статус «главного бухгалтера» только потому, что говорил о функции – считать деньги. И говорил, говорю и впредь не перестану: не иерейское это дело!
Когда священник начинает торговать, побираться, подряжать и закупать, не уйти ему от лукавства коммерческого. Старосту иерей исповедует и окоротит, если что, а иерея кто окоротит? Епископ? Так Вы и владыку в ген. директора записать готовы, правда ведь?
Умный настоятель знает свою паству и сможет вокруг себя создать сообщество неравнодушных людей, а сам станет получать зарплату, как наёмный служащий, как всю жизнь, всю историю в Церкви и велось: поп получал ругу, этим его экономическое функционирование ограничивалось. Он был духовный устроитель – вдохновитель прихода. Строили, считали и торговали от прихода – прихожане, в первые века – дьяконы (служители столов – попечители о телесных нуждах верных), специально, чтобы освободить апостолов – молиться и учить.
Феномен отца-строителя – чисто монашеский: строительство обители было делом самих монахов (согласно устройству киновии) и на Синае и в Костромских лесах, но и там настоятель, тем более, основатель и строитель обители совсем не обязательно иерей, мало того, часто и не духовник её.
Кстати, и в ветхом Израиле, как Вы помните, «начальник синагоги» отнюдь не раввин, не цадик, конечно и не священник.
Не надо сводить настоятельство к «исполнительному органу» пусть пастырь в духе бережёт стадо, а исполняют потребное для материальной жизни другие. Но о разнице верховной и исполнительной власти – ниже, а пока, прошу понять простую мысль:
Марфа и Мария сёстры, но не одно лицо.
У нас же, как мне кажется, стараются из Марии сделать Марфу, причем без остатка.

О монархии
Вы писали: «… со смертью монарха государство не прекращало своё существование, поэтому, конечно, оно вполне самостоятельно».
Со смертью воина меч не сразу рассыпается в прах. Самостоятелен ли меч?
Со смертью монарха государство не распадалось, только потому, что его (бразды правления) брал в руку наследник. Когда этого не произошло в 17-м, государство уничтожилось.
Монархическая преемственность так или иначе осуществляется не государством, не в государстве и не ради него.
Преемственность престола гарантирована Богом ( в Церкви, Предстоятелем Её) и народом, соборной со-вестью его (Земский Собор). Как Вы понимаете, ни Церковь ни Собор не являются государственными структурами.
Государство – орган только управляющий. То, что нынче исполнительный институт президента (не только РФ, но и, например, в США), изрядно подмял под себя законодательство и суд, не говорит о том, что президент стал верховной властью, каковой был самодержавный Царь (см., например, Л.А. Тихомиров «Монархическая государственность»).
Современный президент – выродившийся абсолютный монарх (не самодержец) – наёмный управляющий – не слишком обременённый конституционной пристройкой. Так же как и римские кесари, и поздние короли Европы, президент правит (de jure) от имени народа и народу подотчётен.
Управляющий же делами прихода в отличие от манипулятора-президента большой страны не может удержать власть без благословения настоятеля с одной стороны и поддержки прихожан – с другой.
На местном уровне народоправие работает. На государственном – нет.
Это, мне кажется, очень важно понять. Это можно вспомнить, заглянув в историю родной страны, особенно в допетровскую, до-абсолютистскую, до-бюрократическую.
Без этого народоправия на местах, в том числе и в приходах не будет здоровой и общерусской церкви. У церкви есть много опасностей, но главная – не расколы и воровство, а полное отделение клира от народа – этот страшный латинский вариант – централизации власти и имущественных прав в Церкви. Это тупик и торжество безответственной и самодовольной бюрократии.
Боюсь, что это то, что предлагаете Вы.
Вы опасаетесь, что, если священник устранится от экономики прихода, то жлоб-работодатель, в которого превратится староста, унизит духовное лицо – настоятеля, начальствуя над ним.
Но лучше ли, если настоятель сам станет жлобом-работодателем, точно уж неподконтрольным приходу, а только вышестоящему работодателю?
Работодатель становится жлобом и хамом тогда, когда с него невозможно спросить. Это же касается и президента.
Впрочем, наши разговоры совершенно теоретические – властная и экономическая централизация в РПЦ – свершившаяся данность.
Идём на запад?
  Р.Н. Юрьев    22.05.2012 00:50
То, что предлагаете Вы, уважаемый А. Клыков, есть реанимация фигуры старосты прихода, созданной в 1920-е годы уполномоченными по делам религии. Часто этого старосту назначали вообще из неверующих, чтобы душил священника как можно больше.
Далее, Вы ошибаетесь в вопросе о статусе бухгалтера. Бухгалтер даже не является материально ответственным лицом в организации (если не совмещает функции кассира). Он вообще не заведует никакими деньгами. Другой вопрос, что по поручению руководителя организации он готовит документы для перечислений и т.п. расходов, изготавливает отчётность и т.п., но это функции – производные от полномочий руководителя. Практически у любого юридического лица из существующих в настоящее время должен быть единоличный исполнительный орган – как уж он там называется, не так важно – председатель, генеральный директор или ещё как-то. Именно через этот орган реализуется воля организации, – то же самое касается и государства. В настоящее время есть единоличный орган – президент, который подписывает все законы, представляет страну вовне и т.д., ранее главой государства был монарх, и его воля – была волей государства. Но со смертью монарха государство не прекращало своё существование, поэтому, конечно, оно вполне самостоятельно. Поэтому, конечно, про бухгалтера это Вы сказали лишнее, бухгалтер здесь вообще ни при чём, он только может рассказать, куда настоятель потратил деньги.
Если последовать Вашему предложению, то есть создавать отдельную фигуру, заведующую деньгами, то мы никуда не денемся от всё того же "уполномоченного" старосты, и батюшка на приходе должен будет с поклоном идти к нему, а тот ему – ты, батюшка, заелся, уже 30000 проел на свою семью в этом месяце, хватит, нам надо то-то и то-то.
  А. Клыков    20.05.2012 22:53
Уважаемый Родион Нколаевич, Ваша категоричность оставляет желать большей образованности: Вы переворачиваете с ног на голову традиционные понятия о государстве и приходе и защищаете воровскую бюрократию, искренне (возможно) полагая. что защищаете государство и церковь.
Примеры: Вы пишите: "Государство (как и Церковь) является самостоятельным субъектом, и не обязано … отчитываться перед своими гражданами (прихожанами)…"
Современное государство в эрэфии – согласно собственной конституции правит от имени народа, то есть – государство не самостоятельно с точки зрения права, но исполняет волю народа, следовательно, народу подотчётно.
Это ложь, но конституционная. Государство эрэф – подотчётно совсем не народу. Самостоятельность государства – мечта бюрократа и Вы здесь её поддерживаете и развиваете.
В 1905-м году Государь, как помазанник Божий был волен дать отчёт перед "обществом" или не давать его. Государство же такой волей не обладало тогда, не обладает и нынче.
Итак. государство подотчётно Государю, как орудие в руке Его (монархия) или обществу, поскольку является только функцией от него (демократия), или воровской олигархии, как в эрэф.
Вы пишите: "я буду задавать вопрос батюшке: «Вот кружечного сбора в этом месяце было 100 000 рублей, 20000 я вижу, потрачены на электричество и отопление, а где ещё 80000?» И что же, батюшка, настоятель, какой-нибудь маститый протоиерей, например, о. Димитрий Смирнов, будет должен мне давать отчёт в этом? Да это будет просто хамство с моей стороны…"
Нет, не будет, поскольку вопрос Вы будете задавать не настоятелю, а бухгалтеру прихода или ктитору/старосте Вашей церкви. Этот же вопрос сможет задать ему и "маститый протоиерей", впрочем, если протоиерею захочется самому заняться бухгалтерией, то вопрос к нему.
Взаимосвязь обратная – члены общины (община), а не настоятель, содержат храм, его проекты, благотворительность и образование при нём, отчисляют в епархию и платят з/п клиру. Так было в русской церкви до Петра I.
Впрочем, сейчас и настоятель не имеет имущественных прав они у него изъяты и переданы в епархию, куда периодически вызывают "маститых протоиереев" для финансовой отчётности.
Итак, мне представляется Ваше суждение очень и очень ложным. Было бы очень здорово, если бы нам с Вами на "РЛ" "какой-нибудь уважаемый батюшка" (или не батюшка) их популярно (или не очень) разъяснил.
P.S. Мой духовник "маститый протоиерей" и совсем не модернист, когда я спросил его относительно десятины (лет 10 назад), благословил меня помогать деньгами ближним нуждающимся.
  Игорь Бибин    20.05.2012 19:32
На самом деле вопрос о церковной десятине очень сложный.Этот вопрос неизбежно пересекается с другим вопросом-о церковном приходе.По моему убеждению каждый православный христианин должен быть приписан по территориальному состоянию к определённому храму(приходу),и не абстрактно,а реально с записью в приходские книги.Размер же ,сроки и другие нюансы уплаты непосредственно десятины должны согласовываться индивидуально с каждым прихожаниным.При уплате десятины основополагающими мне кажется должны быть принципы добровольности ,самоиндефикации и чувство долга.Если я православный христианин – я должен платить десятину.
  мг.    20.05.2012 12:36
а не станут ли обшины в действительности -"резервациями " и свою страну -окончательно потеряем ?

Страницы: | 1 |

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru