Русская линия
Русская линия Павел Дмитриев28.02.2009 

Философия преступления

Первородный грех — как мощное разросшееся древо покрывает своей тенью род человеческий. Его мощная ветвь — преступление.
Люди называют преступлением все, что так определено человеческим законом — правом.

Но не все, что закон человеческий считает преступлением — может являться грехом.
Мы помним множество запретов прошлых эпох. Та же пресловутая статья 58-я Уголовного Кодекса 1924 года. Или побег крепостных крестьян от помещика, по Соборному уложению 1649 г., что в последующие времена считалось бы осуществлением прав личности. Разбой в отношении состоятельного человека от века был на Руси преступлением. С 1917 года длительное время это считалось «экспроприацией экспроприаторов». Частное предпринимательство до 90-х годов прошлого века числилось среди составов преступлений. В стране во всю процветала коммерция, но состав преступления — «спекуляция» продолжал красоваться на страницах Уголовного Кодекса РСФСР до 1996 г. В 70-е — купить машину картошки в Казани, а потом перепродать ее на рынке в Москве чуть дороже — было верной дорогой в места заключения на долгие страшные годы.

Грех всегда неизменен. А запретительные нормы права порой признают преступлением то, что грехом не является, либо наоборот право делает возможным то, что по своей духовной природе явно носит содержание греховное. Достаточно вспомнить ваучерную приватизацию, когда вся страна «клюнула» на обещание иметь по две «Волги» за ваучер в качестве доли в общенародном хозяйстве, а потом меняла ваучер на буханку хлеба. Или нынешний экономический кризис, по сути спровоцированный тотальным финансовым мошенничеством по созданию и надуванию виртуальной стоимости ценных бумаг. Что впрочем, с точки зрения права мошенничеством не является, так как тогда придется признавать таковым и сам рынок ценных бумаг, основанный на всеобщем договоре, что все согласны быть обманутыми при условии, что им также дается шанс обмануть… Таков принцип биржи… На цивильном языке это называется — финансовыми рисками…

Как видим, человек может стать преступником, не будучи грешен. И, напротив, грешник, если соответствует тому, что допускает в конкретный момент греховными людьми созданное право, может в результате своей грешной деятельности социально процветать. Впрочем, потомки, не имея своего интереса, все деяния прошлого, как правило, называют своими именами…

Основной принцип выживания в среде защищенного государством права — всегдашнее примыкание к сегодняшней силе. Но не всегда — к правде. Выживание в жизнь вечную под сенью закона Божьего подразумевает зачастую противоречие силе.

Потому и народная мудрость: «Не в силе Бог, а в правде».

Увы, но правда, то есть отношения, построенные на сочетании нравственности и христианских заповедей — не всегда есть в государстве, как традиционной «ограде» общества и Церкви.

Смысл общественной жизни людей во взаимодействии, с опорой на окружение, на общество. В сущности, прогресс, с этой точки зрения, есть увеличение интенсивности взаимодействия. Чем больше контактов, личных или опосредствованных через письменность или печать, или ТВ, или телефонию, или электронные средства, или транспортное перемещение в пространстве, тем сильнее и развитее общественная жизнь. А православным контактность не очень нужна. Людям православным беготня по знакомым, а, тем более, незнакомым, не очень свойственна. Соответственно и обсуждения светских событий, всевозможных или политических не очень нужны. Это свойства развитой светской общественной жизни. Православным общество нужно в той мере, в какой это необходимо для существования и достатка, культурного и духовного обмена-общения, а паче для приближения через церковь к пути спасения в жизнь вечную. Потому как общение порождает не только возможность делать дела спасения, но в большей степени предоставляет возможность грешить…

И взаимная поддержка членов общества друг другом православным также нужна в той мере, в какой это необходимо. Православные более надеются на Бога, а не на свой общественный потенциал (связи), который, по сути, есть выражение социальной силы примкнувшего к ним человека.

Но существование в реальном мире не позволяет жить в самоизоляции. Даже христианские общины первых веков были, при всей их обособленности, социально адаптированы… Принятие и соблюдение законов языческого мира, кроме поклонения его богам, было отличительной нормой первых христиан, нравственная основательность которых, зачастую делала их костяком многих структур римского государства.

В отношениях первых христиан присутствовала еще одна существенная черта — общинность. Общинная психология, по сути, есть психология взаимопомощи. Имущественная изолированность христиан внутри общины, неизбежная при соблюдении римских законов, преодолевалась милосердием и жертвами от достатка своего имущества. То есть, имущественная помощь христиан в условиях языческого общества вероятно системно возможна была лишь при условии оформленности, обособленности общин, чего мы в настоящем времени у себя в России не имеем, хотя и живем в условиях языческого государства. Желание в таких условиях действовать, как действовала церковь при православной монархии, то есть в масштабах всего общества, далеко не всегда неэффективно.

Правовая логика нынешней светской, а по сути языческой конституции, в принципе не допускает ведущей роли Православной Церкви в жизни общества.

Духовная логика нынешней системы права в целом, и регулирующей религиозную жизнь в частности, состоит в том, что любой грех доступен и разрешен, если он не мешает при этом греху другого человека. Одним словом — грешите по правилам, в той мере, в какой это не вызывает беспокойства соседей… Соответственно, исповедуйте любой культ, включая сатанинский, не нарушая при этом конституционных прав окружающих…
Как будто возможно, чтобы культы, основанные на физическом или духовном насилии, не причиняли вреда…

В число окружающих, согласно действующему и формируемому праву, попали и родные дети… Православный вскоре не сможет препятствовать свободно внушенному в школе греховному выбору своего малолетнего ребенка, а должен будет с ним толерантно согласиться, чем обречь себя и свое дитя вечной гибели…

Желание же изменить действующий конституционный строй, выраженное публично, есть преступление, преследуемое в уголовном порядке. В то же время сосуществование с таким строем в недалеком времени станет проблемным. Опыт показывает, что изведение православных в корне не получалось у властей и круче нынешних. Следовательно, у РФ, как языческого государства, появляется и в скором времени станет настоятельной необходимостью урегулирование проблемы этих взаимоотношений.

У государства выбор практически ограничен. Ему предстоит либо изменить свою сущность, либо загнать православных в резервации. Измениться, как правило, никто не желает. Любой юный субъект истории изначально считает себя идеальным. Более того, от некоторых апологетов демократии в частных беседах можно услышать, что Церковь из-за своей позиции скоро опять «нарвется на вилы…».

Думаю, на вилы у этих апологетов духу не хватит, да и об лом можно удариться, а вот для методического вытеснения православных из социума ресурс понуждения у них имеется. У этого процесса есть своя материальная природа. Как уже говорилось, христиане первых веков жили общинами. Материальное производство тогда, как правило, не было основано на наемном труде. Добывали хлеб свой насущный домашним ремеслом, жили и молились вблизи таких же единоверцев — вот тебе и община. То есть, социум им существенно не мешал. В условиях современного города это практически невозможно. Добывание хлеба насущного зависит от спроса на рабочую силу в производствах, которые могут быть черте где… Люди зачастую съезжаются в храмы с разных концов города и друг друга по жизни не знают, да и не могут знать… Храмы центрами экономической жизни стать не могут, чтобы дать верующим и работу и кров поблизости. То есть статус человека в социуме определяет все… даже возможность ездить в храм… А если социум ополчится против православного, что ему делать? В какую школу вести детей? Где получать образование и работать? Где лечится и отдыхать? Разница в мироощущении верующих с язычески разнузданной массовой культурой в скором времени может привести к тотальной несовместимости людей.

Если бы государство поощряло отток городских жителей в деревню, вместе с восстановлением и развитием сельских производств, то многие православные смогли бы найти себе нишу, создав общины вокруг деревенских храмов. Однако государство сельскую жизнь целенаправленно гнобит, поддерживая на уровне минимального выживания, может быть и по причине опасения православных…

Но теперь православные опаснее государству в городах, где вносят дискомфорт, мешают программам человеческой деградации, естественным для языческого государства. Да и село приподнять придется, чтоб голоду не было…

Многие действия государства в отношении православных, понуждающие их к уступкам, всегда будут законны с точки зрения формального права и нередко неприемлемы с точки зрения религиозных догматов. И многие активные действия православных по защите их духовной жизни от давления формального права, возможно, будут оцениваться преступными, но приемлемыми для спасения в жизнь вечную.

По сути, еще одно лобовое столкновение государства с православной церковью может стать последним… для государства, которое исторически и возникло как «ограда» реально существовавшей церкви и в культурном контексте существует постольку, поскольку ассоциируется с церковной культурой в исторической и текущей практике.

К примеру, если бы Церковь ментально «зачеркнуло» для себя это государство — оно в исторически краткие сроки бы рухнуло, утратив истоки, здоровые силы и будущее.

Если государство «зачеркнуло» бы для себя церковь — оно также бы рухнуло, как показал опыт некогда самой жестокой антицерковной власти в истории: коммунистов-большевиков.

Если конфликт возможен, то, как показывает исторический опыт, при любом его течении неизменной останется церковь и видоизменится государство.
Собственно у государства нет выбора кроме разумного компромисса с православными…

А церковь вынуждена в очередной раз во спасение своего народа мучаться воспитанием его духовно незрелой, прямо скажем, криминального происхождения «ограды», ожидая ее взросления, которое, в силу запущенности «контингента», как показывает опыт, исторически запаздывает…

Люди «…яже от юности и от науки злы…» говорится в покаянной молитве.

Наверное, можно добавить, что по той же причине духовной юности они бывают и преступны…

http://rusk.ru/st.php?idar=113883

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  

  Дмитриев Павел Иванович    03.03.2009 20:16
Согласен , что церкви видимо придется возвращаться к государствообразующей роли, которую она, собственно и играла в средневековой России и которую утратила в силу тех или иных проблем с имперской властью… Возможно уход от работы с церковью в диктат над нею и был основной причиной крушения империй, как Романовых, так и евро-большевистской… И делать, то есть возвращаться к этой роли прийдется даже вопреки желанию, так как похоже это единственный для православия способ выжить в экстремальных условиях, которые грядут по логике развития демократии греха. Конституция, исключающая церковь из политического актива должна пережить идеологическую реконструкцию, которая коснется не только религиозных проблем, но и их в частности…А этого иными способами кроме прямой поддержки соответствующих политических сил не получить никогда…
В общем, хочешь не хочешь, но православию придется выходить из тени "государевой" и позиционировать себя окормительницей народа от имени коего возвышать голос, как собственно и было при начале Руси…
  Рогозянский    03.03.2009 10:10
Я верю, как и П. Дмитриев, что образ лучшей России содержится на сегодня в Церкви и только в ней. Других неполитических сил у нас не было и нет, а способности т. н. "оппозиции", хоть левой, хоть либеральной хорошо известны. ВРНС в 90-е был как раз формой альтернативного представительства, сберегаемой "на случай чего". Я понимаю Сергея Юрьевича Глазьева, который говорит, что экономическая психология у нас сформирована приватизацией. До приватизации по Чубайсу (антиконституционной, преступной, кстати) мы могли строить разные экономики,а после, теперь уже нет. Не абсолютно "нет", конечно, но "нет" в данных ситуативных рамках, в рамках данного эона. То же самое и с психологией власти, которая, как ни крути, густо замешана на октябре 93-го. Хочешь, не хочешь, приходится болтаться в узком коридоре, где по большому счету ничего не решается.
Для изменения ситуации власть должна быть переучреждена. Именно переучреждена, в широком смысле, а не опять сворована от Путина к Кудрину, Ходорковскому, кому угодно. Значит, встает вопрос по поводу представительства. И обстоятельств. Обстоятельства должны измениться, нас, по всей видимости, крепко должно потрепать. Не сегодняшних общества и РПЦ это дело, понятно. Требуется пройти большой путь от "церковно-государстывенного сотрудничества", чтоб быть способной на подобное мышление и подобные сверхзадачи.
  Олегк    02.03.2009 16:54
О, це добре! Исторически верное наблюдение. И надо же – мысль про Буншу и Милославского !
  Lucia    02.03.2009 14:18
Интересно, что же будет.
  Провинциал    02.03.2009 13:21
"Ведь государство попытается церковь купить"

Почему "попытается"? Давно уже действует. Не только покупает, но и трансформирует саму Церковь посредством внедрения своей агентуры, иудейской агентуры, попытками сделать ее "толерантной". Оно как бы говорит Церкви: "Молчи, и получишь всё, что ранее отняли. И даже больше!"
Когда же дело доходит до глубокого, настоящего проникновения христианства в жизнь – тупое, злобное сопротивление.
Именно толерантность и есть сновная цена за "симфонию" с языческим, а по сути богоборческим государством, где правят бал олигархи-русофобы.
И Ельцин ничем не лучше своих предшественников и "духовных отцов"-коммунистов. Он сам из них, он более циничен. Он – потомок цареубийц.
  Рогозянский    01.03.2009 16:19
Это другое, Родион Николаевич. Не "Ельцин был прав", а, как часто случалось в истории, в грязную работу были Провидением назначены соответствующие руки. Таких "благодетелей" было пруд пруди.
Вопрос касался того, что после 91-го наследство СССР было передано не одному центру, а группе центров. Там были ельцинские демократы, часть КПСС-вской партноменклатуры, особенно региональной, по-видимому спецслужбы и РПЦ. Россия по идее должна была строиться на основе консенсуса сторон. Что такое российская демократия, должно было выясниться впоследствии, но во всяком случае каждая из сторон имела право голоса. Сломал это не Ельцин, а, как я понимаю, приватизатор Чубайс, в 1992-м поведший явочным порядком шарагу протоолигархов на штурм отечественной экономики. Но официально, символически, конечно, расстрел Белого дома начинает историю нового режима РФ. Коллегиальность по факту прекратила существование, Ельцин и Со денонсировали соглашения с бывшими партнерами. Теперь это в генеалогии РФ – октябрь 93-го и штурвал, резко взятый на себя. Философия преступления, в данном случае узурпации, которая, как раскол или цареубийство или Гражданская война, довлеет над нами. В масштабах общества при этой власти консенсус вряд ли возможен, а Церковь принципиально не нужна. То, как с ней обращаются – это обращение с бывшим компаньоном, которому, разжалобясь, нет-нет и подают что-то на бедность, в прочем же предпочитают держать на расстоянии. А то мало ли что?..
Такова, если можно так выразиться, мета-политическая структура РФ. Как хотите, относитесь. Касаясь сегодняшнего, можно сказать, что правящая верхушка продолжает усиливаться за счет остальных отодвинутых ею акционеров, в т. ч. и за счет церковной части. В крови у ельцинизма и наследников – торжество на отнятом. И при этом все чувствуют, откуда дровишки, – условность и даже противоестественность того, что установилось. Региональные элиты в конце 90-х пробовали отомстить Центру. За 93-й. Восстание спецслужб несколько раз предотвращали. Самый известный эпизод с ген. Рохлиным. РПЦ дали квоты, чтобы впоследствии утопить. Между частями по-прежнему сохраняется недоверие и настороженность. Как и бывает с узурпаторами. Ментальные отголоски нелегитимности. И это, понятно, еще сыграет свою роль.

Кстати, как небольшая ремарка, доказано, что Верховный совет РСФСР опасности не представлял, а был подлым образом "подставлен" и выведен на точку, с которой удобно было начать показательную ликвидацию. Показательную для всех и во всех отношениях. Чтобы природа нового строя, "последний аргумент" ни у кого не вызывал сомнений. Дискуссии прекратить, ваше слово, товарищ маузер.
  Р.Н. Юрьев    01.03.2009 11:19
Чем больше проходит времени, тем больше я уверяюсь в том, что Ельцин был прав, расстреливая Белый дом. Часто в истории бывает так, что подлец и плут отстаивает правильное направление, а добрый и праведный человек – неверное, губительное.
Анекдотичный, конечно, пример – из "Иван Васильевич меняет профессию": пенсионер-"активист" запросто сдаёт Кемь шведам, а вор-рецидивист Милославский – оказывается государственником.
Ельцин совершил государственный переворот, свергнув законную власть страны – Верховный совет РСФСР (по Конституции тогдашей – высшая власть). Ельцин, безусловно, преступник, но в перспективе он защитил страну от украинского сценария. За Конституцию и за ВС тогда были лучшие люди, но если бы они победили, ничего хорошего из этого бы не вышло. Во-первых, едины они были только на время конфликта с президентом, как показало дальнейшее развитие ситуации, большинство из них оказалось вполне "у дел". Во-вторых, сама идея парламентаризма губительна для России и мы должны всеми силами против неё бороться, пусть даже путём вручения власти "плохому царю".
  Lucia    28.02.2009 19:04
http://mvdrf.ru/news/23255/ у нас философия, а кое-кто действует. Как мне объясняли американцы – если подросток ПО ГЛУПОСТИ кого-то убил, что же, теперь ему всю жизнь ломать?
  Lucia    28.02.2009 18:56
Вопрос в том, что понимать под зачеркиванием. Ведь государство попытается церковь купить, осознав, что убить не далось. А что такое медные трубы?
  Рогозянский    28.02.2009 09:09
Да, очень согласен, это время надо осмысливать, как новый период. Не доконстантинов, а новый. Русская Православная Церковь была одним из акционеров постсоветской демократии. Ее обманули. Цинично, нахально . В 93-м, вместе с расстрелом Белого дома, когда Ельцин поступил по-своему и вопреки посредничеству Патриарха. Это был отказ от большего. Светская власть заявила себя самодостаточной, агностичной. На этом для РПЦ и России вышел лимит константинова времени, чего к сожалению многие так и не поняли. Какие нестяжательство, иосифлянство в массовом обществе? Рим вытеснял христиан, константиново время строило священный быт. Современность христиан ассимилирует. Проблематика ассимиляции – вот всё, что перед нами.

"Желание в таких условиях действовать, как действовала церковь при православной монархии, то есть в масштабах всего общества, далеко не всегда неэффективно", – по-видимому, должно быть у автора: "далеко не всегда эффективно".
Спасибо за размышления. Это действительно принципиальные вещи. В отличие от многого.

Страницы: | 1 |

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru