Русская линия
Русская линия Николай Каверин23.06.2008 

Для чего добиваются канонизации архимандрита Тавриона (Батозского)?

Братие, стойте и держите предания (2 Фес. 2, 15)

Имя архимандрита Тавриона (Батозского; † 1978), личности благочестивой и по-своему незаурядной, проведшего много лет в тюрьмах и лагерях, часто упоминается в различных публикациях. О нем стали выходить книги, как, например, составленный священником Владимиром Вильгертом сборник «Вся жизнь — Пасха Христова. Архимандрит Таврион (Батозский)» (М.: Отчий дом, 2001). По прочтении этой книги у читателя может сложиться впечатление о выдающемся старце, достойном продолжателе православных монашеских традиций знаменитой Глинской пустыни. Цель этой книги священник Владимир Вильгерт не скрывает: «Выражаем надежду, что публикация этого сборника ускорит решение вопроса о канонизации архимандрита Тавриона» (с. 5).

Прочитав книгу, читатель в душе скажет только «аксиос!» причислению к лику святых такого незабвенного батюшки. Однако в книге сей лукаво умолчано о многих фактах из пастырской и литургической практики архимандрита Тавриона, которые вызывали еще при его жизни немало соблазна. Один известнейший духовник Троице-Сергиевой лавры в 70-е годы не благословлял своим духовным чадам ездить в пустыньку под Елгавой к о. Тавриону, а если уж кто и собрался ехать — то ни в коем случае не причащаться у него.

Итак, был ли архимандрит Таврион достойным продолжателем монашеских традиций Глинской пустыни?

Говоря о непродолжительном пребывании о. Тавриона настоятелем знаменитой христианским подвижничеством Глинской пустыни (1957−1958 гг.), его жизнеописатели допускают грубые неточности и даже откровенную ложь в изложении фактов этого периода церковного служения о.Тавриона. Так, Е. Бездетко в статье «Благовестие архимандрита Тавриона» (Православная Москва, 1994, № 15) несколько лет назад писала: «Батюшке так сложно было с особо „благочестивыми“ людьми, усердно оцеживающими уставных комаров. Наиболее яркими представителями этого вида были монашествующие»; «…Из Глинской его ушли». За что «ушли» — автор оставляет без ответа.

В книге священника Александра Чеснокова «Глинская пустынь и ее старцы» (М., 1994) также не дается исчерпывающего ответа на вопрос о причинах разногласий архимандрита Тавриона с братией Глинской пустыни (разногласия объясняются всего лишь тем, что полунощницу при о. Таврионе перенесли на двенадцать часов ночи, что не всей братии пришлось по душе). Та же малосущественная причина разногласий из-за времени совершения полунощницы отмечается и в книге священника Владимира Вильгерта. Но и в этой книге ничего не говорится о главных, принципиальных разногласиях, приведших к просьбе глинских старцев о замене настоятеля — архимандрита Тавриона — и переводу последнего из Глинской обители.

В своей книге священник Владимир Вильгерт даже пытается объяснить конфликт очевидной сплетней: «…в Глинской пустыни имела место и попытка покушения на жизнь настоятеля со стороны молодых, озлобленных насельников» (с. 24). Подобным «объяснением» о. Владимир возводит откровенную хулу на братию Глинской обители.

Великий Глинский старец, светильник веры и благочестия ХХ века, автор многочисленных богословских сочинений схиархимандрит Иоанн (Маслов; † 1991) в своем капитальном труде «Глинская пустынь» (М., 1992; 1994) всесторонне исследовал жизнь этой обители, прославленной своей духовно-просветительской деятельностью и старческим окормлением, и в частности — возрождение старчества в Глинской пустыни в период 1942—1961 гг. Труд схиархимандрита Иоанна необычайно ценен для историков, богословов и для всех ищущих спасения, поскольку о. Иоанн сам начинал свой иноческий подвиг и достиг полноты иноческого совершенства в знаменитой Глинской пустыни, был духовным другом и сотаинником великих Глинских подвижников-старцев схиархимандритов Андроника (Лукаша) и Серафима (Романцова), продолжателем иноческих традиций Глинской обители, последним Глинским старцем.

Приведем отрывок из книги схиархимандрита Иоанна (Маслова) «Глинская пустынь», в котором подробно освещается непродолжительная деятельность архимандрита Тавриона (Батозского) в качестве настоятеля Глинской пустыни.

«Периоды расцвета и упадка духовной жизни всегда были связаны с возрастанием или уменьшением роли духовного руководства. Возрождение старчества в Глинской пустыни обусловило такой подъем духовной жизни в обители, что слава о святости жизни насельников Глинской пустыни, строгости ее устава и аскезы распространилась по всей стране.

В духовной жизни Глинская пустынь занимала самое высокое место. Как и прежде, обитель была центром духовного просвещения, старческого окормления и нравственного возрождения. Не только многие архиереи, но и сам Святейший Патриарх Алексий I отзывался о Глинской пустыни как о знаменитом, строгом монастыре, глубоко почитал ее опытных старцев и считал их руководство душеспасительным.

После десятилетнего управления обителью о. Серафимом (Амелиным) наступил второй период его настоятельства (1953−1958 гг.) — период расцвета и благоустройства Глинской пустыни.

Строго подвижническая жизнь Глинских старцев, высокий духовный авторитет ее настоятеля собирали в монастырь ревнителей настоящего иноческого жития. В святую обитель стремились попасть не только желающие начать монашескую жизнь, но и опытные подвижники, чтобы в среде этой „дружины воинов Христовых“ обрести верный путь к высшему духовному совершенству. В архиве Сумского Епархиального управления хранится множество прошений того времени о переводе или поступлении в Глинскую пустынь не только со всех концов нашей страны, но и из-за рубежа. Но по распоряжению уполномоченного Совета по делам Русской Православной Церкви Сумской области прием насельников в святую обитель был ограничен.

Духовное ядро обители до самого ее закрытия составляли подвижники, жившие в Глинской пустыни еще до 1922 года. В 1953—1957 годах их было около одной трети, а в 1958-м — около одной пятой от общего числа насельников. Они восприняли от Глинских старцев XIX и начала ХХ века древние высокодуховные иноческие традиции обители и передавали их следующим поколениям. Так, посредством старческого окормления, осуществлялась в Глинской пустыни духовная преемственность.

В тот период средоточием духовной жизни обители по-прежнему были старцы: архимандрит Серафим (Амелин), схиигумен Андроник (Лукаш) и иеросхимонах Серафим (Романцов). Как писал епископ Сумской и Ахтырский Евстратий, „трудами о. Андроника, о. Серафима-духовника и настоятеля архимандрита Серафима крепла и процветала Глинская пустынь“.

Под их руководством возрос целый сонм подвижников, многие из которых впоследствии пронесли старческие традиции Глинской пустыни по всей стране.

…В феврале 1957 года архимандрит Серафим (Амелин) обратился к епископу Евстратию с просьбой освободить его по болезненному состоянию и старости (ему было уже восемьдесят четыре года) от обязанностей настоятеля. Наряду с этими причинами едва ли не основной было стремление старца в конце жизненного пути совершенно предаться богомыслию и безмолвию. Пребывая телом на земле, он давно уже духом был в Горнем Иерусалиме, но, несмотря на затвор, в котором он провел последние годы, заботы о многообразной жизни обители не позволяли ему полностью отрешиться от дел земных.

Братия хотя и скорбела о решении о. Серафима уйти на покой, но по его благословению выбрала настоятелем архимандрита Тавриона (Батозского), который поступил в Глинскую пустынь еще в 1913 году и находился в обители до 1922 года, обучаясь в живописной мастерской под руководством о. Серафима (Амелина). Затем он посетил Глинскую пустынь лишь в начале 1957 года.

Надеясь, что архимандрит Таврион, помня иноческие традиции Глинской пустыни, и в должности настоятеля сохранит послушание старцам, о. Серафим (Амелин) в своем прошении епископу Сумскому и Ахтырскому указал на него как на желательного кандидата на должность настоятеля Глинской пустыни.

Для окончательного решения этого вопроса духовник обители иеросхимонах Серафим (Романцов) ездил в Москву, где был на приеме лично у Святейшего Патриарха Алексия… Святейший спрашивал о братии, о храме, о церковных службах, о постройке и обещал назначить настоятелем архимандрита Тавриона.

По распоряжению Святейшего Патриарха Алексия архимандрит Таврион (в миру Тихон Данилович Батозский) был назначен настоятелем Глинской пустыни 14 марта 1957 года, а 25 апреля принял все дела от архимандрита Серафима (Амелина). Но в должности настоятеля о. Таврион пробыл менее года, так как не оправдал доверия братии. В Глинской пустыни, обители истинно православной, он стал вводить западные, католические обычаи церковной жизни. Кроме того, после окончания вечернего богослужения о. Таврион зажигал свечи на престоле, открывал Царские врата, начинал читать акафисты и устраивал общенародное пение. Это противоречило уставу Глинской пустыни, в соответствии с которым после вечернего богослужения братия должна была безмолвно расходиться по келиям и исполнять келейное правило в тишине.

Отец Таврион приказал вынести Голгофу из храма, ввел при богослужении вместо строгих распевов Глинской пустыни партесное пение, никак не соответствующее духу обители. Весь круг богослужебного пения Глинской пустыни до изменений, введенных о. Таврионом, сохранял древние церковные мелодии, которые воодушевляли молящихся в ту или иную минуту церковной службы.

При входе в храм о. Таврион повесил большие шторы. Икону „Царь Славы“ на Горнем месте без совета со старцами заменил иконой „Воскресение Христово“. Что касается замены иконы, то это не запрещено каноном, но в Глинской пустыни, где без благословения старцев избегали малейших нововведений и крайне дорожили древними традициями, все эти изменения возмущали братию. Она называла действия о. Тавриона благочестием не по разуму (при о. Таврионе богослужения в обители начинались в полночь; братия, горевшая стремлением к подвижнической жизни, это одобряла, но восстала против католического уклона настоятеля).

Особенно недовольна была братия тем, что о. Таврион ни в чем не советовался с глубоко почитаемым в монастыре, старшим его по возрасту и по духу, бывшим настоятелем архимандритом Серафимом (Амелиным). Это было нарушением монашеских правил. Наконец, о. Таврион ни в чем не считался с мнением совета старцев Глинской пустыни, а поступал самовластно.

Стремясь защитить Православие в обители, насельники монастыря неоднократно обращались к епископу Евстратию и, как в личной беседе, так и письменно, выражали свое недовольство нововведениями настоятеля.

Преосвященный Евстратий неоднократно, как при посещении обители, так и письменно, пытался вразумить о. Тавриона, ссылался даже на то, что доля его болезни (осенью 1957 г. епископ Евстратий был тяжело болен) „от нестроений в обители“, но ничего не изменялось.

О католическом уклоне в действиях о. Тавриона стало известно Святейшему Патриарху Алексию. 14 ноября 1957 года епископ Евстратий получил телеграмму от Управляющего делами Московской Патриархии протопресвитера Николая (Колчицкого), в которой было сказано, что, поскольку „братия Глинской пустыни не очень довольна настоятелем, который делает большие перемены без совета старцев обители, то Святейший Патриарх просит вызвать старцев обители Глинской пустыни… и внушить настоятелю, чтобы все дела в обители решались совместно со всеми старцами, а не единолично настоятелем…“

В ответ на эту телеграмму 18 ноября под председательством епископа Евстратия было проведено объединенное собрание Сумского Епархиального Совета и собора старцев Глинской пустыни в составе настоятеля архимандрита Тавриона, духовника обители иеросхимонаха Серафима, казначея иеромонаха Модеста и эконома иеромонаха Михаила, на котором движимые братской любовью и послушанием единодушно постановили отменить в Глинской пустыни нововведения о. Тавриона, а настоятелю решать все вопросы совместно со старцами. В монастыре завели даже журнал для записи решений, принятых на совещании старцев. Но жизнь в обители не нормализовалась. Западная ориентация в действиях о. Тавриона продолжала проявляться. Отец Серафим (Романцов) вынужден был поехать к Святейшему Патриарху и просить о смене настоятеля. 13 января 1958 года настоятелем Глинской пустыни опять назначили архимандрита Серафима (Амелина), а архимандрит Таврион (Батозский) указом Святейшего Патриарха был переведен в Почаевскую лавру.

К этому времени многотрудный старец архимандрит Серафим (Амелин) уже угасал. Пятнадцать лет был он во главе духовного вертограда и не только собрал, но и приумножил братию Глинской пустыни, во всей полноте возродил старчество и древний устав обители, внутренне и внешне украсил монастырь, создал все условия для духовной и материальной помощи богомольцам…»

А вот другое свидетельство. Архимандрит Рафаил (Карелин) в своих воспоминаниях о Глинском старце схиархимандрите Серафиме (Романцове), в частности, пишет: «Отец Серафим придавал очень большое значение преемственности монастырской жизни, включая устав богослужения, ежедневную исповедь, откровение помыслов и т. п. Он рассказывал, что когда архимандрит Таврион (Батозский), назначенный настоятелем Глинской пустыни, стал вводить новый устав, читать какие-то составленные им или неизвестно откуда взятые молитвы, то это вызвало недоумение и недовольство братии монастыря. Это нарушило монастырскую традицию. И потому, несмотря на подвижническую жизнь отца Тавриона, Глинские старцы принуждены были просить Святейшего Патриарха Алексия I о замене настоятеля (что тот и исполнил). Этим была сохранена традиция монастыря, заложенная с его основания, и духовная преемственность, носителями которой являлись глинские старцы» (Тайна спасения. М., 2002. С. 292).

Таковы мнения двух Глинских старцев-подвижников об архимандрите Таврионе.

…После Глинской пустыни о. Таврион служил непродолжительное время в Почаевской лавре, затем в Уфе, а в 1962 году по ходатайству Никодима (Ротова), тогда епископа Ярославского, переводится в Ярославскую епархию. В 1969 году архимандрит Таврион переезжает в Спасо-Преображенскую пустынь под Ригой (Елгава), где становится духовником. В это время Пустыньку под Ригой начинают посещать многие верующие, особенно из Москвы.

Нынешние обновленцы-реформаторы постоянно ссылаются на литургическую практику архимандрита Тавриона как на пример нетрадиционного отношения к православному богослужению, якобы требующему постепенной модернизации. Так, священник Георгий Кочетков пишет: «Вспомним… хотя бы о. Тавриона Батозского, глубоко по духу православного и в то же время открытого к католической и протестантской традициям и, главное, к живым их носителям. Эта открытость позволяла ему и поставить в храме католическую статую, и даже в ряде случаев причащать тянущихся и приходящих к нему инославных, ничего особенного от них не требуя, кроме обычного для всех личностного соучастия на литургии. Этот же дух позволял ему, как и многим другим святым (?), широко использовать на богослужении… современный язык… и свободные молитвенные включения в традиционные чинопоследования» («Православная община», 1994, № 4−5, с. 82). «Он… не стеснялся читать Евангелие по-русски, причащать практически без исповеди, ежедневно и всех»; «Не стеснялся апеллировать к обновленческому опыту, правда, только в личных беседах» («Новая Европа», 1992, № 1, с. 73).

Другой автор в кочетковском журнале «Православная община» (1995, № 2 /26/) вспоминает следующее: «Отец Таврион позволял в богослужении и импровизации: вставлял свои молитвы…»; «Видишь, как мешает батюшке массивная алтарная перегородка летнего Спасо-Преображенского храма; открыты и не закрываются во все время богослужения царские врата и диаконские двери…»; «Ежедневное причащение в Пустыньке, введенное о. Таврионом, многих соблазняло, и пастырей, и пасомых»; «Батюшка прибегал… к общей исповеди»; «Узы любви связывали его со старейшим католическим епископом…»; «Но вместо благодарности за свои труды он получал от некоторых из них (собратьев. - Н. К .) осуждение и ярлыки — „католик“, „обновленец“» (там же, с. 85, 87, 89, 90, 84). В этой же статье рассказывается, как о. Таврион причащал и венчал некоего «католика Антония В.» (Вильгерта, отца священника Владимира Вильгерта, составителя вышеупомянутой книги. - Н. К .). Однако «после смерти о. Тавриона новый духовник Пустыньки уже не допускал к Чаше Антония» (с. 90).

Кое-кто скажет: а почему мы, собственно, должны доверять священнику Г. Кочеткову и его журналу? А почему нет? Тем более, что имеются и другие свидетельства практически о том же. На состоявшейся в июне 2008 года конференции, посвященной памяти архимандрита Тавриона (Батозского), заведующий кафедрой миссиологии Свято-Тихоновского Православного университета, пользующийся уважением не только среди православных верующих, но и в научных кругах профессор А.Б. Ефимов, многократно посещавший в 1970-е годы Пустыньку под Елгавой, свидетельствовал, что архимандрит Таврион постоянно причащал работавшего в Пустыньке католика Петра Ильича.

Из беседы со свящ. Георгием Кочетковым в альманахе «XPICTIAHOC» (1998, VII) мы узнаем, «как в одном из его (о.Тавриона. - Н. К .) храмов стояла католическая статуя Сердца Иисусова» (с. 70). Однако даже жизнеописатели отца Тавриона признают не всегда оправданное, иногда весьма соблазнительное для православных верующих новаторство: «Некоторых подобные вещи смущали, как статуя Святейшего Сердца Иисусова, подаренная католиками и поставленная им в храме у Плащаницы…» ( Бездетко Е.Благовестие архимандрита Тавриона // «Православная Москва». 1994. № 16).

По воспоминаниям многочисленных паломников, посещавших в 70-е годы Преображенскую пустыньку, о. Таврион сам любил читать на утрени канон на русском языке. «Этот точный, добротный перевод звучал, увы, очень коряво и, вопреки намерениям о. Тавриона, вовсе не был понятнее славянского текста» (Богослужебный язык Русской Церкви. История. Попытки реформации. М., 1999. С. 226).

У читателя, естественно, возникает вопрос: почему столь несомненно высокодуховной жизни архимандрит Таврион имел католические и обновленческие симпатии, проявлявшиеся в его богослужебной практике? Постараемся дать ответ на это.

Что касается католических симпатий, то, скорее всего, они связаны с западноукраинским происхождением о. Тавриона, где униатское влияние оставляло свой отпечаток на церковной жизни, и прежде всего на обрядовой ее стороне, которая запечатлелась в нем с детства.

Обновленческие же симпатии сложились у о. Тавриона в 20-е годы в Москве. По воспоминаниям одного его духовного чада, «отец Таврион… использовал опыт юности, прежде всего Москвы начала 1920-х годов. Он был в ту пору в Москве и ходил по разным храмам. Бывал и в Заиконоспасском монастыре, ценил опыт епископа Антонина (Грановского)… Я со всей ответственностью говорю, что Таврион бывал в Заиконоспасском монастыре на богослужениях Антонина и ценил этот опыт» (Литургия отца Тавриона. Беседа со священником Георгием Кочетковым // XPICTIAНOC, Рига, 1998, VII, с. 62−63). Вероятно, эти реформаторские богослужения обновленческого епископа Антонина Грановского оказали глубокое впечатление на молодого о.Тавриона. Именно почти весь набор обновленческих новшеств Антонина повторял, спустя сорок лет, о. Таврион при совершении богослужений.

«Помню однажды, — вспоминает о. Георгий Кочетков, — я ему сказал, что с нами вместе приехал баптист. Более того, этот баптист, вдохновленный служением отца Тавриона, тут же пошел причащаться. Я пытался всячески этому воспрепятствовать, но мои усилия не достигли цели. Я просил одну монахиню передать батюшке, что вот этот человек — баптист, он не миропомазан. Матушка все передала отцу Тавриону, а тот просто не обратил внимания и спокойно его причастил. Когда я потом сказал старцу, что этот баптист причащался, сказал с ужасом и пафосом, отец Таврион ответил: „Вы ничего не видели“» (с. 71).

После таких свидетельств непорядочно выглядят упреки редакции альманаха «XPICTIAHOC» и священника Г. Кочеткова в отношении о. Иоанна (Маслова): «Схиархимандрит Иоанн (Маслов) оклеветал архимандрита Тавриона» (с. 55). В чем же тут клевета, господа хорошие, если сами же авторы вашего «XPICTIAHOCA» (Фонд имени Александра Меня в Риге) подтверждают все то, что написано в книге «Глинская пустынь»? Священник Г. Кочетков, например, подтверждает, что «нарекания в адрес отца Тавриона звучали и при его жизни и покойный отец Иоанн (Маслов) всегда был одним из его злопыхателей» (с. 72).

Эти слова известного московского обновленца только лишний раз подтверждают высокое духовное и историческое достоинство книги приснопамятного схиархимандрита Иоанна «Глинская пустынь».

Примерно за год до выхода в свет книги священника Владимира Вильгерта об архимандрите Таврионе (Батозском), помещенное в ней жизнеописание о. Тавриона было напечатано в журнале «Православная община» (2000, № 55), издаваемом священником Георгием Кочетковым и его «Высшей православно-христианской школой». Вариант жизнеописания, опубликованный в кочетковском журнале, отличается от жизнеописания, вошедшего в сборник «Вся жизнь — Пасха Христова», наличием двух абзацев, где говорится о том, что «о.Таврион уважительно относился к католичеству», «подмечал достоинства католической церкви-сестры и стремился использовать этот положительный опыт в своем священническом служении», как о. Таврион причащал и повенчал католика — отца священника Вл. Вильгерта, «при этом никакого формального перехода в Православие не было» («Православная община», 2000, № 55, с. 96, 97). Понятно, что эти два абзаца свящ. Владимир Вильгерт не поместил в выпущенную огромным тиражом (12 000 экз.) книгу об архимандрите Таврионе, в надежде, как уже упоминалось выше, «что публикация этого сборника ускорит решение вопроса о канонизации архимандрита Тавриона» (с. 5). А «католические» подробности Комиссия по канонизации пока знать не должна! Обо всех многочисленных католических и обновленческих особенностях в литургической практике архимандрита Тавриона священник Вл. Вильгерт в своей книге не поминает ни одним словом: не пришло еще время!

Автор этой статьи совершенно не намерен как-то очернить имя о. Тавриона, который остался светлой и любвеобильной личностью в воспоминаниях многих его духовных чад. В этом году исполняется тридцать лет со дня его кончины и молитва о упокоении приснопамятного архимандрита Тавриона да будет искренней не только у тех, кто считал батюшку духоносным старцем, и у тех, кого соблазняли некоторые аспекты его пастырского служения.

Православным верующим необходимо более полно знать о жизни того или иного священнослужителя, если его почитатели поднимают вопрос о канонизации и при этом выпускают книги, где намеренно замалчивают некоторые неправославные аспекты церковной жизни этого человека, чтобы уже после прославления его в лике святых оповестить всех верных чад Русской Церкви, что в святцах появился новый святой, благосклонный к «обновленческому опыту», к литургическим реформам, к интеркоммуниону с инославными, к пренебрежению св. канонами Церкви, симпатизирующий католичеству и т. п.

Несомненно, архимандрит Таврион был добрым пастырем и поступал вопреки православной традиции, скорее всего, по простоте своей или по неведению . Подобный случай описан у преп. Иоанна Кассиана Римлянина, когда старец по имени Серапион, отличавшийся «древней строгостью в воздержании и в деятельной жизни, во всем совершенный», по неучености своей погрешил против истинной веры и впал в ересь (Соб. 10, гл. 3).

Этого никак нельзя сказать о злонамеренном реформаторском зуде нынешних обновленцев, которые часто, спекулируя на имени о. Тавриона, стремятся «модернизировать» Православие: русифицировать богослужение, пересмотреть традиционную литургическую практику Русской Церкви, пересмотреть «устаревшие» каноны, не допускающие, в частности, никакого евхаристического общения с инославными. Будем помнить, что прославленный в лике святых подвижник становится в Церкви образцом для подражания.

Впервые опубликовано в журнале «Благодатный Огонь», № 9.

http://rusk.ru/st.php?idar=112908

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  

  М.Яблоков    16.07.2008 19:49
Спаси Господи, и Вас с праздником.
  Одиноков    16.07.2008 18:28
""Похожу на современных, но хочу походить на первых…""

Отличный ответ, Михаил. Да Вы не сердитесь чуть что. Я не жонглирую словами, неправда. Вам обидно стало подозрение в фарисействе. Ещё бы. Но когда говорят так, знаете ли, отвлечённо: "большинство современных христиан"… Сразу хочется спросить говорящего насчёт его особенного положения над большинством. Я не знаю, для кого это обновленцы "становятся чуть ли ни воплощением любви"? Для других обновленцев, что ли? ну да и … с ними.
Истинный христианин… Знаете, я отчего-то всё больше прихожу к незатейливой и простой мысли, что "истинный христианин" вряд ли посвящает столько времени интернету вообще и разговорам на форумах в частности – как мы с Вами, например. Христианство – истинное – требует христианина более там, где он реально может сделать что-то для кого-то хорошее и доброе. Проще сказать, кто трудится над собой для Господа и ради других для Господа же – тот и есть истинный христианин.

Мне не хочется с Вами ссориться, простите, ежели что не так…
С днём святой памяти Царственных Страстотерпцев!
  М.Яблоков    16.07.2008 17:54
Дай Бог, чтобы утренние и вечерние молитвы читать… причём не только для мирян…
  М.Яблоков    16.07.2008 17:22
…А Вы, например, на кого больше походите – на первых или на современных?…

Похожу на современных, но хочу походить на первых…

…"Благодарю Тебя, Господи, что я не такой как прочие человецы" ?…

Г-н Одиноков, если Вы будете как в цирке жонглировать словами Св. Писания, применяя их к месту и не к месту, и не учитвая их толкования, то так можно доказать либо опровергнуть любую мысль и идею. Вот, например, сейчас в фарисействе обвиняют всех кто не бездельник и не лентяй, а прилагает усилия в изучении, например, Типикона или древних церковных традиций и т.п. Хотя, Вы, надеюсь, понимаете, что фарисейство совсем не в этом заключается. А бездельники и лентяи (обновленцы) становятся чуль ни воплощением любви. Кроме как лукавство этому явлению других слов, к сожалению, подобрать нельзя. Только поймите, что не Вас ни себя я не имею в виду, просто вывод по прошлым форумам. Кто трудится – тот фарисей, а кто бездельник и, кроме словоблудия ни чем заниматся не умеет и не хочет, – тот "истинный" христианин.
  Р.    16.07.2008 15:23
Господа!
В связи с предстоящими событиями, приуроченными к 1020-летию Крещения Руси в Киеве предлагаю всем самостоятельно приехать на торжества. В эти три дня (26-28) как никогда важна наша поддержка Православию на Украине, т.к. силы, действующие против единства Церкви объединились воедино и, страшно предположить, но, к сожалению не исключено, могли перетянуть на свою сторону Константинопольского Патриарха Варфоломея, который, по программе Ющенко должен 26-го июля обратиться после службы в Софийском соборе вместе с Ющенкой к украинскому народу. Не исключены провокации со стороны украинской "влады" против Патриарха Алексия, которого могут просто не впустить в страну. Недаром Ющенко обратился с письмом к Патр. Варфоломею с предложением именно возглавить празднование.
В любом случае любой массовый православный праздник в Киеве превращается в стояние за Православие.
Доехать до Киева несложно, от Москвы каждый день несколько самолётов, несколько поездов, от Петербурга – то же, есть самолёты и поезда из многих других городов России, естественно, что из украинских городов приехать ещё проще. Желательно быть уже 26-го июля (это суббота), когда в Киев прилетит Святейший Патриарх Московский и Всея Руси Алексий. Несомненно власти постараются подчеркнуть, якобы возглавляет торжества Константинопольский Патриарх (Ющенко уже заявил, что обеспечит ему встречу не хуже, чем Папе Римскому), поэтому мы, простые миряне можем сделать только одно: приехать на встречу своего законного Патриарха и встретить его достойно, как подобает встречать правящего архиерея нашей Поместной Церкви.
Все координаты можно найти в интернете, если ехать от ж/д вокзала, до Киево-Печерской Лавры несколько остановок на метро. Никакой организации встречи не будет, каждый должен рассчитывать сам на себя; впрочем, особых проблем с размещением в Киеве нет, всегда можно снять квартиру/комнату на сутки со всеми удобствами, стоило это около 500 руб (правда, информация 3-летней давности).
Киевляне! Если у вас есть какая-то полезная информация для паломников, сообщайте её, пожалуйста!
Думаю, это может быть нашей реальной жертвой Церкви, вместо бесконечных разговоров вокруг да около.
  Одиноков    15.07.2008 23:09
""Никто Вас и не собирается обвинять в обновленчестве""

Спасибо.

""Хотите молиться без благословения духовника – молитесь""

Я Вам не говорил, что хочу без благословения.

""Только не путайте первых христиан и современных…""

Спутать такое едва ли возможно. Однако, не стоит уж совсем низводить современных христиан до нуля. А Вы, например, на кого больше походите – на первых или на современных?

""Для большинства современных христиан такого понятия как прелесть вообще не существует""

То есть Вы, например, чётко себя отождествляете с меньшинством. "Благодарю Тебя, Господи, что я не такой как прочие человецы" ?…
Да ладно, Михаил, мы с Вами, я полагаю, не творцы Иисусовой молитвы, чтобы спорить, кто из нас ближе к прелести. Но точка зрения Триколора мне ближе.
  Триколор    15.07.2008 14:50
Умеренно и с рассуждением он разрешил . Но у меня отдельный случай , уже много лет общаюсь со своим духовником . У подавляющего большинства прихожан такой возможности нет, они могут спрашивать совета и исповедоваться у разных священников . Но если такой мирянин задаст плохо знающему его священнику вопрос :" Благословите молиться Иисусовой молитвой" , священник скорее всего не благословит , ибо не знает как человек исполнит это благословение и что он понимает под Иисусовой молитвой . В связи с этим и отсутствием "духоносных наставников" в наше время по словам Свт. Игнатия , мне кажется можно последовать его же совету : поступать по учению Святых отцов и рассуждению.
Сам Свт Игнатий достаточно подробно излагает практику "умной" молитвы , и только в том , что касается мирян, можно поступать по его совету , не дерзая заниматься монашеским подвигом и "умно-сердечной", созерцательной молитвой .
По моему опыту вреда от наших молитв , этого ребячьего лепета перед Богом, быть не может . Вред может быть только от отсутствия или "формализации" молитв.
Вообще все это подробнейшим образом разобрано в учениях и письмах Свтт. Игнатия и Феофана и у афонских старцев , например Паисия Святогорца . Более не дерзну касаться этой глубоко личной и тонкой темы. Уверен в одном : путь осилит идущий и что под лежачий камень вода не течет
  один_читатель    15.07.2008 14:15
Согласен с Вами, спасибо за цитату.

"Если же эти слабые попытки начинать только с благословления духовника , то можно услышать запрет и никогда (!) и не начать свое приближение к Христу молитвой. "

Если Вы уже определились со священником, у которого спрашиваете духовного совета, и он Вам запретит, то будет ли это по воле Божией и вообще можно ли будет это делать не во вред душе? С другой стороны, я уверен, что священник Вас благословит, судя по тому, о чем Вы говорите: ведь это не тысяча молитв в день.
  Триколор    15.07.2008 13:13
Если "человек с улицы" не будет пытаться делать даже зарядку и небольшое количество упражнений, то откуда взятся "спортсменам "?
С другой стороны все спортсмены были когда-то людьми с улицы .
А из-за самооправдания стало некому вести "духовную брань" .
Мы обличаем латин и обновленцев за отход от христианства и обмирщение , а сами тоже потихоньку "понижаем градус" духовной жизни. Боже милостив буди мне грешному!
  Триколор    15.07.2008 12:36
Я тоже отношусь к умной молитве с превеликой осторожностью , тем более в реальной жизни творить ее как велели Отцы почти невозможно . Речь идет о том , что в течение дня стараешься хотя бы иногда повторять Святое Имя Христово . Вот и вся "молитва" . Если же эти слабые попытки начинать только с благословления духовника , то можно услышать запрет и никогда (!) и не начать свое приближение к Христу молитвой . Ибо в таком случае придется брать благословение на утреннее и вечернее правило и т.п. Ибо большинство обычных приходских священников также "запуганы" прелестью от умной молитвы . Я , честно говоря видел огромное количество поврежденных в рассуждении , находящихся в тяжелой прелести христиан , молящихся рутинно или совсем не молящихся и ни одного повредившегося от "умной молитвы" .
Еще раз повторю , что предостережения Св. отцов касаются "созерцательной" , "умно-сердечной " молитвы . Но на это врядли сейчас ктото даже дерзнет , не от страха , а от лени и недостатка решимости . Повторить же в течение дня несколько десятков раз "Господи Иисусе.." не только вредно , но и полезно .
По Свт. Игнатию Брянчанинову :
"..Всем христианам можно и должно заниматься молитвой Иисусовой с целью покаяния и призывания Господа на помощь, заниматься со страхом Божиим и верой, с величайшим вниманием к мысли и словам молитвы, с сокрушением духа; но не всем дозволяется приступать к молитвенному священнодействию умом, в сердечной клети. Первым образом могут и должны заниматься Иисусовой молитвой не только монахи, живущие в монастырях и занятые послушаниями, но и миряне. Такая внимательная молитва может назваться и умной и сердечной, как совершаемая часто одним умом, и в тщательных делателях всегда при участии сердца, выражающимся чувством плача и слезами по причине умиления. Молитвенное священнодействие ума в сердце требует предварительного упражнения в первом образе моления, удовлетворительного преуспеяния в этом молении. Благодать Божия сама собой, в известное ей время, по ее благоволению, переводит подвижника молитвы от первого образа ко второму. Если благоугодно Богу оставить подвижника при молитве покаяния, то да остается он при ней, да не ищет высшего состояния, да не ищет его в твердом убеждении, что оно не приобретается человеческим усилием – даруется Богом. Пребывание в покаянии есть залог спасения. Будем довольны этим состоянием, не будем искать состояния высшего. Такое искание есть верный признак гордости и самомнения, такое искание приводит не к преуспеянию, а к преткновениям и погибели…. : "Аскетические опыты . т.2. "СЛОВО О МОЛИТВЕ ИИСУСОВОЙ"
Помогай Бог!

Страницы: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | 10 | 11 | 12 | 13 | 14 | 15 | 16 | 17 | 18 | Следующая >>

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru

Святой Афон находится на третьем пальце Халкидики.