Русская линия
Русская линия Николай Симаков17.11.2006 

Природа и религиозные корни русского радикализма
Из сборника статей «Соблазн русского радикализма»

Сегодня в нашей стране вновь появился политический и религиозный радикализм. [1] Этот русский соблазн уже не раз порождал в истории нашего отечества различные церковные и национальные расколы, тяжелые смутные времена лихолетий и разорений. Впервые религиозно-политический радикализм появился в истории России в эпоху церковного раскола XVII века. Именно тогда, в эпоху мятежного протопопа Аввакума, а затем Никиты Пустосвята впервые прозвучали слова и пророчества о том, что Третий Рим пал, русского православного царства больше нет. История окончилась в 1666 году и наступило царство антихриста. Больше нет русских православных царей, Алексея Михайловича Тишайшего и Патриарха Никона раскольники XVII века считали врагами православия и слугами антихриста. Церковь «никонианская» безблагодатная, в ней нет спасения, русское государство — царство «зверя» из которого надо бежать в леса, — в «невидимый град Китеж», чтобы спастись, считали раскольники. Религиозный радикализм раскольников XVII века закончилась проповедью самосожжения как спасение от власти антихриста, привел к массовым гарям. Расколоучители не раз поднимали казаков и стрельцов на бунты против царской власти и государства. Старообрядцы-раскольники спровоцировали бунт Стеньки Разина, который вылился в целую войну народов Поволжья против московского государства в 1667—1671 гг. В 1681 году раскольники подняли стрелецкий мятеж в Москве, позже разразился булавинский бунт казаков-староверов в 1708—1710 гг. и даже уход их в Турцию. Особенно опасным стала пугачевщина, бунт казаков-старообрядцев, ставший гражданской войной направленной на уничтожение Российской империи. Почти два столетия, XVII и XVII вв. раскольники поднимали народ на бунт, восстание, гражданскую и религиозную войну против православной церкви и русского государства.

На смену религиозно-раскольническому радикализму в XIX и XX вв. пришел радикализм революционной интеллигенции. Начиная от Пестеля, Бакунина, Желябова до Троцкого, Ленина, большевиков и эсеров появляется особый тип секулярно-политического радикализма. Это тип левого радикализма, исповедующий революцию и социализм, привел Россию в 1917 год к невиданной катастрофе и государственному крушению.

В России в ХХ веке многие десятки миллионов людей заплатили своей жизнью за идеологию революционно-политического радикализма. Различные слои и сословия русского общества были безжалостно истреблены как «классовые враги», почти вся старая традиционная Россия погибла, таковы были горькие плоды этого мировоззрения.

В 90-е годы прошлого века наступила эпоха либерально-демократического радикализма, которая в нашем обществе пришла на смену обветшалому марксизму-ленинизму.

Радикальная либерализация обернулась для страны «великой криминальной революцией», разграблением и расчленением сверхдержавы, обнищанием и вымиранием народа. Как реакция на нынешнее положение народа и страны, пережившей в 90-е годы либеральный беспредел родился новый, современный, национально-патриотический тип русского радикализма. В отличие от прежнего левого радикализма, который в течении двух столетий доминировал в России, современный радикализм правый. Сегодня в патриотическом и православном общественном движении правый радикализм растет и процветает. Он набирает силы не по дням, а по часам, начинается массовое заражение идеями и духом радикализма. Если ты радикал, то значит ты настоящий патриот, ты действительно православный и борец за истину и правду, ты почти святой подвижник! Сегодня действует правило: чем радикальнее, тем истиннее! Снова, как и раньше, нынешний радикализм вновь зовет к новой, теперь уже не левой, а правой «национальной революции», как единственному пути к «спасению» России и русского народа. В одном из манифестов современного радикализма с символическим названием «Не мир, но меч» автор прямо декларирует ее: «А полная правда, такова: каждый из нас — редактор ли он, публицист или шофер такси, должен для себя ясно и недвусмысленно решить — идет он на священную войну за освобождение русского народа от вражеской оккупации или нет». [2]

ТЕОЛОГИЯ РЕВОЛЮЦИИ КАК «РУССКАЯ ИДЕЯ»

Характерной особенностью современного радикализма является стремление во чтобы то ни стало соединить религию и революцию, освятить ее «истинным православием», религиозно санкционировать «национальную революцию». Современные ультра-православные идеологи радикализма пишут о том, что якобы к экстремизму и революции нас призывает сам Христос. «К православному экстремизму призвал нас Сам Господь, сказав: „Теперь… продай одежду свою, и купи меч“ (Лк. 22:36), пишет автор книги „Не мир, но меч“. „Православными экстремистами — пишет он, были все без исключения святые угодники Божии — мученики и бессребреники, преподобные и юродивые… Думаю, что не будет преувеличением сказать, что от века и доныне вход в рай сладости Божией, в Царство Небесное, в вечную блаженную жизнь в Духе Святом возбранен всем, кроме православных экстремистов…“. [3]Очевидно, что автор исповедует не Евангельского Христа. В Нагорной проповеди Господь Иисус Христос говорит прямо противоположное: „Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю“, „Блаженные мировотворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими“ (Мф. 5:9) „Придите ко Мне все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас; возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим; ибо иго Мое благо, и бремя Мое легко“. (Мф. 11:29−30).

Фактически современный религиозно-политический радикализм полностью отверг евангельского Христа и создал русский вариант т.н. „теологии революции“.

Традиционное церковное православие не санкционирует „национальную революцию“, поэтому идеологи радикализма не принимают его, постоянно обвиняя в „толстовском непротивленчестве“ и „толерантности“. Они стремятся создать свое „боеспособное христианство яростного Спаса“, способное поднять народ на восстание и на религиозно — национальную революцию. „Героическая сущность Христианства полностью нивелируется, пишут авторы статьи „Мы — новые опричники“, забываются слова Спасителя: „Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч“ (Мф. 10:34).

Сегодня нам как никогда необходим Орден христолюбивых воинов-подвижников, предводимый победоносным и яростным Архистратигом. Сегодня нам необходимо восстание немногих, необходимо боеспособное христианство. Нам нужен яростный Спас“, — считают авторы. „Хватит отступать со своей земли, хватит отступаться от своей веры! Восстание немногих или медленное умирание; новая общность или руины — иного выбора нет. Не надо бояться гражданской войны, не надо бояться революций“. [4]

В истории христианства не раз уже возникали подобные варианты „теологии революции“, превращающие Господа Иисуса Христа в „пламенного революционера“, а Евангелие в религиозно-революционную доктрину санкционирующую „право народа на восстание“. Уже в средние века появились различные ереси такие, например, как Дольчино и „апостольские братья“, которые призывали в Италии к „священной войне“ народа против церкви и государства. В XV веке появились гуситы и табориты, которые „во имя библейских заповедей“ развязали в 1419—1434 гг. религиозные войны в центре Европы. В 16 веке в Германии анабаптисты и Томас Мюнцер выступали с проповедью религиозно-политической революции и „священной войны“, опираясь на библейские и евангельские тексты. Мюнцер неустанно призывал к беспощадному истреблению „врагов божьих“ как к исполнению заповедей Христовых: „Христос повелел многозначительно: и приведите моих врагов и избейте их передо мной“. Почему? А потому, что они вредили Христову правлению», — писал он в своих проповедях. [5] В результате его призывов в Германии в XVI веке началась религиозная война, в ходе которой восставшие крестьяне «во имя евангелия, веры и Христа» истребляли духовенство, дворянство, богатых горожан, разрушили и сожгли множество городов и замков.

В России впервые «теология революции» появилась в работах известных религиозных публицистов, писателей и поэтов «серебряного века»: Д. Мережковского, З. Гиппиус, А. Блока и др. Они хотели соединить, «синтезировать» революцию и религию, христианство и язычество, Христа и диониса. В их манифестах Христос очень часто превращался в «вождя религиозно-политической революции», а само христианство выступало как революционная апокалиптика, направленная против самодержавия и православной церкви. «Религиозная революция — предельная и окончательная, ниспровергающая всякую человеческую власть, всякое государство в его последних, метафизических основаниях», — писал Д.Мережковский. «И острие меча Христова, поднятого для этой брани, есть первое пророческое слово великой русской религиозной революции, слово, недаром идущее именно от нас, учеников Достоевского: самодержавие — от антихриста». [6] Не случайно для Д. Мережковского «русская идея» — это, прежде всего, религиозная революция, которая призвана не только разрушить старую православно-самодержавную Россию, но и открыть новую эпоху т.н. «апокалипсического христианства третьего завета». Русская теология революции нашла свое отражение и в поэме А. Блока «Двенадцать». Банда насильников, грабителей и убийц «чудесным образом» превращается в поэме «Двенадцать» в «религиозных революционеров» во главе которых:

«Нежной поступью надвьюжной,
Снежной россыпью жемчужной,
В белом венчике из роз
Впереди — Исус Христос».

Идеологи современного радикализма, несмотря на трагический и страдальческий русский опыт истребительной революции 1917 года, продолжают, как в чем ни бывало пропаганду «теологии русской революции» и сегодня. Они, как и прежде, неустанно утверждают и доказывают, что Россию спасет только новая революция уже теперь не пролетарская, а национальная, которая, по их мнению, и есть «русская идея» в XXI веке. «Таким образом, сегодня русская идея есть идея национально-освободительной борьбы; я бы даже сказал войны русского народа…», — пишет один из идеологов современного религиозно-политического радикализма. — «…уверяю Вас — перед русской национальной революцией падут в прах все крепости и бастионы врага, бесполезными станут все гигантские ресурсы, которые направлены против нас». [7]

СОВРЕМЕННАЯ АПОКАЛИПТИКА И «ПРАВОСЛАВНЫЙ ПРОТЕСТАНТИЗМ»

Современный русский радикализм это не только «зилоты», но и «кафары», т. е. не только идеологи «национальной революции», но и ультра-православные ревнители «истинной веры». Сегодня появились журналы и газеты такие как «Первый и последний», «На страже Православия» и другие, в которых постоянно пишется и говорится о том, что современному человечеству угрожает «электронный концлагерь», в котором человек потеряет не только свободу, но и спасение души. При этом «от электронного Дахау», утверждают авторы апокалиптических статей, нас уже не сможет спасти ни вера православная, ни Церковь, ни Промысел Божий. По мнению современных «ревнителей веры», Господь Вседержитель, оказывается «бессильным» перед современным компьютерно-сетевым обществом в техногенно-виртуальной цивилизации. Современные апокалиптики полностью отвергают Провиденциальный смысл истории. Для них история уже закончилась и наступила эра «электронно-чипового рабства», которая и есть царство антихриста. «Так на наших глазах, с нашим же участием идет ускоренными темпами построение всемирной богоборческой технотронной диктатуры — царства антихриста, осуществляемое его предтечами — представители „мировой элиты“, объединенной этническим родством и инициацией в ложах деструктивной направленности», — пишут борцы с «электронном рабством». [8]

Религиозный радикализм современным апокалиптиков приводит их к конфликту со священноначалием Русской Православной Церкви, которая не поддерживает их страхов и ужасов перед «электронным царством антихриста», которые они сеют в народе. Поэтому современные апокалиптики и кафары — ревнители «истинной веры» ведут борьбу с Патриархом, Синодом и Священноначалием Церкви, «обличая их» в своих многочисленных обращениях и манифестах в различных «ересях» и конечно в «измене православию».

Благодаря их усилием сегодня появился «православный протестантизм», целое движение, которое фактически готовит проведение анти-церковной реформации. Только русская реформация сегодня готовится не слева, как во времена обновленчества 20−30-х годов прошлого века, а справа — как возвращение якобы к «истинно православной соборности». Современные ультра-православные ревнители веры считают себя «большими традиционалистами» чем Патриарх и Архиерейские соборы. Они создают новую эклезиологию «соборно-народной церкви», в которой народ является «главным хранителем православия и арбитром» во всех вопросах церковной жизни. Религиозное народничество и «теория народного суверенитета» заменили у «православных протестантов» церковную иерархию и архиереев как носителей апостольского преемства. Современные реформаторы стремятся провести «перестройку и широкую демократизацию» в самой Церкви, превратив ее из «клерикальной» в «истинно-православную» и «народно-соборную». Поэтому ревнители соборности на многочисленных собраниях, стояниях и митингах требуют немедленного созыва Поместного Собора, на котором они хотят дать бой «клерикалам», т. е. Патриарху и архиереям, чтобы решить «все наболевшие проблемы церковной жизни». «Что же нам делать? Бороться! Нам всем необходимо бороться за восстановление принципа соборности», — пишут современные реформаторы. «Церковь сильна своей соборностью, и именно в соборности — спасение Руси! Дело борьбы за очищение Русского Православия и возрождения Православного Самодержавия следует начать как раз с подготовки Поместного Собора, безотлагательного проведения которого народ Божий вправе требовать от священноначалия». «Владыки, нам нужно знать, с кем вы: с неисправимыми врагами Христа или с Народом — Богоносцем?», — вопрошают современные «истинно-православные соборяне». [9]

Современный религиозный радикализм «православных реформаторов, протестантов и лжесоборян», повторяет судьбу раскольников как XVII, так и XX веков. Он несет смуту, раскол и соблазн реформации выступая от имени якобы «истинной веры» против Матери-Церкви, ее единства и святоотеческого учения.

«Самое тревожное мое наблюдение последних лет, — пишет диакон Андрей Кураев, — состоит в том, что сейчас, в начале XXI века, наша Православная Церковь оказалась на пороге не то что раскола, а гораздо более серьезной вещи. Я считаю, что на наших глазах начинается русская реформация. В Европе Реформация произошла пять веков назад. У нас она припозднилась: ждала, пока не ослабнет государство. Пока была государственная власть с ясной и жесткой религиозной политикой (сначала православной, потом — атеистической), мирянский активизм осаживался. Теперь этот „удерживающий“ отошел. И мы увидели лицо „русского бунта“». [10]

ПРИРОДА И РЕЛИГИОЗНЫЕ КОРНИ РУССКОГО РАДИКАЛИЗМА

Несомненно, религиозный и политический радикализм всегда появлялся в России в эпохи духовно-мировоззренческого кризиса. Изначально он не присущ самобытной русской культуре и традиционному православному мировоззрению. Национальный гений А.С.Пушкина и П.И.Чайковского, русская святость в лице прп. Сергия Радонежского и прп. Серафима Саровского убедительно свидетельствует об этом.

Русский народ на протяжении столетий был воспитан в лоне православия на евангельском максимализме: «Ищите же прежде Царства Божия и правды Его…» (Мф. 6:34). Однако полярные крайности и противоречия парадоксально уживались в жизни русского народа. Достоевский отличал «метафизическую широту и безграничность» русской души, в которой «идеал мадонны уживался с идеалом содома». Христианская вера и евангельский максимализм часто сталкивались со страстной, языческо-дионисийской и анархической стихией в русской душе. «Россия — фантастическая страна духовного опьянения, страна хлыстов, самосожигателей, духоборов, страна Кондратия Селиванова и Григория Распутина, страна самозванцев и пугачевщины». [11]

В «ночной стихии» русской души можно увидеть болезненную раздвоенность, скрытое двоеверие, женственную безвольность, склонность к анархизму и бунту. Языческо-дионисийская стихийность подпольно живущая в русской душе своей «двоеверной, потаенной жизнью» часто вырывалась наружу, на поверхность и заливала русскую историю смутой и революцией. В русской истории постоянно происходила борьба православной государственности со стихией анархической вольницы, которая часто угрожала самому существованию страны. «В исторической душе русского народа всегда боролись заветы обители преп. Сергия и Запорожской Сечи или вольницы, наполнявшей полки самозванцев, Разина и Пугачева». [12]

Природа русского радикализма духовно связана со стихией русской анархической вольницы. Она коренится в соблазне языческо-дионисийской свободы как безудержного своеволия и анархического бунта. Стихия анархического своеволия, часто пленяющая русскую душу, отвергает духовный смысл свободы во Христе, как спасения и освобождения души от рабства у страстей и стихий падшего мира. «Итак стойте в свободе, которую даровал нам Христос, и не подвергайтесь опять игу рабства» (Галат. 5:1). Однако прежде всего природа русского радикализма проявляет себя как анархическо-нигилистический бунт и восстание против Промысла Божия в истории. Радикализм всегда отвергает провиденциальный план истории. Он не верит в спасительный Промысел Божий совершенствующийся в истории. Сама история в мировоззрении радикализма предстает как господство зла и царство антихриста.

Согласно православному традиционализму историей правит всемилостливый Промысел Божий. Он ведет человека и человечество в истории к спасению во Христе. Именно в этом заключается подлинная цель и смысл истории. «Миром правит только Промысел Божий и в этом спасение верующему человеку, и в этом сила, чтобы перенести земные скорби», — писал архимандрит Иоанн (Крестьянкин). Судьба России и спасение русского народа также входит в провиденциальный план истории. «Помните все, Россия идет своим, мученическим и исповедническим путем, предначертанным ей Всемилостливым Промыслом Божим», — не раз утверждал митрополит Иоанн (Снычев). В эпоху крушения России, когда в 1918 году начался красный террор и геноцид, патриарх Тихон благословил русский народ на исповедническую Голгофу за веру и церковь. «А если нужно будет пострадать за дело Христово, зовем вас, возлюбленные чада Церкви, зовем вас на эти страдания вместе с собою». Однако патриарх Тихон отказался благословить белое движение, как его ни просили. Он, благословил русский народ только на возвращение к Церкви и Православию. «Ночь будет долгой!», — пророчески прорек судьбу русского народа и России святитель Тихон. Попущением Божим за грехи наши, Господь наложил спасительную епитимью на русский народ (как когда-то во времена татаро-монгольского ига) до тех пор, пока наш народ не покается в грехе богоборчества, не вымолит и не выстрадает, а главное не вернется к вере православной, в лоно Матери-Церкви. Только тогда православная Россия возродится, и русский народ будет помилован и спасен. Другого пути для спасения России и русского народа вне Церкви и Всемилостивого Промысла Божия патриарх Тихон не видел.

В отличие от православного провиденциализма, современный радикализм исповедует своего рода манихейско-гностический дуализм. Бог и добро для радикализма только на небе, там Царство Божие, а на земле только «царство зла». В наше время, говорят идеологи радикализма, уже нет спасительного Промысла Божия, т.к. наступила эра глобализма для всего человечества. Весь современный мир оказался во власти темных сил, он стал теперь «электронным концлагерем биороботов с печатью ИНН». Очевидно, что радикализм как мировоззрение — это старый русский соблазн и бунт Ивана Карамазова, который не хочет принять этот мир, построенный на страдании невинных людей. Он отвергает, прежде всего, путь христианкой веры в Бога — Промыслителя и Спасителя. Отвергает радикализм и веру в Спасительный Крест Христов и Крестоношение как спасение в «мире лежащем во зле». «Это — бунт против божественного миропорядка, непринятие человеческой судьбы, определенной Божиим Промыслом. Это — распря человека с Богом, нежелание принять страдание и жертвы, постигнуть смысл нашей жизни как искупление». [13]

Отвергая евангельскую веру во Христа Спасителя («Я есмь путь и истина и жизнь» (Ин. 14:6); «Без меня не можете творить ничего» (Ин. 15:6)) современная радикально настроенная интеллигенция, как и прежде, берет на себя роль «мессии», пытаясь заменить собою Бога и стать «спасительницей России» и русского народа. Она не ищет спасения для народа во Христе и Церкви. Напротив, радикально настроенная интеллигенция, уверовавшая в свою непогрешимость и присвоившая себе «мессианскую» роль, сама хочет спасти Православие, Церковь и Россию. Таким образом, как и прежде, современный радикализм в духовно-религиозном смысле есть лжемессианство и самообожествление, своеволие и бунт против Промысла Божьего — старые недуги и болезни русской интеллигенции.

ОТ РАДИКАЛИЗМА К ПРАВОСЛАВНОМУ ТРАДИЦИОНАЛИЗМУ

Современный радикализм представляет большую опасность и соблазн для нашего общества. Он легко заражает своей мифологией многих людей, которые видят в нем единственную «спасительную альтернативу» современному либерализму и глобализму. Часто человек заразившийся идеологией радикализма становится «одномерным», он уже не о чем больше не может говорить, не о чем больше не думает, как только о «борьбе с антихристом и его печатью — ИНН», «электронным концлагерем» и глобализмом. Опасность радикализации нашего общества связана еще с тем, что мы долгие годы в советское время были воспитаны на революционной героике. На романтическом пафосе борьбы «за светлое будущее», а не на православии и вере в Промысел Божий. Сегодня необходимо духовное преодоление не только идеологии либерализации, но и радикализации русского общества. Весь многострадальный путь русского народа в ХХ веке позволяет нам сделать вывод о том, что Россию не смогут «спасти и возродить» рецепты политтехнологов «национальной революции». Очевидно также и то, что нет, и не может быть «легких и быстрых» путей спасения России путем революций и социально-политических переворотов. Никакая самая «передовая идеология» не в силах заменить тысячелетнюю религиозно-нравственную традицию православия в жизни русского народа. Об этом свидетельствует весь ХХ век. Наш народ нуждается сегодня не в новой идеологии и не в очередной революции, а прежде всего в духовно-нравственном обновлении, возвращении к православной вере и Церкви. «Обновление, предстоящее нам, должно составить целую эпоху в истории, — писал И.А.Ильин. — Ибо старые дороги исхожены и прежнее строение акта, творившего культуру, привело нас к ужасным, чудовищным проявлениям внутренней жестокости и внешней технике. И близится время, когда мы все будем промышлять только о внутреннем обновлении и будем искать Божьей помощи и спасения». [14]

Подобно евангельскому «блудному сыну» русский народ нуждается в возвращении в Отчий Дом, ко Христу Спасителю и Матери-Церкви. Воцерковление и послушание Промыслу Божьему и Церкви поможет русскому народу духово прозреть и покаяться, исцелится от своих старых недугов и грехов. Даст возможность преодолеть соблазны анархического своеволия, революционного лжемессианства и радикализма. Необходима и смена парадигм в русском самосознании. Господствующее в современном обществе идеологизированное и политизированное сознание, должно постепенно уступить свое место духовно-нравственному миропониманию православной традиции. На смену власти различных «левых и правых» идеологий в нашем обществе, должна придти традиционная русская православная культура. Православный традиционализм призван вновь открыть душе, уму и сердцу русского человека, провиденциальный смысл истории, как истории спасения человечества во Христе. Разрешить проблемы теодицеи и антроподицеи в русском самосознании. Ответить на «проклятые вопросы» и раскрыть духовный смысл жизни.

В эпоху разгула демократии и анархии, крайне необходимо не только отказаться от либерально-эгалитарной идеологии, но и восстановить традиционную иерархию ценностей в современном русском самосознании. Как известно в истории России на протяжении веков православная церковь была центром всей религиозной и национальной жизни. Она сумела создать из различных славянских племен великий русский народ. Она же стала духовной основой и опорой русской государственности и культуры. В традиционном русском мировоззрении Церковь занимала первое и высшее место в иерархии ценностей, затем народ и, наконец, государство. «Мы не ошибемся, если не нарушим верной иерархии ценностей: сперва Церковь, затем русский народ, а лишь потом — государство». [15]

Отношение к Церкви которая по словам св. ап. Павла есть «Столп и утверждение истины», определяло в истории судьбу России.

В допетровский период русской истории Церковь была мерой всех вещей для всех слоев нашего народа. Не случайно вошло в пословицу «Кому Церковь не мать, тому и Бог не отец». В Петербургский период под влиянием европеизации, «умственного ига Европы» мировоззрение изменилось. Теперь государство стало занимать место Церкви.

Секулярное сознание видело в Российской империи и светской культуре центр жизни европейски-просвещенного русского общества. После падения монархии и империи в 1917 году, вера в государственность и культуру рухнула и затем сменилась на новую веру в народ и революцию. В советский период место Церкви занял «советский народ — строитель коммунизма». Идеология этатизма и народопоклонства исказила русское мировоззрение, фактически привела к потере религиозно-национальной и культурной идентичности. «Русская болезнь имеет в основе грех против Церкви, — писал священномученник Илларион Троицкий. — Отношение к Церкви — вот пробный камень для русского человека. Кто верен Церкви, тот верен России, тот — воистину русский. Кто отрекся от Церкви, тот отрекся от России, стал беспочвенным космополитом. В жизни исключительно религиозных народов всегда так и бывает». [16]

После пережитого русским народом краха этатизма и народничества, Православная Церковь сегодня вновь становится центром духовного и национального возрождения.

С момента прославления в 2000 году Церковью святых Новомучеников и Исповедников Российских за Христа пострадавших, таинственно началась новая эпоха в русской истории. Эта эпоха православно-национального возрождения России. И мы верим, что из Церкви св. Новомучеников и Исповедников духовно родится и выйдет новая обновленная православная и национальная Россия.
Николай Кузьмич Симаков, историк, председатель Общества им. И.А.Ильина


ПРИМЕЧАНИЯ:

1 — Радикализм — нетрадиционное мировоззрение, крайние религиозные и политические взгляды.
2 — Душенов К. Не мир, но меч. СПб., 2006, с. 240.
3 — Там же, с. 234−235.
4 — «Мы новые опричники» // «Русский меч», газета, с. 5.
5 — Цит. по: Шафаревич И.Р. Социализм как явление мировой истории. М., 1991, с. 75.
6 — Мережковский Д. Не мир, но меч. М., 2000, с. 477.
7 — Душенов К. Не мир, но меч. СПб., 2006, с. 241, 264.
8 — «На страже православия», газета, 2006, N1, с. 8.
9 — «Русь Православная», газета, 2004, N9−10, с. 4.
10 — Диакон А.Кураев. Искушение, которое приходит справа. М., 2005, с. 4.
11 — Бердяев Н.А. Судьба России. М., 1997, с. 237.
12 — Булгаков С.Н. Два града. СПб., 1997, с. 296.
13 — Бердяев Н.А. Духи русской революции // В сб. ст. «Из глубины». М., 1991, с. 264−265.
14 — Ильин И.А. Путь к очевидности // Собр. соч. Т. 3. М., 1994, с. 558.
15 — Махнач В. Параметры христианской политики. М., 2000, с. 27.
16 — Сщмч. Илларион (Троицкий). Без Церкви нет спасения. М.-СПб., 2001, с. 562.

http://rusk.ru/st.php?idar=110785

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  

  А.Пеньков    09.04.2008 15:19
Евреи распяли Христа – спасителя людей, а теперь хотят распять и Россию. Стыдно вам за такое мнение должно быть, когда народ русский мрет, не можит рожать детей и свободно жить на своей земле, залитой кровью миллионов русичей.
  Дмитрий Стогов, к.и.н.    28.11.2006 22:59
Поддерживаю в целом основные положения статьи Н.К.Симакова. Вообще, рассматривая проблему современного православного русского радикализма и вырабатывая определённое отношение к сему явлению, главное, как мне представляется,—не впасть в ту или иную крайность. С одной стороны, нельзя не признать пагубность для России всеобщей глобализации и, в связи с этим, всецело учитывать факт опасности создания так называемого «электронного концлагеря». Сами по себе эти процессы, как мне представляется, крайне опасны и, так или иначе, безусловно, приближают общество к «последним временам». Но вот здесь-то наши радикалы совершают безумную ошибку, готовя почву для очередного церковного раскола, изрыгая хулу на священноначалие и лично на патриарха, забывая ясно сказанное в Священном Писании: «И на сем камени созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют ей» (Мф. : 16; 18). Ситуация становится подобной церковному расколу XVII века, когда старообрядцы (которые, может быть, в чём-то по-своему и были правы), порвав все связи с Матерью-Церковью, лишились благодати Святого Духа и, идя на поводу у собственной гордыни, двинулись по пути духовной погибели. Необходимо, на мой взгляд, не организовывать разного рода революционные действия, а, соборно помолившись, совместно со священноначалием Русской Православной Церкви попытаться выработать чёткие тезисы по всем злободневным проблемам современности, составить меморандум по данным вопросам, а затем уже совместными усилиями добиваться правды у светских властей, используя для этого все «мирные» возможности.
  Ярополк    28.11.2006 08:28
В целом статья конечно хороша. Материал подобран "тонко".
Только противоречива. Вместо всех "или-или" и обвинений я бы просто поставил "и-и" и многоточие. Тогда бы совсем по-нашему вышло.

Отсутствует четкое понимание происходящего (как ни странно…).
А суть такова, что мы находимся в переходном периоде, за нестабильностью и неустойчивостью скрывается грех как норма. Для верующего – это Система Сатанократии, иначе не назовешь. Дальше крах.
Радикализм же у большинства русских сознательный, это радует.
Интеллигенция тут ни при чем, ее здесь даже не пахнет.
  Ярополк    28.11.2006 08:04
р.Б. Антоний
– у Вас каша в голове, однозначно.
Привычка смешивать святое и повседневное – любимый прием.
Не надо поминать имя Господа в Интернете, особенно после того, что Вы написали.
Национализм не препятствие для Имперского строительства.
Тем более что нам сейчас вообще рано говорить об этом. Речь идет о выживании Русского народа и национализм в любых его формах есть необходимое условие для этого.
Вспоните историю черносотенства – они были крайними русскими националистами, Вам такое сложно даже представить я думаю.
И при этом – опора Престолу.
И еще есть один характерный пример.
В ГосДуме монархисты сидели правее националистов.
  Артем    24.11.2006 14:59
В традиционном русском мировоззрении Церковь занимала первое и высшее место в иерархии ценностей, затем народ и, наконец, государство.
Все-таки ПРАВОСЛАВИЕ, САМОДЕРЖАВИЕ, НАРОДНОСТЬ, а не иначе. Кстати, роль государства (православного, разумеется) в создании народа ничуть не меньше церковной, что в Византии, что у нас. А какое государство по своему произволу может создать народ? Либо республику, либо тиранию. Вообще, "народ" – излюбленная маска олигархии, либо правящей, либо стремящейся к власти.
  Хоров    23.11.2006 14:10
по поводу контрреволюции.
Достаточно того, что "революция" как слово означает Разворот или Поворот в обратную сторону. Кажется, все революции именно и требуют Возвращения в некоторое исходное состояние, чтобы начать "все сначала". Для чего нужно устранить помехи-наросты истории, а это можно только силовым путем, тогда как просто качественный скачок возможен при постепенном исправлении ошибок человечества.
Требования возвращения -
Реформация – к чистым истоками христианства;
Ислам – к неповрежденной вере Авраама,
Просветители – к природным и/или разумным основаниям жизни,
социализм – к первобытно-общинному строю,

Революция желает смести все ненужные излишки – законы, традиции, все, что на данный момент накопилось и мешает жить. А так как под луной нового ничего нет, то идеалом служит отдаленное прошлое, и с опытом настоящего можно потому построить блестящее будущее, или просто вернуть все на стези своя и продолжить жить ка было заведено (староверы).

Сегодня социальные лозунги не гиперактуальны, религиозность общества на грани фола, поэтому любая прежняя религиозная культура кажется золотым веком. Возникает антиклерикальный настрой. Как Лютер и Магомет, интеллектуалы в Традициях стремились убрать Жречество. Только в отсутствии его они смогут представлять Сакральное и право на Истину будет принадлежать только им.
Джемаль – возврат к духу пророков при преодолении законничества имамов, старообрядец Дугин "через старое к Древнему".

Поэтому противопоставлять контрреволюцию революции можно как противление насильственному Возврату истории, и именно как настойчивое продолжение Традиции.
  Александр Павлович    22.11.2006 12:04
Да. "Состояние оккупации"… Это ведь тоже иделогическое клише.
Революционное. Ожидание Минина и Пожарского.
Официальная МП – совсем не похожа в отношении этого лозунга на Патриарха Ермогена. И не сравнивает "Единую Россию" с польскими интервентами.
Поэтому клише "освобождения от оккупации" дружит с другим:
"первым делом Союза Русского Народа должно быть дело освобождения Церкви Русской от пленившей ее по воле врагов России и Православия восемьдесят лет назад Московской Патриархии" (http://www.russia-talk.com/rf/srn-Kliachin.htm).
Если это не призыв к расколу, то что это?
Получается что лозунг "освобождения отечества" предполагает и церковный раскол. Об этом и статья.
  евгения    21.11.2006 01:16
в основном в революциях всегда участвовали люди, которым лень работать. Если даже в прежние, сравнительно богобоязненные времена, находились такие охотники, то теперь их может оказаться еще больше. В течение всех печальных советских лет у людей отбивали охоту трудиться. поскольку разница между плохой работой никак не поощрялась, а инициатива была наказуема. В настояще время работы хорошей конечно мало, трудно устроиться по специальности или по душе, но всегда можно что-то придумать. Особенно, если нужно кормить семью, старых и малых. Но некоторым милее искать врагов не в себе, а в других. Так что революционую ситуацию можно и отыскать.
  Александр+++    19.11.2006 20:58
Статья блестящая.
  fgh    19.11.2006 17:49
Симаков: Однако патриарх Тихон отказался благословить белое движение, как его ни просили

Не надо тут повторять эти давно уже опровергнутые басни.
Патриарх Тихон БЛАГОСЛАВИЛ Белое движение направив своё благословению общепризнанному лидеру Русского Сопротивления, Александру Колчаку.
К тому же я вам, Симаков, настоятельно рекомендую прочитать работу И.Ильина "О сопротивлении злу силою".

Страницы: | 1 | 2 | Следующая >>

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru