Русская линия
Русская линияИгумен Даниил (Гридченко)26.10.2009 

Слово и дело
Почему активность некоторых «новых миссионеров» напоминает бег на месте

То, что популярный московский проповедник протоиерей Дмитрий Смирнов отличается безаппеляционностью своих суждений, не секрет. Подтверждений тому — множество. И одно из них — высказывание на передаче радиостанции «Радонеж», в котором известный миссионер, богослов, священник американской православной Церкви протопресвитер Александр Шмеман объявляется религиозным гением, а те, кто обвиняет его в ереси — болванами. Сказано резковато, но и не согласиться с этим трудно. Отец Александр — действительно блестящий, один из лучших апологетов христианства в XX веке, и обвинения его в ереси (во всяком случае, в традиционном понимании этого слова), мягко выражаясь, безосновательны.

Однако есть в его трудах — в «Дневниках», особенно — нечто, что оставляет после себя сложное, несколько недоуменное чувство, — ощущение какой-то духовной недоделанности… Собственно сам автор, пусть и опосредствованно, в ней признаётся. Чем дальше, тем чаще слова «тоска», «душевная тяжесть» изливаются на страницы его сокровенных размышлений, тем больше в них осуждения и неприятия, — состояний для христианина, прямо скажем, нехарактерных. Осуждение — явление само по себе довольно неприглядное, а за то, что, как кажется, у кого-то не хватает ума, тем более… И тут возникает закономерный вопрос: насколько личное духовное несовершенство, «неаскетизм» могут служить помехой убедительности слов о Боге, достаточно ли одного проповеднического дара, таланта, или святость жизни должна прилагаться обязательно? То, что о. Александр аскетом не был — факт общеизвестный. Некоторые свои немощи — курение, опущение постов, например, он и не скрывал, и, кажется, не придавал им особого значения. Но было ли это только фактом его личной биографии, или всё-таки касалось тех, к кому он обращался? Иногда ответы на подобного рода вопросы обретаются в подходе «от противного». Тот же о. Дмитрий рассказывал не раз, что, будучи молодым человеком, возил своих знакомых к человеку святой жизни — старцу, исповеднику, духовнику, архимандриту Тавриону (Батозскому). Привозил безбожников, а увозил — очень скоро — православных христиан, причём слова в производимой метаморфозе оказывали не самое определяющее воздействие… Когда о христианстве не только рассказывают, но ещё его и показывают, оно бывает гораздо более доходчивым. Тем не менее, вера от слышания (Рим. 10:17) и проповедь о. Александра, несмотря на активное неприятие им всего того, что принято называть традиционным православным благочестием, тоже достигала своей цели. Во всяком случае, часто вера и искренность делали её нелегковесной, а талант — поэтичной…

Пожалуй, стоит отметить, что цели миссионера и духовника могут и различаться. Цель первого — привести к Богу как можно больше людей; второго — привести и удержать хотя бы самых близких. Соответственно разнятся и средства. Не случайно, наверное, что отец протопресвитер с удовольствием апеллировал к опыту писателей, поэтов, философов и крайне неохотно — святых отцов; часто ссылался на Пушкина и Достоевского — христиан, в общем-то, небезупречных и — почти никогда — на святителей Иоанна Златоуста и Василия Великого. Исключение, пожалуй, — преподобный Серафим Саровский. Но и он, как правило, представлялся как некий оппозиционер, одиноко противостоящий окружающей косности и обскурантизму. Забывалось почему-то, что-то, чем стал светоносный старец — результат многолетних молитвенных подвигов и трудов — всё той же «поповщины» и «византийщины», столь нелюбимых о. Александром Шмеманом.

Вообще, гениальность — даже религиозная — не гарантия спасения души в вечности. Она, прежде всего, ответственность, груз, который при определённых условиях не только удерживает, но и давит. Один неосторожный шаг и уже «малые сии» готовы обвинить чуть ли не в ереси. От большого ума нередки большие скорби и самые непредсказуемые последствия. И то, что часть нашей «мыслящей» церковной интеллигенции носится с именем о. Александра как со знаменем — скорее симптом недуга, нежели признак духовного здравомыслия. Диагноз недомогания — болезнь «левизны», а в стадии обострения — опасность раскола, которую уже обозначил не так давно где-то притаившийся небезызвестный миссионер о. Георгий Кочетков. Когда неоднозначная личность становится безусловным авторитетом у одних и абсолютным злом у других — конфликт неизбежен…

Опасность его возрастает именно сейчас, когда идея миссионерства как раз в «шмемановском» духе становится доминирующей уже на уровне официальной церковной политики. Очевидно, что с ней согласны далеко не все… И тут важно почувствовать грань, за которой разномыслие из средства обнаружения искусных (1Кор. 11:19) превращается в орудие разрушения — любви, Церкви, самого дела Божьего на земле.

Гипотетически существует и другая опасность: масса людей, осознавших истинность христианства, но не дающих себе труда жить по Христовым заповедям превращается в тот самый материал, который бит будет много (Лк. 12:47). Угроза становится реальной, когда о своём «православии» вдруг объявляют даже и не помышляющие об изменении жизни представители разного рода маргинальных субкультур, богатые юноши (Лк. 18:23) и прочие евангельские персонажи, о которых сказано вполне определённо, что легче войти в иглиное ушко верблюду, нежели им в Царство Божье. Царство Небесное нудится (Мф. 11:12), оно — результат покаянного труда прежде всего, а не только абстрактных рассуждений самодовольных субъектов, вымазавшихся в нечистотах по уши… Слово, не подтверждённое делом, скорее соблазняет, чем назидает, — когда на руке часы за сорок тысяч евро, проповедь о стяжании ценностей Небесных естественно превращается в карикатуру… Не хочется быть пессимистом, но иногда демонстративная активность некоторых «новых миссионеров» напоминает бег на месте с имитацией преодоления препятствий: талантов о. Александра не хватает, зато налицо преизбыток нерастраченных амбиций…

То, что Бог существует, что Он участвует в нашей жизни, доказывать сегодня почти никому и не приходится. Но именно этому — апологетике христианства, борьбе с безбожной коммунистической идеологией посвящена значительная, если не большая часть трудов о. Александра Шмемана. Покаяние, молитва, борьба с греховными страстями — тема не его. Даже тогда, когда речь идёт о жизни как таковой, об её основополагающих добродетелях — смирении, целомудрии, например, автор, высвечивая углублённый богословский, философский смысл этих понятий, совсем упускает из вида обычный, бытовой их аспект. Но ведь то же целомудрие — это не только высокое понятие целостного мудрования, о чём много рассуждает о. Александр, но ещё и элементарное хранение половой чистоты. Сейчас, спустя два с половиной десятилетия после его смерти об этом снова приходится напоминать. Обстоятельства жизни таковы, что теперь как бы и не до философии. Вопрос встаёт о простом выживании, которое без преодоления повседневного, повсеместного, тотального свинства, кажется уже и невозможным. В известной дилемме по тому же Достоевскому: кто я — бог или «свинья естественная», современный человек решительно выбирает второй вариант… Грех становится нормой, и часто с вразумлениями «что такое хорошо и что такое плохо» приходится обращаться не к пятилетнему ребёнку, а к вполне взрослым дядям и тётям. К тому же, не стоит забывать, что в духовной жизни есть определённые закономерности, нарушение которых, как правило, чревато последствиями весьма болезненными. Так, стремление вознестись в заоблачные выси ненаучившихся обыкновенной человеческой порядочности — реальная опасность свернуть себе шею… Попытки обратиться из состояния скотского в ангельское, минуя человеческое, ввергают, как правило, в состояние бесовское…

К свободе призваны вы, братия, только бы свобода ваша не была угождением плоти (Гал. 5:13), — предупреждает апостол Павел. К сожалению, реалии современной действительности таковы, что «свобода», свалившаяся на головы наших сограждан, послужила этому угождению прежде всего. И теперь потребны уже не шмеманы, за свободу борющиеся, а скорее «антишмеманы», научающие с ней обходится — те самые святые отцы, опыт которых так активно игнорировал приснопамятный о. Александр. Один из них, преподобный Симеон Новый Богослов, предупреждал, между прочим, «что грешил кто или грешит, это, конечно есть великая беда, но не окончательно крайняя. Крайняя беда, когда кто не хочет подвизаться, чтобы воспринять благодать Господа нашего Иисуса Христа, что значит обречь себя на грех, а через грех на пагубу». Но именно это — «подвизаться», становится абсолютно неприемлемым в либерально-модернисткой части нашего церковного сообщества. В качестве альтернативы предполагается сыто-ленивое аморфное соглашательство, «растворение» себя в «мире», — в его гедонистической фальшиво-жизнерадостной псевдореальности. Иногда же измысливаются сомнительные миссионерские проекты, способные привести (и на деле приводящие) разве что к театрализации церковной жизни, когда напряженный труд подменяется игровым досугом, а подлинное качество деятельности — святость — какой-нибудь невнятной статусной символикой. Намерения декларируются, по-видимому, благие, но исторический опыт, сама жизнь показывают, что попытки найти компромисс с «миром» в стремлении закрепить в нём христианскую традицию — явная утопия.

Можно, конечно, и с высоты смотреть на историю Церкви, видеть в ней только «мрачное средневековье», закостенелые, не пригодные для современной жизни фарисейские штампы и пытаться начать — как это не раз уже бывало — строить на новом основании. Но пока, сколько не пытались, основанием этим неизбежно оказывался песок, не выдерживающий возводимого здания, которое погребало под собой и самих незадачливых строителей…

http://rusk.ru/st.php?idar=105891

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  

  Анна из Москвы    11.11.2009 15:44
Сладкая парочка:
http://images52.fotki.com/v639/photos/1/1248851/8140097/forum_7004-vi.jpg
  Екатерина Домбровская    07.11.2009 01:40
Просто очень хочется подчеркнуть, какое их миссионерство доброе в сущности своей, душевное, снисходящее к людским немощам… Какое икономичное. Кураев ведь различает ленточки на деревьях – мол, это язычество, а замочки на церковной часовне – это нечто трогательное, человечное – в общем сделай еще один шаг – и ты уже Православный.
А ведь замочки – явления того же порядка как и валентиновки, в которые любят играть даже сретенские семинаристы, как и хеллоуины, как и куколки на свадебных машинах… Что же это все-таки есть? Язычество? Конечно, только с Шариковским акцентом, услышанным так отчетливо Булгаковым в образе хорового пения… Новая мифология, жалкие потуги атеистически обкраденного народа создать себе хоть что-то похожее на фундамент жизни, А жизнь эта – без фундамента – вся в воздухе. А протодиактон Кураев почему-то решил позащищать эти несчастные воздушные замки. .. Это-то ведь вовсе не трудно… А вот рассказать человеку, что значит "да будет воля Твоя" – много сложнее. Не всем по плечу. Хочется Кураеву быть добрым, любимым и великодушным… Ну путь он будет им… Вешаю замочек для верности. будет – не будет?
  Сельскiй бригадиръ    06.11.2009 22:57
Уважаемая Анна, как Вы считаете: это миссионерство, или же обыкновенное язычество, которое взялся защищать Протодьякон?
http://diak-kuraev.livejournal.com/41872.html
  Вера.    03.11.2009 01:05
"борьбе с безбожной коммунистической идеологией посвящена значительная, если не большая часть трудов о. Александра Шмемана"

Чтобы получить власть и наслаждаться жизнью, необходимо быть борцом с безбожной коммунистической идеологией.
И тогда "под шумок" можно навязать любую идеологию.
  АННА РАЙТ    02.11.2009 19:46
Да, истории важны, Вы правы, дорогая Екатерина. Но недостаточны. Нам бы нужен какой-нибудь очень грамотный и сочувствующий нам политтехнолог. Далеко мы все равно не продвинемся, нужна реальная, а не бутафорская информация о процессах, а у нас ее нет. Но кое-какие их ходы-выхоы поймем. А так – полное ощущение присутствия булгаковского персонажа.
  Екатерина Домбровская    02.11.2009 18:18
Спасибо, дорогая Анна, Вы поняли меня и поняли конструктивно. Именно этот вопрос меня и занимает сейчас больше всего. И то, что я выражала некие недовольства и сомнения, вызваны неудовлетворенностью: мы топчемся на месте… Вот какое ощущение. И Вы его_ слава Богу! – уловили. Я уже говорила, что потребен помимо таких ярких обличений и смеха – все-тиаки иболее глубокий анализ природы этого феномена, его корни, начиная с личных биографий и историй каждого участника. Откуда есть пошли: у кого учились, как спасались (!!!) , как подвизались… Это очень была бы ценная информация. Волобще-то это желементарно: нужны уже не столь эмоции, сколь история болезни и диагноз. Вот моя точка зрения.
  Сельскiй бригадиръ    02.11.2009 17:17
Цитата дня:
"Архиепископ Иларион (Алфеев) – это св. Марк Эфесский сегодня".
(с) К.Фролов:
http://kirillfrolov.livejournal.com/708087.html.
  АННА РАЙТ    02.11.2009 15:25
Цитата:
  как по-Вашему, нам реагировать на "возвращение Булгакова"?  

Дорогая Екатерина, тут два момента, как мне кажется важны (спасибо и Вам, и ученице, и Lucie). Во-первых – "реле". Несомненно, мы имеем дело с какой-то технологией. Если с "читательницей" проще, там лампочка загорается на слово "Сталин", произнесенное без ругательств (как Lucie блестяще на соседней ветке заметила), то технология этих "миссионеров" нами не уловлена. Ну, мне кажется, мы ее не понимаем. Наш гнев на их оскорбление святынь здесь плохой помощник. Вот сравнение их с воландовской шайкой – это уже что-то (а уж Коровьев-Кураев, все – не могу!:-)). Это – не рациональный анализ технологии, но художественный образ и очень точный образ.
Второе, Вы совершенно правильно заметили, что народ очухался только когда воландовские дары стали исчезать, как и положено исчезать дьявольскому наваждению. А наваждение уже налицо. Я сама, кода стала читать этот пост об открытии "Православного эротического журнала" сначала поверила (да и все там, включая глубокоуважаемого миссионера о.Агафангела, в чем он там с юмором и признался). Это ли не наваждение? Действительно, завтра они объявят о миссионерстве на "черной мессе" или в "гей-клубе". И что Вы думаете? Поверят. Как метко выразился автор того поста, "миссионерский гвоздь вбит в сознание". И вот, пусть меня простят те, кто неустанно трудится на поприще подлинно миссионерства (как автор этой статьи), но Вы правы в постановке вопроса – как реагировать? До сих пор мы только неустанно разоблачали и возмущались, а они нам "козу" показывали. И (ну, Вы меня знаете:-)) кажется мне, что пока не останемся на пепелище и результаты их миссионерства не станут растворяться в воздухе, как растворялись платья на дамах, одетых воландовской шайкой, до тех пор ничего и не изменится. Так, как реагировать?
  Екатерина Домбровская    02.11.2009 12:15
Спасибо. Спаси и сохрани раб Твоих, Господи.
  Александр Б. из Москвы    02.11.2009 10:47
Дорогая Екатерина, храни Вас Господь!
Безмерно благодарен Господу и несказанно рад за Вас!
"…духовно празднуем и тепле вопием…"

Страницы: | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | 7 | 8 | 9 | Следующая >>

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru