Русская линия
Православие и МирМитрополит Саеднайский Лука 10.09.2013 

Христиане готовы умереть за Сирию

«У кого нет родины, тот — ничто», — говорит православный митрополит Лука, араб, родившийся в Сирии. Его предки исповедовали христианство задолго до того, как сюда пришел ислам. Мы разговариваем в патриаршем храме в самом сердце старого города в Дамаске.

Здесь, в христианском квартале у ворот Баб Тума, 21 октября 2012 году был взорван автомобиль и погибли 13 человек. Взрыв пришелся к приезду в Сирию представителя ЛАГ Брахими. Точно так, как сейчас 21 марта к визиту Обамы на Ближний Восток смертник взорвал в мечети Емансамого известного сирийского проповедника имама Мохаммеда аль Бути вместе с 83 учениками.

Антиохийский патриархат — крупнейшая и древнейшая православная Церковь Востока. Все ее чада — арабы, сирийцы. Церковь эта существует здесь 2 тысячи лет. А сам храм относится к 1-му веку нашей эры. Приходы Антиохийского патриархата разбросаны по всему миру, есть они в США, Южной Америке, Австралии, Европе.

Митрополит Лука говорит по-арабски, его речь пересыпана привычными для мусульман выражениями: иншалла, то есть по милости Господней, зиярат, то есть святыня, альхамдуллилля, то есть к вящей славе Господней. Он здоровается словами «салам уалейкум» и называет мусульман братьями.

Митрополит Лука — ближайший помощник патриарха. Его зона ответственности — древнейшие храмы Саедная и Маалюли, где сохранились одни из самых древних икон в мире, где в храм входят, как в мечеть — снимая обувь. И куда теперь ни проехать, ни выехать.

«Наша культура в том, что наши конфессии не воюют. Это наш принцип взаимоотношений. Мы называем друг друга кузенами с нашими собратьями-мусульманами», — говорит митрополит. В здании патриархии идет ремонт. Поэтому разговор идет в храме. У православных — первая неделя поста. В эти дни совершаются самые скорбные молитвы о покаянии.

— Вы не считаете события, происходящие в Сирии, знаком Божьего гнева?

— Я не считаю, что Бог гневается. Бог — это любовь. У нас — Святая земля. Здесь Савл стал Павлом. Здесь он принял Крещение. Здесь погребен Иоанн Предтеча, здесь жил Анания, Иоанн Дамаскин. Как Бог может прогневаться на верующих? Если Бог гневается, то является ли Он Богом? То, что здесь происходит, не связано с верой. Если чужие нас убивают, то это не значит, что Бог на нас прогневался.

У нас Святая страна и верующий народ — поэтому нас хотят уничтожить. Преступление пришло извне нашего народа. Сейчас начался пост — мы каждый день молимся. Мы все подверглись нападению — весь наш народ. Эти люди говорят, что они действуют во имя сирийского народа. Мы сами сирийский народ, а они засланы к нам извне.

— Православные храмы подвергаются нападениям боевиков?

— Они убивают людей. Их не волнует ни человек, ни жизни. Это важнее, чем церкви и храмы. Если нет человека, то храмы не нужны. Их не волнуют убийства сотен наших людей, тем более разрушение церквей и мечетей. Во всех провинциях наши церкви атакованы. В Саедная монастырь был под обстрелом. Слава Богу — произошло чудо. Снаряд пробил стену, но не разорвался. Он распался на две части, в одной остался порох. Если бы не чудо, этот снаряд убил бы 30 девочек-сирот. Я ездил и сам все это увидел.

В Хорасте, Ирбине, Забадане, Дераа, во всех пригородах Дамаска, в Алеппо — повсюду наши храмы и наши люди атакованы и страдают. Наша церковь в Ракка сильно пострадала. Эти преступники нападают на прихожан, похищают, берут в заложники и убивают священников. Отец Фади (Хаддад) из Катана был похищен и убит, когда он пошел спасать из плена своих людей. Они издевались над ним и убили. В Хаме похитили священника и убили. На сегодня у нас двое священников остаются похищенными. Мы пытаемся их вызволить.

— Почему такое озлобление боевиков против христиан? Это из-за того, что православные служат в армии?

— В армии все, сыновья всех общин. Это дети одной страны. Посмотрите, молодые мусульмане охраняют эту территорию и другие наши храмы.

— А в оппозиции есть православные?

— Среди боевиков христиан нет. В Совете в Стамбуле есть два человека из христиан. Но у них нет христианской совести и морали. Мишель Кило — один из них — понятия не имеет, что такое церковь. Джордж Сабра — такой же.

Эти люди возглавляют тех, кто обстреливает христианские кварталы, убивает священников. Наша молодежь противостоит вместе с нашими мусульманами. Мы готовы умереть, мы погибнем, но защитим страну и народ.

— Православные участвуют в организации помощи?

— У нас есть опыт и есть специальная служба. Мы ее создали задолго до этого кризиса — когда к нам пришло полмиллиона беженцев из Ирака после вторжения 2003 года. Мы работаем, посылаем продукты, одежду беженцам. Сейчас особенно нуждаются в этой помощи в Хомсе.

— В Сирии похоронен Авель, убитый Каином. Его могила в ведении мусульман. Христиане туда могут попасть?

— За этой святыней ухаживают мусульмане. У мусульман и христиан в Сирии равные права, в том числе и молиться. Мы равные граждане нашей страны. Мы можем молиться везде, где есть святыни. В мечети Омейядов покоится голова Иоанна Предтечи. Православные ходят в мечеть и могут там беспрепятственно молиться. Там не совершается литургии, но любой христианин может там молиться.

На выходе из патриархата стоит минарет — он возведен в знак того, что христиане приняли мусульман в Дамаске с миром. Этот минарет называется белым в знак мира между нами. В нашей стране православные праздники для всех, исламские праздники — тоже. Мы друг друга поздравляем.

— Какие настроения в приходах Антиохийского патриархата в США, Канаде, Австралии?

— Митрополит Филипп возглавляет там приходы. Он патриот Сирии больше, чем я. Он работает на благо всей общины, всей Церкви. У нас с Верховным муфтием был запланирован визит в США. Мне дали визу, а нашему муфтию в визе отказали. Я решил тоже не ехать в знак солидарности с моим братом. Конечно, в приходе за границей может быть один или несколько человек, которые имеют иное мнение о том, что происходит в Сирии. Но в Антиохийской Церкви по всему миру в основном сирийские патриоты.

— Приходы за границей испытывают давление в соответствии с той позицией по Сирии, которую занимает Запад?

— Прямого политического давления пока что не было. Но есть давление, угрозы, нападения со стороны тех, кто поддерживает сирийскую оппозицию. Некоторых наших прихожан избивали. В Монреале на нашего почетного консула-женщину напали, устроили погром в ее аптеке, ее мужу угрожали. В Оттаве напали на владельца ресторана — выследили, что он посещал встречи с сирийской диаспорой.

— Древняя Антиохия оккупирована Турцией, ваши храмы и ваши святыни отторгнуты от Сирии и теперь принадлежат Турции и называются Антакией, провинцией Турции. Какое к этому отношение в Церкви?

— Я один из тех, кто возглавляет кампанию по возвращению Антиохии Сирии. Вместе с нами в ней участвуют и мусульмане. Даст Бог мы вернем эту землю. Мы верим, что мы преодолеем эти испытания и вернем Сирии не только Антиохию, но и другие земли. Храмы Антакии в управлении Дамаска. Арабы в Турции подвергаются отуречиванию с детства. Проблема существует и с языком, и с преподаванием, и с молитвами — дети говорят по-турецки и не понимают языка богослужения. Вообще в Турции не осталось Православия, храмов, святынь и христиан. Последний оплот Православия — это Россия.

— В связи с войной и участием в ней Турции как вы поддерживаете связь с этой частью патриархата?

— Митрополит Павел, брат нашего патриарха, служит в Алеппо. Церковь дала ему поручение ездить в Антакию и молиться.

— В вашей церкви есть православные палестинцы?

— Да, есть прихожане. В Бейруте у нас есть два священника-палестинца.

— Могут ли православные Сирии посетить Иерусалим и Вифлеем, как посещали две тысячи лет до образования Израиля?

— Мы бы очень хотели посещать наши святыни. Но мы, христиане, не хотим ездить на оккупированные территории. С 1967 года ни один христианский священник из Сирии не ездит в паломничество. Эти земли находятся под гнетом завоевания.

— Во все православные Церкви много веков паломники приносят Благодатный огонь из храма Воскресения в Иерусалиме, который нисходит накануне Пасхи. Антиохийская Церковь имеет такую возможность?

— Прежде нам доставляли огонь через Иорданию. Последние два года до нас паломники не доходят, и мы лишены такой возможности.

Надежда Кеворкова, Дамаск

http://www.pravmir.ru/mitropolit-saednajskij-luka-xristiane-gotovy-umeret-za-siriyu/


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru