Русская линия
Русская неделяМонах Вениамин (Гомартели)26.05.2008 

Летопись церковных событий. 1942 год

1942: Старостильный греческий митрополит Хризостом Флоринский выразил желание излечить раскол между двумя Греческими Старостильными Синодами. В связи с этим в том же году епископы Герман Кикладский и Матфей Вресфенский написали следующее письмо митрополиту Хризостому:

«Афины, 27 января 1942. Преосвященнейшему епископу Флоринскому, г. Хризостому Преосвященнейший, несколько дней тому назад, получив ваше приглашение прийти и посоветоваться 15/28 января о серьезных вопросах нашей священной борьбы в вашей канцелярии на улице Халкокондили 7, мы вам передали послание через г. С, в котором уведомили вас, что, чтобы прийти к общению с вами и святым Димитриадским, надо сперва разрешить духовные причины разделения, которые нас принудили отвергнуть вас. Поскольку, как нас уведомляют, Вы желаете единства, как устно заявляете пред народом, мы совершенно ясно вам заявляем этим нашим посланием, что заседания и разговоры излишни, если Вы примете нижеприведенные вопросы веры, которые и вызвали наше разделение, и с того момента мы уже едины и можем встречаться и заседать:

1. Что Церковь Греции принятием папского календаря стала раскольнической.

2. Что таинства ее не имеют силы.

3. Что миро ее не имеет освящающей благодати.

4. Что детей злославных, приходящих в Православную Церковь, надо снова миропомазывать.

Когда объявите это злославной церкви через судебного исполнителя, чье приглашение Вы нам показали, и тем же образом отвергнете свои письма Министерству религии и все это объявите по церквам, тогда наше единство автоматически следует без заседаний и обсуждений; мы будем ожидать Вашего письменного ответа на эти наши вопросы в срок восемь дней с сегодняшнего дня.

С братским целованием

+Кикладский Герман, +Бресфенский Матфей».

(Свящ. Андрей Сиднев, «Флоринский раскол в Церкви ИПХ Греции»).

Митрополиты Герман Димитриадский и Хризостом Флоринский отвергли это предложение.

1942: Новый администратор Православной Церкви на Украине, архиепископ Поликарп, в начале февраля 1942 года приехал в город Пинск к архиепископу Александру (Иноземцеву) со словесным благословением и разрешением митрополита Дионисия на хиротонию двух протоиереев Волыни Никанора Абрамовича и Иоанна Губы во епископов.

9 февраля протоиерей Никанор Абрамович, сохранивший при пострижении в монашество свое мирское имя, был Архиепископами Александром (Иноземцевым) и Поликарпом (Сикорским) и епископом Брестским Георгием (Коренистовым) хиротонисан во епископа Чигиринского. На второй день — 10 того же февраля был теми же иерархами хиротонисан во епископа Уманского и протоиерей Иоанн Губа, получивший при монашеском постриге имя Игоря. Все эти иерархи образовали Собор украинских епископов, на котором архиепископы Александр и Поликарп были возведены в сан митрополитов. Этот же Пинский Собор положил начало так называемой «неолипковщине». Пинский Собор вынес постановление о принятии кающихся священников и диаконов Украинской Автокефальной Церкви, рукоположенных иерархией 1921 года («митрополита» Василия Липковского), в «сущем сане». Епископов к тому времени принадлежавших к «Липковщине» на Украине уже не было. Митрополит Поликарп и новые украинские епископы Никанор и Игорь стали хиротонисать новых епископов и, таким образом, на освобожденных от большевиков землях Украины образовались две украинских церкви: Автокефальная, возглавляемая митрополитом Поликарпом (Сикорским), и Автономная, — возглавляемая митрополитом Алексием (Громадским). Как в Киеве, так и в других главнейших епархиальных центрах Украины, пребывали епископы обеих украинских церквей- Автокефальной и Автономной. Епископы Автономной церкви и подведомственное им духовенство совершали Богослужения на церковно-славянском языке, иногда с т. н. «украинской вымовой», тогда как Автокефальная Украинская церковь пользовалась богослужебным языком украинским. (К. Свитич…)

1942: 17 февраля Рейнхард Хейдрих, правая рука Гимлера, главный претворитель в жизнь гитлеровского плана «окончательного решения еврейского вопроса», человек не отличающийся особой сентиментальностью, в докладе рейх-фюреру СС Генриху Гимлеру писал:

«Число славян уничтоженных хорватами наиболее садистскими методами достигает 300.000… Сербам, живущим в Хорватии, если они принимают католичество, позволяется жить без преследований…» (Karlheinz Deschner, With God and Furher p. 282.).

1942: В феврале д-р Привислав Грисогно, католик, член бывшего югославского кабинета, написал протест хорватскому католическому архиепископу Степинацу: «Наша Католическая церковь двояко участвовала в этих, худших, чем у язычников, преступлениях; но что еще ужаснее, католические священники становились командирами лагерей и отдавали приказы или же не препятствовали совершать дикие пытки, убийства и зверства в отношении крещеных людей. Один католический священник перерезал горло православному сербскому священнику… Епископы дают свое согласие, по крайней мере, своим невмешательством… Один епископ открыто поносил судьбу невинных сербских христиан, пострадавших больше, чем евреи в Германии. Я пишу это, чтобы спасти свою душу и предоставляю вам искать способ спасти вашу» (Holy New Martyr Vukashin // Orthodox Canada. N 114 (1986) 3).

1942: 4 марта Митрополит Николай (Ярушевич) из Москвы пишет письмо митрополиту Сергию (Страгородскому) в Ульяновск:

«Ваше Блаженство, Блаженнейший Владыко

В ближайшие дни будем провожать а[рхиепископа] Алексия в Куйбышев. Он энергично готовится к отъезду.

С утешением мы можем рапортовать Вашему Блаженству, что на подарки ко дню юбилея доблестной нашей армии от храмов и причтов Москвы собрано всего (с дополнительными данными) 1 158 354 рубля, в том числе от Елоховского храма 215 000 руб. Подробная ведомость об этом направляется Вам отдельно. В доме Вашем жизнь протекает тихо и мирно. Через 2 — 3 дня мы получим достаточное количество дров, и начнется не только нормальное отопление действующих комнат, но откроем и Ваш кабинет. Из-за замазки задержалась вставка стекол в окна, и это будет ликвидировано в ближайшие дни.

С Божией помощью оба первых великопостных воскресенья я служил в Елохове. Множество людей расспрашивали меня о здоровье Вашего Блаженства; по окончании богослужения я им рассказывал о Вашей жизни и трудах в Ульяновске. Видел много искренних слез при одном упоминании Вашего имени. Верующая Москва кровно связана с Вашим Блаженством, предана Вам, тоскует по Вас, с нетерпением ожидая Вашего возвращения.

Примите, Блаженнейший Владыко, мой сыновний земной поклон и помолитесь. Мой сердечный, братский поклон Владыке Иоанну, приветы — отцу Иоанну, м[итрополиту] Александру и всем.

Вашего Блаженства нижайший послушник м [итрополит] Николай». (Архив Московской патриархии. Личное дело митрополита Николая (Ярушевича). Автограф).

1942: 28 марта Определение Патриаршего Местоблюстителя о запрещении архиеп. Поликарпа (Сикорского) в священнослужении за учинение раскола на Украине. Послание митр. Сергия украинской пастве:

«…Я имею сведения, что в ответ на мое обращение епископ Поликарп называет меня самозванцем, будто бы незаконно захватившим должность Патриаршего Местоблюстителя, и продолжает свое недоброе дело…

…По 8 правилу св. Григория Кесарийского, изменники христианства, участвовавшие вместе с варварами в ограблении христианских селений, в случае покаяния не принимаются даже в разряд кающихся впредь до особого о них суждения на Соборе (ср. Патриаршую анафему 1918 г. — Л. Р.). Тем непростительнее вина тех изменников православию, которые будут пользоваться нашествием варваров-фашистов, чтобы при их поддержке грабить украинцев духовно, увлекая их из спасительной ограды Церкви-матери на путь раскола и самочиния. Что же сказать о вине архиерея, который, изменив своей архиерейской присяге и совести, представил свое архиерейство на службу преступному предприятию??…»

Из постановления:

«3. Если (чего мы не желаем) епископ Поликарп, „впадая в суд диаволь“, пренебрежет запрещением, признать епископа Поликарпа лишившим себя сана и монашества и всякого духовного звания с самого момента нарушения им запрещения» (Л. Регельсон…).

1942: 2 апреля митр. Сергий в своем пасхальном послании писал: «Праздник Пасхи празднуем мы, а небо над нами все еще покрыто тучами, страна ваша все еще терпит лютое нашествие фашистов. Но тьма не победит света, хотя бы на время и заслоняла его. Тем более не победить фашистам, возымевшим дерзость вместо креста Христова признать своим знаменем языческую свастику. Не забудем слов — «Сим победиши». Не свастика, а крест призван возглавить христианскую нашу культуру, наше «христианское жительство».

В фашистской Германии утверждают, что христианство не удалось и для будущего мирового прогресса не годится. Значит. Германия, предназначенная владеть миром будущего, должна забыть Христа и итти своим новым путем.

За эти безумные слова да поразит праведный Судия и Гитлера и всех соумышленников его и да откроет глаза тем, кто все еще не хочет видеть в Гитлере врага Христова. Лобзая Христа в святые дни его спасительных Страстей, мы не можем в душе отдавать этого лобзания врагам Христовым.

Что-нибудь одно — или свободное и мирное существование народов с их верой во Христа, с их стремлениями к истине, ко всему светлому, что есть в этом мире, или Гитлер с его фашизмом, мраком, насилием над всем лучшим, существующим в человечестве.

1942: Митрополит Анастасий (РПЦЗ) в своем Пасхальном послании писал: «…Настал день, ожидаемый им (русским народом), и он ныне подлинно как бы воскресает из мертвых там, где мужественный германский меч успел рассечь его оковы… И древний Киев, и многострадальный Смоленск, и Псков светло торжествуют свое избавление как бы из самого ада преисподнего. Освобожденная часть русского народа повсюду уже запела… «Христос Воскресе!"…(«Церковная жизнь». 1942. N4)

1942: 16 мая глава Восточного министерства А. Розенберг в своей речи перед генерал- и гебитскомиссарами в Риге заявил: «Русская православная церковь была политическим инструментом власти царизма, и теперь наша политическая задача состоит в том, чтобы там, где существовала русская церковь, образовать другие церковные формы. В любом случае мы будем препятствовать, чтобы великорусская православная церковь господствовала над всеми народностями… Следовало бы далее обдумать введение латинского шрифта вместо русского. Поэтому также целесообразно, если какие-то церкви останутся по возможности ограниченными областью одного генералкомиссара… Для Эстонии и Латвии тоже является целесообразным, если они будут иметь свои собственные национальные церкви» (М. В. Шкаровский. Православие и Россия).

1942: Весной, год спустя после массового истребления православного сербского населения в Хорватии, глава хорватской католической Церкви архиепископ Алоизий Степенац посетил Римского папу Пия XII в Ватикане. Из письма посла нацистского хорватского режима при Ватикане Николы Разиновича министру иностранных дел Хорватии видно, что вопрос геноцида православных в Хорватии в докладе архиепископа не только не был затронут, но наоборот представлялся в свете выгодном нацистам: архиепископ Алоизий «…представил доклад святому отцу на девяти страницах. Он показал его мне и я смею Вас уверить, что он выражает нашу точку зрения. Обвиняя сербов, четников и коммунистов, он нашел слова, о которых даже я не мог бы подумать. Никому не будет позволено нападать на Независимое Государство Хорватия и представить хорватов в дурном свете». (Letter from Nikola Rusinovic, NDH Ambassador to the Vatican, to the Ministry of Foreign Affairs, Zagreb, May 9, 1942. Quoted in Falconi, Carlo. The Silence of Pius XII, p. 314.)

1942: 27 мая группа чешских парашютистов, заброшенных из Великобритании, расстреляла генерала полиции обергруппенфюрера СС Рейнгарда Гейдриха. Священник пражского кафедрального собора святых Кирилла и Мефодия предоставил им убежище в крипте храма. Парашютисты пробыли здесь 22 дня, после чего место их нахождения было обнаружено гестапо. Епископ Горазд Чешский, священники кафедрального собора Вацлав Чикл и Владимир Петршик, а также староста храма Ян Сонневенд были взяты под стражу. Находясь в застенках гестапо, епископ Горазд до последнего дня старался взять всю ответственность на себя, надеясь таким образом сохранить свободу для своей Церкви. 4 сентября епископу Горазду, настоятелю пражского собора протоиерею Вацлаву Чиклу, священнику Владимиру Петржеку и старосте собора Яну Зонненвенду был вынесен смертный приговор и в тот же день они были расстреляны на военном стрельбище в Праге. 27 сентября было запрещено существование Чешской Православной Церкви. Ее имущество конфисковано, богослужения запрещены, храмы закрыты, духовенство подвергнуто арестам и заключениям, миряне отправлялись на принудительные работы в Германию. В 1987 г. Чехословацкая Православная Церковь прославила в лике святых священномученика Горазда.

1942: За отказ выполнять требования марионеточного Белорусского правительства митр. Минский Пантелеимон (Рожновский) был сослан в монастырь в Ляды. Временное управление Белорусской Церковью он передал архиеп. Филофею (Нарко) (буд. Берлинскому в РПЦЗ). От архиеп. Филофея белорусские деятели также стали требовать увольнения русских благочинных и членов консистории и заменения их белорусами, организовав при архиереях «рады» из лиц духовных и светских, известных белорусских националистов. (Архиеп. Афанасий Мартос).

1942: 8 июня можно считать датой возникновения Хорватской Православной Церкви, просуществовавшей всего несколько лет, в этот день в Загребе, в церкви Преображения состоялось возведение в митрополиты 80-летнего архиеп. РПЦЗ Гермогена (Максимова), бывш. викария Донской епархии. Возведение произвел румынский патриарх Никодим. Этот беззаконный акт был совершен без благословения и отпускной граматы Архиерейского Синода РПЦЗ. Митр. Гермоген принес клятву верности Независимому Государству Хорватии (НГХ) и поглавнику Анте Павеличу. Новая Хорватская Прав. Церковь пользовалась всемерной поддержкой властей, ей позволялось издавать газету «Глас Православия». Согласно уставу, ХПЦ делилась на четыре епархии, но из-за отсутствия иерархов митр. Гермоген был вынужден назначить туда наместников. Все они были русскими эмигрантами.

1942: Во время подступа немцев к Москве, Св. Синод РПЦЗ обратился к германским ведомствам со своими предложениями по организации церковного управления в России. В его июньском письме говорилось: «… в духе канонов Православной Церкви существует только одно решение в деле организации церковного управления, а именно созыв Собора русских архиереев старейшим среди них и назначение этим Собором временного главы Церкви и остального церковного управления». Окончательная организация руководящих органов и выборы Патриарха по мнению Синода могли состояться только тогда, когда «будут назначены архиереи на все пустующие кафедры и в стране утвердятся нормальные отношения» (Синодальный архив РПЦЗ в Нью-Йорке д.15/41 л.27−30.).

1942: К 30 июня на оккупированной румынами территории Транснистрии (Приднестровья), согласно «Отчёту Румынской православной миссии в Транснистрии с 1 апреля до 30 июня 1942 года», составленного архимандритом Антимом, стало функционировать 12 монастырей и до 500 храмов, служило 287 священников, 18 диаконов и 106 псаломщиков. Сам факт, что миссионерам удалось открыть 40% действовавших до революции храмов, свидетельствует о вовлечении тысяч людей в церковную жизнь. Этому способствовали миссионерские курсы, лекции, съезды духовенства и верующих, издание религиозной периодической литературы и другие мероприятия. Вместе с тем румынизация Транснистрии вызвала отрицательное отношение населения. Введение румынского языка встречало глухое сопротивление прихожан, и, после того как большинство румынского духовенства при приближении фронта уехало в Румынию, многие прихожане радовались, что у них служат снова «славянские» священники. Из отчёта явствует, что, не дожидаясь конца войны, румыны во многих местах начали выделять землю для церквей, по 5−10 гектаров на церковь. Архимандрит Антим констатировал недостаток священников, количество которых надо бы было увеличить в четыре раза, а также типичное для всей оккупированной территории массовое крещение детей и большое количество венчаний. Им выражалось сожаление, что при свободе всех религиозных вероисповеданий на оккупированной румынами территории, в деревнях, где нет священников, развивается сектантство. (Немецкие оккупационные власти и Русская православная церковь в Прибалтике, Белоруссии и на Украине. Якунин В.Н.).

1942: 27 июля через МИД НГХ митр. Гермоген получил каноническое признание из Стамбула от Вселенского Патриарха. Постепенно пришло признание всех православных церквей, находящихся либо под оккупацией, либо под влиянием стран «Оси» как союзнических держав. Основными задачами Хорватской Пр. Церкви было способствование «похорвачиванью» сербов. Но за ХПЦ верующие не пошли, при всей поддержке хорватского правительства они остались верны патриаршей Сербской Церкви. После того как сообщение о поставлении митр. Гермогена достигло Св. Синода Сербской ПЦ, тот признал ХПЦ не каноничной. Все священники, пошедшие за ХПЦ, были лишены сана и подвергнуты церковному суду. СПЦ обратилась с жалобой к митрополиту Анастасию — главе РПЦЗ, на действия члена возглавляемого им Синода. Митрополит Анастасий, узнав о раскольнической деятельности архиеп. Гермогена, запретил его в священнослужении, о запрещении было доведено до сведения Сербской Патриархии, однако напечатать это сообщение немцы… не позволили. (Григорий (Граббе), еп. Завет святого Патриарха. М., 1996. С. 33.). В середине ноября 1942 г. состоялась Скупщина в Сербской Ясеници (на освобожденной партизанами территории НГХ), где «военные священники» СПЦ из партизанских отрядов в своем послании осудили основание ХПЦ как обычную «усташскую творевину». (Усташи против четников, Илья Горячев, НГ-религии 22 августа 2001 г.).

1942. В июле нацисты добились обещания румынского правительства начать в сентябре того же года депортацию евреев из Южной Трансильвании в Польшу. Но при активной поддержке румынского патриарха, папского нунция А. Кассуло и швейцарского посла в Румынии де Века удалось добиться отмены депортации.

1942: На окупированной немцами территории Киевской епархии в этом году было открыто 8 монастырей и 318 храмов, в которых служило 434 священников (о. В. Цыпин…).

1942 8 августа архиеп. Филофей (Нарко), временно управляющий Белорусской Церковью, получил от главы немецого Генерального комиссариата письмо следующего содержания: «Представленные мне на одобрение статуты не могли получить моего одобрения. Они не только в своих постановлениях несовместимы с требованиями государства о правовом положении Церкви, но вообще непригодны во всем своем содержании.» Дальше в письме он указал §§ статута, которые подлежали отмене, например, запрещал крестить евреев, открывать мастерские при монастырях, открывать духовные семинарии и академию без разрешения немецких властей, преподавать Закон Божий в школах; отменял юридическую силу церковных браков, поставил под вопрос православные церковные праздники и др. Стало ясно, что немецкие власти не намерены давать какие-либо права Православной Церкви в Беларуси. (Архиеп. Афанасий Мартос).

1942: 12 августа архиеп. Серафим Ляде пишет из Вены письмо митр. Анастасию: «По вопросу о посылке священников в Россию: К прискорбию, по всем данным, высшие правительственные власти относятся пока еще отрицательно к положительному решению этого вопроса. Я возбудил несколько таких ходатайств, но без успеха. По всей вероятности власти подозревают, что заграничное духовенство является носителем политической идеологии, неприемлемой для германских властей в настоящее время. Мне даже не удалось получить разрешение на переезд в Германию некоторых священников из заграницы (напр., о. Родзянко), а по дошедшим до меня сведениям, разрешение не было дано, потому что эти священники якобы работали вместе с политическими эмигрантскими организациями» (Синодальный архив РПЦЗ в Нью-Йорке (СА), д.15/л.21, 37.)

1942: В сентябре старостильный епископ Матфей Вресфенский единолично рукоположил для кипрской паствы епископа Спиридона Тримифунтского, а затем, вместе с ним, Димитрия Солунского, Каллиста Коринфского и Андрея Патрского (буд. матфеевский первоиерарх), которыми затем сам был возведен в достоинство «Блаженнейшего архиепископа Афинского и всея Греции Церкви Истинно-православных Христиан Греции».

1942: 22 сент. Послание митр. Сергия по поводу измены Родине митр. Рижского Сергия (Воскресенского). («Патр. Сергий и его духовное наследство», стр. 89).

1942: 16 ноября Румынскую миссию в Приднестровье возглавил румынский архиерей бывший Черновицкий митрополит Виссарион (Пуи), выпускник Киевской духовной академии, который несколько приостановил процесс румынизации Приднестровья. Он не препятствовал совершению богослужений в церквах Одесской епархии по-церковнославянски, сам часто проповедовал по-русски и пользовался потому доверием со стороны православных русских и украинцев. Из местного духовенства он благоволил к тем, кто принадлежал ранее (в советский период) к канонической Церкви, обновленцев и самосвятов принимал в клир только после их перерукоположения. Румынские власти, недовольные тем, что епископ Виссарион не считал первоочередной задачей румынизацию Одесской епархии, в декабре 1943 г. отозвали его из Одессы. (Немецкие оккупационные власти и Русская православная церковь в Прибалтике, Белоруссии и на Украине. Якунин В.Н.).

1942: В ноябре и декабре митр. Сергий (Страгородский) обратился к румынскому духовенству и солдатам румынской армии с призывами «окончить войну с русским народом, с которым румыны связаны узами христианского братства, и прекратить пролитие братской единоверной крови» (Русская Православная Церковь и Великая Отечественная война. Сборник церковных документов. М., 1943, с. 77.).

1942: В ноябре экзарху Прибалтики митр. Сергию (Воскресенскому) удалось добиться от германских ведомств открытия в Вильно Духовной семинарии при Свято-Духовом монастыре. Ректором ее стал бывший профессор и проректор Московской Духовной Академии протопресвитер Василий Виноградов. Средства для семинарии собирали в храмах экзархата. Выпускники ее — молодые священники должны были, прежде всего, вести миссионерскую работу в России.

1942: 30 ноября епископ Виссарион (Пуи) открыл в своей Заднестровско-Одесской епархии семинарию в Дубоссарах. Её ректором назначили Д. Христеску и приняли на обучение 80 студентов. Занятия в ней проводились на румынском языке.

1942: В своем Рождественском послании глава РПЦЗ, митр. Анастасий говорил: «К нашим обычным единодушным мольбам о восстановлении нашего страждущего отечества присоединим и наши молитвенные прошения об умирении всего мира, объятого пожаром войны, об укрощении языков, брани хотящих, о торжестве истины и правды, как незыблемом основании прочного международного мира, об умножении и укреплении Христовой веры и любви… Сколько раз в эти судьбоносные, отрадные для нас годы мы пытались читать в грядущих судьбах нашей Родины, строили определенные планы, приуроченные к тем или другим срокам, и с горечью должны были видеть, как жизнь разрушала наши мечты и гадания, как паутину, и шла своими, непредвиденными нами путями, а не теми, какие мы предначертали для нее» (Прав. Русь, 1947).

1942: В Антиохийской Церкви появилось движение православной молодежи (Mouvement de laJeunesse Orthodoxe). Это движение, которое сегодня насчитывает около 7 тыс. членов и возглавляется преимущественно мирянами, всегда ставило на первое место христианское воспитание и образование. Оно выпускает газету An-Nouru опубликовало более 120 книг. Оно также оказывает населению социальную и медицинскую помощь, ведет борьбу против бедности. Инициативы Движения православной молодежи имели особенно важное значение в годы войны в Ливане. Под эгидой ДПМ происходит возрождение монашества, как среди мужчин, так и среди женщин. Некоторые из членов движения сегодня занимают высшие посты в церковной иерархии, включая ныне действующего патриарха Игнатия IV (избран в 1979 г.) и митрополита Гор Ливанских Георгия (Ходра) (Еп. Каллист (Уэр). ХХ век: греки и арабы).

Интернет-журнал «Русская неделя»


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru