Русская линия
Русская неделяМонах Вениамин (Гомартели)26.02.2008 

Летопись церковных событий. 1924 год

1924: В январе патриарх Тихон издал указ о молитвенном поминовении государственной власти за богослужением: «О стране Российской и властех ея». (Крестный путь русской иерархии. Из писем протопресвитера В. Виноградова. Вестник РХД. 1987. N 150. С. 252−253).

1924: 16 января 1924 г. Патриарх Тихон издал указ следующего содержания: «Ввиду имеющихся данных о контрреволюционных выступлениях Североамериканского митрополита Платона (Рождественского), направленных против советской власти и пагубно отражающихся на Православной Церкви, постановляем: 1) уволить митрополита Платона от управления Североамериканской епархией со дня объявления настоящего Нашего распоряжения. 2) Иметь особое суждение о кандидате на Североамериканскую кафедру, коему и предписать объявить настоящее мое распоряжение митрополиту Платону и принять от него все церковное имущество, управляя Североамериканской епархией по особо данной мною ему инструкции. Предложить митрополиту Платону (Рождественскому) прибыть в Москву, в наше распоряжение» (Акты. С. 309).

1924: 25 января в «Вечерней Москве» было опубликовано след. высказывание св. патриарха Тихона по поводу смерти В. И. Ленина: «По канонам православной церкви возбраняется служить панихиду и поминать в церковном служении умершего, который был при жизни отлучен от церкви… Но Владимир Ильич Ленин не отлучен от православной церкви высшей церковной властью, и потому всякий верующий имеет право и возможность поминать его. Идейно мы с Владимиром Ильичем Лениным, конечно, расходились, но я имею сведения о нем как о человеке добрейшей и поистине христианской души». («Вечерняя Москва», 25 января 1924 г.)

1924: В феврале антирелигиозная комиссия ЦК РКП (б) допустила легализацию Св. Синода МП на условии введения в его состав ряда лиц, «хорошо ведомых ОГПУ». А в марте комиссия поручила ОГПУ ввести в Синод одного из лидеров обновленческого движения священника В. Д. Красницкого при условии, если патриарх Тихон не будет противиться. Е. А. Тучков пообещал патриарху, что если он введет в состав Синода Красницкого, то Синод будет зарегистрирован. Обнаруженные в следственном деле патриарха Тихона письма, докладные записки и рапорты Красницкого в ОГПУ свидетельствуют о том, что Красницкий был не только «хорошо ведом ОГПУ», но играл неприглядную для духовного лица роль доносчика. Стремясь войти в состав Синода, он одновременно предложил ОГПУ целую программу уничтожения патриарха Тихона и его сторонников, порой более радикальную, чем позиция самого ОГПУ. (ЦА ФСБ. Д.-Н-1780. Т.5.)

1924: В феврале между членами правительства Чехословакии и Югославии был заключен договор, который урегулировал все вопросы православных церквей Чехословакии и протестантских в Югославии. По этому договору Православной Церкви в Подкарпатской Руси была предоставлена автономия и право иметь своего епископа, но под юрисдикцией сербского, а не вселенского патриарха (Церк. ведом. N9, 10 мая 1924 г.). Еп. Вениамин (Федченков) вынужден был покинуть пределы своей епархии, в которой он пробыл только 8 месяцев.

1924: В феврале Россию посетила делегация Иерусалимского Патриархата. Ее члены оценили церковную ситуацию в России объективно, глава делегации Константин Григориади определенно высказался в поддержку законного главы Церкви — Патриарха Тихона и за осуждения всех течений обновленчества. (РГАСПИ. Ф.89. Оп.4. Д. 89. Л.17; Опубл.: Русская Православная Церковь и коммунистическое государство. С.195−196).

1924: 27 февраля (ст. ст.) патриарх Константинопольский Григорий VII со своим Синодом вводит в Константинопольской Церкви новый стиль:

«Решением Св. Синода мы постановляем, что во всех церквах подчиненных нашему Св. Ап. Патр. Престолу, все праздники Прав. Церкви, относящиеся к разряду непереходящих праздников, будут неукоснительно приспособленны к гражданскому календарю, начиная с 10-го числа будущего месяца. Канон о пасхалии остается пока неизменным впредь до его пересмотра на Вселенском Соборе… Вместе с тем, сообщая Вам, что указанное постановление было принято также Греческой Церковью и должно быть также проведено и другими автокефальными Церквами, присоединившимися в принципе к постановлению Всеправославнаго Совещания и спешащими с введением такового в жизнь, мы предлагаем на основании решения Св. Синода, чтобы каждый из наших Св. Пастырей озаботился тем, чтобы в его епархии 10 марта сего года разсматривалось и праздновалось, как 23 марта нашего православного календаря. Память же святых, в согласии со святцами, празднуемых между 10 и 23 марта должна быть отпразднована в настоящем году совместно в один день, назначенный Архиепископом для каждой епархии по его усмотрению применительно к местным условиям…» (Церк. Ведомости, 1924 г., N11−12).

1924: 27 февр. (ст. ст.) Под давлением греческого министерства Иностранных дел и Вселенского патриарха, Синод архиеп. Афинского Хризостома (Попадопулоса) ввел в Элладской Церкви новый стиль.

1924: В марте Константинопольский патриарх Григорий VII перевел все греческие приходы в Австралии под свою юрисдикцию, до этого они подчинялись Элладской Церкви, и учреждает в Австралии митрополию, кот. до 1929 г. возглавлял митрополит Христофор (Книтис).

1924: В марте турецкое правительство, изгнав своего халифа и упразднив халифат, внесло в Национальное собрание законопроект об изгнании из Турции всех высших христианских иерархов. Законопроект предусматривал ликвидацию Вселенского и Армяно-Григорианского патриархатов. Все их недвижимое имущество предполагалось изъять в пользу государства. До исполнения указа Ангорское правительство приказало изъять из христианских школ в Турции кресты и иконы под угрозой закрытия школ. 36 школ, не подчинившихся указу были закрыты. Вселенского патриарха обвиняли в сотрудничестве с Греческим правительством. Но, в конце концов возобладало мнение умеренных, не желавших нарушать Лозаннское соглашение (Церк. Ведомости, 1924 г. N9−10).

1924: 10 марта в клубе имени Плеханова г. Тбилиси, состоялся суд над католикосом Грузии Амвросием и 9 членами патриаршего Совета. Подсудимым вынесли 4 обвинения:

1) Отправка меморандума Генуйской конференции.

2) Скрытие церковных ценностей, которые большевики изымали для помощи голодающих.

3) Безотчетное ведение книг церковного имущества.

4) Не явление представителя церкви во время передачи военного храма комсомолу и во время разрушения трапезной.

Патриарху Амвросию вынесли дополнительное обвинение: сношения с иностранными государствами, и подстрекательво их на интервенцию. Ни один подсудимый не признал себя виновным. Патриарх Амвросий своё последнее слово закончил словами: «Дух мой принадлежит Богу, сердце — родине, а тело уступаю вам. Дщери Иерусалимские, не плачьте обо мне, но плачьте о себе и о детях ваших (Лк. 23, 28)». 19 марта был вынесен приговор: «Католикос Амвросий (он же Висарион Хелаиа), приговорён к лишению свободы на 7 лет, 9 месяцев и 23 дня в строгой изоляции, с конфискацией всего имущества». Но в том же патриарх был амнистирован и ему дали право служить в Кашуетском соборе в Тбилиси.

1924: 2−4 апреля в Детройте, штат Мичиган, состоялся Четвертый Всеамериканский Собор. Митрополит Платон отсутствовал при его открытии. Объясняя это обстоятельство, открывший собрание протоиерей Л. Туркевич (впоследствии митрополит Леонтий) сказал: «Отсутствие Владыки Митрополита объясняется нежеланием подать повод злонамеренным лицам распростронять слухи о том, будто бы соборные постановления выносятся под давлением его авторитета». На этом соборе было постановлено превратить Северо-Американскую епархию в «Американскую Православную Церковь». В телеграмме американскому президенту сообщалось, что она «объявила себя самоуправляющейся и отныне будет действовать как Национальное Американское образование (body)». Подписана телеграмма митрополитом Платоном и его же резолюция напечатана на первой странице Постановлений: «28 июля 1924 г. Епархиальный Совет исполнит Соборное Постановление и сделает распоряжение о напечатании сих протоколов, Митрополит Платон». Русской Церкви было обещано «не порывать с нею духовной связи и общения, оказывать ей всякое содействие», патриарха же поминать не как своего главу, а как «Главу Матери Церкви Русской, коей провозглашенная в Детройте новая Американская Церковь обязана своим существованием» (Постановление Священного Собора Русской Православной-кафолической Церкви в Соедин. Штатах С. Америки, состоявшегося в Городе Детройте в 1924 г. 20−23 марта (2−4 апреля), Изд. Епарх. Совета, стр. 4−5).

1924: 9 апреля св. патриарху Тихону удалось добиться аудиенции у М. И. Калинина и А. И. Рыкова, заменившего В. И. Ленина на посту Председателя Совнаркома. Во время встречи патриарх просил оказать содействие в легализации органов церковного управления. Он жаловался на преимущественное положение обновленцев, чьи органы управления зарегистрированы и которым, в отличии от приверженцев Тихона, разрешено созывать съезды, совещания. Патриарх обращал внимание на противоречие между существующим законодательством и практикой властей в отношении к его сторонникам. Патриарх обратился с ходатайством о пересмотре дел высланных в административном порядке архиереев, представив список из 25 человек. Кроме того, он указал на незаконность налогового обложения духовенства и храмов, расходящегося с положениями законодательства. А. И. Рыков пообещал патриарху уменьшить давление на религиозные организации, снизить налоги на храмы и духовенство и даже освободить из тюрем некоторых иерархов церкви. Состоявшаяся встреча свидетельствовала о корректировке церковной политики советской власти. Показательно уже хотя бы то, что новый глава Советского Правительства вскоре после своего вступления в новую должность принял у себя патриарха. (ГАРФ. Ф.5263. Оп.1. Д. 57. Л.31 об. 32, 35−39).

1924: 12 апреля после совещания православных епископов в Варшаве Польская Церковь перешла на Григорианский календарь. От имени Польского Правительства всем уездным Старостам, войтам гмин, полицейским комендатурам и т. п. был разослан циркуляр, который гласил:

«Согласно с рескриптом Министерства Исповеданий и Народного Просвещения, от 30.05.1924 г. N 3777, поручаю следить за тем, чтобы новое счисление времени православным населением было принято и исполняемо. О всех случаях неисполнения следует доносить соответствующему посту государственной полиции». И полиция принялась за весьма ревностное исполнение этого приказа: она разгоняла народ, собиравшийся перед храмами в дни двунадесятых и больших праздников, составляла протоколы, направляла высшим властям доносы на священников, обвиняя их в неподчинении распоряжениям правительственной и церковной власти и в агитации в пользу старого стиля. В ряде местностей доходило даже до кровавых столкновений. Против введения нового стиля выступили также и православные народные представители в лице депутатов Сейма и сенаторов. Они изготовили канонически и научно обоснованный меморандум против нового стиля и в десятках тысяч экземпляров распространяли его среди верующего народа. Вся печать, и русская, и украинская, и белорусская была переполнена статьями и протестами против насильственного введения нового стиля, в котором видели первый шаг к введению унии. (А. К. Свитич, Прав. Церковь в Польше и ее автокефалия), (Прот. В. Цыпин).

1924: 18 апреля Обновленческий Синод постановил: «В виду изгнания кемалистами вселенского патриарха Григория VII и тяжёлого его материального положения, предложить оказать гостеприимство ему, стоящему всегда на страже интересов Российской Православной Церкви, для чего с согласия пятёрки (Троцкий, Смидович, Галкин (расстриженный протоиерей), Красиков и Тучков) предоставить ему право свободно выбрать себе для своего жительства один из следующих городов: Новороссийск, Одесса, Киев, Петроград и даже Москву с полным иждивением, как Его Святейшеству Григорию VII, так и всей его свите при условии легализации (Обновленческого) Синода и всех постановлений (обновленческого) собора 1923 года, устранившего патриарха Тихона, и в срочном порядке сделать распоряжения Екатеринодарскому Епархиальному управлению об оказании встречи прибывающему Григорию». (П. Троицкий, Патриарх Григорий VII и большевики).

1924: 20 апреля Александрийский патриарх Фотий написал послание архиепископу Афинскому Хризостому (Пападопулосу) в связи с введением нового стиля в Греческой Церкви: «Не будем скрывать от Вас, Блаженнейший брат наш, сию большую скорбь и недоумение, которые вызвало в нашем Синоде неожиданное известие… что без всякой необходимости, вопреки свидетельству и уверениям Вашего Блаженства, без всяких догматических и канонических оснований, были отвержены братский совет и прошения четырех Апостольских престолов (Александрийского, Антиохийского, Иерусалимского и Кипрской Православной ред.), стоящих за истину в течение многих веков, и односторонне предлагается „исправление“ церковной практики, воспринятой не только Греческой, но и всей Православной Церковью…

В заключение всего вышесказанного… доводим до сведения Вашего Блаженства, что постановление об „исправлении“ (церковного календаря. — ред.), о котором вы сообщили нам, как об уже принятом, наш Синод… отвергает и, оставаясь при своем прежнем мнении, снова предлагает созвать большой поместный или Вселенский Собор, без которого, согласно общеустановленному порядку во всей Православной Церкви, всякое мнение или одностороннее определение было бы канонически недействительным и не имеющим необходимую силу…» (письмо N 226. Цит. По архиеп. Серафим Соболев. О новом и старом стиле).

1924: 23 апр. (ст. ст.) Вышло постановление Вселенского Патриарха Григория VII об «отстранении» патриарха Тихона от управления Русской Церковью, о признании обновленческого Синода и о направлении делегации в Москву для расследования. (Известия, 1924, 1 июня). Русским архиереям в Конст-оле было строго запрещено возносить имя Святейшего Тихона за богослужением и поминать Зарубежный Синод. Архиепископы Анастасий и Александр отказались повиноваться этому указу. Тогда, патр. Григорий VII обратился к патриарху Димитрию Сербскому, требуя упразднить Зарубежный Синод, но сочувствия не нашел.

1924: 30 апреля, ввиду отказа пребывавших в Конст-ле русских архиереев прекратить поминовение патриарха Тихона и признать советскую власть, Константинопольский Синод патриарха Григория VII запретил в служении архиепископов Анастасия Кишиневского и Александра Алеутского и Северо-Американского и заявил о неканоничности Архиерейского Синода Русской Православной Церкви Заграницей.

1924: В марте политика феодально-мусульманского правительства Ахмета Зогу вызвала в Албании протест, который вылился в вооруженное восстание под руководством только что хиротонисанного епископа албанца Фана (Феофана) Ноли. Восстание было успешным. Зогу бежал. Но новое правительство, возглавленное епископом Фаном, продержалось у власти недолго — всего лишь 8 месяцев (с мая по декабрь 1924 года). Не став сразу на путь действительной демократизации страны, оно быстро пало под новым натиском реакции, поддержанной в финансовом отношении итальянским и югославским правительствами. Ахмет Зогу вернулся в Тирану и епископ Фан Ноли вынужден был бежать в Италию, скрываясь от неминумой смерти, ему был вынесен смертный приговор.

1924: 6 мая в своей речи перед Синодом Константинопольской Церкви патриарх Григрий VII призвал патриарха Тихона добровольно отказался от Патриаршества и немедленно удалился от Церковного Управления. Синод принял решение о том, чтобы комиссия в своей работе «определенно опиралась на церковные течения, верные Правительству СССР» т. е. на обновленцев, Синод также высказался в пользу отречения патриарха и упразднения патриаршества в России. (РГАСПИ. Ф.89. Оп.4. Д. 89. Л.14; Опубл.: Русская Православная Церковь и коммунистическое государство. С. 193 -194).

1924: 8 мая 1924 г. Следственная комиссия Вселенской патриархии направила архиепископу Анастасию следующее письмо. «В ответ на Ваше от вчерашнего числа письмо, подписанное также Высокопреосвященнейшим архиепископом Северо-Американским Александром, назначенная Синодальная следственная комиссия сообщает Вам следующее: Постановление о Вас о немедленном пресечении священнодействования и церковнодействования здесь принято Святым и Священным Синодом не просто на основании только что поданных против вас жалоб, но также и главным образом вследствие данных, существующих уже давно, о том, что, к сожалению, Ваше Высокопреосвященство и отчасти и Высокопреосвященнейший Архиепископ Северо-Американский Александр в церковной деятельности Вашей здесь, в архиепископии Константинопольской, превышаете нормы, указанные в грамоте патриархии от 2 декабря 1920 г. за N 9084, возможной церковной деятельности Вашей здесь, как беженцев и гостящих в чужой епархии архиереев.

Существует уже достаточно данных, свидетельствующих, что Ваше Высокопреосвященство, вопреки вышеупомянутой грамоте и воспрещению общего Патриаршего и Синодального циркуляра об архиереях-беженцах, который и Вы в свое время получили к сведению, действуете здесь с превышением своих прав, поступая как архиерей правящие и имеющие права власти церковной административной и судебной, что, конечно, не может быть допущено канонически, как несовместимое с вашим положением архиереев-беженцев, гостящих в чужой епархии.

Известно также, что Вами или через Вас произведено много, хиротоний, пострижений в монашество и т. п. Также из многократных данных удостоверено использование Вами Церкви при служениях и в проповедях для политических выступлений, несовместимых с церковным характером и по другим соображениям весьма неуместных здесь.

По этим причинам, а не просто из-за поданных только что жалоб, Священный Синод счет необходимым пресечь немедленно данное ранее Вам разрешение священнодействовать и вообще исполнять какую бы то ни было церковно-административную власть здесь, до представления вами удовлетворительного ответа по всем пунктам обвинений, предъявленных Вам.

Также замечается Вам, что упоминаемые вами св. каноны не могут применяться в данном случае, так как они предусматривают архиереев, правящих и пользующихся полнотой своих прав, а не архиереев, временно пребывающих и гостящих в чужой епархии, и должны подчиняться и всецело сообразоваться с церковными порядками и с требованиями местного канонического епископа.

В заключение комиссия замечает вам, что поднятый неуместно шум для извращения сущности вопроса может составить новые элементы ответственности» (Глеб Рар. Временная «опека» для дух. окормления).

Архиерейский Синод в Сремских Карловцах после этого перевел архиепископа Анастасия в Иерусалим, где он фактически возглавил Русскую церковную миссию до возведения его в митрополиты в 1935 г.

1924: 8 мая, посетивший св. Афон, митрополит Антоний (Храповицкий) получает от Константинопольского патриарха Григория VII письмо, в котором указывалось, что без согласия и разрешения патриарха митрополит Антоний не может покинуть Св. Гору. Такой странный запрет был вызван, очевидно, боязнью Константинополя, что авторитетный голос митрополита сможет создать оппозицию константинопольским реформам среди других восточных патриархатов, к которым направлял свои стопы митрополит. Владыка вежливо просил разрешения выехать на Восток, и не дождавшись ответа, известил патриарха, что его виза истекает 14 июня и направился в Александрию.

1924: В мае Священный Кинот Афона принял «Новый устав», состоящий из 188 статей. Статья 6 этого устава гласит, что «все обитающие на Святой Горе монахи, какой бы они ни были национальности, считаются приобретшими греческое подданство». Статья 187 говорит: «Всякое распоряжение, противоречащее настоящему Уставу, не может иметь силы на Святой Горе». Тем самым были отменены все прежние уставы и типики, а вместе с ними, разумеется, и «прежние привилегии» славянских монастырей. Все они были поставлены Новым Уставом в жесткую зависимость от греческого большинства.

По смыслу 9-й статьи Устава, вместо своих традиционных типиков монастыри обязываются составить новые правила, подлежащие утверждению и надзору Кинота, состоящего из греческого большинства (17 представителей от греческих монастырей и по одному от русского, болгарского и сербского монастырей).

Поэтому представители Русского Свято-Пантелеимоновского монастыря, хорошо понимая опасность от «Нового устава», ущемляющего права русских иноков, решительно уклонились, несмотря на угрозы, от обсуждения его и от подписи под ним. И в дальнейшем его всячески старались навязать русским инокам. Но позиция иноков Пантелеимоновского монастыря оставалась твердой.

1924: 13 мая. Уклонившийся в обновленческий раскол архиепископ Южно-Американский Николай (Соловей) в своем письме обновленческому митрополиту Евдокиму (Мещерскому) от 7 августа 1925 г. сообщал: «13-го мая 1924 года, за четыре дня до моего отъезда за границу, я имел двухчасовое совещание с Патриархом Тихоном и Петром Крутицким. Патриарх Тихон дал мне собственноручно написанное письмо…». В этом письме Патриарх между прочим, дал ответ на просьбу Вел. Кн. Николая Николаевича, с которой последний тайно обратился к Патриарху Тихону, желая иметь в его лице поддержку и официальное благословение для объединения эмигрантских сил вокруг себя. Святейший Патриарх написал, что

«Святая Церковь не может благословить Великого Князя Николая Николаевича, раз есть законный и прямой наследник Престола — Великий Князь Кирилл» (Цитата из брошюры советских агитаторов «Почему вожди тихоновщены не пошли на Собор РПЦ 1 октября 1925 г.», Вятка, 1925, стр.4).

1924: 21 мая Постановление Патриарха Тихона и Синода (митр. Тихон, митр. Серафим, митр. Петр) о сформировании Высшего Церковного Управления в составе: Св. Синод: митрополиты Сергий Нижегородский, Кирилл Казанский, Тихон Уральский, Серафим Тверской, Петр Крутицкий, архиепископы Нафанаил Харьковский, Димитрий Томский, Павел Вятский, Григорий Екатеринбургский, Евгений Благовещенский, Иосиф Одесский, епископ Серафим Орловский.

Высший Церковный Совет: митр. Тихон Уральский, митр. Серафим Тверской, митр. Петр Крутицкий, протопресвитер В. Красницкий (обновленец), прот. А. Смирнов, прот. Иоанн Артоболевский (обновленец), прот. Василий Виноградов, прот. В. Неелов (обновленец), прот. Василий Архангельский (обновленец), прот. Д. Боголюбов, прот. Любимов, архим. Анемподист, мирянин А. Рахманов, мирянин В. Белочинов (обновленец), заместители — миряне Грачев и Апарников. (Известия, 1924, N- 147).

1924: 23 мая патриарх Тихон направил письмо митрополиту Дионисию Варшавскому с резким осуждением самочинного отделения Православной Церкви в Польше от Всероссийского Патриарха и перехода в юрисдикцию Константинопольской Патриархии. «Нами только на днях, — писал патриарх, — получено письмо Вашего Высокопреосвященства, от 18−5 ноября 1923 года, в котором Вы уведомляете нас, что после кончины Митрополита Георгия „восприяли достоинство Митрополита Варшавского и Волынского и всея Польши избранием боголюбивых епископов Православной Митрополии в Польше, с согласия Правительства Республики Польской и по утверждении и благословении Святейшего Мелетия IV, Патриарха Константинопольского и Вселенского“ и просите Нас благословить самостоятельное существование Православной Церкви в Польском Государстве, покровительствующем Вашему Высокопреосвященству и оберегающем права свободного проявления и развития нашей Православной Церкви». Это краткое обращение к Нам Вашего Высокопреосвященства возбуждает в Нас некоторое недоумение. В 1922 году, незадолго до Нашего временного устранения от власти, Нами велись переговоры с представителями Польского Правительства об устройстве Православной Церкви в Польше и об Ее отношении к Патриарху Всероссийскому, в результате которых Нами, в согласии с состоявшим при Нас Священным Синодом, был выработан «проект Положения об управлении Православной Церковью в Польском Государстве», посланный Митрополиту Варшавскому для получения согласия Польского Правительства.

Дальнейшие переговоры были прерваны вследствие Нашего ареста, и судьба выработанного Нами проекта для нас остается неизвестной. Письмо Вашего Высокопреосвященства не проливает света на этот предмет. Без изложения обстоятельств дела оно ставит Нас перед фактом полной независимости Православной Церкви в Польше от Патриарха Всероссийского и перехода Ее под юрисдикцию Патриарха Константинопольского, утверждающего, как видно из письма Вашего Высокопреосвященства, акт избрания Митрополита Варшавского и всея Польши. Для Нас остается неясным, на основании каких канонических правил часть Всероссийской Православной Церкви без согласия Поместного Собора и благословения Ее предстоятеля могла стать независимой и какими каноническими правилами руководясь, Святейший Мелетий IV, бывший Патриарх Константинопольский, счел себя вправе простирать свою власть на часть Патриархата Российского.

Не имея об этом официального доклада Вашего Высокопреосвященства, Мы получаем много частных сообщений, которые рисуют в очень неблагоприятном свете историю перехода Православной Церкви в Польше к независимости и Ее положения в Польском Государстве. Нам сообщают о горячих протестах, которыми было встречено объявление независимости Православной Церкви в Польше со стороны православных епископов и верующих, о насилиях, которым подверглись возражавшие и о незаконном лишении кафедр четырех епископов — Преосвященных Пантелеймона, Сергия, Владимира и Елевферия.

Что касается благожелательного отношения Польского Правительства к Православной Церкви в пределах Польского Государства и покровительства, оказываемого им свободе и развитию Православия, то и в этом отношении Наши частные сведения, подтвержденные, однако, нотой нашего правительства, от 10 мая сего года, предъявленной Правительству Польской Республики, не согласуется с сообщениями Вашего Высокопреосвященства. При такой неполноте и противоречивости полученных Нами сведений о происходящем в Польской Православной Митрополии Мы не можем благословить самостоятельного существования Православной Церкви в Польском Государстве до тех пор, пока все обстоятельства и канонические основания Ее перехода к независимому бытию не будут выяснены пред Собором Всероссийской Православной Церкви, созыв которого является предметом Наших постоянных молитв и забот.

Посему Мы просили бы Ваше Высокопреосвященство сообщить Нам о жизни и событиях Православной Церкви в Польше с мая месяца 1922 года". (К. Свитич, Православная Церковь в Польше и ее автокефалия).

1924: 27 мая Вселенский патриарх Григорий VII издал окружное послание, в котором объявлял о созыве в 1925 году Всеправославного собора, приуроченного к 1600-летию Первого Вселенского собора.

1924: 1 июня в газете «Известия» было опубликовано следующее сообщение: «Вселенский патриарх отстранил бывшего патриарха Тихона от управления Российской Церковью. Московский представитель вселенского патриарха архим. Василий Димопуло сообщил представителю РОСТа следующее: „Мною только что получено из Константинополя сообщение о том, что Константинопольский патриарший синод под председательством Вселенского патриарха Григория VII вынес постановление об отстранении от управления Российской Православной Церковью Патриарха Тихона, как виновного во всей церковной смуте. Постановление это вынесено на заседании синода при Вселенском патриархе 6 мая и принято единогласно“. По словам архимандрита Василия это постановление является результатом неоднократных советов со стороны восточных патриархов и, в частности, сербского патриарха. Вместе с тем, константинопольский патриарх посылает в Москву авторитетную комиссию из виднейших восточных иерархов для ознакомления с делами Российской Православной Церкви… Одновременно Вселенский патриарх признал российский синод [обновленческий] официальным главою Российской Православной Церкви и запретил в священнослужении иерархов, бежавших из России в эмиграцию, во главе с Антонием (Храповицким). Все эти иерархи предаются церковному суду». (Цит. по Левитин и Шавров).

1924: 6 июня при письме представителя Константинопольского патриарха в России архим. Василия Димопуло патриарх Тихон получил выписки из протоколов заседаний Синода в Константинополе, в которых содержался призыв к нему отречься от Патриаршества.

1924: 10 июня в Москве открылось предсоборное совещание обновленцев под председательством архиеп. Евдокима, которое вынесло решение о ликвидации института патриаршества. По данным сводки, составленной Тучковым по работе отделения в 1924 г. на съезде присутствовало «156 попов, 83 епископа и 84 мирянина». (ЦА ФСБ. Ф.2. Оп.4. Д. 372. Л.201). В этой же сводке указывалось, что на совещание было командировано 126 секретных осведомителей ГПУ, т. е. около 40% состава совещания.

1924: 21 июня, видя упрство еретичествующих радикалистов, епископ Чешский Горазд официально покидает Национальную Чешскую Церковь. Таким образом из более пол-миллиона душ, которые покинули Католическую Церковь в 1920 г., верными Православию остались около 10 тыс. человек во главе с еп. Гораздом. (мон. Горазд…)

1924: 23 июня митрополит Антоний (Храповицкий) прибыл в Иерусалим. Он был командирован туда Зарубежным Синодом, чтобы своим архипастырским визитом духовно и материально поддержать 400 членов Миссии и насельников монастырей. Встретившись с Иерусалимским патриархом и ознакомившись с настроением представителей английского мандатного правительства в Палестине и возможностями материального улучшения положения бедствующей Миссии, митр. Антоний возвратился в Сербию и вскоре во второй раз направил в Палестину архиеп. Анастасия, чтобы укрепить положение РДМ. Благодаря трудам архиеп. Анастасия, его прекрасному знанию английского Британская администрация в Палестине признала законный статус Заграничной Церкви, а Палестинское Общество — самостоятельной общественной организацией. Владыка Анастасий, несмотря на бедственное положение и соблазнительные предложения английских властей продать часть имущества Миссии, полностью его сохранил и даже приумножил. В Святой Земле тогда было около 300 русских пожилых паломниц, задержанных в Палестине войной 1914 года, а затем революцией. «Эти старушки, — писал митрополит Антоний, — а равно и монахини обеих обителей, содержатся более на средства нашей миссии, чем на собственные труды, хотя и трудятся очень усердно, но трудятся на камне среди чужих людей, иноверцев, боящихся переплатить лишнюю копейку в пользу бедной поденщицы или продавшице своих ручных изделий… Богослужение в часовне Св. Гроба начинается в полночь православной утреней и непосредственно следующей за ней литургией; затем служатся литургия армянская, католическая и т. д. Но еще за пять часов до утрени, т. е. в семь часов вечера, ротонда, посреди которой стоит часовня, наполняется русскими женщинами, остающимися здесь до конца литургии, т. е. до трех часов полуночи. Они то, после целодневных трудов, всю ночь посвящают молитве: беспрерывно поют и читают каноны и акафисты, а затем утреню и литургию. Эти женщины поклонницы живут в великом подвиге и в великой нужде; это своего рода обитель неусыпающих» (Архиепископ Никон (Рклицкий). Жизеописание блженнейшего Антония, митрополита Киевского и Галицкого. Нью-Йорк. Т. VII, 1961 г. стр. 47).

1924: 18 июня, как следует из послания митрополитов Петра и Серафима (Следственное дело Патриарха Тихона. Сборник документов по материалам ЦА ФСБ. М., 2000. С. 773), в ответном послании патриарху Константинопольскому Григорию VII, св. патриарх Тихон писал: ««Мы немало смутились и удивились, что… глава Константинопольской Церкви, без всякого предварительного сношения с Нами, как с законным представителем и главою всей Русской Православной Церкви, вмешивается во внутреннюю жизнь и дела автокефальной Русской Церкви. Священные Соборы (см. 2-е и 3-е Правила II Вселенского Собора и др.) за епископом Константинопольским признавали всегда только первенство чести, но не признавали и не признают за ним первенство власти… Народ не со схизматиками, а со своим законным и православным Патриархом». (ЦА ФСБ Д. Н-1780. Т.13. Л.53; Опубл.: Следственное дело. С.377).

1924: 25 июня первый приезд епископа Германа (Аава) на Валаам: «С вечера в среду: Сегодня встречали Епископа, Карельского (Германа), и временно управляющего Финляндскою Церковью вместо уволенного Архиепископа Серафима. Встречали у святых ворот. В соборе говорил речь. Вид у него странный, без волос (стриженный и бритый как пастор протестантский), и на левой руке носит два обручальных кольца…. Некоторые наши отцы и миряне не подходили под благословение, считая его за неправильно поставленного. Уехал от нас 29-го» (Из дневника валаамца о. Памвы).

1924: В июле митр. Евлогий Западно Европейский вторично отклонил предложение патриарха Константинопольского Григория VII, перейти в юрисдикцию Конст-го патриарха. (Алексей (Ридигер), патриарх Московский. Православие в Эстонии).

1924: Единственный из афонских монастырей, Ватопедский, вслед за патриархом Константинопольским перешел на новый стиль. Прочие монастыри перестали поминать своего новостильного патриарха.

1924: Летом, временно исполняющий должность Председателя Зарубежного Синода архиепископ Полтавский Феофан (Быстров) пишет письмо путешествующему по Востоку митрополиту Антонию (Храповицкому):

«…В виду поднятого большевиками, при содействии Вселенской патриархии, усиленного похода против Русской Православной Церкви в советской России и заграницей и необходимости активного возглавления заграничной Русской Церкви в такой критический момент высоко-авторитетным иерархом, убедительно просит Высокопреосвященного Антония для блага и пользы Церкви ускорить свой отъезд в Палестину и по выполнении порученной ему миссии в скорейшем времени прибыть в Ср. Карловцы…» (Письма митр. Антония, стр. 97).

1924: 16 августа Митрополит Дионисий Варшавский созвал в Почаеве заседание Синода для принятия экстренных мер в связи с нестроениями в Церкви вызванными календарными реформами. Епископы выступали за то, чтобы придерживаться впредь гибкой линии: там, где народ отказывался принимать новый стиль, благословлять совершение богослужения по юлианскому календарю. С тех пор новый календарь остался в употреблении в Варшавском митрополичьем соборе и в православных церквах воеводств с преимущественно польским населением. На Волыни и в Белоруссии в православных церквах вернулись к юлианскому стилю. Решение Синода было, очевидно, согласовано с польскими властями. Министерство религиозных исповеданий направило тогда же волынскому воеводе распоряжение не допускать административного воздействия на приходы, где совершаются православные богослужения по старому календарю.

1924: 31 августа вел. Князь Кирилл Владимирович Романов присвоил себе императорский титул. На Архиерейском Соборе РПЦЗ под председательством митр. Антония «манифест» вел. князя не был признан.

1924: Болгарская Православная Церковь осудила протестантскую молодежную организацию YMCA и запретила православным всякое сотрудничество с ней.

1924: 17 сентября (ст. ст.) св. патриарх Тихон направил свое заявление во ВЦИК, след. образом объясняя свой отказ перевода Русской Церкви на новый календарный стиль: «После Нашего возвращения к управлению Церковью представителем ГПУ Е. А. Тучковым, от лица Правительства, Нам было предъявлено требование о введении гражданского календаря в обиход Русской Православной Церкви. Это требование, много раз повторенное, было подкреплено обещанием более благоприятного отношения Правительства к Православной Церкви и Ее учреждениям в случае Нашего согласия и угрозою ухудшения этих отношений в случае Нашего отказа. Хотя такое требование казалось Нам нарушением основного закона Республики о невмешательстве гражданской власти во внутренние дела Церкви, однако Мы сочли нужным пойти ему навстречу. Считая введение нового стиля по существу допустимым, ошибочно, вследствие невозможности непосредственного сношения с Востоком и неточности газетных сообщений, убежденные, что состоялось уже соглашение всех Православных Церквей о введении нового стиля на основе постановления Всеправославного Совещания в Константинополе, надеясь, что распоряжение, исходящее от законной власти и опирающееся на Всеправославное соглашение, будет послушно принято народом, Мы решили призвать Церковь Русскую к реформе календаря со 2(15) октября 1923 г. и в этом смысле издали послание. Но уже после состоявшегося постановления о введении нового стиля Мы стали получать более точные сведения с Востока, из которых выяснилось, что в Константинопольском совещании участвовали представители далеко не всех Православных Церквей, что его постановления не приняты большею частью Церквей, что Александрийский Патриарх Фотий в послании на имя Антиохийского Патриарха Григория от 23 июня 1923 г. за N211 объявил постановления Константинопольского совещания не имеющими канонического авторитета, а введение нового стиля невозможным без санкции Вселенского Собора, что Патриарх Иерусалимский Дамиан (Касатос) решительно отказался ввести новый стиль в своем Патриархате и что, наконец, вообще реформа календаря во всех Православных Церквах приостановлена. С другой стороны, как только распространился слух о введении нового стиля со (15) октября, в среде верующих возникло сильное возбуждение. Правда, почти все московские приходы послушно, хотя и не с спокойным сердцем, подчинились Нашему распоряжению. Но из окружающих Москву епархий, с юга, из Крыма и из далекой Сибири к Нам потянулись вереницы депутаций от верующих, чтобы осведомиться, действительно ли предполагается реформа календаря, и чтобы просить Нас от лица народа воздержаться от нее, так как введение нового стиля всюду возбуждает тревогу, опасения, недовольство и сопротивление. Одновременно с этим Мы были завалены письменными сообщениями того же содержания. Ввиду этого Мы сочли своим пастырским долгом принять во внимание голос верующих, чтобы не произвести насилия над совестию народной, и 26 октября (8 ноября) 1923 г. сделали распоряжение: «Повсеместное и обязательное введение нового стиля в церковное употребление временно отложить». После этого канцелярия Наша была опечатана агентами Правительства, из нее были взяты неразошедшиеся экземпляры Нашего, тогда уже отмененного послания о введении нового стиля и оказались расклеенными по улицам столицы без Нашего ведома и согласия. Архиепископ Иларион [Троицкий ], Наш ближайший помощник, арестован и по неизвестным причинам в административном порядке сослан в Соловки. Верующие усмотрели в этой репрессии, явившейся в результате Нашего распоряжения о приостановлении реформы календаря, и доказательство вмешательства гражданской власти во внутренние дела Церкви. Но из епархий Мы получили изъявления великой радости верующих по поводу Нашего распоряжения от 26 октября (8 ноября), а вся Москва облегченно вздохнула и немедленно возвратилась к старому стилю. В декабре прошедшего года, когда Правительством днями отдыха были объявлены Рождественские праздники по новому стилю, Мы поспешили разрешить празднование Рождества Христова по григорианскому календарю там, где это будет желательно и удобно для рабочего населения. Но этим разрешением почти нигде не пожелали воспользоваться, в чем снова проявилось единодушное желание народа сохранить старый обычай… Церковь в настоящее время переживает беспримерное внешнее потрясение. Она лишена материальных средств существования, окружена атмосферой подозрительности и вражды, десятки епископов и сотни священников и мирян без суда, часто даже без объяснения причин, брошены в тюрьму, сосланы в отдаленнейшие области республики, влачимы с места на место; православные епископы, назначенные Нами, или не допускаются в свои епархии, или изгоняются из них при первом появлении туда, или подвергаются арестам; центральное управление Православной Церкви дезорганизовано, так как учреждения, состоящие при Патриархе Всероссийском, не зарегистрированы и даже канцелярия и архив их опечатаны и недоступны; Церкви закрываются, обращаются в клубы и кинематографы или отбираются у многочисленных православных приходов для незначительных численно обновленческих групп; духовенство обложено непосильными налогами, терпит всевозможные стеснения в жилищах, и дети его изгоняются со службы и из учебных заведений потому только, что их отцы служат Церкви. При таких условиях произвести еще внутреннее потрясение в лоне самой Церкви, вызвать смуту и создать, в добавление к расколу слева, раскол справа канонически незакономерным, неосмотрительным и насильственным распоряжением было бы тяжким грехом пред Богом и людьми со стороны того, на кого Промыслом Божиим возложен тяжелый Крест управления Церковью и заботы об Ее благе в наши дни… В настоящее время Мы лишены возможности войти в сношение с Востоком, чтобы иметь точные и вполне достоверные сведения о движении реформы в Православном мире, и для нас даже неясно, в каких легальных формах допустимы необходимые Нам, как Главе Российской Церкви, сношения с Православными Церквами за пределами Республики. При таких условиях Нам ничего не остается, как только занять выжидательное положение по отношению к введению нового стиля, пока не достигнуто будет соглашение по этому вопросу между прочими Православными Церквами. Но Мы могли бы принять более деятельное участие в осуществлении реформы календаря, если бы для Нас открылась возможность чрез избранных Нами уполномоченных или хотя бы письменно снестись по этому вопросу с представителями других Православных Церквей. До Нас доходили слухи, что на Востоке предполагается созыв Всеправославного Собора в 1925 г. в воспоминание о Первом Вселенском Соборе по случаю исполняющегося 1600-летнего его юбилея. Если слух соответствует действительности и Собор состоится в канонически-непререкаемой форме, то удобнее всего было бы приурочить решение вопроса о стиле к этому моменту. Когда новый стиль будет принят согласным голосом всей кафолической Церкви, тогда можно надеяться, что Нам удастся повлиять на верующих и убедить их в допустимости с церковной точки зрения реформы календаря и в ее желательности по практическим и государственным соображениям, если православные епископы, назначенные Нами, которым верят и за которыми следует народ, будут иметь свободу пребывания в своих епархиях, сношения со своей паствой и религиозного руководительства духовенством и приходами, находящимися в каноническом общении с ними. «(Акты Святейшего Тихона… С. 332−338).

1924: 3 октября состоялся 4-й Архиерейский Собор Русской Зарубежной Церкви. В нем приняли участие, вернувшийся день до этого из своего 7-ми месячного путешествия по Православному Востоку, митрополит Антоний, а также митрополиты Платон и Евлогий, 2 архиепископа, 9 епископов приняли непосредственное участие и 16 архиереев прислали свои мнения письменно. На Соборе было решено упразднить автономный статус Западно-Европейской епархии, данный митрополиту Евлогию на предыдущем Соборе. Митрополит Евлогий, не подчинился решению Собора, и демонстративно его покинул. На этом же Соборе было разрешено русским архиереям сослужить литургию с болгарскими, но решение это не было опубликовано, дабы не предавать его официальной гласности и не раздражать Кон-ль. (Академик Иван Снегаров. Отношенията между Българската църква и другите православни църкви след провъзгласяването на схизмата).

1924: В октябре Румынский митрополит (бывший униат и будущий патриарх) Мирон (Кристи) ввел Григорианский календарь в Румынской Церкви, за что Константинополем ей была дарована автокефалия и статус патриархата. Только Покровский скит, где настоятельствовал игумен Гликерий (Танас), буд. святитель-митрополит и глава старокалендарной Румынской Церкви, отказался перейти на новый стиль, за ним последовали 12 человек братии. Настоятель лавры Нямц, новостильный епископ Никодим (Мунтяну), будущий румынский патриарх, пригласил к себе иером. Гликерия, уговаривал принять новый календарь, обещая в передать под его начало еще один скит, но о. Гликерий решительно отказался и вместе с диаконам Давидом Бидаску покинул скит. В Нямецком монастыре тогда жило 800 монахов, но только 6 отложились от своего патриарха.

1924: 24 октября почил о Господе преподобный Арсений Каппадокийский (пам. 10 ноября). Иеромонах Арсений вышел из Каппадокии вместе со своей паствой — греческими беженцами в сентябре того же года, через 40 дней после прибытия на родину он, согласно своему предсказанию, скончался. Преподобный отличался многими духовными дарами: исцелением, чудотворением и даром пророчества.

1924: 13 ноября, несмотря на протесты св. патриарха Тихона, после переписки с митрополитом Дионисием Варшавским Константинопольский Патриарх Григорий VII за три дня до своей смерти подписал и утвердил, так называемый, «ПАТРИАРШИЙ И СИНОДАЛЬНО-КАНОНИЧЕСКИЙ ТОМОС Вселенской Константинопольской Патриархии, от 13 ноября 1924 года, о признании Православной Церкви в Польше Автокефальною». В этом томосе весьма многозначительно говорилось: «Первое отделение от нашего престола Киевской митрополии и православных митрополий Литвы и Польши, зависящих от нее, а также присоединение их к святой Московской Церкви произошли отнюдь не по предписанию канонических правил, а также не было соблюдено всего того, что было установлено относительно полной церковной автономии Киевского митрополита, носящего титул экзарха Вселенского Престола». В основу «Патриаршего и Синодально-Канонического Томоса», от 13-го ноября 1924 года, Вселенский Патриарх Григорий VII положил утверждение, что «строй церковных дел должен следовать политическим и общественным формам», подкрепляя это свое утверждение ссылкой на 17-ое Правило IV Вселенского Собора и 38 Правило VI Вселенского Собора. Этим путем Патриарх Григорий VII и состоящий при нем Синод не только утверждали автокефалию, но самопроизвольно и самовольно отнимали от Русской Церкви Киевскую Митрополию. (К. Свитич, Православная Церковь в Польше и ее автокефалия).

1924: 17 ноября, не пробыв и года на патриаршем престоле, скончался Константинопольский патриарх Григорий VII. Умер он от артериосклероза и болезни почек на 68 году жизни.

1924: В воспоминаниях Митрополита Анастасия можно найти пример того, как относилась западная общественность к преследованиям Церкви в России: «Будучи в 1924 году в Лондоне, я был приглашен присутствовать в один воскресный день на торжественном вечернем богослужении в знаменитом Соборе Апостола Павла. Обширный храм (второй по размерам после собора Св. Петра в Риме) был наполнен молящимися. В конце вечерни декан (настоятель храма) предложил мне преподать его пастве благословение, которое он предварил следующими словами «сейчас преподаст вам благословение епископ мученической Русской Церкви и вы примите его, как окропление кровию Авеля». При этих словах вся церковь опустилась на колени. Все низко склонили свои головы и оставались в благоговейном безмолвии еще долго после того, как я произнес слова благословения… Очень глубокое и искреннее участие принимал верующий английский народ и в нарочитом торжественном молении о прекращении гонений на религию в России, устроенном впоследствии в Лондоне архиепископом Кентерберийским (Доктором С. Лангом), и с особой почтительностью встречал везде русских епископов…» (Митрополит Анастасий, Послание к русским православным людям по поводу «Обращения патриарха Алексия к архипастырям и клиру так называемой Карловацкой ориентации».)

1924: 26 ноября (ст. ст.) произошло покушение на жизнь св. патриарха Тихона в результате которого был убит его верный келейник Я. С. Полозов.

Описание у Левитина и Шаврова:

«Однажды вечером, в 11 часов, Яков Сергеевич находился у Патриарха, когда в передней кто-то ключом снаружи отпер дверь и чьи-то торопливые шаги прошли в патриаршие комнаты. На пороге показалось двое мужчин. Один из них остановился на пороге, другой, держа руку в кармане брюк, устремился к Патриарху. Яков Сергеевич бросился наперерез, успел загородить своим телом обожаемого им Патриарха. Грянул выстрел. Яков Сергеевич рухнул на пол. Дальше всё было страшно быстро и необъяснимо. После убийства Якова Сергеевича двое ворвавшихся неожиданно (вместо того, чтобы прикончить Патриарха) бросились стремглав в обратном порядке, в переднюю. Один из них схватил с вешалки шубу, и затем оба, толкая друг друга, побежали вниз по лестнице. Но что самое непонятное: Патриарх бросился за ними в погоню, крича: «вернитесь, вернитесь! Вы человека убили!» И возвратился к себе только тогда, когда внизу хлопнула дверь. Тут он склонился к телу своего верного слуги: пуля прошла почти навылет в предсердье — Яков Сергеевич был убит наповал…»

1924: В конце года католикос-патриарх Грузии Амвросий и члены Синодального Совета были амнистированы.

1924: Финское правительство потребовало от архиепископа Серафима (Лукьянова) в трехмесячный срок выучить финский язык и сдать экзамен, если он желает сохранить управление Церковью. Этому оскорбительному ультиматуму владыка Серафим не подчинился, за что был устранен от церковного управления и заточен в монастырь на острове Коневце. По ходатайству митрополита Западноевропейского Евлогия (Георгиевского) вскоре был освобожден и съумел покинуть Финляндию и переехать в Белград, где стал членом Зарубежного Архиерейского Синода. Тем временем Конст-ий патриарх Григорий VII возвел епископа Германа (Аава) в митрополиты Финляндии. Новый митрополит тут-же анулировал право монастырей праздновать Пасху по Юлианскому календарю. В монастырях начались массовые протесты и неповиновение указу нового митрополита. Митрополит Антоний из Белграда поддерживал валаамцев в стоянии против нововведений, в янв. 1925 г. он писал иером. Поликарпу на Валаам: «Печальные вести Ваши я получил и много скорбел о безжалостном ожесточении архипастырей греческих, а Германа (Аава, ред.) я считаю простым мирянином, как посвященного без воли архиепископа, о чем зри 6-е правило 1-го Вселенского собора, и о чем я ему писал в ответ на его письмо. Ясно, что в Константинопольскую патриархию вошла еретическая шайка, во главе с Мелетием… Пока речь шла о новшествах, прямо не воспрещенных канонами, Вы знаете, я советовал Вам послушание, а теперь именем Божиим советую: не повиноваться лже-епископу Герману и постыдно-умершему патриарху Григорию VII, сгубившему своим делом патриархат…» (Письма блаж. митр. Антония Храповицкого, Джорданвилл, 1988, стр. 164).

1924: 17 декабря на Вселенский престол был выбран митрополит Прусский Константин (Арапоглу), ставший патриархом Константином VI. Родился в 1860 г. в Пруссии (ныне Бурса), в 1885 г. окончил семинарию на о. Халки, в 1896 г. был хиротонисан в еп. Сарантского (Восточная Тракия), в 1899 г. стал митр. Конитским, в 1906 Трапезундским, в 1913 Кизикским и в 1922 Прусским. Эти выборы настолько накалили отношения между Турцией и Грецией, что казалось война будет неизбежна. Согласно Лозаннскому договору патриархом мог быть выбран только житель Конст-ля, а новый кандидат, хоть и турецкий подданный, жил вне Царьграда и по договору подлежал департации. Почти сразу после выборов турецкое правительство потребовало его удаления. После репатриации он попытался было вернутся в Турцию, но турецкое правительство его не пустило. Он занимал патриарший престол только 43 дня.

1924: В конце года митрополит Антоний (Храповицкий) в письме валаамскому о. Иоанну (Пупкову) писал:

«…Господь сподобил меня летом побывать в Иерусалиме и в прочих местах св. земли, также был у Патриархов Восточных Православных. Все трое говорили против введения нового стиля, хотя большевики и некоторые финские попы лгут, будто все Восточные Патриархи за новый стиль. Недавно пришлось побороть последнего — Афинский и всея Греции Митрополит Хризостом, уступая настойчивым требованиям народа, объявил, что можно праздновать и по старому…» (Письма блаж. митр. Антония Храповицкого, Джорданвилл, 1988, стр. 168).

Интернет-журнал «Русская неделя»


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru