Русская линия
Русская неделяМонах Вениамин (Гомартели)22.02.2008 

Летопись церковных событий. 1923 год

1923: 4 января турецкая делегация официально потребовала от членов Лозаннской межд. Конференции перевести Конст-ую Патриархию за пределы Турции, ввиду ее враждебного отношения к турецкому правительству во время прошедшей войны. В противном случае турки грозили депортацией всех греков из Конст-ля. Делегаты предложили перевести Конст-лий престол на Св. Гору Афон (Great Britain, Parliamentary Papers, Lausanne Conference on Near Eastern Affairs, 1922−1923, Records of Proceedings and Draft Terms of Peace, Turkey No 1 (1923), Cmd 1814, p. 336). Французская делегация предложила компромиссное решение — оставить Патриархат в Конст-ле, но лишить его политической власти, которой он пользовался при халифате. Греческая делегация поддержала предложение французов.

1923: 4 января, обращаясь к Лозаннской международной конференции, на повестку дня которой была, среди прочего, поставлена судьба Константинопольского Патриархата, митр. Антоний (Храповицкий) писал:

«Мы применяем это выражение /наша апостольская вера/ к судьбе Константинопольского престола, потому что, в соответствии с учением Церкви Христовой, выраженном в решениях семи вселенских, соборов, признанных, как православными, так и римо-католиками, Константинопольский престол — не просто одна из церковных областей, подобная прочим; он считается неотъемлемой частью Православной церкви, распространенной по всей вселенной… Особенно важно отметить тот факт, что только за ним одним признается право принимать прошения с жалобами епископов, почитающих себя обиженными поместными соборами (четвертый Вселенский собор, правило 17-е). В этом последнем смысле Патриарх Константинопольский предстает перед православными всех стран в качестве верховного судьи» (Церковные ведомости, NN 1 (1−14 января) и 2 (15−28 января), 1923).

1923: 10 января лорд Керзон, председатель военно-территориальной комиссии Лозаннской конференции, заручившись поддержкой всех православных держав, в ответ на требования турецкой делегации, заявил, что удаление Патриархата из Конст-ля вызовет шок для совести всего цивилизованного мира. Греческий премьер Венизелос предложил туркам принять предложение лорда, обещая в свою очередь приложить все усилия к удалению с Конст-го престола своего племянника патр. Мелетия, замаравшего в глазах турок свою репутацию поддержкой греческой партии. В ответ глава турецкой делегации Исмет Паша нехотя согласился сохранить патриарший престол в Истанбуле, если будет удален патр. Мелетий и в будущем патриархат оградить себя от политической деятельности.

1923: 15 января патриарх Александрийский Фотий посылает послание патриарху Константинопольскому: «Принимая во внимание послания Церквей Сербии и Румынии, мы пребываем неизменны касательно данных вопросов, которые были догматизированы на прежних соборных заседаниях, и мы отвергаем любое прибавление или изменение в календаре прежде созыва Вселенского Собора, который один вправе обсуждать этот вопрос, и предлагаем скорейший созыв такого Вселенского Собора».

1923: 8 февраля ректор Волынской семинарии архимандрит Смарагд (Латышенко) в митрополичьей резиденции несколькими выстрелами убил Варшавского митрополита. Как выяснилось на процессе, в его намерение входило и убийство архиепископа Дионисия, который также находился в резиденции, но он спрятался в шкафу и тем спас себе жизнь. Архимандрит Смарагд, один из самых последовательных, энергичных и образованных противников автокефалии, был лишен сана и осужден на 10 лет тюремного заключения. Отбыв их полностью, он в 1935 г. выехал в Чехословакию. Убийство митрополита Георгия явилось вопреки замыслу его исполнителя ударом не по автокефалистам, а по их противникам. Вначале, правда, у автокефалистов возникли канонические трудности с избранием нового митрополита и формированием нового состава Синода, ибо для соборного решения требуется участие по крайней мере трех епископов. Для преодоления сложившихся обстоятельств в викарные епископы Люблина был хиротонисан архимандрит Антоний (Марценко), эмигрант из России, поляк по отцу. 27 февраля состоялось избрание архиепископа Волынского и Кременецкого Дионисия (Валединского) в митрополита. В Москву о результатах выборов польский Синод не докладывал, а направил материалы избирательных заседаний через правительство Польши на утверждение Константинопольскому Патриарху Мелетию IV, который утвердил их. 29 апреля в Богоявленском монастыре Кременца состоялась интронизация митрополита Дионисия как главы Церкви, с титулом «митрополита Варшавского, и Волынского, и всей православной Церкви в Польше и священноархимандрита Почаевской Успенской лавры». Новый глава Церкви, так же как и его предшественник, действовал в полном согласии с правительством. Возглавлявший оппозицию архиепископ Елевферий (Богоявленский), арестованный и высланный польскими властями в Литву, продолжал управлять своей епархией из Каунаса (Ковно) и требовал от епархиального духовенства не подчиняться митрополиту Дионисию.

1923: Февраль. Вскоре после трагической смерти митрополита Георгия был созван Собор епископов Православной Церкви в Польше, пополненный к тому времени новохиротонисанным епископом Антонием (Марценко), получившим назначение на должность викария Варшавско-Холмской епархии. На вдовствующую митрополичью кафедру Собор епископов единогласно избрал Кременецкого архиепископа Дионисия, причем за ним была оставлена в управлении и Волынская, самая многочисленная, епархия, как сказано в «Деянии Собора епископов», от 27 февраля 1923 года, — «по лично категорически выраженному желанию на то его Высокопреосвященства». О состоявшемся избрании митрополита Дионисия было доведено до сведения Польского Правительства — «на предмет выражения им согласия на проведение в жизнь этого постановления, а также на предмет испрошения Правительством, в виду пребывания не у власти Святейшего Патриарха Московского, благословения Святейшего Вселенского Патриарха на бытие архиепископу Дионисию Митрополитом Православной Церкви в Польше». (А. К. Свитич, Прав. Церковь в Польше и ее автокефалия).

1923: Кипрская Церковь признает законность англиканских хиротоний.

1923: Греческое правительство созывает Избирательный Синод из 5 человек, который 23 февраля 1923 г. выбирает тремя голосами нового Афинского архиепископа — проф. богословия архимандрита Хризостома (Пападопулоса). В его пользу была изготовлена рекомендация Афинского Богословского факультета, по инициативе проф. Г. Аливизатоса и с одобрением Е. Венизелоса и патриарха Мелетия (Метаксакиса). Проведенные выборы были неканоничны. Однако, через два дня архим. Хризостом все-таки был рукоположен во архиепископа Афинского только тремя голосовавшими за него архиереями. Родился новый Афинский предстоятель в 1868 г. во Фракии, духовное образование получал в богословской школе св. Креста в Иерусалиме (1895), затем на богословском факультете в Афинском университете, где и преподавал до 1923 г.

1923: 27 февраля (ст. ст.) патриарх Иерусалимский Дамиан посылает письмо архиепископу Кентерберийскому от имени Иерусалимского Св. Синода: «Его Блаженству архиепископу Кентерберийскому, первоиерарху всея Англии, нашему возлюбленному и дорогому брату в Господе нашем Иисусе, Высокопреосвященному Рандаллу…

Вчера мы послали Вашему Блаженству следующую телеграмму: „Мы имеем удовольствие сообщить Вашему Блаженству, что Св. Синод нашего Патриархата после неоднократного изучения вопроса Англиканского священства, с Православной точки зрения признал его законность“. Сегодня, дополняя эту телеграмму, мы извещаем Ваше Блаженство, что Св. Синод, имея за основу резолюцию выпущенную незадолго до этого Церковью Константинопольскою, которая является первопрестольной Церковью среди Православных Церквей, пришел к заключению, что посвящение епископов, рукоположения священников и дьяконов в Англиканской Епископальной Церкви имеет такую же законность как и рукоположения в Римокатолической Церкви, потому что в них присутствуют те же необходимые элементы, которые необходимы для признания их законными с Православной точки зрения…» (The Christian East, vol. IV, 1923, pp. 121−122).

В том же году архиепископ Синайский выразил свое согласие с решениями Константинопольского и Иерусалимского патриархата.

1923: 4 марта Константинополь признает автокефалию Чешской церкви, которая находилась в подчинении Сербской ПЦ. В тот же день патриарх Мелетий IV посвящает чешского архимандрита Савватия во епископа и архиепископа «Пражского и всея Чехословакии». Архиепископ должен был распоряжаться в трех епархиях: пражской, маришской и карпато-русской. Патриарх сербский Димитрий направил патр. Мелетию IV телеграмму с предостережением о возможном расколе Чешской Церкви, в которой еще в 1921 г. Сербской Церковью был поставлен епископ Пражский Горазд. Чешское правительство взяло сторону архиеп. Савватия и стало притеснять православных подчинявшихся Сербскому патриарху. Архиеп. Савватий пригласил к себе в помощники, проживавшего в Сербии, еп. Севастопольского Вениамина (Федченкова), которого назначил своим викарием в Подкарпатской Руси. Вместо того, чтобы продолжать миссию среди униатов началась юрисдикционная война. Архим. Алексей (Кабалюк), исповедник, впоследствии прославленный Церковью, поехал в Белград к сербскому патриарху Димитрию с заявлением, что «они признают только его за своего верховного первосвятителя». (Мон. Горазд…)

1923: 8 марта еп. Хризостом (Пападопулос), после незаконного удаления революционным правительством полковника Пластироса с престола Элладской Церкви митрополита Феоклита I, был избран митрополитом Афинским. Епископство он получил за месяц до этого. Новоизбранный первоиерарх был впоследствие признан большинством иерархов Элладской Церкви. Малочисленный Священный Синод был преобразован в многочисленный, в котором периодически стали принимать участие все иерархи. Через год он ввел в Элладской Церкви новый стиль, хотя в январе 1923 г. года в докладе Департаменту Религий Греции он писал: «Греческая Церковь и другие автокефальные Церкви, несмотря на их независимость, тесно связаны друг с другом принципом духовного единства Церкви, они все составляют одну Православную Церковь и не могут отделяться от остальных и принимать новый календарь не превратившись в раскольников в глазах других».

1923: 13 марта от Вселенского Патриарха Мелетия IV была получена телеграмма на имя нового варшавского митрополита Дионисия, в которой говорилось:

«В глубине сердца потрясенные горестным известием о трагической кончине митрополита Георгия, Мы с удовольствием узнали ныне из официального сообщения епископов о том, что Вы, Ваше Преосвященство, избраны преемником покойного. На основании постановления здешнего Синода, Мы, вместе с Нашим благословением, препровождаем Вам все отличия, своевременно присвоенные Нашим братом во Христе Патриархом Тихоном Вашему предместнику, как митрополиту Варшавскому и всея Польши». (А. К. Свитич, Прав. Церковь в Польше и ее автокефалия).

1923: Патриарх Конст-ий Мелетий попытался убедить управляющего приходами Русской Православной Церкви в Западной Европе митрополита Евлогия (Георгиевского), подведомственный ему клир и паству перейти в юрисдикцию Константинопольского Патриархата в подчинение митрополита Фиатирского Германа, экзарха Западной и Центральной Европы. Митрополит Евлогий в послании 28 марта 1923 г. отклонил это предложение.

1923: Весной член раскольнического Синода Турецкой Прав. Церкви священник Папа Евтим при содействии турецкого правительства захватил храм Панагии Кафатиани в Истанбуле.

1923: 10 апреля Записка наркома иностранных дел Г. В. Чичерина в Политбюро ЦК РКП (б) И. В. Сталину: «…Англо-саксонские страны, сверху до низу проникнутые ханжеством, не менее интересуются православием, чем католицизмом; англиканизм чувствует себя даже ближе к православию. Одним словом, вынесение смертного приговора в деле (патриарха) Тихона еще гораздо больше ухудшит наше международное положение во всех отношениях. Выносить же смертный приговор и потом отменять его как будто под давлением других государств для нас крайне невыгодно и создает в высшей степени тяжелое впечатление. Предлагаем поэтому заранее отказаться от самого вынесения смертного приговора Тихону. С коммунистическим приветом Георгий Чичерин». («Архивы Кремля, Политбюро и Церковь 1922−1925 гг.» дело N25−13)

1923: 23 апреля в городе Кременце, на Волыни, в присутствии всех членов Синода Польской Церкви, состоялась интронизация нового варшавского митрополита Дионисия (Валединского). Митрополит возложил на себя знаки митрополичьего достоинства и вступил в управление Православной Церковью в Польше.

1923: В Пшерове (Чехословакия) состоялась первая европейская встреча представителей эмигрантских студенческих религиозных групп и объединений. Именно на этой конференции произошло организационное оформление РСХД. После этого движение стало стремительно развиваться. Идеологами и активными участниками РСХД были почти все высланные большевиками заграницу русские религиозные философы начала века: о. С. Булгаков, Н. А. Бердяев, А. В. Карташев, С. Л. Франк, Б. П. Вышеславцев, И. А. Ильин, В. Н. Ильин и другие.

1923: 21 апреля, за три дня до окончания срока ультиматума лорда Керзона Дзержинский объявляет всеобщий отбой:

«В Политбюро ЦК РКП

Полагаю, что необходимо отложить процесс Тихона в связи с разгаром агитации за границей (дело Будкевича) и необходимостью более тщательно подготовить процесс.

Ф. Дзержинский

Я думаю, что Дзержинский прав.

Г. Зиновьев. Л. Каменев.

Троцкий. Сталин.

Безусловно прав.

М. Томский.

Согласен.

М. Калинин.

т. Рыков — против». (Архивы Кремля. N 61, п. 3).

Предложение Дзержинского принято Политбюро того же 21 апреля (л. 32).

Вскоре члены Политбюро были ознакомлены еще с одним документом, укреплявшим аргументацию Дзержинского. Со страстным призывом не расстреливать патриарха Тихона к Троцкому обратился Фритьоф Нансен (лл. 46 — 47), один из организаторов зарубежной помощи голодающим России.

Внешне вроде бы ничего нового в предложении Дзержинского не содержалось — суд над патриархом откладывался и раньше по той же причине «неподготовленности». Но готовить его и впрямь оказалось очень трудно: мешали зарубежные протесты и сведения ГПУ о недовольстве внутри страны борьбой Политбюро с Церковью. Дело было и в самом патриархе. Е. А. Тучков вскоре будет вспоминать об этих днях в своем докладе Менжинскому, «что здесь с Тихоном работы было чрезвычайно много» (Тучков присовокупляет, что о приемах своей работы он сознательно не пишет, ибо они Менжинскому известны). И все же записка Дзержинского означает начало поворота в этом деле, который 25 июня 1923 года завершится принятием решения об освобождении патриарха Тихона из-под ареста без прекращения, однако, его следственного дела.".

1923: 23 апреля Почаевский архимандрит (позже — архиепископ) Виталий (Максименко) основал миссионерскую обитель и типографию преп. Иова Почаевского в Ладомирово, Карпатская Русь, которая после Второй мировой войны переехала в Америку, в Джорданвилль. На Карпатах архим. Виталий первое время находился в подчинении архиеп. Савватия и его викария еп. Вениамина (Федченкова). (Мон. Горазд…)

1923: 24 апреля патриарх Мелетий (Метаксакис) и его Синод постановили рекомендовать русским иерархам воздерживаться от общения с «Живой церковью»: «Уведомить представителя Вселенского Патриарха в Москве, что Великая Церковь не только не пошлет на суд своего представителя, но рекомендует и русским иерархам воздержаться от всякого участия в нем, потому что Православие смотрит на Патриарха Московского и всея России как на исповедника» (ЦА ФСБ.Ф.2.Оп.1.Д.336. Л.51. Проф. Троицкий С.В. Что такое «Живая церковь», с. 34−36). Но в 1926 г. в письме патриарху Мелетию (Метаксакису), занимавшему тогда Александрийский престол, члены обновленческого Синода писали: «Священный Синод с сердечной признательностью вспоминает о той моральной поддержке, которая была оказана Вашим Блаженством, в бытность Вашего Блаженства Константинопольским Патриархом, Священному Синоду вступлением в каноническое общение с ним как единственно законным органом Русской Православной Церкви» (Епископ Фотий Триадицкий Роковой шаг по пути к отступлению О «Всеправославном конгрессе» в Константинополе).

1923: 29 апреля открылся второй Всероссийский собор обновленцев в Москве, в храме Христа Спасителя. Президентом собора был выбран женатый «митрополит» Петр (Блинов). За первый год своего существования «Живая церковь» обросла множеством женатых архиереев, принявших участие в этом соборе. Его участники открыто вознесли хвалы революции, которую они величали «христианским творением», и советскому правительству, бывшему, по их словам, первым правительством в мiре, пытающимся осуществить «идеалы Царства Божия», а также Ленину: «Прежде всего мы должны обратиться со словами глубокой благодарности к правительству нашего государства, которое, вопреки клевете заграничных шептунов, не гонит Церковь… Слово благодарности и привета должно быть высказано нами единственной в мiре власти, которая творит, не веруя, то дело любви, которое мы, веруя, не исполняем, а также вождю Советской России В. И. Ленину, который должен быть дорог и для церковных людей…» Затем патриарх Тихон (все еще находившийся под домашним арестом) был заочно осужден и лишен не только сана, но даже и монашества. Отныне он назывался «мiрянином Василием Беллавиным». После этого было отменено и само патриаршество, а его восстановление названо контрреволюционным деянием. Огласив верноподданнические приветствия Советскому Правительству и ВЦИК, Собор приступил к выработке резолюций, узаконивших противоканонические реформы ВЦУ… о закрытии монастырей; о белом брачном епископате и второбрачии духовенства; о мощах, осуждающую всякую фальсификацию нетленности; об отлучении от церкви всех членов Карловацкого Собора; о переходе на григорианский стиль. Собор заявил о том, что советская власть не является гонителем церкви и объявил анафематствование советской власти не имеющим никакой силы. Когда решения собора были принесены патриарху на подпись, он спокойно написал на них: «Прочел. Собор меня не вызывал, его компетенции не знаю, и потому законными его решения признать не могу». На этом соборе лжемитрополит Виссарион увлекшись предложил всем членам собора вступить в коммунистическую партию. (Губонин, Акты св. патриарха Тихона, стр. 224).

1923: Протоиерей Иоанн (Кедровский) прибыл из Америки в Москву на поместный обновленческий собор, где и был рукоположен во епископа Аляскинского, будучи в брачном состоянии. Хиротонию совершали обновленческие митрополиты: Виталий (Введенский) и Александр (Введенский) тайно при закрытых дверях в Сокольнической церкви г. Москвы. Через несколько дней он получил назначение быть митрополитом Алеутским и С.-Американским и был послан в Америку иностранным отделом /обновл. церк. управл./. Там он вел упорную борьбу с митрополитом Платоном, сумел временно привлечь на свою сторону 115 церквей, объявил себя главой всей Северо-Американской епархии.

1923: 8 мая министр иностранных дел Англии лорд Керзон предъявил советскому правительству ультиматум, в котором требовал компенсаций за конфискованную советским правительством британскую собственность — рыболовные суда в Белом море и расстрелянных по обвинению в шпионаже британских подданных, а также прекращения коммунистической пропаганды в Индии и проч. восточных английских владениях, преследований религии в СССР и освобождения св. патриарха Тихона. В случае неисполнения условий ультиматума он угрожал новой интервенцией против СССР. Писатель М. Булгаков в своем дневнике писателя 11 июля 1923 г. писал: «Нашумевший конфликт с Англией кончился тихо, мирно и позорно. Правительство пошло на самые унизительные уступки, вплоть до уплаты денежной компенсации за расстрел двух английских подданных, которых советские газеты упорно называют шпионами». Это было видно уже из текста разрекламированного «Нашего ответа». В нем, в частности, заявлялось, что российское правительство не видит никаких оснований для разрыва сношений, что большинство спорных вопросов можно легко решить на взаимоприемлемой основе в короткое время и что со стороны советского правительства имеется «искреннее желание к достижению соглашения…» (Писательский дневник Михаила Булгакова, стр. 51). Через полтора месяца св. патриарх был выпущен на свободу.

1923: 10 мая 1923 года в Константинополе начал работу «Всеправославный конгресс» в составе девяти членов: шести епископов, одного архимандрита и двух мирян. От Константинопольской патриархии — трое представителей: патриарх Мелетий IV — председатель, Кизический митрополит Каллиник, В. Антониадис — проф. Халкинского богословского института. От Кипрской Церкви: Никейский митрополит Василий (впоследствии Вселенский патриарх 1925−1929 гг.). От Сербской Церкви: Черногорский и Приморский митрополит Гавриил (впоследствии Сербский патриарх, +1952), д-р Милутин Миланкович — проф. математики и механики в Белградском университете. От Элладской Церкви: Драчковский митрополит Иаков. От Румынской Церкви: архимандрит Юлий (Скрибап). В комиссии принимали участие Алеутский и Североамериканский архиепископ Александр (Немоловский), находившийся тогда в невыясненном каноническом положении, против него были воздвигнуты серьезные канонические обвинения со стороны Русского Архиерейского Синода Заграницей. Впоследствии он перешел в евлогианский экзархат, под юрисдикцию Вселенского патриарха). На шести заседаниях присутствовал находившийся в то время в Константинополе Кишиневский архиепископ Анастасий (Грибановский), член Русского Архиерейского Синода Заграницей (будущий глава РПЦЗ).


На этом конгрессе главное внимание было уделено календарной реформе. «С научной точки зрения проекты реформы календаря были рассмотрены подкомиссией в составе митрополитов Черногорского Гавриила и Диррахийского Иакова, и архиепископов Кишинёвского Анастасия и Североамериканского Александра. За основу нового календаря были отобраны два проекта: доктора М. Миланковича и П.Дрангича. Первый из них практически совпадал с Григорианским календарем, но был несколько его точнее. Второй календарь был ещё точнее первого, но в то же время отличался и большей сложностью. В результате было решено рекомендовать временно принять календарь Миланковича, а со временем, после соответствующего предварительного одобрения международными научными и религиозными кругами, перейти на календарь П. Дрангича». (И. Якимчук. Раскол в Элладской Православной Церкви в 20-м веке. Диссертация на соискание ученой степени кандидата богословия. Сергиев Посад. 1999 г., стр. 69−70). На первом же заседании 10 мая архиеп. Анастасий заявил, что не имеет «определенных инструкций по календарному вопросу от русских карловацких иерархов» (Роковой шаг по пути к отступлению. О «Всеправославном конгрессе» в Константинополе Епископ Фотий Триадицкий).

На шестом заседании обсуждался вопрос второбрачия духовенства, во время прений архиеп, Анастасий заметил, что церковные каноны ясно запрещают второй брак клириков, в чем его поддержал архиеп. Сев. Американский Александр. После этого заседания архиеп. Анастасий покинул конгресс. Кроме перемены календаря, на конгрессе были приняты след. решения:

1. Священники и диаконы могут жениться после рукоположения.

2. Разрешается второй брак вдовым священникам и диаконам.

3. Поместные церкви призываются принять отдельные решения о праздновании дней

Святых в будние дни, до принятия нового календаря, в котором празднование дней Святых будет происходить только в воскресенье, чтобы уменьшить количество праздников.

4. Поручить Вселенскому патриархату взять на себя инициативу по созыву «вселенского собора» для решения спорных вопросов. Всего на Совещании было 11 заседаний, подпись архиеп. Анастасия стоит только под первыми 4.

Последнее 11-е заседание конгресса состоялось в июне того же года.

1923: 31 мая в Сремских Карловцах состоялся очередной Архиерейский Собор, на котором присутствовало 12 епископов, 16 других заграничных архиереев (всего за рубежом тогда находилось 32 русских епископа) прислали письменные мнения на следующие вопросы митрополита Антония:

1. Признаете ли Вы необходимость существования высшего церковного института для управления заграничными церквями епархиями или считаете возможным, чтобы иерархи управляли своими епархиями автономно?;

2. Если Вы признаёте необходимость высшего соборного органа для управления зарубежной церковью, то в каком составе Вы полагали-бы его организовать: то-есть в составе-ли только Епископов Синода, или-же с участием пресвитеров и мирян?;

3. Кого из живущих за рубежом иерархов Вы указали бы в качестве членов Синода?;

4. Кто по Вашему мнению должен быть председателем Синода?;

5. В виду отсутствия в настоящее время высшего церковного органа для управления церковной деятельностью в России, не представляете ли возможным и желательным распространение высшего церковного управления за границей и на церковную жизнь в пределах России в той мере в какой это возможно по существу и по практической жизни? На Соборе 1923 г. обсуждался проект реорганизации церковного управления, предложенный митрополитом Евлогием. Главные предложения митрополита Евлогия: твёрдое признание Патриаршей воли, изложенной в указе 348; будущий Собор не должен быть чисто эмигрантским, а должен проводиться под эгидой Вселенского Патриарха с участием всех православных церквей; идея объединения должна быть согласована с принципом внутреннего самоуправления; новый орган не должен быть простым повторением прежнего ВЦУ с простой переменой названия. Предложения митрополита Евлогия не нашли поддержки у членов Архиерейского Собора. Так, секретарь Синода Махарабалидзе считал: в докладе (Евлогия) есть данные совершено не соответствующие действительности или недостаточно обоснованные, проектируемый Синод сводится к положению простой канцелярии за спиной Митрополита Евлогия. В докладе управляющего русскими православными общинами в Болгарии Епископа Серафима обращалось внимание на осторожное отношение к Указу 348 и необоснованность претензий митрополита Евлогия на управление всей зарубежной церковью. Анализ анкет и выступлений русских иерархов также показывают, что митрополит Евлогий остался в меньшинстве. Ни один из иерархов не поддержал митрополита Евлогия в вопросе о созыве Собора всех православных церквей под эгидой Вселенского Патриарха. Более того, только два епископа поддержали организацию Собора с участием мирян. Особое мнение выразил Епископ Бруклинский Евфимий: Собор не нужен вообще. Достаточно признать Высокопреосвящённым митрополита Евлогия для всей заграницы (кроме Америки) и Платона для Америки.

Собор вынес ряд постановлений, в одном из которых говорилось: «Представители епархий, находящихся за пределами России, в их совокупности выражают голос свободной Русской Заграничной Церкви, но ни отдельное лицо, ни Собор иерархов этих епархий не представляет собой власти, которой принадлежали бы права, какими во всей полноте обладает Всероссийская Церковь в лице ее законной иерархии… Все находящиеся за пределами России русские православные епископии… суть неразрывная часть автокефального Московского Патриархата». В постановлении Собора о Западноевропейской епархии было сказано, что она «на основании прав, данных митрополиту Евлогию указами Святейшего Патриарха Всероссийского… и вследствие того, что территория ее обнимает не одну страну, как в прочих епархиях, а заключает в себе большую часть европейских государств, — выделяется в автономный митрополичий округ». Собор также отверг Григорианский календарь и обновленческие нововведения: второбрачие священства, «новый стиль не может быть принят ввиду того, что это противоречит свв. канонам и древней церковной практике». Живоцерковники были признаны находящимися вне Церкви. (ГАРФ ф.6343, оп. 1. д. 5, лл. 5−15). Также на Соборе были осуждены незаконные отделения Финляндской, Польской, Латышской, Грузинской, Украинской и Эстонской Церквей от Матери Церкви.

1923: 1 июня последователи свящ. Папы Евтимия (см. весна того же года) созывают митинг, который заканчивается нападением на Патриархию с целью низвержения патр. Мелетия (Метаксакиса) и изгнания его из Константинополя. Турецкая полиция пассивно наблюдала за безпорядками, только после прибытия французской военной полиции порядок был возстановлен.

1923: 6 июня на десятом заседании «Всеправославного конгресса» патриарх Мелетий и все участники конгресса не признали постановление Обновленческого собора о лишении сана св. патриарха Тихона, и заявили, что «все мировое Православие считает его исповедником».

1923: 6 июня томосом Конст-го патриарха Мелетия IV была принята в юрисдикцию Константинопольского Патриархата Финляндская Православная Церковь (состоящая из Финляндской и Выборгской епархий Русской Православной Церкви), которой при этом была предоставлена автономия, хотя эта Церковь ею уже пользовалась с 11 февраля 1921 г. в соответствии с решением высшей церковной власти Московского Патриархата. (Алексий (Ридигер), Патриарх Московский и всея Руси. «Православие в Эстонии»).

1923: В начале июня группа греков совершила нападение на патр. Мелетия, после этого и требований турецкого правительства перенести патриаршу кафедру за пределы Турции, он поставил на заседании Синода вопрос о перемещении Патриархата. Тогда же он посылает телеграмму своему дяде премьер-министру Греции Венизелосу в Лозанну, испрашивая его совета, в ответ дядя тут же прислал ему телеграмму с предложением оставить патриарший престол. По свидетельству, присутствовавшего при получении телеграммы главы греч. Красного Креста Паллиса, предложение это привело патриарха в ярость, но он, тем не менее, внял совету, и 10 июня под предлогом болезни и необходимости лечения, покинул Константинополь и временно поселился на Афоне (A. A. Pallis. (Greeks Abroad) (Athens, 1953), p. 187 (по греч.) Вместо себя патр. Мелетий поставил местоблюстителем Николая, митрополита Кесарии.

1923: 11 июня Записка председателя Антирелигиозной комиссии ЦК РКП (б) Е. М. Ярославского в Политбюро ЦК РКП (б) об условиях освобождения из-под ареста патриарха Тихона:

«В ПОЛИТБЮРО ЦК тов. СТАЛИНУ

Необходимо срочно провести следующее постановление по делу Тихона:

1. Следствие по делу Тихона вести без ограничения срока.

2. Тихону сообщить, что по отношению к нему может быть изменена мера пресечения, если: а) он сделает особое заявление, что раскаивается в совершенных против Советской власти и трудящихся рабочих и крестьянских масс преступлениях и выразит свое теперешнее лояльное отношение к Советской власти; б) что он признает справедливым состоявшееся привлечение его к суду за эти преступления; в) отмежуется открыто и в резкой форме от всех контрреволюционных организаций, особенно белогвардейских, монархических организаций, как светских так и духовных; г) выразит резко отрицательное отношение к новому Карловицкому Собору и его участникам; д) заявит о своем отрицательном отношении к проискам как католического духовенства (в лице папы), так и епископа Кентерберийского и Константинопольского епископа Мелетия; е) выразит согласие с некоторыми реформами в церковной области (например, новый стиль). В случае согласия, освободить его и перевести в Валаамское Подворье, не запрещая ему церковной деятельности.

Председатель антирелигиозной комиссии Ярославский»

(«Архивы Кремля Политбюро и Церковь 1922−1925 гг.» дело N25−31)

В тот же день Е. М. Ярославский написал еще одну докладную записку об условиях освобождения патриарха Тихона:

«Краткая мотивировка предложения о Тихоне.

1. Необходим какой-нибудь шаг, который оправдывал бы наше откладывание дела Тихона, иначе получается впечатление, что мы испугались угроз белогвардейщины;

2. Из разговоров с Тихоном выяснилось, что при некотором нажиме и некоторых обещаниях он пойдет на эти предложения;

3. В случае его согласия, также заявления с его стороны будут иметь огромное политическое значение: они спутают совершенно карты всей эмигранщины; они явятся ударом по всем тем организациям, которые ориентировались на Тихона; Тихон явится гарантией против усиления влияния ВЦУ; его личное влияние будет скомпрометировано связкою с ГПУ и его признаниями; выступления Тихона против еп[ископа] Кентерб[ерийского], Мелетия, Антония, папы будет пощечиной прежде всего английскому правительству и лишит в глазах европейских кругов всякого значения выступления Англии в защиту Тихона; наконец, согласие его хотя бы с какой-нибудь реформой (он согласен на признание нов[ого] григор[ианского] календаря) делает его „еретиком“ — новатором в глазах истинно православных.

ВЦУ при этом сохранит прежнее положение при значительном уменьшении влияния.» («Архивы Кремля Политбюро и Церковь 1922−1925 гг.» дело N25−32) 14 июня на заседании Политбюро: «Постановили:

9. Принять предложение т. Ярославского».

1923: 9/22 июня почил о Господе московский прозорливый духовник, настоятель храма на Маросейке, прот. Алексей Мечев. О нем хорошо написал, знавший его, о. Павел Флоренский:

" С раннего утра до поздней ночи толпится вокруг дома, где живет о. Алексей, народ, — на лестнице, во дворе. В приемные дни люди приходят ночевать у ворот, чтобы наверняка попасть к о. Алексею. Среди простых людей, по преимуществу женщин, все более и более появляется интеллигенции: профессора, врачи, учителя, писатели, инженеры, художники, всевозможные артисты. Среди православных — инославные: армяне, лютеране, магометане, даже евреи. Среди верующих — попадаются и неверующие. Одни приходят в глубокой тоске, не находя себе места, терзаясь бесчисленными преступлениями; другие — из любопытства, желая просто «посмотреть» на знаменитого деятеля; третьи приходят врагами, чтобы изобличить или задеть, с вызовом, иногда в порыве ненависти, сами не зная, что они намерены предпринять; бывали и такие, которые приходили, как потом признавались, с целью убить о. Алексея. Но со всеми устанавливаются в этой крохотной комнатке свои особые. вполне индивидуальные отношения. О. Алексей не спрашивал приходящего: «Как ты веруешь?», а спрашивал: «Чем ты страдаешь и как живешь?» — и старался соприкоснуть его с духовным миром в той мере и в том виде, в каких это было собеседнику доступно. Но каждый что-то получал от него. Любопытствующие уходили пристыженные и пораженные, врага — располагались признанием. Многие из приходивших навсегда связывали с ним свою духовную жизнь. Как много было людей, попавших к о. Алексею или хотя бы в храм его один раз и навсегда удержавшихся в сфере его притяжения".

О. Алексей был прославлен в лике святых на юбилейном Соборе МП в 2000 г.

1923: 7 июля патриарх Конст-ий Мелетий IV вручил в Константинополе архиепископу Таллинскому и Эстонскому Александру (Паулусу) томос о принятии Православной Церкви в Эстонии в юрисдикцию Константинопольского Патриархата как отдельного автономного церковного округа «Эстонская Православная Митрополия». Таким образом, Константинопольским Патриархатом были аннексированы Таллинская и Эстонская епархия, часть Нарвского викариатства Петроградской епархии и часть древней Псковской епархии Русской Православной Церкви. Обосновывая свои действия, Константинопольский Патриархат в первую очередь напомнил о том, что Вселенский Престол осуществляет каноническое попечение о церковном устроении тех православных общин, которые остаются без пастырского окормления. Во-вторых, в томосе утверждалось, что перехода под юрисдикцию Константинопольского Патриархата требовали новые политические условия, сложившиеся в Эстонии, и в-третьих, подчеркивалось, что возникшие в России церковные нестроения сделали невозможным установление «надлежащего церковного устроения в Эстонии со стороны святой Церкви России» (Алексей (Ридигер), патриарх Московский. Православие в Эстонии). Архиепископ Александр был возведен в сан митрополита Таллинского и всей Эстонии. Тогда-же в Эстонской Церкви был введен в употребление новый календарь. Митрополит Александр настойчиво проводил эстонизацию церковной жизни, несмотря на то что большинство православных в Эстонии были русскими. Московская Патриархия не признала этот канонически неправомерный переход.

1923: 16 июня Заявление патриарха Тихона:

«В ВЕРХОВНЫЙ СУД Р.С.Ф.С.Р.

От содержащегося под стражей патриарха Тихона (Василия Ивановича БЕЛЛАВИНА).

ЗАЯВЛЕНИЕ

Обращаюсь с настоящим заявлением в Верховный Суд Р.С.Ф.С.Р.[,] я считаю по долгу своей пастырской совести заявить следующее:

Будучи воспитан в монархическом обществе и находясь до самого ареста под влиянием антисоветских лиц, я действительно был настроен к Советской Власти враждебно, причем враждебность из пассивного состояния временами переходила к активным действиям как-то: обращение по поводу Брестского мира в 1918 г., анафемствование в том же году Власти и наконец воззвание против декрета об изъятии церковных ценностей в 1922 г. Все мои антисоветские действия за немногими неточностями изложены в обвинительном заключении Верховного суда. Признавая правильность решения суда о привлечении меня к ответственности по указанным в обвинительном заключении статьям уголовного кодекса за антисоветскую деятельность, я раскаиваюсь в этих проступках против государственного строя и прошу Верховный Суд изменить мне меру пресечения т. е. освободить меня из-под стражи. При этом я заявляю Верховному Суду, что я отныне Советской Власти не враг. Я окончательно и решительно отмежевываюсь как от зарубежной, так и внутренней монархической белогвардейской контр-революций.

16 Июня 1923 года

Патриарх Тихон (Василий Беллавин)»

(Акты Святейшего Тихона, Патриарха Московского и всея России, позднейшие документы и переписка о каноническом преемстве высшей церковной власти. 1917−1943. М., 1994. С. 280−281.

1923: 27 июня св. патриарха Тихона выпустили на свободу. На следующий день он поехал на Лазаревское кладбище, где совершалось погребение известного старца о. Алексея Мечева. Встречен он был с восторгом, народ забросал его коляску цветами. Сбылось предсказание о. Алексея: «Когдя я умру, вам будет большая радость». Обосновавшись в своей резиденции в Донском монастыре, он патриарх начал нелегкую борьбу за преодоление навязанного Троцким и ГПУ обновленческого раскола. В его обращении к верующим и духовенству от 28.06 и воззвании от 01.07 1923 г. можно найти отражение требований Антирелигиозной комиссии Е. Ярославского — допущение нового стиля и орфографии, упоминание в осудительном смысле политических действий митр. Антония Храповицкого и патриарха Мелетия, но основной смысл этих документов заключается в осуждении постановлений обновленческих организаций и в авторитетном призыве патриарха к преодолению раскола, к объединению на канонической основе вокруг законно утвержденной Собором 1917- 1918 гг. иерархии, благодаря которым обновленческий раскол был обречен на вымирание, вскоре одни за другими приходы и епархии РПЦ стали возвращаться под омофор ее соборно избранного главы. Писатель Михаил Булгаков, безпристрастный наблюдаетль событий того времени, писал: «…а в белых газетах за границей — буря. — Следует заметить, что в белогвардейских кругах за границей быстро уловили истинный смысл «покаяния» патриарха Тихона перед большевиками. Так, белогвардейская газета «Новое время» (1924, 3 сентября) писала: «Население относится к Патриарху Тихону с большим уважением. В России его не осуждают за его нынешнюю политику по отношению к власти, не видят в ней преклонения перед этой властью и считают, что только забота о благе церковном и отрешение от политических страстей заставили Патриарха принять по отношению к советской власти в России новую позицию… Церковь в России — единственный оплот для русского национального чувства, и этим отчасти объясняется религиозный подъем. Возвращение Патриарха Тихона к церковному управлению вновь объединило Православную Церковь. Обновленческие толки исчезли… Встревоженные этим, большевики усилили гонения на Церковь и антирелигиозную агитацию, но она совершенно парализуется обаянием имени Патриарха Тихона» (Писательский дневник Михаила Булгакова, стр. 51).

1923: На следующий день после выхода на свободу св. патриарх Тихон выпустил след. послание:

«Архипастырям, пастырям и пасомым Православной Церкви. Более года прошло, как вы, отцы и братия, не слышали слова моего. Тяжелое время переживали мы, и особенно эта тяжесть сильно сказывалась на мне в последние месяцы. Вы знаете, что бывший у нас Собор месяц тому назад постановил лишить меня не только сана, но даже и монашества, как «отступника от подлинных заветов Христа и предателя Церкви».

Когда депутация Собора 8 мая объявила мне такое решение, я выразил протест, так как признал приговор/неправильным, как по форме, так и по существу. По апостольскому правилу 74епископ зовется в суд епископами, если он не послушает — зовется вторично через посылаемых к нему двух епископов, и когда не явится, Собор произносит о нем решение, «да не мнится выходу имети, бегая от суда». А меня не только не ввели на суд, а даже не известили о предстоящем суде, без чего формально и приговор не имеет силы и значения.

Что касается существа дела, то мне ставят в вину, будто я «всю силу своего морального и церковного авторитета направлял на ниспровержение существующего гражданского и общественного строя нашей жизни».

Я, конечно, не выдаю себя за такого поклонника Советской власти, какими объявляют себя церковные обновленцы, возглавляемые Высшим Церковным Советом, но зато я не такой враг ее, каким они меня выставляют. Если я в первый год существования Советской власти допускал иногда резкие выпады против нее, то делал это вследствие своего воспитания и господствовавшей тогда на Соборе ориентации. Но со временем многое у нас стало изменяться и выясняться, и теперь, например, приходится просить Советскую власть выступить на защиту обижаемых русских православных в Польше, в Гродненщине, где поляки закрыли православные храмы. Я, впрочем, еще в начале 1919 года старался отмежевать Церковь от царизма и интервенции и в сентябре того же года выпустил к архипастырям и пастырям воззвание о невмешательстве Церкви в политику и повиновении распоряжениям Советской власти, буде они не противные вере и благочестию.

Посему, когда нами узналось, что на Карловацком Соборе в январе 1921 г. большинство вынесло решение о восстановлении династии Романовых, мы склонились к меньшинству о неуместности такого решения. А когда в марте 1922 года стало нам известно обращение Президиума Высшего Церковного Управления за границей о недопущении русских делегатов на Генуэзскую конференцию, мы упразднили самое это Управление, учрежденное с благословения Константинопольского патриарха. Отсюда видно, что я не такой враг Советской власти и не такой контрреволюционер, каким меня представляет Собор.

Все это, конечно, мною было бы раскрыто на Соборе, если бы меня туда позвали и спросили, как и следовало, чего, однако, не сделали. Вообще о Соборе ничего не могу сказать похвального и утешительного. Во-первых, состав епископов его мне кажется странным. Из 67 прибывших архиереев мне ведомы человек 10−15. А где же прежние? В 46 правиле Двукратного Константинопольского Собора говорится: «По причине случающихся в Церкви Божией распрей и смятений, необходимо и сие определить: отнюдь да не поставляются епископы в той церкви, которой предстоятель еще жив и пребывает в своем достоинстве, разве сам добровольно отречется от епископства, — то подобает прежде привести к концу законное исследование вины, за которую он имеет удален быта, и тогда уже по его низложении вывести на епископство другого, на место его». А у нас просто устранили и назначили других, часто вместо выборных. Во-вторых, как на бывшем Соборе, так и в пленуме Высшего Церковного Совета, входят только «обновленцы», да и в епархиальных управлениях не может быть член, не принадлежащий ни к одной из обновленческих групп (параграф 7). Это уже насилие церковное… Кто и что такое церковные «обновленцы»? Вот что говорил и писал о них еще в 1906 году мыслитель-писатель, ставший впоследствии священником, Вал. Свенцицкий:

«Современное церковное движение можно назвать либеральным христианством, а либеральное христианство — только полуистина. Душа, разгороженная на две камеры — религиозную и житейскую, не может целиком отдаться ни на служение Богу, ни на служение миру. В результате получается жалкая полу истина — теплопрохладное, либеральное христианство, в котором нет ни правды Божией, ни правды человеческой. Представители этого христианства лишены религиозного энтузиазма, среди них нет мучеников, обличителей, пророков. И союз церковно-обновленных — это не первый луч грядущей апокалиптической жены, облаченной в солнце, а один из многих профессиональных союзов, и я убежден, — говорит Свенцицкий, — что настоящее религиозное движение будет не это и скажется оно совсем не так». (Вопросы религии, 1906, вып. 1, с. 5−8.)

И с этим нельзя не согласиться, если обратить внимание на то, что занимает наших обновленцев, что интересует их, к чему они стремятся. Прежде всего выгоды, чины, награды. Несогласных с ними стараются устранить, создают себе должности и титулы, называют себя небывалыми митрополитами всея Руси, архипротопресвитерами всея России, из викарных поспешают в архиепископы. И пусть бы дело ограничивалось бы названиями. Нет, оно идет дальше и серьезнее. Вводится женатый епископат, второбрачное духовенство, вопреки постановлениям Трульского Собора, на что наш Поместный Собор не имеет права без сношения с восточными патриархами, причем возражающие лишаются слова. Будем уповать, что и у нас, как говорится в послании восточных патриархов, «хранитель благочестия есть Тело Церковное», т. е. народ, который не признает таких решений бывшего Собора.

Из постановлений его можно одобрить и благословить введение нового стиля календарного и в практику церковную. Об этом мы еще вопрошали Константинопольского патриарха.

Что касается моего отношения к Советской власти в настоящее время, то я определил его в своем заявлении на имя Верховного Суда, которым я прошу изменить меру пресечения, т. е. освободить меня из-под стражи. В том преступлении, в котором я признаю себя виновным, по существу виновато то общество, которое меня как главу Православной Церкви постоянно подбивало тем или иным ходом против Советской власти. Отныне я определенно заявляю всем тем, что усердие их будет совершенно напрасным и бесплодным, ибо я решительно осуждаю всякое посягательство на Советскую власть, откуда бы оно ни исходило. Пусть все заграничные и внутренние монархисты и белогвардейцы поймут, что я Советской власти не враг. Я понял всю ту неправду и клевету, которой подвергается Советская власть со стороны ее соотечественников и иностранных врагов и которую они устно и письменно распространяют по всему свету. Не миновали в этом обойти и меня. В газете «Новое время» от 5 мая за No 605 появилось сообщение, что будто бы мне при допросах чекистами была применена пытка электричеством. Я заявляю, что это сплошная ложь и очередная клевета на Советскую власть.

Бог мира и любви да будет с вами…

Донской монастырь, 28 июня 1923 г. Патриарх Тихон».

1923: 1 июля под давлением большевиков св. патриарх Тихон выпускает послание, в котором угрожает архиереям РПЦЗ церковным судом: «…Сознав свою провинность перед народом и Советской властью, я желал бы, чтобы так поступили и те, которые, забыв свой долг пастыря, вступили в совместные содействия с врагами трудового народа — монархистами и белогвардейцами и, желая свергнуть Советскую власть, не чуждались даже входить в ряды белых армий.

Как ни тяжко сознаваться в этом преступлении, но мы должны сказать хоть и горькую, но истинную правду сию. Мы осуждаем теперь такие действия и заявляем, что Российская Православная Церковь аполитична и не желает отныне быть «ни белой, ни красной» Церковью, она должна быть и будет единою, соборною, апостольской Церковью, и всякие попытки, с чьей бы стороны они ни исходили, ввергнуть Церковь в политическую борьбу должны быть отвергнуты и осуждены.

Исходя из этих соображений, мы в апреле месяце 1922 года на соединенном заседании Священного Синода и Высшего Церковного Совета уже осудили заграничный церковный собор Карловацкий за попытку восстановить в России монархию из дома Романовых. Мы могли бы ограничиться этим осуждением владык, бывших на соборе, во главе с Высокопреосвященным Антонием, Митрополитом Киевским, если бы они раскаялись в своих поступках и прекратили дальнейшую деятельность в этом направлении, но нам сообщают, что они не только не прекратили, а еще более того ввергают Православную Церковь в политическую борьбу совместно с проживающими в России и за границей злоумными противниками Советской власти, принесшими немало несчастий родине нашей. Пусть хотя теперь они сознают это, смирятся и покаятся, а иначе придется звать преосвященных владык в Москву для ответа перед церковным судом и просить власть о разрешении им прибыть сюда.

Господь да умудрит всех нас искать каждому не своих сил, а правды Божией и блага Святой Церкви.

Смиренный Тихон, Патриарх Московский и всея России.» (Вестник РХД N 115 за 1975 год).

1923: 8 июня (ст. ст.) Сербский патриарх Димитрий в письме уведомляет патриарха Мелетия Конст-ого, что решение «Всеправославного конгресса» о календарных реформах может быть приемлемо только: «…при условии, что оно будет применено одновременно во всех Православных Церквах».

1923: 25 июня Александрийский патриарх Фотий в своем послании к Антиохийскому патриарху Григорию IV определяет календарную реформу как «бесцельную, неканоническую и вредную». По словам патриарха Фотия, постановления Константинопольского конгресса «пахнут ересью в схизмой». (Роковой шаг по пути к отступлению. О «Всеправославном конгрессе» в Константинополе. Епископ Фотий Триадицкий).

1923: 19 июля в письме архиепископу Финляндскому Серафиму (Лукьянову) Конст-ий патриарх Мелетий ложно заявляет, что новый календарь принять «с согласия и посредством решения всех Православных Церквей…»

1923: В июле Св. Синод Православной Церкви в Польше возбудил перед Польским Правительством ходатайство о том, чтобы служащие в правительственных учреждениях православного исповедания, а также состоящие на военной службе православные воины освобождались от службы в свои православные праздники. В ответ на это ходатайство Министерство Исповеданий предложило митрополиту Дионисию рассмотреть в Св. Синоде вообще вопрос о переходе на григорианское календарное летоисчисление. Св. Синод обратился по этому вопросу за указаниями к Вселенской Патриархии и Вселенский Патриарх Григорий VII, извещая о введении нового стиля в Константинопольской Церкви, благословил ввести в церковное употребление новый стиль и в Польше.

1923: 10 июля под предлогом плохого здоровья патр. Мелетий Конст-ий покинул Истинбул и отправился в Грецию. Согласно докладу американской военной разведки, его жизнь была в опасности и Венизелось уговаривал его скорей покинуть Турцию.

1923: 24 июля в Лозанне, Швейцария, был подписан мирный договор между Грецией и Турцией. По этому договору в составе Турции оставалась Восточная Фракия и Турецкая Армения; греческое население всей Турции, кроме Константинополя, репатриировалось в Грецию; в свою очередь, в Анатолию должны переселится турки, проживавшие в Балканских странах. Турции также возвращены о-ва Имброс и Тенедос. В результате этого договора около 1.6 миллионов греков снялись со своих насиженных мест и отправились на свою историческую родину, которая находилась в состоянии полного банкротства и помочь им материально была неспособна, та же участь постигла и ок. 350.000 турок. В результате этого вынужденного перемещения погибло около 300.000 беженцев, от голода, холода и болезней (National Geographic, nov. 1925, стр. 584). Это был самый крупный в истории человечества официально закреплённый принудительный обмен населением. Таким образом, росчерком пера Константинопольский патриархат лишился почти всей своей паствы. Также, по этому договору Турция официально отказалась от всех прав на Кипр, который с 1925 г. стал английской колонией.

1923: 25 июля Константинопольский Синод, еще под председательством патр. Мелетия, обращается к поместным Православным Церквам, заявляя, что ожидает их «общего одобрения» решения о церковно-календарной реформе, для того, чтобы оповестить «решение (Всеправославного) Конгресса как решение Единой, Святой, Соборной и Апостольской Церкви»

1923: В августе был созван «Всероссийский съезд белого духовенства», на котором присутствовало до 200 делегатов от обновленческих групп. Съезд принял резолюции о закрытии городских монастырей и превращении провинциальных монастырей в трудовые коммуны, о предоставлении права монахам свободного сложения с себя монашеского сана и перехода в белое духовенство. Единогласно при трех воздержавшихся делегаты приняли главную резолюцию съезда — потребовать на предстоящем Соборе суда над патриархом Тихоном.

1923: 11 августа (ст. ст.) митрополит Антоний (Храповицкий) пишет ответное письмо св. патриарху Тихону:

«От себя лично и пребывающих заграницей архиереев приветствую Ваше Святейшество с освобождением из заключения, о чем мы все неустанно молили Всевышнего. Мы верим, что Ваше освобождение положит конец расколу в Церкви и направит «живоцерковников» на путь истины к своему Архипастырю…

По получении Вашего указа о закрытии Высшего Русского Церковного Управления заграницей, я принял решение немедленно его исполнить и удалиться на покой, на Афоне, где я проживал с марта 1920 года по сентябрь того года. Но не мог его привести в исполнение, так как сущие при мне архиереи, а также Заграничный Синод и Церковный Совет Высшего Русского Церковного Управления заграницей представили веские мотивы о невозможности закрытия его без организации какой-либо иной Высшей Церковной инстанции заграницей, в чем вызывалась крайняя необходимость запутанностью русской церковной жизни заграницей и имущественных отношений Русской Церкви. А из Вашего указа было видно, что Вы не представляете церковную жизнь заграницей ясно. Вы полагали, что при существовании Управляющего русскими заграничными православными церквами в З[ападной] Европе митрополита Евлогия, собственно для Высшего Церковного Управления уже нет области, в которой оно могло проявлять свою деятельность. Между тем митрополит Евлогий один из 14 архиереев, правящих, не на покое, подчиненных Высшему Церковному Управлению, которое ведало в качестве высшего церковного органа русскими епархиями в З[ападной] Европе, Сербии, Болгарии, Греции, Америке, Китае, Маньчжурии, Японии, Иерусалимской Миссии, Управлением военного и морского духовенства и т. д. Кроме того, указывалось многими епископами, что указ этот, как исходящий в обстановке, лишающей Вас возможности свободного волеизъявления, не подлежит исполнению и что вообще заграничная церковь должна действовать автономно, самостоятельно до утверждения в России правопорядка и религиозной свободы.

Кроме того, посыпались со всех концов мира от разных русских церковных общин, приходов, русских колоний, русских общественных организаций, учреждений, учебных заведений, некоторых Преосвященных протесты против закрытия Высшего Русского Церковного Управления и моего удаления от дел. Никто не верил в подлинность указа о сем, все усматривали в этом напор врагов Русской Православной Церкви, тем более что Высшее Церковное Управление ни одного политического акта не издало, а обращение к Генуэзской конференции и постановление о Доме Романовых явилось решением Собора, а не его.

В августе м[еся]це 1922 года мною в согласии со всеми был созван Собор Русских Архиереев, который после долгих и тщательных обсуждений сначала совместно с Высшим Церковным Управлением из клириков и мирян, а затем самостоятельно, решил:

«1. Во исполнение указа Вашего Святейшества существующее Высшее Русское Церковное Управление заграницей упразднить;

2. Для организации новой Высшей Церковной власти созвать Русский Всезаграничный Церковный Собор;

3. Ввиду нарушения деятельности Высшей Всероссийской Церковной власти (в это время Вы были уже арестованы, а Священный при Вас Синод упразднен) и в целях сохранения правопреемства Высшей Церковной власти, на основании постановления Вашего и Священного при Вас Собора, в соединенном присутствии Высшего Церковного Совета, от ноября 1920 г. за N 362, о преподании правил касательно организации Высшей Церковной власти в случае нарушения или прекращения деятельности Святейшего Патриарха и высших церковных органов, образовать Временный Архиерейский Синод Русской Православной Церкви заграницей, с обязательным участием митрополита Евлогия, каковому Синоду и передать все права и полномочия Русского Высшего Церковного Управления заграницей;

4. Состав Временного Архиерейского Синода определить в 5 членов оного;

5. Названному Синоду принять зависящие меры к созыву Русского Всезаграничного Церковного Собора; и

6. Об образовании Синода довести до сведения Святейшего Патриарха Тихона и всех глав Автокефальных Церквей».

Собор этот особым актом избрал в состав Синода меня и Преосвященных: митрополита Евлогия, архиепископа Феофана и епископов Гавриила и Гермогена. Председательствовал в Синоде я, как старейший.

Автокефальные Церкви были о сем уведомлены, с ознакомлением их с Вашим решением о Высшем Церковном Управлении, и они сносились и сносятся с нами как с Архиерейским Синодом Русской Православной Церкви заграницей. А Вашему Святейшеству до сего времени доложить не представлялось возможности. Созвать Собор не удавалось. Были назначены сроки: 21 ноября, после Крещения, 9 мая 1923 г. Многие заграничные церкви, общины и епархии (Китайская, Японская, Харбинская и др.) не могли прислать своих представителей за недостатком средств и дальностью расстояния, а другие предоставляли решение вопросов, подлежащих обсуждению на Соборе, совещанию Епископов. В виду этого были разосланы вопросные пункты во все епархии и миссии, подведомственные Всероссийскому Патриархату: Эстония, Латвия, Литва, Финляндия, Китай (3 епископа), Япония (2 епископа), Манчжурия (Харбин — 3 епископа), Аляска, С.-Америка (4 епископа), Иерусалим. От всех их были получены письменные мнения и 17(30) мая с. г. был созван Архиерейский Собор, на котором были представлены следующие Преосвященные: 1) Я — как Управляющий, с благословения Святейшего Патриарха Сербского, русскими православными в Королевстве С.Х.С.; 2) митрополит Евлогий — Управляющий русскими православными церквами в З[ападной] Европе; 3) епископ Серафим, Управляющий русскими православными общинами в Болгарии; 4) епископ Гермоген, Управляющий с благословения митрополита Асинского, русскими православными общинами в Греции; 5) архиепископ Анастасий, Управляющий, с благословения Вселенского Патриарха, русскими православными общинами Константинопольского округа (только в Константинополе 19 русских церквей); 6) Управляющий военным и морским духовенством, эмигрировавшей армии епископ Вениамин; 7) архиепископ Полтавский Феофан; 8] епископ Александровский Михаил; 9) епископ Курский Феофан; 10) епископ Черноморский Сергий; 11) епископ Челябинский Гавриил; 12) епископ Царицынский Дамиан. И были представлены письменными мнениями Преосвященные: Литовский, Латвийский, Финляндский, Китайские 3, Харбинские 3, Аляскинский, С.-Американские 4, Иерусалим (епископ Аполлинарий), епископ Сергий Бельский, епископ Владимир Белостокский, епископ Пантелеимон Пинский. И кроме того поступило множество пожеланий, вполне сходящихся с мнениями Преосвященных от разных церковных общин и приходов, русских общественных организаций и русских колоний со всего мира. Обсудив положение Русской Православной Церкви заграницей и приняв мнения всех Преосвященных, Архиерейский Собор определил Временный Архиерейский Синод Русской Православной Церкви заграницей оставив в качестве постоянного Архиерейского Синода до умиротворения Европы и установления беспрерывной связи с Вашим Святейшеством. Постановления сего Собора при сем представляю.

Хотя Высшее Русское Церковное Управление заграницей никакой политической деятельности не проявляло, а инкриминируемые ему Вашим Святейшеством обращение к Генуэзской конференции и молитвенное пожелание о восстановлении в России Царя и притом из династии Дома Романовых, было постановлением подавляющего большинства Всезаграничного Собора, а постановление о Царе без упоминания династии и обращение к Генуэзской конференции было единогласным решением Собора, я же был лишь исполнитель постановлений Собора и не считал себя в праве не исполнить его решений, тем не менее, ныне в виду Вашего указа Архиерейский Собор принял решение строго придерживаться указаний сего указа в своей деятельности.

На Соборе этом не была представлена Русская Православная Церковь в Польше, так как иерархи ее во главе с митрополитом Георгием (и неканонически посвященные им епископы Александр, Антоний и Алексий) прекратили братское общение с русскими иерархами, осудившими действия митрополита Георгия по отделению от Русской Православной Церкви и от Вас и провозглашению автокефалии вопреки желанию народа, клира и законных архиереев, им устраненных и заключенных в монастыри преосвященных: Пантелеимона, Владимира, Елевферия и Сергия (последнего он выслал из Польши в Чехию). Ныне архиепископ Дионисий, получивший от Вселенского Патриарха сан Митрополита, старается восстановить это братское общение и мне уже написал письмо. Имею сведения, что вскоре состоится постановление их Синода в этом роде. Причем он изменяет тактику митрополита Георгия и хочет продолжать считать себя в Вашей юрисдикции. Обещал народу и даже принял меры к созыву Собора Русской Православной Церкви в Польше, чего так не хотел делать убитый митрополит Георгий. В состав Синода избран я, митрополит Евлогий, архиепископы Анастасий и Феофан, епископы Сергий, Гавриил, Михаил и Гермоген. Председателем Синода являюсь я, согласно указанию 28 епископов против двух. Периодически будет собираться Архиерейский Собор. Необходимость существования Архиерейского Синода Русской Православной Церкви заграницей подтверждена также 28 епископами. Расстройство церковных дел в Америке, защита имущества Русской Православной Церкви в Иерусалиме, Буэнос-Айресе, Китае, почти катастрофическое положение хозяйства Духовной Миссии в Иерусалиме, наличие заграницей множества русских священников, монахов и монахинь, а также епископов, возникающие по местам расселения русских беженцев по всему миру церковные общины, бракоразводные дела и пр. и пр. требуют настоятельно существования Высшей Церковной Власти заграницей, с которой, слава Богу, считаются и державы, и в признании которой не отказывают сестры — Церкви.

С прошлого года подчинились Синоду Российская Духовная Миссия в Корее и Урмии. Последняя и русские церковные общины в Персии находятся в крайне плачевном состоянии, но теперь, слава Богу, несколько налаживается в Персии церковное дело. Духовная Миссия в Корее Архиерейским Синодом подчинена начальнику Российской Духовной Миссии в Японии архиепископу Сергию, который сам подчинился сему Синоду. Распоряжение наше о Корейской Миссии, состоявшееся в конце прошлого года совпало с аналогичным распоряжением Вашим, состоявшимся в 1920 г., но в Корее полученном одновременно с нашим, то есть спустя почти 2 года. В Китае, согласно представлению начальника Российской Духовной Миссии архиепископа Иннокентия, поставлены два епископа — викария. Архимандрит Иона епископом Тяньцзиньским и Архимандрит Симон епископом Шанхайским. Камчатская епархия выделена в самостоятельную епархию Архиерейским Синодом, на основании совещания епископов Дальнего Востока, с присоединением к ней Охотского уезда, епископ которой, преосвященный Нестор, тоже добровольно подчинился в прошлом году Архиерейскому Синоду. Образовано особое викариатство. Охотское с посвящением во епископа протоиерея Даниила Шерстеникова. Харбин с полосой отчуждения Китайской Восточной жел[езной] дороги по усиленному ходатайству администрации дороги и в виду затруднительности сообщения с кафедральным городом Владивостоком, Архиерейским Синодом выделен в особую епархию, с кафедрой в Харбине, и во главе епархии поставлен архиепископ Мефодий с титулом Харбинского и Маньчжурского. Вскоре же после этого сообщения между Харбином и Владивостоком совершенно прекратились. В Иерусалим командирован епископ Белгородский Аполлинарий, для урегулирования миссионерского хозяйства, так как Миссии угрожает продажа с молотка, в связи с чем и. д. начальника Миссии иеромонах Мелетий, возведенный затем в сан архимандрита, заменен распоряжением Синода новым начальником Миссии кандидатом богословия архимандритом Иеронимом из Курской епархии.

В плачевном состоянии находятся С.-Американская епархия, откуда архиепископ Александр удалился, а управление принял на себя митрополит Платон, ссылаясь на Ваше распоряжение. Причем присвоил себе титул митрополита «всея Америки и Канады». Управление им С.-Американской епархией Синод и Собор признали за ним, но без такого титула. Владыка Платон в отношении Синода и Собора Русской Православной Церкви заграницей держится двойственно. То признает их, то отрицает. Когда ему в делах худо — он признает. Так, например, в гражданском суде Нью-Йорка он свои права на управление епархией доказывал на основании нашего указа. Против него восстал и поднял церковную смуту епископ Петербургский Стефан. Свои права и ему митрополит Платон доказывал этим указом. Епископ Стефан объявил себя Управляющим С.-Американской епархией, а митрополита Платона чужеепархиальным архиереем. Затем епископ Стефан примирился с ним. Синод и Собор подтвердили права митрополита Платона на управление С.-Американской епархией. Епископ Стефан покорился. Тогда выступил против их обоих епископ Адам, рукоположенный во епископа епископом Стефаном совместно с Чехословацким епископом Гораздом и объявил себя Управляющим епархией. Смута церковная страшная. Но теперь и епископ Адам подчинился решению нашего Синода. Америка раздирается церковной смутой и нестроениями. Вашему Святейшеству следовало бы особым актом подтвердить категорическую подчиненность митрополита Платона нашему Синоду и Собору впредь до установления совершенно свободного сообщения с Вами. Иначе Русская Церковь потеряет Америку, ибо многие, видя такие распри, смотрят на англиканскую, католическую и униатскую церкви. Тяжело стоит в Америке и вопрос об образовании там Сирийской Церкви, согласно Вашей грамоте на имя Святейшего Патриарха Антиохийского Григория. И наш Собор постановил в согласии с этой грамотой, но Владыка митрополит Платон противится сему. Патриарх Григорий огорчен последним…

В текущем же году необходимость существования Высшей Церковной Власти заграницей еще более стала ощутительна, так как некоторые автокефальные церкви стали простирать свои права на Русские Православные Церкви и имущества их, так Вселенский Патриарх на Польшу, Эстонию, Латвию и Финляндию и даже на Китайскую Духовную Миссию, Иерусалимский на нашу Миссию и имущество Палестинского Общества и т. д. Русский Архиерейский Синод охраняет права Русской Православной Церкви. Затем он помогает другим автокефальным церквам сдерживать еретические новаторства некоторых глав автокефальных церквей…»

(ГАРФ. Ф. 6343. Оп. 1. Д. 4. Л. 177−186).

1923: 23 августа (ст. ст.) глава Кипрской Церкви архиепископ Кирилл в своем письме патриарху Мелитию Конст-ому предлагает «отложить выполнение принятых решений («Всеправославного конгресса») до тех пор, пока не будет достигнуто согласие всех Церквей, дабы избегнуть печального разъединения и схизмы в Православной Церкви»

1923: 27 августа, осознав свою ошибку, митрополит Сергий (Страгородский) оставляет обновленческий раскол и возвращается в лоно Церкви. Покаяние у митрополита Сергия принимал сам Святейший патриарх Тихон, который потребовал от него публичного акта отречения от своего заблуждения. Приведем описание этой сцены, сделанное митрополитом Мануилом (Лемешевским):

«На первый взгляд для знатоков истории обновленческого раскола стало бы непонятным, почему Патриарх Тихон, олицетворение любви безграничной и милости бесконечной, применил такие строгие меры к этому старцу, когда других, отпадавших в обновленчество, принимал в своей келии и келейно прощал содеянный грех. Конечно, он поступил правильно. Ведь недаром говорится, что «большому кораблю — большое плавание». А он был кормчим большого корабля, он был «ума палата», он был иерарх выдающийся, а не посредственный… Поэтому Святейший Тихон и обставил чин покаяния и приема митрополита Сергия в соответствующей величественной обстановке, давившей на его неложное смирение и сокрушение сердечное. И вот, этот отец всех чаяний русской современной богословской мысли… стоит на амвоне, лишенный моментом покаяния и архиерейской мантии, и клобука, и панагии, и креста… Кланяется низко Святейшему Тихону, восседавшему на кафедре, в сознании своего полного уничижения и признанной им вины просит он дрожащим от волнения, на этот раз негромким голосом свое покаяние. Он припадает до пола и в сопровождении патриарших иподиаконов и архидиаконов тихо сходит с солеи и приближается к вершителю его судьбы, к кроткому и всепрощающему Святейшему Тихону. Снова земной поклон. Постепенно вручаются ему из рук Святейшего панагия с крестом, белый клобук, мантия и посох. Патриарх Тихон в немногих словах, тепло, со слезами приветствует своего собрата во Христе взаимным лобзанием, и, прерванное чином покаяния, чтение часов возобновляется.» (Мануил, архиепископ. Каталог русских архиереев за последние 60 лет (1897 — 1957 гг.).

1923: 1 сентября произошло «Великое землетрясение в Канто» (свыше 8 баллов по Рихтеру), оно унесло 140.000 жизней, значительная часть Токио превратилась в руины, был сильно поврежден великолепный Воскресенский собор («Николай-до»), построенный святителем Николаем. Это было самое сильное землятресение в истории Японии. Архиепископ Японский Сергий (Тихомиров) так вспоминал об этом стихийном бедствии: «Утро 1 сентября 1923 года не предвещало ничего особенного. Время до обеда… В эти часы приходил ко мне по делу молодой катехизатор Яков Ямагути и, вероятно желая сказать мне приятное, сказал по-японски: «Давно не было землетрясения, прекрасно», — на что я ему шутя ответил: «Наоборот, худо; если теперь и тряхнет, то уже сильно, и, кто знает, не тряхнет ли и сегодня». А нужно заметить, что в Токио небольшие толчки и неразрушительные землетрясения бывают часто. В 1923 же году их не было с ранней весны. И это обстоятельство многих беспокоило. <…> 11 часов 58 минут 44 секунды… Я стою у стула в столовой и читаю газету. Затрясло… Продолжаю читать газету. Однако начало качать так, как я не испытывал ни разу с 1908 года. Стоять на ногах было трудно… С крыш всех миссийских домов спала вниз черепица, трубы или сломаны и лежат уже внизу на земле, или сломаны, но еще стоят на крышах, на своих местах… Начался второй удар. Земля колебалась, как волны в море. Дома тряслись, как легкие ящики. Черепица продолжала лететь вниз. Чугунный забор Миссии раскачивало в стороны на аршин. Шум бьющихся друг о друга телефонных, телеграфных и электрических проводов. Бледные лица собравшихся. Слезы на глазах. Жуткая картина». Сорокаметровая колокольня переломилась и упала шпилем на купол собора, пробив его. Раздался колокольный звон, и надломленная колокольня, треснув в сводах окон, громадными столбами, с колоколами языками вверх развалилась, разрушив ризницу, завалив кирпичами западный вход в собор. Пожар, спутник землетрясений, не мог не случиться, потому что в 12 часов дня, когда затрясло Токио, в городе не было ни одного дома, где не горела бы плита на кухне, приготовляя обед. 2 сентября, на второй день землетрясения, Миссия представляла собой догорающее пепелище: сгорели дотла оба миссийских дома, семинария, женское училище, три деревянных дома служащих Миссии. Сгорел и собор. Архиепископ Сергий свидетельствовал: «Я вошел в него северными дверями; западные двери и паперть были завалены развалинами колокольни. Уже ни дыму, ни чада. Вот догорает над южной дверью рама иконы. Во всем соборе не осталось ни вершка несгоревшего дерева. А было его много: восьмивершковые балки, везде вершковые полы, дощатые обшивки сводов потолка и купола, деревянные полы и лестницы на колокольню, деревянный трехъярусный иконостас. Деревянный шпиль… Железные каркасы купола от жары размякли и обвалились внутрь собора. Колокола расплавились полностью. Металлическая и серебряная утварь вся или расплавилась, или сильно повреждена. Облачения, митры — все сгорело.» 20 октября состоялся экстренный Собор Японской Православной Церкви, постановивший возрождать Токийский Воскресенский собор. К 14 декабря 1929 года ремонт и реконструкция Воскресенского собора были закончены, и Японская Православная Церковь получила возможность торжественно совершить его освящение.

(Токийский кафедральный воскресенский собор в истории Японской Православной Церкви, Элеонора Саблина, ЖМП, 2000 г. N 6).

1923: 6 сентября патриарх Иерусалимский Дамиан посылает телеграмму Конст-ому патриарху Мелетию: «Для нашего Патриархата невозможно принять изменение церковного календаря, так как оно ставит нас в слишком невыгодное положение во Всесвятых паломнических местах по отношению к латинянам и из-за опасности прозелитизма».

1923: 18 сентября Антирелигиозная комиссия на своем заседании постановила: «Признать целесообразным, чтобы (патриарх, м. В.) Тихон и К-о в первую очередь фактически провели в церкви новый стиль, разгромили приходские советы и ввели второбрачие духовенства, для чего разрешить им издание журнала». (Архивы Кремля. В 2-х кн. / Кн.1. Политбюро и Церковь 1922−1925 гг. М.-Новосибирск, РОССПЭН, Сибирский хронограф, 1997. Т.1. С.531).

1923: 24 сентября совещание епископов под председательством св. патриарха Тихона постановили принять новый стиль в церковную жизнь. Было составлено послание о переходе на новый стиль, в котором он обосновывался единством с Православными Церквами Востока. Патриарх из-за отсутствия сообщения с другими Православными Церквами был дезинформирован Тучковым, что весь Православный Восток принял новый стиль. Послание было прочитано 14 октября по новому стилю во время патриаршего служения в московском Покровском монастыре. Причем указы о введении нового стиля были разосланы только благочинным Москвы, а епархиальные архиереи их не получали, так как архиепископом Иларионом было испрошено у Тучкова разрешение этих указов в провинции не посылать пока не будет отпечатано патриаршее послание, объясняющее указ. Председатель московского епархиального совета протопр. В. Виноградов отмечает, что новый стиль был официально объявлен и введен только в церквах города Москвы и нигде больше.

1923: Св. патриарх Тихон пишет письмо на Валаам о переходе Русской Церкви на Григорианский календарь:

«Ваше Высокопреподобие, Всечестный О. Игумен Павлин!

На днях выйдет послание наше о переходе с 2-го Октября на новый стиль. Прошу вас и братию св. обители Вашей не смущаться сим переходом, т.к. этим не вносится изменения в веру нашу и пасхалия остается православная. Прошу Ваших св. молитв и призываю на обитель Вашу Божие благословение. Ваш богомолец Патриарх Московский- и всея России Тихон. 23 Сентября/6 Октября 1923 г. Донской Монастырь, Москва». (Из дневника валаамца о. Памвы).

1923: 26 сентября в Греции происходит военный переворот, возглавляемый двумя армейскими полковниками и одним капитаном военно-морских сил, сопротивления почти не было. Кабинет премьер министра Гунариса ушел в отставку, на следующее утро король Георгий II отрекся от престола.

1923: 1 октября св. патриарх Тихон написал послание к православному народу о реформе календаря в Русской Православной Церкви:

«Божией милостию, Тихон,

Патриарх Московский и всея России и православные епископы, собравшиеся в граде Москве, всем архипастырям, пастырям и верующему народу Церкви Российской. В заботах наших о благе и добром устроении Российской Православной Церкви, признали мы ныне необходимым исправление церковного время исчисления.

Давно известно, что так называемое Юлианское время исчисление, принятое в Православной Церкви, не точно, а потому еще в конце минувшего и в самом начале нынешнего столетия в Православной Церкви поднимался вопрос об его исправлении.

В 1902 г. Вселенский Константинопольский Патриарх Иоаким III изыскивал способы к тому, чтобы соединить возможную научную точность время исчисления с сохранением освященных церковных определений. По этому же вопросу имел суждение и поместный собор Русской церкви 1917−1918 гг., при чем, хотя и признавалось, что «не будет никаких с догматической точки зрения препятствий к тому, чтобы Православная Церковь, по согласию всех своих членов, тем или иным образом, соответственно с истинными результатами науки, установила свой календарь», однако, к вопросу этому подходили с большой осторожностью, и церковная власть не спешила менять календарь, освященный полуторатысячелетним употреблением во всех православных церквах.

В нынешнем 1923 году самочинное собрание, так называемого обновленческого духовенства и мирян в г. Москве, без сношения с православными Патриархами Востока, не только не заботясь о сохранении священных канонов, но и прямо указывая на полную якобы возможность не считаться с этими правилами, с ненужной поспешностью, не останавливаясь даже пред сокращением св. Петрова поста на 13 дней, — перешло с 12 июня на новый стиль. Эта мера, как проведенная людьми, не имеющими на то права, встречена была православными неприязненно и с понятным смущением духа.

Сознавая необходимость исправления церковного время исчисления, вызываемую несоответствием его современным данным астрономической науки, а также неудобством для православных людей совершать свои праздники в те дни, которые не считаются днями отдыха по советскому законодательству, мы в обращении 28 июня 1923 г. признали возможным исправление церковного календаря.

Храня каноническое общение с собратьями нашими, православными Восточными Патриархами, мы хотели решить этот вопрос в полном единении с ними и ныне уже знаем, что всеправославное собрание представителей церквей Востока, происходившее недавно в Константинополе, под председательством Вселенского Патриарха Владыки Мелетия IV, «признав, что необходимо уничтожить увеличение различия между церковным и гражданским время исчислением и что нет никакого канонического препятствия для исправления употребляемого церковного время исчисления согласно с данными астрономической науки, единогласно постановило исправить Юлианское (старое) время исчисление» таким образом, что, во-первых, отбрасываются 13 дней старого время исчисления, составляющие его отличие от солнечных годов за время с 1-го Никейского Вселенского Собора до сего дня; во-вторых, неподвижные праздники должны праздноваться в те же числа месяца, как раньше; в третьих, подвижные праздники должны определяться по празднику Пасхи; в четвертых, в согласии с каноническими положениями, которые остаются неприкосновенными, Пасха должна праздноваться в воскресенье, которое следует за первым полнолунием после весеннего равноденствия; в пятых, определение пасхального полнолуния должно производиться на основании астрономических данных по времени храма Гроба Господня во святом граде Иерусалиме. Со многим тщанием рассмотрев купно с боголюбезными епископами нашими постановление Вселенского Патриарха и, по всестороннем обсуждении, признав, что устанавливаемое им церковное время исчисление: 1) вводится законною церковною властию; 2) нисколько не затрогивает догматов и священных канонов Православной Церкви; 3) оставляет празднование дня Св. Пасхи, согласно постановлению 1-го Вселенского Собора, в первое Воскресенье после первого полнолуния, следующего за весенним равноденствием, т. е. позднее Пасхи иудейской; 4) находится в точнейшем соответствии с данными современной астрономической науки; 5) является не введением западного Григорианского календаря, а лишь исправлением старой Пасхалии с исчислением дней Пасхи по времени Матери Церквей Божьих — Церкви Иерусалимской, и в 6) потребно и удобно для согласования церковной жизни Русской с установленным уже в нашем отечестве и во всех христианских странах время исчислением, — мы и епископы наши единогласно постановляем: во 1-х, пропустить во время исчислении 13 дней так, чтобы после 1-го октября старого стиля вместо 2-го следовало 15-ое октября; 2) вопрос о времени празднования Св. Пасхи решить в согласии с православными церквами по постановлениям бывшего в Константинополе в сем году всеправославного собрания. Оповещая о сем нашем постановлении Богохранимую православную паству нашу, призываем всех возлюбленных о Господе архипастырей и пастырей и верующих мирян принять сие исправление церковного календаря без всякого смущения и колебания. Исправление календаря церковного производится нами в ином духе и с иною целью, нежели вождями именуемых «обновленцев»; наш дух — дух верности святым канонам церкви нашей; наша цель — да будет в Церкви Божией все устроено по лучшему чину и разуму. Нет для православного человека большей радости, как знать и сердцем чувствовать, что свои священные церковные торжества он празднует вместе со всею поднебесною христианскою Церковью. Когда мы знаем, что священные песнопения в прославление Христа Воскресшего в одно время с нами воспеваются и во святом граде Иерусалиме, на самом месте победы Христа над смертью и тлением, — тогда радость наша бывает исполнена. Мы не должны быть лишены этого христианского утешения воспевать Господа едиными усты и во едино время со всею вселенскою Церковью, и потому мы обязаны согласоваться в церковном время исчислении со всеми другими Христианскими Православными церквами. Это мы и делаем настоящим нашим постановлением об исправлении церковного время исчисления. Иначе мы уклонились бы от единства церковного и тем тяжко согрешили бы. Не должно быть раздоров о тех порядках церковной жизни, которые могут и должны быть исправлены. Да не будет сего! Да будет мир и единомыслие во всем христианском мире и Бог мира, любви и единомыслия да будет со всеми нами.

Тихон, Патриарх Московский и всея России.

Донской монастырь, Москва. 1923 г. 1-го октября».

1923: 2 октября священник Папа Евтим, член Синода «Турецкой Прав. Церкви» за час до эвакуации союзных войск из Конст-ля, в сопровождении своих сторонников и турецкой полиции вошел в здание Синода в Фанаре во время заседания и предъявил ультиматум присутствующим архиереям, чтобы они в течении 10 мин. низложили патр. Мелетия. Несмотря на усиленные протесты двух из восьми членов Синода, требование было исполнено. Шесть членов Синода, чьи кафедры были вне пределов Турции вместе с местоблюстителем митр. Николаем были фактически выгнаны из Фанара. Папа Евтим затем заявил, что он не уйдет из Фанара пока не будут выбраны новые семь, предложенных им, членов Синода и новый Вселенский патриарх. Его требования, кроме избрания нового патриарха, были исполнены и он вернулся в Анкару, как представитель Фанара (Times (London), October 3, and 6, 1923; November 21,1923).

1923: 7 октября патриарх Антиохийский Григорий IV в ответном письме патриарху Мелетию Константинопольскому указывает, что решение об изменении календаря принято поспешно и что его применение «преждевременно и сомнительно».

1923: 12 октября Греческое правительство послало митр. Афинского Хризостома (Пападопулоса) в Солунь к патр. Мелетию с предложение отречься от патриаршества. Патр. Мелетий думал временно перенести в Солунь патриаршую кафедру, но Венизелос и его правительство считали, что это чревато последствиями, они боялись, что турецкое правительство тогда уже никогда не позволит вернуть патриаршую кафедру назад в Конст-ль.

1923: 20 октября патр. Конст-ий Мелетий подписал официальный документ отречения от патриаршего престола.

1923: 21 октября Антиохийский патриарх Григорий IV посылает послание N 1356 митрополиту Антонию (Храповицкому) в Карловцы с приложением отрицательных отзывов о календарной реформе патриархов Александрийского и Иерусалимского, в котором говорится: «Все Преосвященные братья, члены Собора, разделили наше восхищение глубоким уважением Вашего Высокопреосвященства к св. канонам Св. Церкви и Вашей непоколебимой твердости в сохранении их неприкосновенности. Мы не сомневаемся, что Ваше Высокопреосвященство, прославившееся горячей ревностью об единстве Св. Церкви, постарается и впредь прилагать свои усилия и авторитет на утверждение строительства ее во славу Божию….Вы можете получить ясное представление о мнении трех Восточных патриархов относительно затронутых Константинопольским собранием вопросов». (Епископ Фотий Триадицкий Роковой шаг по пути к отступлению О «Всеправославном конгрессе» в Константинополе).

1923: 18 октября по представлению свят. Николая (Велимировича) на Архиерейском Соборе Сербской Церкви архим. Мардарий (Ускокович) был назначен первым сербским епископом для американской епархии Сербской Церкви.

1923: 29 октября была провозглашена Турецкая Республика. На тайном голосовании в Великом Национальном Собрании Турции Мустафа Кемаль, единогласно был избран первым президентом Республики Турция.

1923: 8 ноября, пользуясь тем, что к началу ноября послание о переходе на новый стиль отпечатано не было, св. патриарх Тихон выпустил указ, в котором распорядился отложить введение нового стиля. Активным помощником Его Святейшества в этом был священномученик архиепископ Иларион (Троицкий). (ЦА ФСБ Д. Н-1780 Т.5. Л.231 а.; Опубл.: Следственное дело Патриарха Тихона. Сборник документов по материалам ЦА ФСБ. М., 2000. С.362−363). Отмена решения о введении нового стиля было неприятной неожиданностью для Тучкова, возможно это явилось одной из причин ареста и отправки на Соловки архиепископа Илариона (Троицкого), который был арестован 15 ноября. Фактически, мужественное отстаивание юлианского календаря в жизни Церкви стоило священномученику Илариону жизни.

1923: 21 ноября албанский архимандрит Феофан (Ноли) был хиротонисан во епископы. Новопоставленный епископ был членом албанского парламента и одновременно до 1924 г. исполнял роль премьер-министра Албании. С 1932 г. он возглавлял Албанскую архиепископию в Америке, где и скончался в 1965 г., оставив после себя 8 литургических переводов на английский.

1923: 27 ноября св. патриарх Тихон и Священный Синод предложили Финляндской епархии Русской Православной Церкви возвратиться из подчинения Константинопольскому Патриархату в юрисдикцию Патриарха Всероссийского, потому что причина, по какой Патриарх Константинопольский счел нужным временно принять в свое ведение Финляндскую Православную Церковь, отпала и предстоятель Московского Патриархата вступил в управление своей Церковью.

1923: 6 декабря 10 голосами против одного был выбран новый Константинопольский патриарх, им стал митрополит Халкидонский Григорий, в патриаршестве Григорий VII. Турецкое правительство этих выборов не признало. В подписанном в июле Лозаннском мирном договоре, в условиях об обмене мусульманского и православного населения в п. 2 говорилось, что репатриации не подлежат только греки Истанбула и турки Северной Фракии, турками было оговорено, что жителем Истанбула мог считаться только грек, поселившийся там до 1918 г. Патриарх Григорий переехал в Истинбул в том же году и подлежал обмену. Турки пригрозили, что если патриарх не уедет добровольно, то он будет выдворен из страны. Греки подали аппеляцию в Гаагский арбитражный суд.

1923: 7 декабря, на след. день после избрания патриарха Григория VII, священник Папа Евтим, который не был допущен в зал заседаний, со своим протеже митр. Кириллом Родополисским и сторонниками ворвались в Фанар, изгнали оттуда всех обитателей и заявили, что не покинут Фанара пока не будет выбран «законный» патриарх и пока патр. Григорий не отречется от престола. Через два дня из Анкары пришел приказ им покинуть Фанар и они оттуда были выпровожены при помощи турецкой полиции, Фанар был возвращен патр. Григорию VII (Oriente Moderno (Rome), January 15, 1924, p. 30.)

1923: 17 декабря глава Румынской Церкви Бухарестский митрополит Мирон (Кристя) в письме патриарху Конст-ому сообщает, что Румынская Церковь приняла решение «Всеправославного конгресса» о перемене календаря и оно будет применено в 1924 г.

1923: В декабре был созван Собор Греческой Церкви, под председательством митр. Хризостома, который изменил ее устройство, издав основной закон Автокефальной Церкви Эллады. С тех пор Церковь возглавил не Синод нескольких постоянных членов, подвластный государственной власти, а автономный от нее Архиерейский Собор под председательством Афинского архиепископа с титулом «Блаженнейший» (до этого времени был митрополит). Согласно новому уставу Архиерейский Собор должен был собираться ежегодно 1-го октября, или когда того потребуют экстренные обстоятельства, а в период между заседаниями решения текущих дел предоставлялись Священному Синоду под председательством архиепископа Афинского. 14 декабря особым актомъ Греческого правительства это решение было утверждено (Церк. Ведомости, 1923 г.)

1923: Сторонники албанской церковной автокефалии начали официальные переговоры с Константинопольской Патриархией. Поначалу они ограничивались требованиями лишь церковной автономии. Патриархия в принципе не возражала против автономии, но потребовала, чтобы богослужебным языком в Албанской Церкви оставался только греческий. Албанцы категорически отказались выполнить это требование, и отношения с Константинополем обострились.

1923: Православные румыны в США после безуспешной попытки соединиться с митрополитом Снбиуским и Трансильванским «вверились временному пастырскому попечению Епископальной Церкви. Это подчинение продолжалось до 1929 г., когда наконец Румынский патриархат решил учредить в США свою епархию.

Интернет-журнал «Русская неделя»


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru