Русская линия
Русская неделяПротоиерей Александр Авдюгин15.12.2007 

Новый год и Рождественский пост

Слава Богу, что приближение Нового года среди тех, кто исповедует себя православным верующим хоть всегда и вызывает массу вопросов, но обходится без вопрошения: «Во что одеваться в год рыжей мыши?» или «С кем знакомиться в ближайший год петуха?» Тут позиция у православных ясная и четкая: нельзя унижать образ Божий, то есть человека, до уровня несознательной твари, пусть красивой, нужной и любимой, но все же созданной в услужение человеку.

Вопрос, который начнут (вернее, уже начали) задавать священникам на приходах, которым запестрят интернет-форумы, газетные статьи радио и телебеседы будет иного плана: «Как встречать Новый год в Рождественский пост?» Причем в разрешении этого камня преткновения зимнего периода очень часто требуют, чуть ли ни соборного решения Церкви, дабы не разрушить мир в семье и не слышать претензии, что «неверный в малом и в великом неверен будет». (ср. Мф. 25, 14−30)

Возможно ли сочетание того и другого?

Ведь с одной стороны в «Правилах» Православной Церкви: «Аще кто прийдёт на праздник языческий или еретический, и будет вкушать лишь разрешённое, и тем лишь спразднует, отлучен да будет…», а вот другое, апостольское: «Всякий поступай по удостоверению своего ума. Кто различает дни, для Господа различает; и кто не различает дней, для Господа не различает. Кто ест, для Господа ест, ибо благодарит Бога; и кто не ест, для Господа не ест, и благодарит Бога» (Рим.14:5−7).

Так как же соединить, например, обязательное, годами установленное, посещение и поздравление неверующих родственников с отнюдь нескоромной трапезой, и необходимостью выполнения постовых предписаний? Как ответить ребенку на просьбу позвать деда Мороза, так как он и к Тане, и к Оксане, и Пете, живущим на этой же лестничной площадке, обязательно придет с подарками? Позволю себе не согласиться с весьма уважаемым пастырем и прекрасным проповедником отцом Дмитрием Смирновым, который предлагает следующий выход: «Если не хотите обижать неверующих домашних — начните пост на неделю раньше. Нужно сохранять трезвый взгляд. Самое существенное — любовь». Любовь действительно — «самое существенное», но ведь пост тоже выражение любви, причем любви к Богу. Менять веками установленные рамки поста, значит идти на поводу протестантов, у которых благочестивые традиции не в чести. Говорить же сегодня о переносе даты начала поста или Рождества, сколь бы не были аргументированы эти предложения, нет смысла. 7 января, то есть 25 декабря по старому стилю, было и останется православным Рождеством. В то же время игнорировать государственный праздник, да еще и повсеместно любимый, значит поставить себя в маргинальную позицию и что еще хуже — впасть в грех осуждения и превосходства. За негативными последствиями подобного отношения далеко ходить не надо. Вот одно из мнений, которое было высказано в моем интернет-блоге, когда обсуждалась эта тема: «Новый Год это пародия на Рождество Христово. Известно, что греческое слово „антихрист“ означает не только „противо-Христос“, но и „прежде-Христа“. Значит, неправославный светский праздник, пародирующий Рождество Христово и предшествующий ему, заставляющий простых людей нарушать как постный режим, так и покаянное настроение поста — хлопушками, огоньками, салатами оливье и пенистым шампанским — является „антихристовым“ в чистом виде».

Ни много, ни мало — все те, для кого Новый год праздник, отправлены в стан воинства врага рода человеческого. Последователи столь одиозной позиции, отнюдь не маргинальны и редки. Некоторые православные издания осуждают новогодне-рождественские поздравления, направляемые священноначалием государственным структурам и руководителям, негативно воспринимаются благотворительные мероприятия Церкви, если они приурочиваются к новогодним дням. Приводится масса «доводов», о «неправославном» происхождении Нового года, о языческом культе Деда Мороза и Снегурочки и т. д.

Неудивительно, что некоторые не в меру ретивые хранители «преданий старины глубокой» вносят в перечень несомненных грехов новогодний фейерверк, елочные украшения и маскарадные костюмы, причем страдают от этого, прежде всего, дети. Скажите, как отнесется в будущем к Православию и церкви ребенок или подросток, который, видя счастливые глаза и радостные лица своих сверстников, будет слышать от «воцерковленных» родителей лишь запреты, упреки и осуждение?

Несомненно, каждый праздник должен быть благочестив и не нести с собой греховное начало. Необходим принцип: «что через меру, то от лукавого». Ведь не секрет, что нынче любое торжество обязательно сопровождается усиленным потреблением напитков отнюдь не способствующих нравственному началу. «Ты что, уже с утра празднуешь?» — стало повсеместной фразой, как, впрочем, и сверхбойкая торговля спиртным в преддверии любых общих торжеств. Сочетание понятия «праздник» с неудержимым разгулом — беда давняя, но бороться с ним лишь запретными мерами — себе же во вред. Принцип: «запретный плод сладок» — срабатывает всегда.

Искать же где-то на стороне, в иных конфессиях или религиозных верованиях принцип симфонии народного и государственного праздника с православной традицией не надо. Он у нас самих присутствует.

Все мы прекрасно знаем, что, например, праздник Рождества Иоанна Предтечи установлен Церковью в день древнего торжества Ивана Купалы. Установлен промыслительно и с совершенно четкой целью: лишить этот день языческого содержания. И это удалось. Несмотря на прыжки президентов некоторых постсоветских стран через костер, Иван Купала стал лишь этнографическим событием, да костюмированным маскарадом.

Шествуя путем фарисейского буквоедства, мы отбиваем у близких, и неблизких, всякую охоту и стремление перешагнуть церковный порог. Более того, совершенно не берется в учет и отбрасывается указание апостола Павла, что «Пища не приближает нас к Богу: ибо, едим ли мы, ничего не приобретаем; не едим ли, ничего не теряем» (1Кор.8:8).

Смысл поста не в том заключается, чтобы не съесть чего-то скоромного. Смысл в другом, в памяти, что пред Богом ходим. Боюсь, что не радуем мы Божью Любовь своей насупленностью, запретными мерами и стремлением создать из себя праведников-надсмотрщиков, которые свысока и с осуждением наблюдают за праздником большинства наших близких. «Любовь — выше поста» — говорил святитель Тихон Задонский. Не понимать этого, значит шествовать по пути тех, кто сегодня закопал себя в Пензенской области в яму и с гордостью кричит чрез земляную дыру о своей праведности и «истинноправославности».

Надо другим служить, а не заниматься самим собой. Если из-за твоего поста плачет ребенок, то в будущем, как бы ты не старался, он не будет прихожанином православной Церкви, а твои родные между собой, что бы ты не слышал (они ведь тебя любят) обязательно сделают вывод: «Вот до чего попы довели».

Рождественский пост — установление святоотеческое и он, безусловно, нужен и необходим в деле нашего личного спасения, но не будет «толку» в деле собственного духовного совершенствования, когда пост наш принесет горе и озлобленность.

Можно и нужно сочетать новогодние торжества и наше скромное ожидание Рождества Христова.

Как?

Да очень просто.

Помните: «Вот и дедушка Мороз, он подарки нам принес»? А разве святитель Николай подарки нужные не дарил? Загнали мы нынешнего Деда Мороза в Лапландию, а он то, скорее всего с Николая Чудотворца списан. Или елочные новогодние гирлянды, они нынче в конце декабря замигают разноцветьем, именно тогда, когда звездочка Вифлеемская в преддверии Рождества зажглась. Детские хороводы (да и взрослые тоже) пред елкой — чем же они хуже ангельского пения «Слава в Вышних Богу»? И разве в словах государственного руководства в предновогодних обращениях не слышится просьбы: «и на земле мир и в человецех благоволение»?

Разумное празднество допустимо, если оно несет радость людям. Главное, чтобы в меру все, по тому определению, которое преподобный Амвросий Оптинский: «Смотри, Мелитона, держись среднего тона; возьмешь высоко — будет нелегко, возьмешь низко — будет склизко; а ты, Мелитона, держись среднего тона».

Не в празднике грех, а в том, как праздновать. И если в новогоднюю ночь ты изначально помолишься, (а в любом городе в храмах в эту ночь совершаются молебные пения), постараешься простить всех и ни на кого зла не держать, то, затем, смело можно и с Новым Годом поздравить, и бокал с шампанским пригубить, и дольку мандаринки скушать. Видя радостные лица наши, и Господь возрадуется.

Вместо же мирского тоста, рекомендую вот эти слова митрополита Антония Сурожского прочесть:

«Новый год перед нами снова стелется как еще ничем не тронутая возможность. Внесем в этот год вдохновение, войдем в этот год с тем, чтобы творчески пройти прямым путем весь год. Будем идти вместе, будем идти дружно, будем идти смело и твердо. Встретится трудное, встретится и радостное: то и другое нам дает Господь. Трудное — потому что именно темное, горькое, мучительное нам посылает Господь, чтобы принести в это свет, радость, тишину; и светлое — чтобы и нам приобщиться свету, быть детьми света.

Будем идти вместе, заботливо, не забывая друг друга, и тогда к концу года, когда мы оглянемся, окажется, что проложена одна прямая стезя, что никто не упал на краю дороги, никто не забыт, никто не обойден, и что у многих в нашей малой общине и через нас — во всем мире — любовь, свет, радость».

И это будет по-православному!

Интернет-журнал «Русская неделя»


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru