Русская линия
Русская неделя Александр Панкратов10.07.2006 

Естественнонаучное освещение религиозного воспитания

Сегодня считается, что положение религиозного состояния нашей страны изменилось в лучшую сторону и это правильно, но вместе с тем положение далеко не является благополучным. Главная тревога, как мне кажется, связана с тем, что общество, и не только наше русское, вступает в новую историческую эпоху, получающую название постмодерна. Чем характеризуется эта эпоха? Пока отмечу только, что постмодерн — это новая форма атеизма. Как можно противодействовать вхождению общества в эпоху постмодерна?

Чтобы ответить на этот невероятно сложный вопрос я хочу предварительно рассмотреть два других вопроса. Первый — в чем суть постмодерна? Суть его состоит в провозглашении крайнего субъективизма, выражающегося в отрицании объективной реальности вообще и истины о мире и прежде всего высшей духовной реальности. Человек постмодерна провозглашает ничем неограниченную свободу личности. Ничего в мире нет, кроме меня с моими желаниями. Эти идеи настойчиво пропагандируются средствами телевидения, переполненного сценами насилия, всей системой современной культуры, входят в систему образования. Теоретики постмодерна, провозглашающие свободу личности, говорят о независимости детей от родителей, толкуют лечение больных как насилие над ними, говорят об образовании как нарушении свободы учеников, о правах умалишенных, о сексуальной свободе. Идеи постмодерна — это не только утверждение атеизма, это разрушение семьи и общества.

Второй вопрос: каковы истоки постмодерна? Как могло случиться, что в культурной цивилизации 20−21веков возникло такое разрушительное явление, как постмодерн? Вот мнение одного из наших философов: «Сегодня почти очевидно, что на протяжении всего прошедшего столетия многие продвинутые философские направления подспудно работали на глобальное переформирование человеческой психики». Истоки надо искать в истории, в многолетней деятельности культуры по переформированию человеческой психики. Я выделяю в этой деятельности лишь одну сторону, связанную с тем, что мне близко, — с наукой.

Наука создает представление о том, как устроен мир, и эти представления преломляются в психике человека в мировоззрение. Современная наука, как мы ее называем, возникла в 17 веке на фундаменте представлений о таком мире, который создан Богом. Только в Божьем мире возможно научное познание, в основе науки лежат постулаты, имеющие религиозное происхождение. Наука выросла из христианства. Но постепенно представления о Божьем мире стали в научном познании изменяться. Стали сначала принимать, что Бог создал мир, но из мира ушел, так называемый деизм. Уже в 18 веке картина мира стала передаваться движениями атомов. В таком мире исчезла цель. Мир атомов стал описываться математикой. Возникло математическое естествознание, в котором математика пришла на место Бога. Движение атомов вело к тепловой смерти. Уже в 19 веке возник вероятностный мир, существующий благодаря компенсирующему действию случайности. Все в природе, включая и человека с его сознанием, упростилось: высшее свелось к низшему, все стало описываться квантовой физикой.

Вслед за потерей цели исчезла и организованность мира. Мир 20-го века стал хаотическим. В таком мире человек потерял все человеческое. Все стало физикой. И, наконец, мир начала 21-го века в научной картине мира вообще потерял свою определенность. Научное представление о нем стало восприниматься как не истинное. Все, что мы имеем и знаем, в том числе и религия, все это, якобы, создано человеком. Последовательное отторжение Бога из картины мира привело к возникновению картины искусственного мира, неизбежно обреченного на гибель. В таком мире нельзя жить, можно лишь успеть как-то выжить.

Чтобы лучше понять эти сложные положения об эволюции научной картины мира, я приведу несколько примеров. Вот известная сцена из Пушкина. Борис Годунов говорит юродивому: «Молись за меня, бедный Николка» и Николка отвечает: «Нет. Нет. Нельзя молиться за царя Ирода. Богородица не велит». Это пример удивительно схваченного Пушкиным религиозного чувства, бывшего в начале 17 века. А вот уже 19 век. Лев Толстой в своей исповеди пишет: «Я был крещен и воспитан в православной вере, но когда я в 18 лет вышел со второго курса университета, я не верил уже ни во что». И еще: «Вероучение, принятое по доверию и поддерживаемое внешним давлением, постепенно тает под влиянием знаний и опытов жизни».

Что же произошло за эти полтора века? Та эволюция научной картины мира, о которой я рассказал, вытравляла в человеке постепенно, шаг за шагом религиозные чувства, принятые, как сказал Лев Толстой, «по доверию». И сегодня вот в чем суть постмодерна. Это можно определить так — уничтожение в человеке чувства его зависимости от высших духовных сил бытия.

Еще один пример, касающийся нашего выдающегося ученого Вернадского. Вернадский удивительно воплотил в себе противоречия научного познания между научными фактами и их философским обобщением. Вернадский был великим натуралистом, но он глубоко ошибался как философ, исповедуя механистический материализм. Вернадский является автором открытия, которое можно сформулировать так: «Природа обладает организованностью, в которой созидающе действует жизнь». Вернадский утверждает и обосновывает идею организованности природы и ставит вопрос об ее источнике. Утверждая факт организованности и ища ее источник, Вернадский подводит к мысли о существовании высшей реальности в мире. Тем самым подрывается основная идея постмодерна, но в толковании своего же научного материала Вернадский исходил из материалистической философии 19 века. Он связал источник организованности со строением атома и в итоге пришел к идее ноосферы. Ноосфера — это стадия эволюции природы, в которой человек управляет природой. Ноосфера — это философская ошибка Вернадского, она не вытекает из его работ. Итак, Вернадский выдвигает две идеи: одну против постмодерна, а вторую — за постмодерн. И вот важно — что же принимает общество? Общество принимает ноосферную идею. Этот факт очень характерен для современного менталитета.

После этого я хочу вернуться к состоянию нашей молодежи, в частности, моих студентов. Что они, 20-летние, знают о жизни? К сожалению, они знают очень многое. Они почти все исповедуют материализм науки, но в их подсознании живут и противоречия Вернадского, и сомнения Толстого, а в глубинах подсознания живет и Пушкинский бедный Николка, но одно у них преобладает — им надо зацепиться за Москву, потому что дома — где-нибудь в Пензе — им нет работы и надеяться им не на кого, только на самих себя. Они открыты к уничтожающему удару постмодерна.

Опасность постмодерна очень большая. Она состоит в том, что будучи подготовленным предшествующей почти 300-летней эпохой бездуховной культуры, постмодерн обращается к худшим сторонам человека, к его греховности.

И вот я возвращаюсь к своему вопросу — как нам бороться с угрозой постмодерна? Я рассматриваю только одну из возможностей, связанную с созданием естественнонаучных основ религиозного воспитания. Главное состоит в понимании того, что в мире существует духовная реальность. Главное состоит в том, чтобы так перестроить наше образование и прежде всего школьное, даже не вузовское, чтобы молодой человек вышел из школы не только со знанием, но с ощущением, что наш мир так устроен, что в нем существует высшая духовная реальность. Свободы в мире нет. Мы не можем летать, мы не можем жить под водой. Нет свободы. Человек связан миром, его природой. Это все ложь постмодерна. И мы можем и должны дать конкретные факты науки, которые убедят молодых людей в том, что наш мир содержит высшую духовную реальность. Очень коротко, что это за факты? У нашего мира есть начало. Наш мир организован. В нашем мире есть цель. В нашем мире есть законы. Мы не знаем тайны происхождения жизни, происхождения человека, происхождения сознания. Но мы можем из школьного естествознания показать нашей молодежи, что в мире есть тайна, и дальше они сами уже сделают вывод — эта тайна и есть Бог. Меня иногда мои студенты спрашивают — нам кажется из ваших лекций по химии, что вы верующий человек. И я с удовольствием отвечаю — конечно. И тогда они мне задают вопрос — скажите, а почему вы верующий? И я отвечаю — потому что наука мне доказала, что мир без Бога не строится.

Заканчивая, я хочу подвести итог — мы можем создать естественнонаучные основы религиозного воспитания. Мы можем в принципе изменить то положение, которое существует уже 300 лет, когда религиозное образование не имеет доказательного фундамента. Это особенно необходимо сегодня, когда наступление на религию и на само существование общества обретает новые угрожающие формы.

Интернет-журнал «Русская неделя»


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru