Русская линия
Православие и Мир21.12.2005 

Кому нужны ненужные дети?

Мне стыдно за мою страну, где много никому не нужных детей…

Семья прихожан одного московского храма, усыновила ребёнка. Малыш стал третьим ребёнком в семье. О том, что такое усыновление, расскажут приёмные родители и сотрудник отдела опеки муниципалитета нашего района. По просьбе усыновителей, имена в рассказе опущены.

Интервью с усыновителями

— Расскажите, пожалуйста, о вашем пути к вере.

Папа: — Мне 51 год, крещён я в младенчестве моей верующей бабушкой. В детстве и юности верил, но впоследствии от веры отошёл. Возвращаться в храм начал уже в более зрелом возрасте, посещал храм Св. Иоанна Предтечи на Красной Пресне. Когда открыли храм Свт. Николая у Соломенной Сторожки, мой прежний духовный отец благословил ходить сюда, поближе к дому. Так постепенно и воцерковился.

Мама: — Я родилась в абсолютно неверующей семье, моя мама была некрещёная. В 1988 году я приняла Крещение, в 1989 — обвенчалась с мужем. После мы ходили по большим праздникам в храм Св. Иоанна Предтечи на Красной Пресне, причащали детей. А воцерковление нашей семьи произошло совсем недавно, на глазах у всего нашего прихода. — Как пришла идея усыновления?

Папа: — Однажды решили с женой, что возьмём ребёнка, не объясняя друг другу, зачем мы это делаем и почему.

Мама: — Я считаю, что в любой православной семье должно быть много детей, а так как я не могу иметь детей по медицинским показаниям, мысль об усыновлении пришла сама собой.

Нам с мужем очень захотелось третьего ребёнка, на семейном совете мы поговорили с нашими детьми и получили их полную поддержку. Всей семьёй мы исповедовались и причастились, а потом мы с мужем поговорили с нашим духовником об усыновлении. Батюшка благословил. Я помню, в тот день дети ждали нас дома, и когда мы сказали им, что получили благословение, радость была неописуемая. И мы поняли, что ребёнок у нас будет, потому что у нас есть благословение Божие.

— Какие сложности возникали в процессе усыновления и как они преодолевались?

Папа: — Вообще, самая большая сложность — выбор ребёнка. Но от этого нас Господь уберёг.

Мама: — Сложности были, в основном, «бумажного» толка — ровно пятьдесят семь дней понадобилось, чтобы собрать полный пакет документов на усыновление. Порой казалось, что мы делаем лишнее, что над нами издеваются, но потом мы поняли, что абсолютно правильно, что усыновителям приходится терпеть такие сложности, потому что нельзя доверять детей кому попало, много на свете злых, одержимых людей. Детишек калечат: и физически, и морально — отдавая обратно в детские дома…

Но все сложности преодолевались с Божией помощью, по молитвам блаженных Матроны Московской и Матроны Анемнясевской — особо чтимых в нашей семье святых. — Насколько актуально усыновление в России?

Папа: — Мне очень стыдно за мою страну, где много брошенных, никому не нужных детей. Мне стыдно, что я взрослый. Нынешняя ситуация с детьми не имеет права быть. Власть, допускающая подобную ситуацию, не имеет права быть властью. В какой форме будут сберегаться дети нации — в форме усыновления или в форме общественного воспитания — не столь важно, если это человечно, главное, чтобы детей любили и сберегали. Ситуация, когда ребёнка некому любить, противоестественна и преступна перед Богом.

Мама: — Я считаю, усыновление нужно каждому человеку. Не должно быть детей чужих или своих — мы все дети Божьи. Поэтому мой усыновлённый ребёнок для меня такой же «свой», как если бы я его родила, — он дар Божий.

Не должно быть детей в детских домах. Это всё наши дети. Сейчас нет проблем усыновить новорожденного, годовалого, трёхлетнего — любого ребёнка.

Мы прошли много организаций, связанных с усыновлением, были и в межрегиональном Банке данных, где записаны все сведения о брошенных детишках. Сотрудники этого учреждения рассказывали, что выбирать ребёнка приходят люди, совершенно по разным причинам идущие на усыновление. Например, приходят с журналом, на обложке которого журналистка Светлана Сорокина с её приёмной дочерью, и говорят: «Хотим ребёнка точь-в-точь как у неё». Чего можно ожидать от таких усыновителей?

— Что вы могли бы посоветовать будущим усыновителям?

Папа: — Первое: подумайте, для чего вы это делаете. Если вы хотите скрасить своё одиночество, не делайте этого: вы делаете это ради себя. Если вы считаете, что совершаете благородный поступок — знайте: вам не надо усыновлять ребенка. Ребёнок — это дар Божий, это Его благословение.

Осторожней посоветовал бы усыновлять семьям неполным, потому что чаще всего трагедиями заканчиваются именно такие случаи.

Мама: — Всё делайте с помощью Божией, по благословению батюшки. Не выбирайте ребёнка по цвету глаз, волос, а берите того, которого пошлёт вам Бог. — Какая нужна помощь?

Мама и папа: — Помощь нужна молитвами за раба Божьего младенца Сергия. Вообще, у нас замечательный приход, здесь у нас много друзей, которые ждали появления нашего ребёнка вместе с нами, переживали и молились за нас. Спасибо им за эту помощь. Спаси, Господи, их всех!

Интервью с работником опеки

Каково соотношение усыновлений и отказов от детей (лишений родительских прав) в нашем районе?

В этом году у нас уже пятнадцать дел о лишении родительских прав, дел об усыновлении — пять.

o Кто чаще всего оказывается усыновителем?

Это семейные пары в возрасте 30−40 лет, которые не могут иметь детей по медицинским показаниям, одинокие женщины. Обычно усыновляют детей люди не посторонние — родственники, близкие, часто отчимы, чужие люди — реже.

Каких детей обычно усыновляют?

В основном усыновляют малышей до трёх лет — из Дома малютки. Если ребёнка не усыновили до трёх лет, то, скорее всего, его уже не усыновят, так как из детских домов детей берут гораздо реже.

Иностранцы, приезжающие в Россию, усыновляют любых детей: здоровых и больных, больших и маленьких, похожих на них и не похожих. Русские усыновители часто требуют чуть ли не совпадения группы крови ребёнка со своей.

Бывает ли, что усыновлённых или взятых под опеку детей приводят обратно? Расскажите, пожалуйста, о наиболее типичных случаях в вашей практике.

Да, такие случаи бывают. Если ребёнок рождён в семье, то такие трудности, как, например, переходный возраст, воспринимаются как должное — мол, пройдёт, у всех бывает. Если же ребёнок усыновлённый — значит, проявляется «дурная наследственность». О дурном воспитании, данном ими, такие усыновители не задумываются. Они складывают ответственность за взятого ребёнка со своих плеч и, бывает, приводят к нам уже 15−16-летних подростков.

Был случай, когда женщина пятидесяти лет, всю жизнь прожившая одиноко и растившая собак, усыновила трёхлетнего мальчика и отдала его обратно в семь лет, когда выяснилось, что он имеет психические отклонения и не способен учиться в обычной школе. Бывает, что собственные дети ревнуют к усыновлённым. Так ревнуют, что дело доходит до семейных трагедий, и усыновлённых отдают обратно.

Что вы знаете о православных детских домах? О детских домах, находящихся на попечении других конфессий?

На территории нашего района находится православный детский дом «Павлин», приписанный к храму Свт. Митрофана Воронежского. Там содержат мальчиков от трёх до восемнадцати лет. Этот детский дом часто нас выручает, когда приходится забирать детей из неблагополучных семей, скажем, вечером. Мы оставляем там детей под расписку на время, нужное для определения ребёнка на постоянное место жительства. Так, например, недавно брат с сестрой пяти и трёх лет жили там месяц, несмотря на то, что в «Павлин» принимают только мальчиков.

О детских домах других конфессий я не слышала.

Насколько это сложная процедура — усыновление? Бывает ли, что люди, уже начавшие собирать документы, отступают перед бюрократическими трудностями?

Самое сложное — решиться на этот шаг. Конечно, чтобы собрать нужные документы, нужно запастись терпением: необходимый для усыновления пакет документов собирается в течение одного-двух месяцев, но это ничто по сравнению с вашим желанием усыновить ребёнка. К нам приходят люди с уже созревшим, твёрдым решением взять малыша, так что на полпути дела никто не бросает.

Какая разница между усыновлением, взятием под опеку и патронатным воспитанием? Что лучше?

При усыновлении вы — полноправные родители, соблюдается тайна усыновления. Ребёнку даётся ваша фамилия, вы можете назвать его, то есть, если вы не захотите, ваш ребёнок не узнает о том, что был усыновлён. В таком случае пособие на ребёнка будет самым обыкновенным.

Если вы берёте ребёнка под опеку, его фамилия остаётся прежней, но вам выплачивается пособие в размере около трёх тысяч рублей в месяц. При опеке нет таких ограничений по возрасту, как при усыновлении (обычно до 45 лет). Вообще, под опеку берут гораздо чаще, чем усыновляют. Например, в нашем районе сейчас около ста подопечных детей.
При патронатном воспитании ребёнок числится за детским домом (то есть за ним сохраняются все льготы, положенные ему как сироте), но живёт в семье.

Что лучше? Не знаю, но могу привести несколько случаев из моей практики. В нашем районе жила одна православная семья, в которой очень долго не было детей, а затем Бог послал троих погодок, но родители на этом не успокоились и двоих детей усыновили, а недавно взяли под опеку ещё четверых! Ещё случай: одинокая женщина взяла под опеку ребенка, а через год усыновила, поняв, что это её ребёнок и он должен носить её фамилию.

В любом случае — при усыновлении, взятии ребёнка под опеку или на патронатное воспитание — ребёнку лучше в семье, чем в детском доме.

Мария Марнова

http://www.pravmir.ru/article761.html


Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика