Русская линия
Русская линия Сергей Сокуров05.03.2008 

Забытая революция

В мире есть царь: этот царь беспощаден, Голод названье ему.
Н. Некрасов


Вернее, революция почти забытая, но не стану удлинять заголовок малозначащим «почти». Ведь на вопрос «забыли?» можно лукаво ответить и «почти забыл», и, изысканно, «почти помню». Да, увлеклись словоблудием, как говаривали наши предки. О какой революции речь? Да о той, которой исполняется 91 год, о февральской, которая на многострадальных просторах «шестой части земли с названьем кратким Русь» (по С. Есенину) явилась, по одной из идеологических версий, прологом, увертюрой (если хотите) Октябрьской социалистической революции, критиками большевиков называемой переворотом. Если помните, последняя (или последний, когда о перевороте) всю Советскую эпоху именовалась Великой, видимо, чтобы оттенить качественное отличие от иных отечественных революций, которых от Рюрика до наших дней (читайте Пушкина) произошло немало, пруд пруди. Притом, домашние наши перевороты-повороты удостоились перевода на иностранное слово, revolution, лишь после 1905 года, а все предыдущие остались тем, чем были — замятнями, бунтами, смутами, восстаниями, выступлениями; грядущим же оставили перестройку… Может быть, и справедливо; ведь подведи все наши, народные россейские забавы под облагороженное механиком Гильотеном понятие revolution и надели их эпитетом «великий», то образовался бы такой однообразный ряд: Великая ноябрьская монархическая революция (1445 год, конец замятни и установление единодержавия в Московском княжестве), Великая декабрьская аристократическая революция (восстание декабристов в 1825 году), Великая февральская капиталистическая революция (здесь нами рассматриваемая), Великая августовская криминалистическая революция (1991 год, начало Свободного Базара). Так что охотно смиримся с простым определением, без затей: Февральская революция 1917 года. Приняв, что петербургские гавроши могли метать в полицейских камни и вопить на перекрёстках вслед взрослым «долой самодержавие!», «хлеба!», «земли и воли!», имея от роду 10 лет, сейчас самым юным ветеранам тех событий по 100 лет. Второй век разменяли! Как время летит!

Революция-переворот (напоминаю, это синонимы) зародился в конце февраля на третьем году Отечественной войны, как у нас называли Первую мировую, когда Петроград, переполненный отлынивающими от фронта солдатами и взвинченными рабочими (накануне в столице выдали по карточкам всего… по фунту хлеба на рот), выплеснулся побузить на улицы. И побузил вволю, бессмысленно и, местами кроваво (читайте пропущенную главу «Капитанской дочки»). А царь с досады на разлюбивший его народ взял да отрекся. Никаких тебе штурмов Бастилий. Но какой получился поворот-переворот, если выражаться по-нашему! Вчера заснули в империи, проснулись в республике. Только вокруг ни республиканцев, ни демократов. Откуда было им взяться? Все поголовно (а куда денешь 1000 лет самодержавной истории!?) монархисты: по строению генов, по воспитанию, по образу жизни. И не только «сатрапы» и «холопы», но даже «профессиональные революционеры», не способные ни к какой созидательной работе, заложники всепоглощающей Идеи. Даже они поначалу растерялись: злейший враг исчез, с «нечаянными республиканцами» — князем Львовым и адвокатом Керенским — не было опыта борьбы. Последние пытались управлять новорожденной республикой по личному разумению абстрактной демократии, несмотря на военное положение. Оглядывались на законы. Мучились нравственными «табу». Например, при Временном правительстве месяцами тянулось «Дело по обвинению Ленина, Зиновьева и других в государственной измене». Товарища бы Дзержинского в то, буржуазное, правительство! Только Дзержинский был там, где «Ленин, Зиновьев и другие», видимо, ходил дозором вокруг исторического шалаша. Вот те-то и подобрали осенью мертворожденную республику, выпавшую из неумелых рук горе-республиканцев. Но мы забежали далеко вперёд. Вернёмся, минуя наш юбилейный февраль, во времена ему предшествовавшие.

Первая Русская революция в 1907 году отнюдь не закончилась; она приняла хроническую форму постоянных протестных акций «против порядка управления», как писалось в полицейских актах. Несмотря на урожайные годы, быстро растущее, наполовину недоедающее и малоземельное, крестьянство в стране, на 90% деревенской, не успокоилось. Тамбовский кулак И. Болтышев в разговоре со Столыпиным обещал в случае какой-либо общественной беды, вроде неудачной войны, «обгорелые головешки да трупы». «Не подлежит сомнению, писал С.Ю. Витте, — что на почве земледелия и будут разыгрываться дальнейшие революционные претурбации в империи, особливо при том направлении крестьянского вопроса, которое ему хотят придать, когда признаётся за аксиому, что Россия должна существовать для 130 тысяч бар и что государства существуют для сильных». Действительно, война оказалась неудачной — общественной бедой. В доброго, справедливого царя-батюшку после Кровавого воскресенья и Ленского расстрела народ уже не верил, отправив его из своего сердца в стан ненавистных помещиков, владевших лучшей половиной пахотной земли и выпасами не по людскому и Божьему законам; государство, показавшее бессилие управлять и побеждать, решать социальные проблемы масс, потеряло в глазах простонародья святость. Лишилась авторитета и Церковь, что сказалось на росте религиозных преступлений. Ошибочно считать, будто агитация радикалов, эсеров и социал-демократов, в решающей степени возбуждала революционные настроения. Назревала «революция без революционеров», стихийный бунт; солдаты, сплошь вчерашние земледельцы, не нуждались в агитации, они поднимались сами собой. Время профессиональных революционеров наступит позже, когда разошедшиеся во все стороны волны необходимо будет направлять в нужные стороны, например, — на изъятие помещичьей земли. Хотя продовольственное положение крестьян во время войны улучшилось, возник протест «повинности» кровью, дикому вздорожанию продуктов, продразвёрстке по твёрдым ценам, что привело города и армию на грань голода, а ведь судьба страны решалась в городах и на фронте, где массовая сдача в плен и «братание» с врагом становились нормой, невиданной в армиях союзников и врагов. Веками копившаяся обида на «другую Россию», «немецкую», чужую и непонятную, присваивающую плоды тяжёлого труда землепашца, наконец-то можно было высказать не дрекольем, а равноценным оружием, ведь к весне 1917 году в армию было мобилизовано около 14 миллионов человек, почти половина трудоспособного мужского населения.

К концу последнего года империи Романовых продовольственный кризис в городах принял катастрофический характер. Ещё в ноябре командующий Юго-западным фронтом А. Брусилов предупредил правительство о надвигающемся голоде в войсках. Солдаты увидели в деятельности правительства измену и предательство; армия была готова к революции. Финансовый кризис привёл к разрушению экономических связей, к потере хозяйственного регулирования, стал серьёзно угрожать хозяйственной управляемости, значит, коллапсом государства. Волна голодных стачек в городах быстро нарастала. С лета 1916 года интенсивность рабочего движения определялась не внутриполитическими и военными событиями и не призывами партий, а голой экономической реальностью. В первые два месяца семнадцатого года план снабжения Москвы и Петрограда хлебом был выполнен только на четверть. Властям оставалось лишь готовиться к голодному бунту (и подготовились — вооружила полицейские части пулемётами). Лидер думских социалистов А. Керенский заметил: «Ведь масса, стихия, у которой единственным царём делается голод, у которой, вместо рассуждения является острая ненависть ко всему, что препятствует им быть сытым, уже не поддаётся убеждению». Даже большевики убеждали свою радикальную паству повременить с выступлениями. Тем не менее, 23 февраля текстильщицы Невской мануфактуры с криками «хлеба!» двинулись сманивать от станков рабочих других заводов и фабрик. И те отозвались. Как тут устоять! Это был «Великий почин», хотя Ленин здесь ни при чём; он тогда, в цюрихском далеке, эпистолярно переругиваясь с меньшевиками, сложно лавируя между Иннесой и Наденькой, имел такое же представление о событиях в России, как Уэллс о жизни на Марсе. Что касается наших текстильщиц, представлявших, будто рожь лучше колосится от сотрясения воздуха, здесь начинаешь верить в справедливость французской наводки «шерше ля фам». Кстати, и Великая французская революция началась с дамского похода на Версаль под скандирование «хлеба!» (Помните? — А хлеба нет, хотя щедра природа. Тут женский крик раздался: «На Версаль!» Но королю не прокормить народа семью хлебами. И король бежал. Был пойман. Извинился. Но народ соорудил Капету эшафот). История повторяется.

На следующий день бастовало уже 200 тысяч рабочих Петрограда, громя интерьеры булочных и реквизируя булки. По признанию строго эсера-боевика «желанная революция» застала его подельников «как неразумных евангельских дев, спящими». Что тут говорить о либеральной оппозиции, если даже боевики спали, а большевики отговаривали спросонья! Революция без их организации и агитации? Просто невозможно! Тем не менее, стихийная и беспартийная (В.Булдаков), с точки зрения Милюкова бесформенная и беспредметная революция, с каждым днём всё разительней отличалась от хулиганского движения (в письме царицы царю), а по мнению генерала Хабалова — продовольственных волнений. События развивались неумолимо: война породила инфляцию, последняя — продовольственный кризис, тот — голодный бунт. Приказ стрелять в бунтовщиков отдали… вооружённым мужикам, взятым от сохи, что спровоцировало солдатское выступление. Даже, казалось, верные подразделения — учебные команды, казаки, гвардейская смена — отказывались стрелять в мятежников, более того, стали переходить на их сторону. Только полиция сражалась до конца. 1 марта восставших солдат насчитывалось 170 тысяч — почти весь петроградский гарнизон. Тогда командующий гарнизоном Хабалов сосредоточил последние, верные царю, части у Зимнего дворца и Адмиралтейства, но вскоре распустил их, оставшись с другими генералами и офицерами дожидаться ареста.

По сути, произошло крестьянское восстание… в огромном промышленном городе, более того, в столице империи. И поскольку на этот раз, в отличие от пятого года, крестьяне имели в руках изобилие оружия, и к тому же находились в столице, то всё решилось скоро. При такой расстановке сил ход событий был предопределён: председатель Думы Родзянко после переговоров с Петроградским Советом сообщает начальнику генерального штаба М. Алексееву о необходимости отречения; тот запрашивает командующих фронтами и флотами, получает от них одобрение, и 2 марта монархия в царском вагоне на псковской станции уходит в небытиё, в историю. Что касается позиции Государсвенной думы, послушаем В. Шульгина: «К вечеру стало известно, что старого правительства нет. Не стало и войск, весь гарнизон перешёл на сторону «восставшего народа», но вместе с тем войска как будто стояли за Думу. Выходило, и Дума восстала, что она «центр движения"… Так если мы не подберём власть, то подберут другие».

Подберут, подберут, милостидарь Василий Витальевич! «Другие» уже выбирают на заводах, по вашим словам, «каких-то мерзавцев». Всё-таки удивительная страна Россия: у нас власть не берут мятежники, а подбирают следующие за ним сторонкой, шустрые молодцы, что всегда начеку. Подберут и в октябре того же бунташного 1917 года, и через 74, без малого, года, когда изголодавшийся (по абсолютной власти) Борис II, неловко слезая с танка, выпустит из рук, рассыплет по мостовой нечаянные приобретения последних часов восставших — гэкачепистов. «Мерзавцы» есть всегда и везде, в России же, у которой, как известно, особая стать, и «мерзавцы» особые, всегда разные, ныне — новые…
Сергей Анатольевич Сокуров, член Союза писателей России

http://rusk.ru/st.php?idar=112557

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  

  П. Мультатули    07.03.2008 17:05
Гнусная статья. Странно, что такая уважаемая РЛ поместила на своих страницах это пасквиль на Святого Царя-Мученика. Считаю, что тон автора подпадает под определение "Недопустима хула на Церковь, брань и грубость".
  Провинциал    05.03.2008 17:30
Тенденциозное, но по-писательски профессионально описание событий, которые автор не видел, но воспользовался наверняка по большей части из советских источников. Резюме: все было плохо, все покатилось, все плохие, особливо "безвольный царь-батюшка". Все ужо ему припомнили!
Остается в душе потом какое-то недоразумение: о чем это и к чему? Если извлекать уроки – то отсутствует какой-либо анализ. Разве что пнуть в "ту" сторону. Или может, чтобы продолжить заглохшие дискуссии о красных и белых?
Непонятно, на чьей же стороне уважаемый автор.
  Имперский патриот из Екатеринбурга    05.03.2008 13:22
СОВЕТУЮ АВТОРУ этой статьи почитать форум здесь на Русской линии "Трагедия братоубийства". Мы там очень много дискутировали на тему якобы отречения Царя, вообще на тему революции. Почитайте, почитайте за январь и февраль месяц, особенно посты странника и мои посты. А то слишком легко вы бросаетесь фразами о святом Царе Николае втором.
А vkn 05.03.2008 11:51 прав.
Только отречения никакого не было, была подделка подписи Царя и переворот. Я на форуме том писал ищите читайте.
  vkn    05.03.2008 11:51
Короткие комментарии:
1) «А царь с досады на разлюбивший его народ взял да отрекся»
Как просто всё, взял с досады и отрёкся. Как будто бы не существует многочисленных воспоминаний, отражающих подлинные причины насильственного отречения святого Царя Николая II (пора, полагаю, всем авторам и участникам православных форумов писать слово Царь в традиционной русской орфографии, также, как и Бог, Государь, Империя, Император Императриц, Царица, Великий Князь, Престол, Наследник )от Престола.
«Отказ Царя, прямой и благородный, пощёчиной вам будет навсегда!»(Сергей Бехтеев)
2)«В доброго, справедливого царя-батюшку после Кровавого воскресенья и Ленского расстрела народ уже не верил, отправив его из своего сердца в стан ненавистных помещиков»
Вместо повторения этих шаблонных фраз о «Кровавом воскресенье» и «Ленском расстреле» лучше бы дать правду читателю о тех трагических событиях, которую давно высказали честные исследователи историки, но в просоветских учебниках истории ничего не изменили.
3)«солдаты, сплошь вчерашние земледельцы, не нуждались в агитации, они поднимались сами собой»
Сами собой никто против Царя не поднимался, поднимались распропагандированные внутренними и внешними врагами Россия одураченные люди, не устоявшие перед искушениями, изнуренные тяготами военного времени, поверившие лживым лозунгом свобод и райскими посулами. В конечном счёте, началось(по свидетельству последних оптинских старцев, князя Жевахова, Анны Танеевой(Вырубовой), Максимильяна Волошина, Сергея Бехтеева) массовое беснование России, «Россия превратилась в сумасшедший дом».
4) «Властям оставалось лишь готовиться к голодному бунту (и подготовились – вооружила полицейские части пулемётами)»
Сказки об использовании полицейскими пулемётов были опровергнуты уже в результате расследования Чрезвычайно следственной комиссии, организованной временным правительством. У властей же было достаточно сил и средств для подавления мятежа, если бы не стечение целого ряда обстоятельств. Кстати, хлеба в Петербурге, в момент бунта было предостаточно. Запас был ещё обеспечен на несколько месяцев вперёд. Голодный бунт в столице был искусственно спровоцирован заговорщиками-масонами.
5) «По сути, произошло крестьянское восстание… в огромном промышленном городе, более того, в столице империи…»
Вовсе нет. Восстание не было крестьянским. По распоряжению военного министра ген. Поливанова (масон, предатель, сотрудничавший после переворота с большевиками ) в Петербурге к началу 1917 года было сосредоточено до 200 000 солдат-резервистов, «укомплектованные вопреки всем приказам не крестьянским сословием, а разношерстным составом с высоким процентом фабричного люда и городских подонков и не имевшие ничего общего, кроме названия и нескольких офицеров, со славными гвардейскими полками, направленные чьей-то предусмотрительной рукой на далёкий юго-западный фронт. вся эта солдатская рабочая масса, жившая в глубоком тылу в развращающих условиях большого города и в течение многих месяцев подвергавшаяся энергичной политической и пораженческой пропаганде со стороны революционеров и платных германских агентов, представляла собой готовый горючий материал для поднятия мятежа»(Е.Е.Алферьев)
  Имперский патриот из Екатеринбурга    05.03.2008 11:23
Когда я был курсантом военного училища, то в 1991 году 19 августа войска были приведены в состояние повышенной боевой готовности и мы курсанты обсуждали между собой, что возможно нас направят наводить порядок. Я тогда принял для себя решение не стрелять в народ, и если прикажут, то стрелять поверх голов. Сам я из рабочих. Прав я был тогда или не прав, рассуждая так, не знаю. Бог рассудит. Но проливать кровь русских людей я не хотел. К тому же я готовился к защите Родины от внешних врагов, а не воевать внутри с народом. Но ГКЧП быстро испарился (за 4 дня, никуда нас не послали, а министр обороны стал новый.) Так что сложная штука эта Присяга. Я СЧИТАЮ: Надо действовать, не нарушая заповедей Божиих, не преступая Божиих установлений и не совершать смертных грехов и беззаконий. Это первично для нас.
Хотя сейчас, оглядываясь на то, что происходило с Россией (и СССР) в 90-ые годы, может быть лучше бы было, если бы ГКЧП победил, не знаю.
Народ в то время, обманутый, рвался к якобы образцовой американо-западной демократии. И я тоже заблуждался относительно США и Запада.
Хотя 90-ые годы хорошо нам открыли глаза на их мерзкий либерализм и политику двойных стандартов. Тяжелый ошибочный опыт – тоже опыт. Ведь за битого двух зайцев дают. СЛАВА РОССИИ!!!
  Филимонов    05.03.2008 09:51
Мысли интересные, но не сказано очень важной штуки: "неумолимость" развития событий возможна лишь тогда, когда люди перестают быть свободными. А свободным человека делает лишь Истина. Я тоже считаю, что для великой страны, в конце концов, унизительны предположения о вечном заговоре, который-то и мешает ей каждый раз на самом нужном месте; такие идеи хороши для пропаганды, но руководствуясь ими мы никогда не сможем сообразить, что происходит в действительности, и как нам действовать. Но и просто говорить о "закономерностях" тоже нельзя -= ведь со стихией не поспоришь, и значит, все катастрофы исторического пути России были предопределены заранее, и остается только смириться с тем же и в будущем. Это, извините, марксизм какой-то получается. Как православные люди, мы должны учитывать, что центр подлинного заговора и против России, и против всего человечества находится в аду, а способствует его успеху, так или иначе, каждый человеческий грех. Это отражается и на жизни народа в целом, и грех закономерным образом ведет к несвободе. Почему и говорится, что по грехам нашим Господь попускает общественные бедствия и жестоких или неразумных правителей на нашу голову, это ведь не просто слова, а факт.
  vkn    05.03.2008 07:58
Очень странная статья! Даже не поверил своим глазам. Целиком списанная с советских учебников истории, совершенно не отвечающая по своей тональности православно-патриотическому мировоззрению. Кроме набора однобоких фактов всё в ней нелепо. Нет уважительного отношения к Святому Царю, Православной монархии, совершенно отсутствует анализ масонской,иностранной подрывной деятельности, иудейства и прочее. Полагаю, что как модно ныне писать, мнение редакции сайта РЛ не совпадает с авторской позицией, и статья поставлена с целью показа разброса мнений, касающихся русских революций.
  читательница    05.03.2008 01:48
Последний параграф, думаю, спорный, а так, да, интересно. Это описание событий уже куда более реалистично чем предположение что многовековая монархическая государственность могла пасть из за "заговора" нескольких генералов. На самом деле почти все слои народа были заражены, по той или иной причине, жаждой перемен и потерей рассудка.

Страницы: | 1 |

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru