Русская линия
Московские новости Александр Солдатов29.05.2004 

С Хаттабом только рифмуется
Недавно Савеловский суд Москвы определил, какие формы Единобожия опасны для россиян. Определение идеально вписывается в сложившуюся в РФ систему гонений по религиозному признаку

Географическое название Бадр известно всем мало-мальски просвещенным мусульманам. В Бадре, на полпути между Меккой и Мединой, во 2 году исламской эры произошло первое «вооруженное столкновение» между последователями пророка Мухаммада, которых к тому моменту набралось 300 человек, и местными языческими князьками, собравшими десятикратно более мощное войско. Сражение происходило в разгар месяца Рамадан (теперь он священный) и закончилось полной победой мусульман. Так зародился Халифат и началось победоносное шествие молодой арабской веры в Единого Бога по планете. Так начался и всемирный джихад — война против тех, кто противится этой вере и пытается «придать Богу сотоварищей» (это — ключевой пункт обвинений мусульман в адрес, например, христиан).
В общем, слово «Бадр» вызывает ассоциации самые героические и отчасти воинственные. Оно таит в себе и некоторый намек, непонятный рядовому христианину и более чем прозрачный для просвещенного мусульманина. Слово «Бадр» начертало на своих знаменах элитное подразделение иранской армии — особая бригада спецназа. Так же называется и крупнейший исламский банк, работающий на Западе. Наконец, так именуется и самое скандальное мусульманское издательство России, которое в условиях антиваххабитской истерии умудрилось трижды переиздать в Москве фундаментальный труд того самого «великого и ужасного» Аль-Ваххаба — «Книгу Единобожия». Это манифест раннего (XVIII в.) ваххабизма; автор клеймит все разновидности язычества, проникшие в ислам более чем за тысячу лет, и призывает вернуться к первоначальной чистоте веры, когда поклонения не воздавались никому, кроме Единого Бога.
Исламская реформация Аль-Ваххаба стала идейной базой борьбы арабов против турецкого владычества. Опираясь на «Книгу Единобожия» и политическую поддержку англичан, один из аравийских шейхов — ибн Сауд — поднял восстание против «погрязших в полуязычестве и морально разложившихся» турок и создал независимое арабское королевство, ныне известное как Саудовская Аравия. Королевство это небедное, и распространение по всему миру идей чистого, не замусоренного фольклором ислама осуществляется в основном за счет саудовских благотворительных фондов. На их средства существовало в Москве и издательство «Бадр», которое в 1999 году Савеловская межрайонная прокуратура «выявила и разоблачила» как рассадник опасной для государства российского экстремистской идеологии.
Как водится, следствие по делу, связанному с религией, тянулось долго. Савеловский суд, куда дело передала одноименная прокуратура, назначал пять экспертиз «Книги Единобожия», но они давали противоположные результаты. Одни эксперты читали средневековый трактат как автореферат сорвавшейся диссертации чеченского боевика, а другие — как «символическую книгу», наподобие Библии или Корана, не заслуживающую слишком буквального и прямолинейного понимания. Наконец, на днях Савеловский суд решил: запретить распространение и издание на территории России «Книги Единобожия» как «призывающей к нетерпимости и разжиганию межрелигиозной вражды».
СРЕДНЕВЕКОВЬЕ ПРОТИВ РОССИИ
На время следствия и суда, естественно, работа «Бадра» была приостановлена. Его главный учредитель и генеральный директор Н.И. Нажмудинов подался в бега. Любое соприкосновение с российским правосудием было для него нежелательно: в среде оперативников бытовала версия, будто Нажмудинов является братом знаменитого дагестанского эмира Багауддина, создавшего в 1990-е годы салафитский (читай: ваххабитский) джамаат в Дагестане и активно участвовавшего в «дагестанской войне» 1999 года. Руководство «Бадра» взял на себя Тахир Абдурахманов, которого прокуратура и привлекла к «делу о Единобожии» в качестве подозреваемого по части 1 статьи 282 УК РФ — в том, что он сознательно, «по предварительному умыслу», издал русский перевод средневековой арабской книжки, чтобы насадить в России вражду, нетерпимость, ненависть и т. п. В деле, впрочем, умалчивается, чем именно г-ну Абдурахманову было выгодно насаждение этих настроений в стране, в которой он проживает и гражданином которой является. В конце концов преследование Абдурахманова прекратили.
Рассказывает Тахир Абдурахманов, который был вынужден покинуть Москву и проживает в Ульяновске:
«После того как 21 февраля 2001 года меня привлекли в качестве подозреваемого, сменилось пять следователей. Наше дело курировал один из заместителей генерального прокурора, сотрудники ФСБ, РУБОП, ОБЭП…».
Едва ли все эти товарищи настолько хорошо разбираются в исламской литературе, что, увидев имя «Мухаммад ибн Сулейман ат-Тамими» на обложке «Книги Единобожия», сразу поняли, что за ним скрывается тот самый Аль-Ваххаб. Не секрет, что в ФСБ, РУБОП и ОБЭП некоторые еще путают Ваххаба с иорданцем Хаттабом, воевавшим в горах Ичкерии. «Расшифровать» официальное имя родоначальника ваххабизма мог кто-то из «своих», кто и «сдал» «Бадр» правоохранителям. Имена «осведомителей» увековечены в уголовном деле: это муфтий Чувашии А. Крганов и М. Таджуддин — сын Верховного муфтия всея Руси Талгата Таджуддина.
МУФТИЮ НЕ ВЕЗЕТ
Высокий сан не удерживает Верховного от весьма экстравагантных поступков, которыми он пытается доказать свою лояльность «партии и правительству». Прошлой весной он выступил сразу с двумя инициативами — переименовать свое уфимское Духовное управление в «Центральное духовное управление мусульман Святой Руси» (в этом ему отказал Минюст) и объявить джихад Америке за нападение на Ирак (этот призыв, сделанный на митинге «Единой России», обошелся Таджуддину в прокурорское предупреждение).
Талгату Таджуддину хронически не везет. Еще 15 лет назад он был полновластным правителем всех мусульманских общин России и европейских республик СССР. В конце «перестройки» от него отделились региональные Духовные управления, и сейчас, по некоторым данным, Таджуддин контролирует лишь 15 процентов своей бывшей империи. Однако, как и в былые времена, он активнее всех своих конкурентов поддерживает любые начинания власти, не устает воспевать «осанны» Ельцину и Путину, демонстративно берет благословение у Патриарха Алексия II. Конкурентов, объединяющих, напомним, до 85 процентов российских мусульман, Таджуддин огульно называет «ваххабитами», чем окончательно подрывает всякое доверие к этому термину. Но власть не ценит потуги муфтия: как показывает дело «Бадра», услугами Таджуддина (или его сына) она пользуется лишь «по мелочи» — когда жертва уже выбрана и нужно только подобрать «свидетелей».
КТО ЗАПРЕТИТ БИБЛИЮ?
Тахир Абдурахманов вспоминает о судебном процессе против «Бадра»: «Аргумент в нашу пользу был тот, что «Книга Единобожия» была написана более 200 лет назад и является классическим трудом, исследуемым учеными, эта книга издана большими тиражами во всем мире, на разных языках, и нигде не было таких проблем. Адвокат «Бадра» Анатолий Пчелинцев на одном из заседаний сказал следователю: «Сейчас я спущусь в метро, подойду к православному ларьку и принесу с десяток книг, содержащих гораздо более резкие высказывания. А если мы откроем Ветхий Завет, то и там увидим много призывов к убийству. Я убежден, что надо учитывать, в какой исторической ситуации эти книги писались две тысячи или тысячу четыреста лет назад».
Проблема всех «религиозных процессов» в России (свежий пример — суд над Свидетелями Иеговы в Москве, см. «МН», N 9) — невозможность «искусство формулой проверить». Следователи и судьи пытаются разобраться с описывающими иную — невидимую — реальность богословскими текстами, или — того хуже — пророчествами, чуть ли не с помощью почерковедческой экспертизы. Овладевшие компьютером бывшие «научные атеисты», а ныне — эксперты-религиоведы, «забивают» в машину тот или иной «символический текст» — и машина высчитывает «процент негативной лексики» в нем. На основании выявленного процента (особенно высок он для пророческих текстов, ибо вечно пророки чем-то недовольны) суд принимает решение: текст разжигает рознь. Ну и, соответственно, закрыть, запретить, приостановить…
Есть, правда, всеми уважаемая «каста» книг: например, Библия, Коран, Талмуд. Их пока в компьютер на предмет «процента» не загружают. Так почему же такой кощунственной и нелепой процедуре подвергают другие «символические тексты»? Средневековые «споры о вере» в российских судах не прекратятся до тех пор, пока законодатель официально не запретит суду подвергать всяческим «экспертизам» источники вероучения официально признанных, зарегистрированных в России религиозных организаций. Иначе у суда есть все формальные основания признать «разжигающими рознь» Библию, Коран и Талмуд и ликвидировать все религиозные организации страны вообще.
Что делать российским властям с «ваххабитами»? Последовать ли примеру президента ЧРИ Масхадова, который в 1997 году (еще до Дагестана и Ингушетии) принял юридически неграмотный, а потому и неэффективный закон о запрете ваххабизма? Или согласиться с учеными-позитивистами, утверждающими, что никаких «ваххабитов» нет вообще, а есть экстремистски настроенные деятели в самых разных религиозных традициях?

N18, 21.05.2004, с 20


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru