Русская линия
Washington ProFile10.11.2005 

Рыбные войны

По мере истощения рыбных запасов, конкуренция между рыболовецкими флотами различных государств обострилась. По данным ООН, ныне более 100 стран вовлечено в конфликты за право добычи рыбы.

В течение последних десятилетий подобные конфликты возникают постоянно, причем периодически поддержку рыбакам оказывают военные. Последним примером такого рода стал конфликт между Россией и Норвегией. Итальянцы перерезали сети греческих рыбаков в Средиземном Море. Боевые корабли Китая и Вьетнама обменивались залпами в Южно-Китайском море, бирманский сторожевик потопил таиландский сейнер и т. д. Рыбные конфликты периодически возникали между Европейским Союзом и Марокко, Тайванем и Аргентиной, Россией и Японией и пр.

Чаще всего конфликты возникают между соседними государствами, имеющими выход к морю. Однако практика показывает, что подобные споры легче всего регулируются. Ситуация осложняется в случае, когда лов рыбы осуществляют траулеры, принадлежащие государству, расположенному вдали от зоны лова. На долю шести государств — России, Японии, Испании, Польши, Южной Кореи и Тайваня — приходится до 90% всего улова рыбы в отдаленных водах. Наиболее страдают от пришельцев Аргентина, Австралия, Канада, Чили, Исландия и Новая Зеландия.

Тресковые войны

Конфликт между Исландией и Великобританией продолжался несколько десятилетий. Британские траулеры и сейнеры вели добычу вблизи исландского побережья, а Исландия (изначально Дания, частью которой Исландия была до 1944 года) пыталась их выдавить оттуда.

«Первая Тресковая Война» разразилась в 1893 году, когда правительство Дании объявило, что иностранные рыбаки не имеют права вести промысел в пределах 13 миль (примерно 24 км от побережья Исландии и Фарерских островов). Это было сделано прежде всего с целью остановить британских рыбаков, которые, тем не менее, демонстративно продолжали вести промысел в запретной зоне. Великобритания не приняла данное условие, так как по мнению англичан, это могло стать заразительным примером и для других стран Северного моря, что могло нанести серьезный удар по рыболовной индустрии Англии. Датские военные корабли арестовывали нарушителей и продавали их корабли и грузы с молотка. В 1899 году кризис достиг пика, когда датские боевые корабли остановили британский траулер Caspian. Капитан траулера согласился перейти на борт датского сторожевика, однако приказал своему помощнику принять командование и скрыться. Пытаясь остановить траулер, датчане обстреляли его и нанесли ему повреждения, однако нарушитель ускользнул. Капитан Caspian предстал перед датским судом и был приговорен к 30-ти суткам тюремного заключения за нелегальную ловлю рыбы и попытку воспрепятствовать правосудию. Поврежденное судно вернулось в Англию, после чего британская печать начала кампанию в защиту рыбаков, призывая военно-морской флот защитить их от распоясавшихся датчан. Дипломатические методы разрешения конфликтов долго не давали результата, в результате, британские рыбаки были вынуждены на время прекратить промысел в этой части Атлантики. Проблема разрешилась сама собой после начала Первой Мировой войны.

«Вторая Тресковая Война» произошла в 1958 году, когда Исландия расширила свою зону юрисдикции над морскими территориями с 4 миль до 12-ти (примерно 19 км) от своего побережья. Великобритания была не в состоянии предотвратить действия Исландии и в 1961 году заключила с Исландией двусторонний договор, признававший это решение (аналогичное соглашение Исландия заключила и с ФРГ).

В 1972 году началась «Третья Тресковая Война» — Исландия неожиданно для всех увеличила свою зону юрисдикции над морскими территориями уже до 50 миль (примерно 80 км). Великобритания и Германия выступили с протестами и обратились в Международный Суд. Суд признал, что прибрежные государства не могут проводить океанские границы исходя лишь из своего национального законодательства. Впрочем, Исландия добилась того, что британцы были вынуждены соблюдать определенные квоты вылова. Для этого был заключен двусторонний договор.

Немедленно после истечения срока действия этого договора началась «Четвертая Тресковая Война», которая протекала с 1975 по 1976 годы. В этот период времени две страны — участницы блока НАТОNATO, фактически находились на грани войны. Исландия объявила зоной своей юрисдикции морское пространство, прилегающее к ее берегам на 200 миль (примерно 320 км). Конфликт начался с того, что работники службы береговой охраны Исландии перерезали рыболовные сети британских траулеров. После ряда других столкновений между исландскими и британскими кораблями и траулерами дело приняло неожиданный оборот, когда Исландия пригрозила закрыть важную военную базу НАТО, расположенную в городе Кефлавик. В итоге, Великобритания согласилась удерживать своих рыбаков вне зоны в 200 миль от исландского берега и сократить количество вылавливаемой ими рыбы. В результате этого около 1.5 тыс. английских рыбаков и 7.5 тыс. работников пищевых предприятий Великобритании остались без работы. Фактически Великобритания проиграла все четыре «тресковые войны».

Тунцовые войны

Этот конфликт начался после того, как Япония объявила о том, что начинает рыбную ловлю в научных целях вблизи западного побережья Австралии. Японские траулеры, в основном добывали тунца и, по утверждению Австралии и Новой Зеландии, объемы лова были весьма далеки от «научных». Австралия и Новая Зеландия пытаются остановить Японию, в том числе и применяя силу в отношении японских сейнеров.

Другая война за тунец проходила в Бискайском заливе, где промысел вели испанские и французские рыбаки. При этом испанцы норовили ловить рыбу во французских водах, а французы — в испанских. В некоторых случаях военные флоты обоих стран оказывали поддержку «своим» рыбакам.

Крабовая война

Идет с 1980-х годов между Южной и Северной Кореей, которые добывают в Желтом море деликатесные виды крабов. Обе страны не могут договориться о зонах, где возможно вести добычу рыбы и рыбопродуктов. В результате, северокорейские суда заходят в южнокорейскую экономическую зону, а южнокорейские — в северокорейскую. Периодически в конфликт вступают боевые корабли обоих государств. Ежегодно в результате применения оружия сторожевиками Южной и Северной Кореи погибают и получают ранения десятки рыбаков.

Кальмаровая война

Между Великобританией и Аргентиной идет спор за рыболовецкие зоны вокруг Фолклендских (или Мальвинских) островов. Великобритания начала колонизацию Фолклендских островов в 1833 году, сразу после того, как оттуда были изгнаны аргентинские поселенцы. В 1982 году Аргентина попыталась военным путем установить свой суверенитет над Фолклендами, но потерпела поражение. В 1990 году обе страны восстановили дипломатические отношения, однако фолклендский вопрос продолжает оставаться причиной трений. В 1994 году Великобритания расширила свою экономическую зону вокруг Фолклендов до 850-ти миль (примерно 1.4 тыс. км), объясняя это необходимостью защиты популяции кальмаров от хищнического лова. В ответ Аргентина внесла поправки в свою конституцию, которая продекларировала право Аргентины вести добычу рыбы в районе Фолклендов. Военные корабли обоих государств демонстративно присутствуют в спорной зоне, охраняя траулеры. Конфликт приобретает особое значение с ростом цен на кальмаров и истощением традиционных районов лова головоногих в Северной Атлантике.

Палтусовая война

В 1986 году Испания вошла в состав Европейского Союза и согласилась соблюдать 10-ти летний мораторий на ловлю рыбы вблизи побережья Европы (это делалось с целью восстановить поголовье промысловых рыб). Лишившись традиционных мест ловли, испанские рыбаки переместились к берегам канадского Ньюфаундленда. В 1994 году Канада в свою очередь ввела мораторий на ловлю рыбы вблизи северного побережья Ньюфаундленда в границах ее 200-мильной экономической зоны. Попутно Канада и ряд государств, суда которых вели промысел в этом районе, согласились установить квоты на вылов рыбы (квоты выделенные канадцам были больше, чем квоты, выделенные всем остальным странам — участницам соглашения). Обиженные государства — члены Европейского Союза пытались внести изменения в размеры квот, но Канада стояла на своем.

9 марта 1995 года у побережья Канады в зоне Большой Банки (обширной отмели у берегов Ньюфаундленда) три канадских патрульных корабля начали преследование испанского траулера Estai, который подозревался в нарушении международного рыболовного законодательства. Преследование продолжалось несколько часов. ВМФ Канады был приведен в состояние боевой готовности. Премьер-министр Канады даже разрешил военным морякам применять оружие. В конце концов, уже в международных водах, канадскому сторожевику Cape Roger удалось сесть Estai на хвост. Увидев, что Estai не собирается останавливаться, Cape Roger, до этого задержавший пять других испанских траулеров с помощью водометов, применил боевое оружие. Им были произведены четыре предупредительных очереди из крупнокалиберного пулемета в сторону Estai, капитану испанского рыболовного судна было дано пять минут на остановку корабля — в противном случае Cape Roger угрожал открыть огонь на поражение. Только после этого Estai сдался. Канадские инспектора обнаружили, что 79% выловленных палтусов не достигают длины в 38 см., а 6% - меньше 17 см (разрешалось вести лов взрослых палтусов длиной от 60 см). Кроме того, анализ судового журнала показал множество нарушений, связанных с сокрытием реальных размеров улова судна. Капитану Estai были предъявлены обвинения в незаконном лове палтуса, препятствовании задержанию, порче рыболовного оборудования и отказе остановиться после требования властей (он был выпущен под залог в $ 8 тыс.). После этого инцидента испанские и португальские рыболовные траулеры покинули зону Большой Банки.

13 марта Испания направила свои военные корабли в зону Ньюфаундленда для защиты рыбаков. Европейский Союз встал на сторону Испании, назвав действия канадцев «пиратскими» и пригрозил ввести против Канады экономические санкции. 28 марта 1995 года Испания направила иск в Международный Суд в Гааге, аргументируя, что Канада не имела права арестовывать испанское судно в международных водах. В свою очередь Канада проинформировала суд, что последний не имеет права разрешать данный диспут, так как Канада в своей декларации от 10 мая 1994 года ввела оговорку, согласно которой Международный Суд имеет юрисдикцию при решении всех видов конфликтов, за исключением тех, которые возникли в результате усилий Канады по охране правил по консервации морских ресурсов в северо-западной части Атлантического океана. Суд признал правомочность заявления Канады и отказался рассматривать иск Испании. В сентябре 1995 года конфликтующие стороны достигли соглашения и пересмотрели размеры квот в пользу европейцев.

Палтусовые войны проходили не только между Канадой и Испанией. По схожему сценарию проходили конфликты между Аргентиной и Тайванем, а также Китаем и Маршалловыми Островами.

Лососевая война

Рыба испортила отношения даже между такими близкими союзниками, как США и Канада, когда указанные страны не смогли договориться о распределении квот на вылов лосося. Главная проблема заключается в том, что лосось, обитая в океане, тем не менее, нерестится в пресных водах, тем самым порождая трудности в определении страны, которая является собственником этого вида рыбы. Традиционно считалось, что право хозяина принадлежит той стране, на территории которой лосось появился на свет, то есть, та страна, на территории которой была отложена лососевая икра, имеет право на добычу лососей. Тем не менее, так как при миграции лососи из одной страны смешиваются с лососями другой, определить «место рождения» той или иной рыбины практически невозможно.

Канадцы требуют от США уменьшить количество улова нерки, которая мигрирует в бассейн реки Фрейзер (Канада). Американцы, в свою очередь, требуют от канадцев сократить улов кижуча, проплывающего около Острова Ванкувер, чтобы большее количество рыбы смогло возвратиться в территориальные воды США. В 1985 году было подписано канадско-американское соглашение о ловле лосося, согласно которому были установлены квоты на вылов этой рыбы, впоследствии замененные пошлиной за использование канадских территориальных вод американскими сейнерами. Тем не менее, выполнение данного соглашения столкнулось со множеством трудностей. Канада и США обвиняли друг друга в нарушениях соглашения.

В 1997 году срок действия данного соглашения истек, а США и Канада возобновили переговоры с целью разрешения проблемы распределения квот. Однако переговоры успехом не увенчались. 27 мая 1997 года американский траулер Christina был задержан канадскими властями (как считается, это было сделано для того, чтобы продемонстрировать Вашингтону серьезность намерений Канады). По свидетельству канадской стороны, американское судно не предупредило канадцев о своем заходе в территориальные воды Канады. Канада ужесточила режим входа в свои воды, требуя от всех морских судов заблаговременно предоставлять опознавательную информацию. Канадская сторона доказывала, что американские службы береговой охраны также требуют от канадских судов немедленного оповещения о входе в территориальные воды США. Государственный Департамент СШАState Department сразу же заявил о прекращении переговоров до тех пор, пока не образуется «конструктивная и дружественная атмосфера», необходимая для дискуссий.

Конфликт дошел до того, что в июле 1997 года около 200 канадских траулеров преградили дорогу американскому кораблю Malaspina, который пытался войти в канадский порт с грузом свежепойманого лосося и несколькими сотнями туристов на борту. Одновременно канадские корабли задержали два американских траулера, ловивших рыбу без получения соответствующего разрешения. Конфликт с Malaspina был разрешен после того, как США пригрозили не допускать американских туристов в этот район Канады.

В 1999 году США и Канада заключили новое соглашение — квоты США на добычу лосося были уменьшены, кроме того, США согласились выделять значительные средства на восстановление поголовья этой рыбы.

Вопрос об определении размеров части моря, которая находилась под юрисдикцией прибрежных государств, оказался одним из наиболее сложных в истории международного права.

До 18 века практиковался способ, согласно которому граница «морских владений» государств ограничивалась линией горизонта, видного с берега. Тем не менее, начиная с 18 века многие страны начали применять метод, согласно которому границей морских владений государств считалась та точка, до которой могло достать оружие прибрежной страны. Фактически, чем более развитой была страна в производстве вооружений, тем больший участок моря она могла контролировать. Тем не менее, на практике, подвластная территория ограничивалась расстоянием полета пушечного ядра от берега — в среднем, 3 мили (примерно, 4.8 км). Данная идея принадлежала голландскому публицисту Корнелиусу фон Бинкершоку, который уже в начале 17 века предлагал применять дальность пушечного выстрела для определения морских территорий прибрежных стран.

К концу 18-го и началу 19-го века США, а также некоторые страны Западной Европы объявили своей территорией морское пространство, простирающееся именно на расстояние трех миль от берега. К концу 19-го века развитие технологий позволило увеличить дальнобойность артиллерии до 10−12 миль (16−19.3 км). Именно в это время в международном праве начало применяться понятие «прилегающих акваторий». В 1776 году Англия объявила часть моря, находящуюся на расстоянии 12 миль от своих берегов «таможенной зоной». В 1799 году примеру Англии последовали США, в 1817 году — Франция, а в 1909 году — Россия.

Принципы «свободного моря» и определения прилегающих акваторий с помощью пушечного выстрела оставались основой международного права в области использования океана вплоть до 1945 года. Тогда США установили новые правила рыбной ловли и добычи ресурсов, находящихся на морском дне, в водах, прилегающих к территории США. Расстояние, которое объявлялось принадлежащим США, было намного большим, чем обычные 3 мили.

До принятия Конвенции ООН по Морскому Праву (1982 год) разные страны пытались установить свою юрисдикцию над морскими территориями, и в каждом случае размеры этих территорий различались. Австралия, Германия, Катар, Великобритания и США придерживались расстояния в 3 мили (5.5 км), Алжир, Куба, Индия, Индонезия и СССР считали своими территориальными водами расстояние в 12 морских миль (22.2 км), а Камерун, Гамбия, Мадагаскар и Танзания — 50 миль (92.5 км). Некоторые страны Латинской Америки, в частности Чили и Перу, объявили о своих притязаниях на морские акватории, прилегающие к их берегам на расстояние до 200 миль (примерно 370 км). В 1952 году Чили, Эквадор и Перу подписали декларацию, в которой объявили зоной своей юрисдикции расстояние в 200 морских миль. К ним присоединились Никарагуа, а, впоследствии, аналогичную норму установило африканское государство Съерра-Леоне. Ныне территориальными водами прибрежных стран признается морское пространство расстоянием в 12 миль (19.2 км).

Эволюция морских законов

Моря и океаны омывают берега 150-ти стран. Естественно, что использование моря порождало множество международных конфликтов, разрешение которых было трудно найти из-за отсутствия каких-либо глобальных соглашений об использовании океана.

В древности отношения между странами в данной области регулировались согласно, так называемому «Береговому Праву» (считается, что оно сложилось стихийно): жители или правители данного прибрежного района являлись собственниками всех судов и кораблей, прибитых к берегу в результате кораблекрушения, заброшенных судов, а также перевозимых ими грузов, иными словами всего того, что было выброшено волнами на берег. Естественно, что многие жители прибрежных районов, в надежде увеличить количество морских «даров», стали входить в преступный сговор с пиратами и лоцманами, создавать лже-маяки с целью сбить корабли с верного курса и вызвать кораблекрушение. Подобные действия наносили огромный урон, и многие государства приняли законы, жестоко карающие лиц, которые своими преднамеренными действиями и с целью наживы вызывали кораблекрушения. Были подписаны также международные договора, в которых также подразумевалось оказание взаимной помощи на море.

Морское законодательство существовало во многих мореходных странах мира уже к 10 веку. В конце 10-го — начале 11-го века итальянский город-государство Амалфи имел сложный свод морских законов, который стал моделью для морского законодательства Средиземноморских стран. Весьма развитый «Морской кодекс» существовал у государств и городов, входивших в торговый союз Ганза, который регулировал торговлю и морскую навигацию стран Балтийского и Северного морей в 17-м веке. Со временем у некоторых стран, которые особо преуспели в мореходном деле, появились новые интересы. Англия объявила о своих притязаниях на морские пути, пролегающие через Северное море, Швеция и Дания пытались получить аналогичные права на Балтике. Хэйзел КристиHazel Christie, автор энциклопедии «Морское Право"Law of the Sea, замечает, что подобные аппетиты средиземноморских государств фактически сделали Средиземное море закрытым для мореплавания для кораблей всех иных стран.

Новый импульс этому процессу дали великие географические открытия, так как в данном случае речь шла о владении не просто волнами и рыбой, а богатствами вновь открываемых земель. В 16 веке попытку разделить Атлантический океан на сферы влияния предприняли тогдашние супердержавы — Португалия и Испания. Арбитром в данном случае выступил Папа Римский, который издал соответствующую буллу в 1493 году. В 1494 году Испанией и Португалией был заключен знаменитый Тордесильяский договор, разделивший открытые европейцами территории (и акватории) на «испанские» и «португальские». Демаркационная линия проходила через оба полюса Земли и пересекала Атлантический океан на расстоянии примерно в 2 тыс. км от самой западной части Островов Зелёного Мыса. Земли, расположенные к востоку от данной линии, признавались владениями Португалии, к западу — Испании. Последствием первого кругосветного путешествия испанца Фернана Магеллана стало Сарагосское соглашение 1529 года, которое разграничивало зоны влияния Испании и Португалии в Тихом Океане. Восточное полушарие было разделено по линии, отстоящей от Молуккских островов на 1.4 тыс. км. к востоку. Азия становилась сферой интересов Португалии (исключением являлись лишь Филиппинские острова, место гибели Магеллана), а Океания, т. е., территория Тихого океана, входила в зону влияния Испании. Испанцы и португальцы получили право преследовать и захватывать все иностранные судна проходящие по «их» территории, проводить всевозможные инспекции, облагать таможенной пошлиной, а также судить членов команды иностранного корабля по своим собственным законам.

Подобное разделение мировых океанов несколько улучшило до этого крайне враждебные взаимоотношения между Португалией и Испанией, тем не менее эти державы оказались вовлечены в конфликт с Англией, Францией и Голландией, которые к этому времени также начали осваивать новые континенты. По мере развития морской торговли, все более чувствовалась необходимость отмены ограничений на использование морских пространств. Одним из первых сторонников такой отмены стал известный голландский политический деятель и юрист Гуго Гроций (1583−1645). Именно на идеях Гроция основано современное морское законодательство. В своей знаменитой работе «Свободное Море"Mare Liberum, опубликованной в 1609 году, Гроций обратился к правителям и свободным народам всего христианского мира. Гроций доказывал, что голландцы имеют законное право участвовать в торговле с Ост-Индией и призывал лишить португальцев и испанцев монополии на морские передвижения. Гроций поставил под сомнение саму идею, что некое государство имеет право на обладание океанами.

Кристофер ДжойнерChristofer Joyner, автор монографии «Международное Право в 21 веке"International Law in the 21st century. Rules for Global Governance отмечает, что значительный вклад в дело развития концепции «свободного моря» внесла и Россия. В 1588 году царь Федор Иоаннович отказался выполнить требование англичан закрыть Белое море для прохода кораблей третьих стран. Показателен Ништадский договор, заключенный между Россией и Швецией после Северной войны в 1721 году, согласно которому, обеим странам предоставлялись равные права по морскому передвижению и ведению морской торговли. Фактически, Россия получила право выходить из Балтийского моря в открытый океан и заниматься международной торговлей.

В 1780 году, в период Войны за независимость США, Россия выступила с Декларацией о Вооружённом Нейтралитете, в котором она обращалась к Англии, Франции и Испании. Одним из положений декларации, было предложение обеспечить беспрепятственный проход торговых судов нейтральных государств через морские порты, находящиеся между территориями вражеских стран. В результате этого, Россия получила возможность использовать средиземноморские порты Испании. Декларация стала прецедентным соглашением, которое обеспечивало безопасность торговых судов нейтральных государств в военных условиях. Более того, если в военное время существует свобода перемещения судов нейтральных государств, то, следовательно, в мирное время право на свободное перемещение по мировому океану получали все без исключения страны мира.

К концу 1950-х значительно возросшее количество конфликтов побудило Организацию Объединенных Наций в 1958 году созвать первую конференцию ООН по Международному Морскому Праву, посвященную обсуждению таких вопросов, как регулирование континентального шельфа и территориальных вод, а также проблем рыболовства.

В результате конференции, была принята Конвенция по Территориальным Водам и Прилегающим Зонам, согласно которой странам было предоставлено право претендовать на полную юрисдикцию в территориальных водах (12 миль или 22.2 км от их берегов), окружающих территорию данной страны. Юрисдикция распространялась на воду, подводное пространство, морское дно, а также воздушное пространство над водами. Иностранные суда получили право, так называемого, «мирного прохода» (мирным проходом считается прохождение иностранного корабля через территориальные воды, в результате которого не нарушаются мир, добрый порядок или безопасность прибрежных стран).

Конвенция по Рыболовству и Сохранению Живых Ресурсов Мирового Океана подразумевала право всех наций мира заниматься рыболовством. Конвенция также требовала от государств проведения определенной политики консервации в соответствии с принципом максимальной устойчивой добычи. Тем не менее, первая конференция ООН по Международному Морскому Закону оказалась малоэффективной, так как большинство стран не присоединились к ней.

Также была принята Конвенция по Открытому Морю, которая гарантировала определенную свободу в использовании мирового океана. Права по использованию морских пространств, прокладке подводных кабельных трасс и трубопроводов предоставлялись не только морским странам, но и странам, не имеющим выхода к морю. В этом случае страны, имеющие морской доступ, должны были предоставить его странам, находящимся в глубине суши. Прибрежным государствам предоставлялось право преследования иностранных судов, экипажи которых нарушали их законодательство. Конвенция также предусматривала меры борьбы против пиратства и работорговли.

В рамках конференции была также принята Конвенция о Континентальном Шельфе. Впервые было дано четкое определение понятию континентального шельфа, согласно которому шельфом считается поверхность и недра морского дна в районах, примыкающих к берегу континента или острова, но находящихся вне зоны территориальных вод до глубины 200 м или же за этим пределом до того места, до которого глубина позволяет разработку. Тем не менее, Конвенция о Континентальном Шельфе, подписанная в 1958 году, стала анахронизмом, даже не успев вступить в силу, так как уже в начале 1960-х годов технологические возможности многих стран позволяли производить добычу с морского дна, глубина которого намного превышала вышеуказанные 200 метров.

В 1960 году была созвана вторая Конференция ООН по Международному Морскому Праву с целью решения проблемы определения ширины континентального шельфа, а также прояснения прав прибрежных стран. Даже несмотря на участие делегаций 87 стран, данная конференция также не смогла достичь нужного результата, прежде всего из-за разногласий между «богатыми» и «бедными» странами. У развивающихся стран появились опасения, что «богатые» государства, обладающие наиболее современными технологиями, используют все ресурсы океана, прежде чем «бедные» государства окажутся в состоянии предъявить свои права на добычу ресурсов.

В 1968 году ООН создала Комитет по Мирному Использованию Морского Дна, который стал организационной базой для созыва третьей конференции ООН по Международному Морскому Праву. Конференция проходила с 1973 по 1982 годы. Ее главным продуктом стала Конвенция ООН по Морскому Праву, которая полностью вступила в силу с 16 ноября 1994 года.

Морская конституция

Конвенция ООН по Морскому Праву стала своего рода «морской конституцией», которая регулирует порядок использования океана и отношения стран в области мореплавания и использования ресурсов моря. К 2005 году участниками Конвенции стали 145 государств мира.

В Конвенции записан перечень «морских свобод». Морские свободы, однако, не абсолютны — все государства обязаны уважать интересы иных стран в процессе реализации этих свобод.

Конвенция признала в качестве территориальных вод прибрежных стран морское пространство расстоянием в 12 миль (19.2 км). В данной зоне прибрежные страны имеют полную юрисдикцию. Суда и корабли иностранных государств имеют право «мирного прохода» через эти территории. При этом военные корабли также имеют право «мирного прохода» (в территориальных водах иностранных государств подводные лодки обязаны передвигаться на поверхности воды с поднятым государственным флагом своей страны). В пределах 12 миль прибрежные страны обладают правом собственности на все живые и неживые ресурсы океана. Кроме вышеуказанных территориальных вод, конвенция также предусматривает наличие «прилегающих вод» расстоянием в 24 мили (38.4 км), которые должны позволить государствам проводить эффективную иммиграционную, санитарную, таможенную и экологическую политику.

Благодаря конвенции, в обращение вошел термин «Специальная Экономическая Зона». Каждое прибрежное государство имеет право претендовать на специальную экономическую зону расстоянием в 200 морских миль (370 км), прилегающую к своему берегу, в пределах которой оно имеет право исследовать, эксплуатировать и управлять живыми и неживыми ресурсами. В пределах своих специальных экономических зон государства имеют право регулирования строительных работ, а также использование уже существующей в океане инфраструктуры для экономических, научных и экологических целей. Тем не менее, прибрежные страны не обладают правом собственности над самой территорией моря или ее ресурсами в пределах специальной экономической зоны. В данных зонах все страны имеют право на строительство трубопроводов и прокладку кабельных трасс.

Для государств полностью состоящих из островов, таких как Филиппины, Индонезия, Мальдивы и Сейшелы, конвенция предусматривает специальный статус — «государство-архипелаг». Расстояние территориальных и прилегающих вод, а также специальных экономических зон для таких стран отсчитывается от самой крайней точки самого крайнего острова. Указанный принцип распространяется лишь на острова, которые сами по себе являются суверенными государствами, а не являются частью какой-либо материковой страны.

Открытое водное пространство относится к океаническим и морским территориям, находящимся вне национальных юрисдикций и вне территорий внутренних вод государств, таких как реки, озера, заливы и проливы. Все страны, включая те, которые не имеют собственного выхода к морю, имеют право навигации в открытых водах. Вместе с тем, существуют некоторые правила в области защиты морской жизни и предотвращения загрязнения морской среды. Военные и государственные корабли обязаны показывать флаг страны, которой они принадлежат. Все гражданские и военные воздушные транспортные средства также имеют право свободного перелета через открытые водные пространства. Все страны мира имеют право заниматься рыболовством в открытых водах, но должны также придерживаться своих обязательств по международным соглашениям, а также соблюдать права прибрежных стран. Любая страна мира имеет право на строительство трубопроводов и кабельных трасс по дну океана, а также проведение научно-исследовательской деятельности в открытых водах, если данная деятельность имеет мирные цели и не препятствует международной морской навигации.

Положения конвенции также регулируют некоторые другие особенности международного мореплавания, в частности — морскую навигацию в международных морских проливах. Проблема регулирования морской навигации в территориях международных проливов приобрела особую актуальность во времена Холодной войны. Основные морские державы, такие как СССР, США и Великобритания пытались обеспечить своим судам беспрепятственный проход через международные морские проливы. С другой стороны, страны граничащие с проливами, пытались пролоббировать такую концепцию, согласно которой они могли бы в любое время отказать в проходе через пролив тем судам, которые могут представлять какую-либо опасность. В числе таких стран были Испания и Марокко (Гибралтарский пролив), Турция (Босфор и Дарданеллы), Иран и Оман (Ормузский пролив), а также Индонезия и Малайзия (Малаккский пролив).

В рамках конвенции было найдено компромиссное решение, согласно которому было введено понятие «транзитного прохода». Сегодня в мире существуют 135 стратегических международных проливов шириной менее 24 миль (38.4 км), предусмотренных для беспрепятственного прохода морских судов всех стран мира. Все морские и воздушные судна имеют право прохода через данные проливы. Подводные лодки имеют право проплывать данные территории находясь под водой. В свою очередь, страны граничащие с международными проливами получили права разработки режима морского движения, а также права регулирования экологических стандартов и процесса добычи ресурсов в зоне проливов.

Сохранение живых ресурсов моря также является одной из основных составляющих конвенции. Хотя всем странам предоставляется право ведения рыбной ловли, конвенция обязывает страны сотрудничать друг с другом в области консервации и управления живыми морскими ресурсами. Все экипажи рыболовецких кораблей должны придерживаться обязательств взятых на себя их странами. Прибрежные страны, в свою очередь, обязаны обеспечить такие условия, при которых живые ресурсы в пределах специальных экономических зон не подвергнутся угрозе исчезновения.

Еще одной областью регулирования в рамках конвенции является проведение научно-исследовательских работ на море. Западные страны выступали за свободу проведения исследовательской деятельности с условием, что страны-исследователи будут обязаны уведомлять о цели своих исследований. Развивающиеся страны, напротив, выступали за такую систему, которая подразумевала бы получение формального разрешения у стран, в специальных экономических зонах которых должны проводиться исследования. К недовольству большинства развитых стран конвенция фактически защитила позицию развивающихся стран, так как согласно ее положениям, для проведения научно-исследовательской деятельности в специальных экономических зонах государств необходимо получать официальные разрешения. Тем не менее, после получения запроса о проведении исследовательской работы в ее морских территориях, страны не имеют права безосновательно откладывать свой ответ, а в случае отказа, обязаны аргументировать его. Для получения разрешения любые исследовательские работы должны носить исключительно мирный характер.

Очень болезненным оказалась проблема о добыче минеральных ресурсов с морского дна. Поиск ответа на простой вопрос: «Кто имеет право разработки морского дна с целью извлечения ресурсов?» занял много времени. Одна группа государств (в основном, индустриально развитых) настаивала, что данной деятельностью имеют право заниматься те страны, которые имеют для этого необходимые технические и экономические средства. Другая группа (прежде всего, развивающиеся страны) призывала к созданию международного режима, который следил бы за тем, чтобы часть доходов полученных от добычи ресурсов с морского дна, распределялась между наиболее нуждающимися странами. Согласно Конвенции, ресурсы, лежащие на дне открытого океана являются достоянием всего человечества, и ни одна страна не может претендовать на владение ими или какой-либо их части. Страны Запада усмотрели в вышеуказанном принципе проявление идеологии социализма и не спешили присоединяться к соглашению. В 1990 году Генеральный Секретарь ООН начал серию консультаций с заинтересованными странами относительно возможных изменений в конвенции, что, спустя четыре года, привело к подписанию соглашения, которое стало составной частью Конвенции по Морскому Праву. Индустриально развитые страны получили возможность блокировать принятие любого неугодного им решения, а корпорации, занимающиеся добычей минералов на морском дне, получили ряд финансовых послаблений.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru