Русская линия
Московский журнал01.09.2003 

О СУДЬБЕ СТУДИИ «МОСКОВСКИЙ ЭСТАМП»

Эстамп возник с появлением бумаги и благодаря относительной легкости и дешевизне тиражирования быстро завоевал популярность. В книге В. Масютина «Гравюра и литография», опубликованной в 1922 году издательством «Геликон», утверждается, что «гравюра обладает громадным богатством средств выражения: манерой, тоном, искусно найденной краской и хорошо подобранной бумагой. Средства гравюры не менее обширны, чем те, которыми обладает живопись».
Но если в Петербурге эстамп существует уже несколько веков, то в Москве к нему всерьез обратились лишь в начале прошлого столетия. Тем не менее он сразу стал здесь явлением самобытным и оригинальным, что позволяет говорить о наличии московской школы эстампа.
Предреволюционные годы ознаменовались большими успехами в области линогравюры, офорта, ксилографии. На выставках офорт обращал на себя не меньше внимания, чем картины известных живописцев. В советское время возник огромный эстампный цех на улице Вавилова при Комбинате графических искусств. Это означало, что на смену художнику пришел ремесленник, хотя бы и с высоким уровнем мастерства.
Цехом попытались заменить небольшие экспериментальные студии, как раз и являвшиеся средоточием развития гравюры. Но, несмотря на это, выжили и офортная студия им. И. И. Нивинского, и литографическая студия на Верхней Масловке. О том, что происходит ныне с одной из них, говорится в пришедшем на имя главного редактора «Московского журнала» письме.

«Уважаемая Анна Филипповна!

В субботу 12 июля с. г. состоялся безобразный по своей сути «захват» старинной Московской экспериментальной студии им. Игнатия Игнатьевича Нивинского. Эта знаменитая студия существует 69 лет как часть Московского Союза художников. Здание студии является памятником истории и культуры, что подтвердила экспертиза 1990 года. Оно является также мемориальным, так как было построено в 1912 году основателем студии, выдающимся русским графиком, монументалистом и театральным художником И. И. Нивинским.
Созданная им студия-мастерская стала впоследствии заметным культурным центром. В ней работали крупнейшие художники-графики XX века: И. И. Нивинский, В. А. Фаворский, Н. Я. Купре-янов, А. И. Кравченко, Д. И. Митрохин, П. В. Ми-турич, В. П. Бехтеев, В. А. Ватагин, Г. С. Верейский, Т. А. Маврина, П. И. Пискарев, Е. С. Тейс, Н. А. Шевердяев, Д. А. Шмаринов, Д. П. Штерен-берг, М. С. Радианов, В. Н. Вакидин, В. Н. Горяев, Г. Ф. Захаров, И. П. Обросов, А. В. Бородин, И. В. Голицын, Б. А. Мессерер, А. Г. Тышлер, В. А. Дувидов, В. А. Фролов и другие.
Студия стала славной школой для последующих поколений московских художников эстампа. В студии, помимо монографической коллекции самого Игн. Игн. Нивинского, включающей 28 живописных работ, 41 офорт, 99 рисунков, а также его архива и библиотеки, насчитывающей около 600 томов, хранится более 3000 оттисков выдающихся российских художников-графиков. Студия ведет большую творческую работу, организует выставки, вечера, семинары, занимается издательской деятельностью. Она представляет собой значительное и яркое явление современной московской художественной жизни.
Теперь к вопросу о «захвате» студии. В 1992 году она была соответственно оформлена на Московский Союз художников и через 9 лет, вместо того чтобы переоформить договор в связи с изменением законодательства, как это было сделано со всеми мастерскими художников, Департамент государственного муниципального имущества решил выставить студийцев на улицу, предоставив помещение ООО «ИТЕК». Студия оспорила это решение и выиграла последующие арбитражные суды. В результате 9 декабря 2002 года со студией был заключен договор, который подписал заместитель руководителя Департамента В. А. Еремеечев, однако этот документ до сих пор находится на регистрации в ДГМИ.
Но, несмотря на положительное решение нашего вопроса арбитражным судом, помещения студии все еще занимает названная фирма. Теперь более трехсот московских эстампистов, членов Московского Союза художников, лишены оборудованных мастерских и не могут вести работу в тонких и разнообразных графических техниках.
Через Ваш журнал обращаюсь к культурной общественности с призывом спасти центр московской графики.

Председатель правления
Отделения «Московский Эстамп» МСХ,
заслуженный художник РФ,
лауреат Премии Москвы
В. И. Павлов"

К сказанному в письме остается добавить, что дом-студия, ставший ныне яблоком раздора, построен И. И. Нивинским в 1912 году. После смерти художника в 1934 году в этом доме устроили Общественную мастерскую, которой решением Президиума правления МОСХа было присвоено имя И. И. Нивинского. Выполняя завещание мастера, его вдова, Эмилия Вацлавовна Ни-винская, передала Московскому Союзу художников библиотеку, коллекции и работы мужа, а также все оборудование студии, руководство которой она взяла на себя. Надо сказать, что еще при жизни Нивинского большую часть помещений в порядке обычного для тех времен уплотнения заселили жильцами, далекими от проблем искусства, и студии остались только половина мастерской и две маленькие комнаты на первом этаже. Но даже в этих условиях она переживала расцвет.
Эмилия Вацлавовна умерла в 1955 году, и студию возглавил Евгений Сергеевич Тейс, с чьим именем связан новый период ее деятельности.
В 1960-е годы в стране наблюдается небывалый интерес к эстампу. По инициативе студии и при непосредственном участии Е. С. Тейса возникли Дома творчества для графиков «Сенеж» и «Челюскинская», куда устремляются художники не только из Москвы и Ленинграда, но и с периферии. Студию в эти годы финансирует Художественный фонд, она соединяется с литографической студией на Верхней Масловке, а главное -в силу начавшегося процесса разуплотнения жильцы получают квартиры в других районах и художники вновь обретают все здание, построенное Нивинским.
После смерти Тейса в 1981 году студией управляет выборный совет. Ремонт, затеянный в доме Нивинского в начале 1980-х годов, обрек студию на несколько лет полупризрачного существования в соседнем здании, но в 1984 году он закончился. Очередной удар обрушился на студию в 1992 году, отмеченном ликвидацией Союза художников СССР, закрытием Дома творчества «Сенеж» и резким сокращением деятельности «Челюскинской». Однако студия не прекратила свое существование, ибо на ее основе было создано объединение «Московский эстамп». О его-то судьбе и идет речь в публикуемом нами обращении В. И. Павлова


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru