Русская линия
Московский журнал В. Перхавко01.08.2003 

«КУПЕЧЕСКИЙ» ПРЕДОК ЦАРЯ МИХАИЛА ФЕОДОРОВИЧА

В истории средневековой Руси нередки примеры проникновения богатейших купцов в среду аристократии, и судьба рода Ховриных-Головиных в этом смысле отнюдь не является исключением. Личность одного из первых представителей ховринской династии — Владимира Григорьевича — не раз привлекала внимание исследователей. Тем не менее его полная биография, при всем богатстве имеющихся письменных источников, до сих пор не составлена.
Родоначальник Ховриных, Степан Васильевич Комрин, грек по происхождению, перебрался в Московское княжество из Крыма. Он был торговцем, однако Родословная книга (Государев Родословец) XVI века предпочитает уважительно называть его князем. Не упоминает о торговых занятиях «князя Стефана Васильевича» и его потомок, внук Владимира Григорьевича Ховрина Иона Третьяков, составитель генеалогического древа этой семьи. Спорным остается вопрос о времени переселения в Москву крымского купца. Иона Третьяков предполагает, что это случилось либо при Великом князе Димитрии Донском, либо при его сыне и преемнике Василии Димитриевиче. В XIX веке у Головиных, происходивших от И. В. Головы-Ховрина, из поколения в поколение передавалось семейное предание, согласно которому Степан Васильевич Ховра приехал в Москву из Крыма в 1391 году, и Великий князь Василий Димитриевич благословил его иконой Владимирской Божи-ей Матери работы Андрея Рублева. В книге С. Б. Веселовского «Ономастикой» сын Степана Васильевича Григорий Степанович Ховра представлен частым гостем Москвы еще в первой половине XIV века. А согласно родословцу XVII века из Российского государственного архива древних актов, князь Стефан очутился в Москве лишь в 1403 году.
По мнению лингвистов, прозвище «Ховря» или «Ховра», означавшее неряшливый, неопрятный человек (отсюда — «хавронья»), происходит от уменьшительной формы женского имени Феврония, этимология которого точно не установлена. Впрочем, это прозвище связывают и с переселившимся в Крым византийским родом Гаврасовых армянского происхождения, чьи представители управляли княжеством Феодоро-Мангупа. В 1913 году при раскопках мангупской базилики обнаружились надписи с именами местных правителей второй половины XIV века — Василия и его сына Стефана. Некоторые исследователи полагают, что Стефан и был перебравшимся в Москву Степаном Васильевичем.
Крайне невероятно предположение о родстве последнего с византийской императорской династией Комнинов. Некоторое сходство этой знаменитой фамилии с прозвищем родоначальника Ховриных все же не делает менее убедительной версию, по которой Степан (Стефан) Васильевич происходил не из титулованной византийской аристократии, а из богатой купеческой среды. А известный ученый М. Н. Тихомиров и вовсе высказывал мнение, едва ли, впрочем, основательное, что род Ховриных вел происхождение не от легендарного греческого князя Стефана, а от московского купца XIV века Кузьмы Ковери (Коври), одного из десяти гостей-сурожан, согласно «Сказанию о Мамаевом побоище», взятых Великим князем Димитрием Ивановичем в поход против Мамая.
Итак, точно указать дату переезда Стефана Васильевича и его сына Григория Ховры из Крыма в Москву невозможно, однако есть все основания полагать, что это произошло в последнем десятилетии XIV века. К переселению их побудило, скорее всего, падение торгового значения Судака (Сурожа) после захвата его в 1365 году генуэзцами. Став москвичами, отец и сын, как и их ближайшие потомки, продолжали торговать с Крымом. Люди предприимчивые, они вкладывали накопленные капиталы, среди прочего, и в каменное строительство, выступая то в роли ктиторов, то в качестве заказчиков и даже строительных подрядчиков.
О связях Ховриных- Головиных с Симоновым монастырем свидетельствует запись на страницах Вкладной и Кормовой книги этой московской обители, дошедшей до нас в копии XIX века: «Григореи Ховра да жена его Агрепена начало учинили Симонову монастырю и церковь каменную болшую они воздвигли». Историки архитектуры относят строительство первого каменного собора Симонова монастыря к 1379−1405 годам. Строительная деятельность сына Григория и Агриппины, Владимира Григорьевича Ховрина, началась с домовой Воздвиженской церкви, освященной в 1440 году. Пять лет спустя она сгорела во время сильного московского пожара, а в 1450 году, как свидетельствует Ермолинская летопись, «Владимир Григорьевич Ховрин, гость да и болярин Великого князя, поставил пред своим двором церковь кирпичну Воздвижение честного креста». Это самое раннее свидетельство о применении кирпича в московском строительстве. В Софийской I летописи младшей редакции читаем: «Заложена бысть церкви камена на Москве во имя святого Воздвижения честнаго креста Господня, заложи ея гость Володимеръ Ховринъ и по-веле заложите около кирпичемъ, а изнутри белым каменем».
Если Ермолинская летопись называет В. Г. Ховрина гостем, то есть купцом, и вместе с тем и боярином, а Софийская — только гостем, то в одном из списков конца XVII века Ар-хангелогородского летописца (второй редакции общерусской Устюжской летописи начала XVI века) Владимир Григорьевич, не выходя из того же качества строителя домового храма, именуется, однако, уже великокняжеским казначеем: «Того же лета Володимер Ховрин Григорьевич, казначеи великого князя, поставил церковь кирпичну Воздвижение честнаго креста перед своим двором».
Семейство Ховриных активно строило в Москве и позднее. В. Г. Ховрин в 50−70-х годах XV века в Симоновой обители «поставил церковь кирпичную Преображение Спасово, да и в пределах собор Михаила да Николы Чудотворца с колокольницею и ограду кирпичную около монастыря сделал». Ховрины имели двор в Кремле и возводили для себя каменные палаты, что являлось большой редкостью в Москве того времени. В 1485 году «Дмит-рей Володимиров сын Ховрин полату кирпичну и ворота заложив и соверши», а на следующий год, по сообщению Львовской летописи, «Василеи Образец и Голова Володимеров сын заложиша полаты кирпичны». Как видим, В. Г. Ховрин стал фактически «пионером» кирпичного строительства в Москве.
В отличие от других именитых московских купцов, чьи дворы в конце XV века Великий князь Иван III перевел за пределы Кремля, обоярившийся род купцов Ховриных-Головиных сохранил там свои усадьбы. В духовной Ивана III упоминается «двор в городе за Головиною полатою».
30 апреля 1472 года по инициативе Московского митрополита Филиппа в Кремле торжественно заложили новый каменный Успенский собор. Руководить возведением храма было поручено Василию Дмитриевичу Ермолину (Дмитриеву) и Ивану Владимировичу Ховрину-Голове. Но вскоре они поссорились, и Ермолин, не поддержанный, видимо, ни митрополитом, ни Великим князем, вынужден был отказаться от выгодного и почетного заказа. Тут уместно заметить, что о привлечении Ермолина к работам говорится только в Ермолинской летописи, составленной, судя по всему, самим Ермолиным.
По известию Никоновской летописи, перед своей смертью в 1473 году митрополит Филипп поручил возглавить строительные работы И. В. Голове и В. Г. Ховрину: «Посем же начят о том же деле церковном приказывати Володимеру Григорьевичю и сыну его Ивану Голове». Этот Иван Голова, один из четырех сыновей В. Г. Ховрина, был крестником самого Великого князя Ивана III (по другой версии, его отца Василия II), что естественным образом открывало перед ним весьма широкие перспективы. Однако в данном случае И. В. Ховрина-Голову и его отца В. Г. Ховрина постигла неудача: недостроенный храм рухнул. Ховриным явно недоставало опыта и знаний для воплощения столь масштабного проекта, и Иван III, как известно, разочаровавшись в русских мастерах, нанял итальянца Аристотеля Фиораванти.
Великокняжеский боярин и казначей В. Г. Ховрин и его сыновья посылали своих доверенных людей торговать в Крым и Турцию. Получая огромную прибыль от торговых операций с южными странами, Ховрины, кроме всего прочего, занимались кредитованием феодальной аристократии. Только удельному князю Юрию Димитровскому В. Г. Ховрин дал в кредит 380 рублей с полтиной, а Андрею Васильевичу Вологодскому — 45 рублей.
В Вологодско-Пермской летописи под 1494 годом есть упоминание о том, что в октябре, направляясь в Новгород, Великий князь сделал первую остановку и «хлеба ел тогда князя у Ивана у Юрьевича на Любохорине, в Третьякове селе Володимерова». Составителем указателя к летописи Е. А. Юрчепко это село было идентифицировано с именем В. Г. Ховрина, хотя оно принадлежало уже его сыну Ивану Третьяку, а собственностью Ховри-ных стало, возможно, еще при жизни Григория Степановича Ховры. Они имели и другие земельные владения в Московском и Дмитровском уездах. Сохранилась, например, купчая грамота 1491−1492 годов на приобретение Димитрием Владимировичем Ховриным у гос-тя-сурожанина Ф. Д. Саларева деревни Красулинской в Подмосковье.
Как предположил М. Н. Тихомиров, гость В. Г. Ховрин получил боярский статус и стал великокняжеским казначеем, скорее всего, благодаря финансовым услугам, оказанным Василию II Темному во время войны с его родственниками — удельными князьями. Будучи боярином, Владимир Григорьевич ведал не только великокняжеской казной, но занимался и другими государственными делами. Не раз ему приходилось выступать в роли послуха (свидетеля) при заключении различного рода сделок — именно в этом качестве его имя значится в меновной вотчинника В. Т. Остеева (1458) и в купчей великокняжеского дьяка Степана Бородатого (1468−1478); им же подписана в период между 1470 и 1485 годами жалованная грамота Ивана III Ф. М. Киселеву на село Дуброву Муромского уезда.
В 1484 году в Москву из Сибири прибыл ко двору Ивана III посол Пыткей с просьбой отпустить попавших в плен к русским вогульских князьков — «Молдана с товарищы». По летописному известию, «князь Великий пожаловал тех князей полоненых, отпустил и в свою землю, да и Пыткея печалованием владыки Филофея да Володимера Григорьевича Ховрина». Это последнее письменное свидетельство, касающееся сорокалетней службы русскому государю потомка крымских купцов.
Достигнув преклонного возраста, Владимир Григорьевич удалился в Симонов монастырь, где принял постриг с именем Варфоломей и скончался около 1490 года. Инок Варфоломей значится первым в поминальных записях рода Владимира Ховрина в синодике Троице-Сергиева монастыря 1575 года, в синодиках Успенского собора и в поминальной книге Симонова монастыря.
Четыре сына В. Г. Ховрина носили одно имя — Иван, пятый именовался Димитрием. Их судьба представляет немалый интерес. Как записано в Родословной книге XVI века, второй по старшинству сын Иван Владимирович, носивший прозвище Хозюк, погиб в пути во время паломничества в Иерусалим: «Иван же бездетен, а убили его на поле татарова, ходил к Господню гробу». Старший же сын И. В. Голова-Ховрин женился на дочери князя Даниила Холмского — самого, пожалуй, прославленного московского полководца времен Ивана III, и положил начало ответвившейся династии Головиных. На склоне лет он постригся с именем Иосиф в Симоновом монастыре, которому пожертвовал щедрый вклад в виде нескольких икон с серебряными окладами и 20 рублей на отливку нового колокола. В XVI веке Головины по традиции занимали должность казначеев, но царствование Ивана IV, а затем Бориса Годунова обернулось для них опалой. Внук В.Г. Ховрина — «Иван Дмитреевичь Володимеров во иноцех Иосиф» — дал Симоновой обители «по своем отце Димитрие и по себе и по своих родителех в Юрьевском уезде, в Никольском стану, село Кузминское з деревнями». На поминовение «по Григорье по Ховре, да по жене Агрепене», а также «по Володимере Григорьевиче Ховрине» симоновские монахи получали большие вклады.
Дарья (Варвара) Ивановна, правнучка В. Г. Ховрина, вышедшая замуж за боярина Никиту Юрьева (Романова), приходится бабушкой Михаилу Феодоровичу — первому царю из династии Романовых. Ранее это родство оспаривалось, но теперь окончательно установлено в результате обнаружения точной даты ее смерти на надгробной плите, открытой недавно в Новоспасском монастыре: скончалась она в 1554 году, вскоре после рождения первенца — сына Феодора, впоследствии патриарха Московского и всея Руси Филарета, отца всенародно избранного царя Михаила.
Из весьма разросшегося рода Головиных вышло немало тех, кто оставил заметный след в истории России. Среди них и знаменитый сподвижник Петра Великого генерал-фельдмаршал Федор Алексеевич Головин (1650−1706), и председатель II Государственной Думы Федор Александрович Головин (1867−1937), и генерал, военный педагог Николай Николаевич Головин (1875−1944).


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru