Русская линия
Московский журналПротоиерей Алексий Бабурин,
Т. Махаева
01.07.2003 

СПАССКАЯ ЦЕРКОВЬ СЕЛА УСОВО

В селе Усово Одинцовского района Московской области сохранилась Спасская церковь, в конце 1930-х годов перестроенная под дачу. Жители села неоднократно поднимали вопрос о восстановлении церкви, но власти отвечали отказом, ссылаясь на отсутствие свидетельств о ее исторической и архитектурной ценности. На самом деле храм имеет интересную историю, тесно связанную с историей рода священника К. Г. Махаева, прослужившего здесь более 50 лет.
По преданию, название села произошло от фамилии знатного шляхтича Лаврентия Уса, которому подарил эти земли князь Василий Темный за помощь в борьбе за престол Московского княжества. После Смутного времени имение Усово было пожаловано царем Михаилом Федоровичем князю А. Ю. Сицкому. По документам за 1627 год в Усове значилась «церковь Всемилостивого Спаса Нерукотворного Образа да в приделе преподобного Михаила Мелеина да Федора Стратилата деревянные клетцки, да в церкви поп Прокофей Тимофеев».
В дальнейшем эта церковь упоминается в приходно-окладных книгах Патриаршего Казенного Приказа разных лет. Она относилась к Сетунскому стану Загородской десятины. Много средств на ее обустройство потратил генерал-аншеф М. А. Матюшкин. Благодаря ему в Усово в 1705 году была освящена новая деревянная церковь, на месте которой 60 лет спустя его сын, М. М. Матюшкин, построил уже каменную.
Во время Отечественной войны 1812 года усовский храм разграбили и осквернили французы — уцелели лишь три иконы: Спаса Нерукотворного Его Образа, Божией Матери Тихвинской и Боголюбская в серебряных киотах.
Священник К. Г. Махаев в своих записках рассказывает, что владевший селом с 1814 года Д. П. Рунич привел усовский храм в вид «благолепный и благоукрашенный». В 1820 году имение перешло к гвардии прапорщику А. П. Хрущеву, и этот «помещик добрый и сердечный устроил прекрасную придельную каменную церковь во имя Казанской Божией Матери с каменной колокольней, снабженною весьма приличным звоном, всех колоколов было семь, в большем из них 98 пудов».
Как видим, сведения об исторической и художественной ценности Спасского храма, вопреки мнению нынешних чиновников, имеются, более того, ему уделил внимание и такой знаток и тонкий исследователь русской старины, как А. Н. Греч. В книге «Венок усадьбам», написанной им в сталинских лагерях, он прекрасно обрисовал облик села Усово и Спасской церкви при Хрущевых. «Это было длинное одноэтажное деревянное здание с мезонином, — пишет Греч об усовской усадьбе. — Средние окна, разделенные пилястрами, окна с полуциркульными завершениями красиво и скромно разнообразили вытянутый фасад». Автор полагает, что возводил усадьбу архитектор А. Г. Григорьев, много потрудившийся для восстановления Москвы после ухода французов, и почти не сомневается в причастности последнего к перестройке церкви:
«Более старому сооружению середины ХVIII века он придал ампирный наряд, пристроив колонные портики, переделав наличники окон, украсив шейку граненого купола ионическими колоннами, придав кое-где стенам рустику. К этому массиву зодчий прибавил трапезную с типичными трехчастными окнами. Внутри церкви, в этой более новой ее части, был устроен над входными дверями в храм придел на полатях с двумя винтовыми лестницами по сторонам, придел, сохранивший исключительно стильный ампирный иконостас, темно-синий, с белыми деталями и золотыми украшениями. Лучшее же звено церкви, поистине исключительно удавшееся мастеру, это связанная с нею колокольня — высокий цилиндр, обведенный внизу колоннами, с прорезанными в нем полуциркульными окнами… Ярус звона помещается в своеобразной беседке-ротонде из четырех арок промеж сдвоенных ионических колонн. Выше — купол и типичный ампирный шпиль. Сочетание звучно оранжевой и ослепительно белой раскраски дает яркое и радостное архитектурное пятно на изумрудной траве спускающегося к Москве-реке луга, на который темно-зеленые тени бросают живописно раскинувшиеся по откосу березы».
Упадок села начался после 1861 года, когда крестьяне, получив волю, бросили хозяйство и отправились на заработки в город. Не найдя счастья на новом поприще, они вернулись в Усово, но застали его уже выморочным. Тогда-то и храм, величественный не по приходу, пришел в запустение.
В 1867 году император Александр II подарил подмосковные имения Ильинское и Усово своей супруге Марии Александровне. «С этих пор с. Усово и Усовский храм видят у себя царей, царственных лиц и высокопоставленных особ, митрополитов и викариев, не только кратко посещающих храм, но и службы выслушивающих», — вспоминает священник К. Г. Махаев.
Императрица, посетив Усово в 1869 году, была поражена плачевным состоянием храма и тотчас приказала его восстановить. Высочайшую волю не замедлили исполнить: к 1872 году церковь благолепно украсили и обнесли каменной оградой, а рядом возвели здание народной школы, впоследствии переведенной в разряд церковноприходских.
Не раз упоминавшийся в нашем очерке К. Е. Махаев был произведен в священники Спасской церкви села Усово викарием Московским Леонидом 2 сентября 1873 года. Годом раньше он, только что окончивший Московскую духовную семинарию, женился на Анне Ивановне Смирновой, дочери предыдущего усовского батюшки.
В 1882 году Усово переходит в собственность Великого князя Сергея Александровича, генерал-губернатора Москвы, чью жену Елизавету Федоровну называли ангелом-хранителем первопрестольной. Это ей Великий князь Константин Константинович Романов, писавший стихи под псевдонимом К. Р., посвятил проникновенные строки: «Какой-то кротости и грусти сокровенной в твоих очах таится глубина». Елизавета Федоровна много внимания уделяла усовскому храму. Приняв впоследствии мученическую кончину, она была причислена к лику святых Русской Православной Церкви. В соседнем с Усовом селе Ильинском в церкви Илии Пророка хранятся две иконы с частицами ее святых мощей.
Но вернемся к священнику Махаеву. С 1873 года он был законоучителем в усовской церковноприходской школе, а также преподавал Закон Божий в земской школе села Лайково. За честное служение награжден набедреником, фиолетовой Синодской скуфьей, тремя медалями. В 1912 году возведен в сан протоиерея. О том, как высоко духовное начальство ценило заслуги отца Константина, свидетельствует тот факт, что он был удостоен золотой митры и ордена св. Анны III степени, которым награждали за 20-летнюю усердную службу в качестве законоучителя народных школ. Прихожане в знак любви и признательности преподнесли своему батюшке золотой крест.
После революции в усовской усадьбе организовали дом отдыха. И хотя повсюду уже начинались притеснения духовенства, отдыхавшие в Усово «товарищи» уважали отца Константина за мудрость и честность. По семейному преданию, местные власти даже обещали ему покровительство до самой его смерти. В синодальном архиве недавно обнаружено датированное 1923 годом прошение прихожан села Усово на имя Патриарха Тихона «благословить нашего отца духовного носить при богослужении митру, так как он пятьдесят лет безвыходно прослужил при нашем беднейшем приходе, своим трудом обрабатывал землю… всегда был и есть пример нам». В числе подписавших — председатель Усовского сельского совета.
После смерти священника в 1932 году церковь закрыли. В 1940 году снесли колокольню и верхний купол. Убрали из ограды и надгробный памятник с могилы батюшки.
К. Г. Махаев имел пятерых сыновей. Все они получили духовное образование. Старший сын Сергей с 1900 года служил в московском храме Иверской иконы Божией Матери на Большой Полянке, являясь также законоучителем и духовником сестер милосердия Иверской общины, которую возглавляла Великая княгиня Елизавета Федоровна. Он опубликовал две книги о деяниях первых подвижниц милосердия, активно сотрудничал в Императорском Палестинском Обществе, удостоился многих наград за свои пастырские труды. После революции протоиерей Сергий Махаев служил в Богоявленском соборе города Ногинска, в ноябре 1937 года был арестован по обвинению в контрреволюционной агитации и в декабре расстрелян в Бутово. В наши дни он причислен к сонму священномучеников и исповедников Российских ХХ века. Уже подготовлено к публикации Житие отца Сергия, составленное священником храма Иверской иконы Божией Матери на Большой Полянке Г. Егоровым.
В том же 1937 году и там же, в Бутово, расстреляли псаломщика Александра Махаева. Еще один Махаев, Алексей, регент Ильинской церкви Звенигородского уезда, живший в отцовском доме в селе Усово, пропал без вести в начале 1940-х годов. Николай Махаев, учившийся в Московской духовной академии на одном курсе с Павлом Флоренским и окончивший ее со степенью кандидата богословия, написал в 1908 году книгу «Литургическая деятельность Геннадия, архиепископа Новгородского». Советом Академии книга была удостоена премии и до сих пор пользуется авторитетом у богословов. Накануне первой мировой войны Н. К. Махаев составил Систематический каталог Московской епархиальной библиотеки, экземпляр которого с автографом автора хранится в Российской Государственной библиотеке. Им опубликован также ряд книг по философии и педагогике. Николай Константинович преподавал русский язык и литературу в витебской семинарии и в школах Севастополя и Керчи, а в последние годы жизни, живя в Симферополе, исследовал и редактировал рукописи архиепископа Луки (Войно-Ясенецкого).


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru