Русская линия
Московский журнал Я. Белицкий01.07.2003 

МОСКОВСКИЕ ОКРЕСТНОСТИ

Многие подмосковные поселки, деревни и дачные местности, о которых рассказывалось под этой рубрикой в путеводителях конца XIX — начала XX века, давно стали неотъемлемой частью города. Сегодняшнему жителю столицы невозможно и представить, что еще для многих ныне живущих москвичей были когда-то обычным делом прогулки по лесным тропам Кунцева, Бирюлева, Сокольников, летний отдых на даче в Лосиноостровской.

Круг в Сокольниках
Так написано на обороте открытки, которой открывается этот раздел.
Круг — в начале XX века непременная принадлежность всех мест отдыха москвичей. Здесь устраивались танцы под оркестр, читальни, летние театры. Помните популярную песню на слова М. В. Исаковского: «Под этот вальс осенним днем ходили мы на круг"…

Богородская роща
«Село Богородское находится на реке Яузе, в 3-х верстах от Сокольнической заставы; известно как удобное дачное место, окруженное сосновой рощей» («Достопримечательности Москвы и ее окрестностей», 1896 год).
Как «удобное дачное место» рекомендовали Богородское и справочники 1920-х годов. Мало того, даже в послевоенное время москвичи, живущие в окрестностях завода «Богатырь», называя свой адрес, говорили: «Село Богородское», хотя тогда это уже был типичный фабричный район.

Коломенское
Оно давно уже в черте Москвы. А в конце XIX века путеводитель извещал: «Извозчик от Серпуховской заставы до Коломенского. Туда и обратно. 1 р. 25 к. — 2 р.» — немалые по тем временам деньги! Храм на открытке — церковь Вознесения, о которой
побывавший здесь когда-то композитор Г. Берлиоз написал:
«Ничто меня так не поразило в жизни, как памятник древнерусского зодчества в селе Коломенское… Я видел стремление ввысь, и я долго стоял ошеломленный».

Вешняки
Вешняки тоже давно уже находятся в черте Москвы. Они дали название одному из новых городских районов — Вешняки-Владычино. В разных книгах писали по-разному: где «Вешняки», а где «Вишняки», однако вишни здесь ни при чем — от весны, от вешнего солнышка взяли когда-то имя своему селу его жители — великокняжеские бортники (сборщики меда).

Поселки Новое и Старое Гиреево
Открытка, выпущенная в начале XX века, на все лады расхваливает «единственные в России благоустроенные поселки — Новое и Старое Гиреево». Тем, кто приобретет здесь участок, обещались все блага, вплоть до электрического освещения.
Уютные особняки, вроде этого, стояли когда-то там, где впоследствии пролегли Свободный, Федеративный и Окружной проспекты столицы. Многоэтажные дома ныне высятся на месте «большого леса, который доходит до Измайловского зверинца» (путеводитель по Москве 1926 года).

Николо-Угрешский монастырь
Основан в конце XIV века князем Димитрием Донским, останавливавшимся, по преданию, здесь со своими дружинами по пути на Куликово поле. «Угреша» — от старославянского «угреться», «успокоиться». Опять же, по преданию, принесли сюда князю наиденную в лесу икону Николая Чудотворца, и воскликнул он: «Угреешь ты меня своей милостью!»
Теперь к стенам обители вплотную подступают дома рабочего поселка Люберецкого района.

Малаховка
Это «спокойное местечко, полное тишины и уединения», как писали о нем справочники, с конца 1880-х годов быстро стало превращаться в один из самых оживленных дачных поселков: здесь пустили конку («по 10 копеек с персоны»), открыли множество торговых заведении, аптеку, зимний и летний театр, стадион, лодочную станцию…
И в 1926 году путеводитель разворачивает перед нами совершенно другую картину: «Малаховка — не тихий подмосковный дачный поселок, она скорее шумный, модный, импровизированный курорт».

Дача писателя Н. Д. Телешова
На многочисленных открытках, посвященных Малаховке, это имя встречается неоднократно: «Телешовское шоссе», «Телешовский сад», наконец — «Телешовская дача», в которой, как сообщал путеводитель 1926 года, «в настоящее время показательное советское хозяйство».
Николай Дмитриевич Телешов прожил в Малаховке долгие годы, принимая самое активное участие в открытии малаховской гимназии, строительстве театра, благоустройстве поселка и оставив о подмосковной дачной жизни колоритные воспоминания (в мемуарной книге «Записки писателя»).

Быково. Круг
И вновь на открытке — непременная принадлежность любого дачного места: круг с волейбольной сеткой, эстрадой и давно уже забытой детской забавой — «гигантскими шагами». На сей раз перед нами — старинное Быково.
Быково известно с XVIII века как вотчина начальника кремлевской «экспедиции строения» Измайлова. В начале XX века Быково славилось своей футбольной командой (футбол только начинал тогда у нас входить в моду). Журнал «К спорту!» в 1904 году поместил репортаж о победе «быковцев», одержанной в Сокольниках над местной командой: то был первый в Москве футбольный матч.

За Тверской заставой. Земская дорожка
В начале XX века многие жители Москвы и окрестностей пребывали в беспокойстве: в городе появились первые велосипедисты. Власти поспешили ввести деятельность Общества велосипедистов-любителей в строгие рамки: энтузиастам нового вида транспорта вменялось в обязанность «иметь номер на велосипеде и значок на головном уборе», а также воспрещалось ездить по тротуарам, аллеям и «всем вообще путям, назначенным для пешеходов».
Где же, спрашивается, тогда ездить? Естественно, по специально отведенной дорожке, которую и запечатлела открытка.

Фабрика Сиу
«Лучшая кондитерская фабрика и магазин А. Сиу, сбывающий свои фабрикаты по всем большим и малым городам империи. Годовой оборот слишком 300 000 рублей», — сообщал путеводитель по Москве 1881 года. Фирма Сиу была основана в 1855 году.
В 1924-м конфетная фабрика на бывшем Петербургском шоссе стала кондитерской фабрикой «Большевик» на Ленинградском шоссе. Даже еще не очень старые москвичи наверняка помнят распространявшиеся от нее дивные запахи…

Кутузовская изба в Филях
Именно здесь 1 сентября 1812 года решено было, чтобы сберечь армию, сдать Москву Наполеону без боя.
На открытке — акварель А. К. Саврасова, изображающая чертог военного совета в Филях таким, каким он был до 1869 года, когда изба сгорела дотла: сбежавшиеся мужики успели только вынести иконы да скамью, на которой сидели генералы. В 1877 году здесь построили другую мемориальную избу — ту же, да не ту…

Кунцево. Дача Солдатенкова
Козьма Терентьевич Солдатенков — купец, издатель, коллекционер. Его иждивением была открыта в Москве «солдатенковская» больница — ныне Боткинская. После смерти Козьмы Терентьевича городу отошли богатейшая библиотека и не менее богатая картинная галерея.
Об усадьбе Солдатенкова автор книги «Москва купеческая» Павел Бурышкин писал: «К. Т. Солдатенкову принадлежало весьма живописное подмосковное имение Кунцево. У К. Т. постоянно кто-нибудь гостил, а иные приезжали обедать из Москвы, благо это было недалеко».

Водоподъемные башни у Крестовской заставы
Башни так и назывались — Крестовскими, по Крестовской заставе (ныне — Рижская площадь). Возведены в 1892 году по проекту М. К. Гиппенера при реконструкции Мытищинского водопровода. Высота каждой достигала 40 м, диаметр — 20 м. Признаны
выдающимся инженерным сооружением своего времени.
В 1937 году была пущена Восточная водопроводная станция.
Крестовские башни утратили свое технологическое значение, и в 1940 году их снесли.

Останкино. Церковь
Заслоненная сегодня высокими домами, не сразу бросается в глаза останкинская усадьба князей Черкасских, а позже графов Шереметевых. Рядом с дворцом — церковь хаила Черкасского, каменных дел мастером Павлом Потехиным: самое старое сооружение усадьбы.
Как утверждалось в книге «Московские окрестности» (1877), «под церковью в подвале сохраняются мортиры весом в 5 пудов каждая».

Тексты к открыткам на цветной вкладке

Царицыно. Дворец

В 1775 году, приобретая подмосковную вотчину Черная грязь, Екатерина II решила построить здесь для себя дворец, и архитектор В. И. Баженов начал сооружение ансамбля на землях, которые отныне велено было называть Царицыным.
Императрица посетила Царицыно, когда здесь были уже возведены дворцы для нее и наследника Павла Петровича, корпуса для свиты, Оперный и Хлебный дом. Это посещение обернулось трагедией для архитектора. Трудно теперь сказать, что послужило причиной гнева Екатерины. Так или иначе, последовал приказ: срыть все до основания! Баженова отстранили, строительство продолжил М. Ф. Казаков, но в связи со скоропостижной смертью императрицы работы прекратились. Постепенно великолепный ансамбль превратился в руины…

Кузьминки. Дворец князя Голицына

«Барский дом, хотя и деревянный, существует более столетия… При доме обширный парк на 146 десятинах, три пруда» («Спутник москвича», 1890).
В усадьбе князей Голицыных в разные годы трудились такие выдающиеся архитекторы, как Доменико Жилярди, Афанасий Григорьев, Родион Казаков, Иван Еготов. До наших дней дожило немного шедевров этого дворцово-паркового ансамбля: Конный двор с великолепными конными статуями, музыкальный павильон, чугунная ограда. Долгие годы здесь располагалась Ветеринарная академия.

Петровский дворец близ Москвы

«Близ Москвы» — это в Петровском парке, «самом ближайшем и в недавнее еще время аристократическом месте летней жизни на дачах» (путеводитель 1896 года).
Петровский путевой (подъездной) дворец был построен в конце XVIII века М. Ф. Казаковым. Сюда в 1812 году бежал из горящей Москвы Наполеон. Парка давно уже нет: часть его пошла под городские улицы, часть — под сооруженный в 1928 году стадион «Динамо». А вот дворец уцелел.

Царский павильон на Воробьевых горах

«Кто хочет понять Россию, должен посмотреть [с Воробьевых гор] на Москву», — писал Антон Павлович Чехов. И жители первопрестольной охотно шли сюда, игнорируя предупреждение путеводителей, что «пешее восхождение возможно только для людей здоровых, способных сделать подъем на высокую гору, по крутым и неудобным тропинкам».
Царский павильон на Воробьевых горах был сооружен в 1896 году — к коронации Николая II. «Воробьевы горы, — гласит надпись на обороте открытки, — знамениты… по чудному и несравненному виду на колоссальный город. Не раз коронованные особы любовались здесь дивной панорамой».

Воробьевы горы. Ресторан Крынкина

Знаменит был в старой Москве этот ресторан. И не столько кухней или оркестром, сколько своим на редкость удачным местоположением: на самом гребне Воробьевых гор, откуда Москва открывалась как на ладони. Для желающих полюбоваться видами владелец заведения держал даже подзорную трубу.
После революции ресторан закрыли, организовав здесь одну из первых в городе районных библиотек («библиотека-читальня на Воробьевых горах, б. ресторан Крынкина»). Вскоре дом сгорел.
Лосиноостровская. Станция

Это давно уже один из районов Москвы. А ведь еще в 1926 году иллюстрированный путеводитель по Подмосковью настоятельно рекомендовал горожанам лосиноостровский «сосновый лес» как рай для легочных больных.
В 1904 году здесь началось бурное дачное строительство. Поселок быстро разрастался. С 1908 года стал даже издаваться местный журнал — «Лосиноостровский вестник», сообщавший об открытии публичной библиотеки, театра, музыкальных курсов, новых детских площадок.

Тайнинская

«По устным преданиям, страшно было это селение в XVI столетии при Грозном, там видны были следы Малюты, в берегах тамошнего пруда находились потайные глубокие землянки, там изрекались смертные приговоры» («Окрестности Москвы», 1877).
К началу ХХ века когда-то «страшное селение» становится все более популярным дачным местом, и путеводитель «Окрестности Москвы» 1902 года уже не пугает мрачным прошлым Тайнинки, а рисует ее светлое настоящее: «Дачи здесь недорогие, большею частью избы; из города ходят разнощики; воздух чистый, здоровый, прекрасное купанье».

Клязьма. Церковь и училище

Клязьма — дачный поселок по Ярославской железной дороге. Местные краеведы считают датой его возникновения 1840 год, когда выпускники Петербургской земледельческой школы организовали здесь образцовое хозяйство, которое окрестные жители назвали «Хутором».
На открытке, выпущенной в 1912 году, — недавно перед тем построенная церковь. После революции ее отдали под школу, сняв, как водится, кресты и купола…


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru