Русская линия
Московский журнал Калина Канева01.09.2000 

Кристо Раковский и Игнатьевы
Сан-Стефанский мирный договор, принесший Болгарии свободу, подписал граф Н.П.Игнатьев (1832 — 1908). Рассказ о фотоэкспозиции в Российском культурно-информационном центре в Софии к 90-летию со дня смерти видного русского дипломата.

Вечером воспоминаний и фотовыставкой в Российском культурно-информационном центре софийская общественность отметила 90-летие со дня смерти видного русского дипломата графа Николая Павловича Игнатьева (1832 — 1908). Именно он скрепил своей подписью Сан-Стефанский мирный договор, принесший Болгарии свободу.
Фотоэкспозиция насчитывала более 200 фотографий, большая часть которых демонстрировалась впервые. Рассказывает ее автор — журналистка Калина Канева.

Я собираю эту коллекцию более 30 лет. Началось все с портрета супруги графа Игнатьева Екатерины Леонидовны, увиденного мной в доме ее сына Николая Николаевича в Софии. Когда-то, будучи молодой учительницей 6-й софийской школы имени графа Игнатьева, я вместе с учениками пришла поздравить его с 3 Марта1. «Моя мать сделала для освобождения Болгарии не менее моего отца», — сказал Николай Николаевич. Образ Е.Л.Игнатьевой (урожденной Голицыной) запал в душу, захотелось узнать об Игнатьевых побольше. Долгие поиски, встречи с людьми приносили все новые открытия. Так в игнатьевскую тему однажды вплелось имя Кристо Раковского.
Болгарский дипломат Димитр Йоцов, в 1909 году посетивший имение графа Игнатьева в селе Круподерницы под Винницей, в своей книге «Граф Игнатьев и наше освобождение» (София, 1939) упоминает «болгарский уголок» в его доме: шкаф, где хранились черновики проектов Сан-Стефанского договора, ручка, которой Игнатьев этот договор подписал… Все это графиня Игнатьева обещала передать Болгарии.
Екатерина Леонидовна Игнатьева — правнучка фельдмаршала Кутузова, высокообразованная женщина, активно участвовавшая в деле освобождения Болгарии, — умерла в мае 1917 года. В 1912 году она подарила софийской школе имени графа Игнатьева его портрет (по мнению специалистов, кисти Репина), который был реставрирован художником Михаилом Малецким и до настоящего времени хранится в 6-й школе. А игнатьевский архив? Где и в каком состоянии он находится? Выполнила ли графиня свое обещание?
Эти вопросы привели меня в Круподерницы, к гранитной гробнице человека, страдавшего «болгарской лихорадкой», как иронизировали его противники.
Накануне революции сыновья графа Игнатьева Николай и Леонид имели большие офицерские чины, Алексей был киевским генерал-губернатором, Павел — министром просвещения в последнем царском правительстве. Потомков графа, оставшихся после революции на Украине, арестовали, но потом отношение к ним вдруг изменилось: их освободили, дав одним возможность вступить в Красную Армию, а другим — эмигрировать. Известный канадский дипломат и ученый профессор Джордж Игнатьев подчеркивал, что его отец Павел Николаевич был освобожден советской властью и беспрепятственно уехал вместе с семейством в Англию2.
Что касается игнатьевского архива, то, по словам живущих сегодня на Украине потомков графа, в имение прибыла комиссия и нагрузила ценностями целый вагон, якобы затем разграбленный по пути. Они были убеждены, что архив безвозвратно утрачен. Однако, как выяснилось, он уцелел и находится в Государственном архиве Российской Федерации3.
Чем же объяснить, что во времена «красного террора» рабоче-крестьянская власть не тронула потомков царского генерала и к тому же сберегла его архив? Дело в том, что тогда председателем Совета Народных Комиссаров Украины был болгарин Кристо Раковский. Для болгарина же имя «Игнатьев» имеет особый смысл. Кристо Раковский отмечал в своей автобиографии, что его любовь к России была связана с русско-турецкой войной 1877 — 1878 годов. Председатель Совнаркома Украины намеревался даже опубликовать книгу «Россия на Востоке» и написать труд о русско-турецкой освободительной войне. Вряд ли можно сомневаться: спасение потомков графа Игнатьева и его архива — дело рук Кристо Раковского.
Позже судьба еще раз свела Раковского с представителем рода Игнатьевых. Племянника русского дипломата Алексея Алексеевича Игнатьева революция застала во Франции, где он был военным агентом. До этого из России на его имя перечислили огромную сумму для закупки самолетов и снарядов. При помощи Кристо Раковского, в то время посланника в Лондоне, а после признания СССР Францией (1925) — в Париже, А.А.Игнатьев смог сохранить деньги от посягательств белоэмигрантов и французских властей и передать их Советской России. После возвращения на родину Алексей Игнатьев служил в Советской Армии, стал генералом, издал мемуары «Пятьдесят лет в строю». В Российском государственном архиве литературы и искусства я видела написанный им сценарий художественного фильма о генерале Скобелеве.
Своими догадками я поделилась с племянником Кристо Раковского Христианом. «Вполне правдоподобно, — ответил он. — Знаете ли, когда полковник Пушкин, сын поэта, брал со своим полком город Котел, кто поднес ему ключи? Пятилетний Кристо Раковский».
София

Перевод с болгарского и примечания В.М.Хевролиной


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru

Икеа интернет магазин москва, каталог товаров икеа http://www.sweden-style.ru.