Русская линия
Московский журнал Н. Вехов01.02.2002 

АРХАНГЕЛЬСКИЙ МУЗЕЙ СТАРИННЫХ СЕВЕРНЫХ ПРОМЫСЛОВ

Северный край — эта издревле русская земля — не может не быть дорог всякому русскому. Он связан с остальной Россией самыми знаменательными страницами истории ее развития и представляет свидетельство поразительной мощи русского народа.С.Ю.Витте28 января 1906 года в Архангельске открылся Рыбопромышленный музей Крайнего Севера1. За прошедшие 95 лет аналогов этому давно несуществующему музею так и не появилось. Его экспозиция? вживую? представляла все стороны промысловой деятельности поморского населения Архангельской губернии — уникальной исторической общности людей, формировавшейся в течение нескольких столетий и просуществовавшей до конца 1920-х годов. Инициатором создания и первым директором музея был известный отечественный исследователь рыбных промыслов Севера и Сибири ихтиолог Николай Аркадьевич Варпаховский (1862−1909), много сделавший для развития российского рыболовства и речного судоходства. Он входил в число организаторов Всероссийской рыбопромышленной выставки в Санкт-Петербурге (1889), разрабатывал проект устройства специализированных рыбацких школ, в течение трех лет редактировал журнал? Известия Архангельского отделения Императорского общества судоходства?. В 1899 году Н.А.Варпаховского назначили на должность заведующего рыбными и зверовыми промыслами Архангельской губернии, которую он занимал до своей кончины2. Преемником Н.А.Варпаховского в этой должности, а также на посту директора Рыбопромышленного музея стал Нестор Александрович Смирнов — тогда еще молодой человек, только начинающий свою научную и творческую карьеру, впоследствии — виднейший специалист по морским промысловым животным и знаток отечественного зверобойного промысла. Выделенное под музей городской администрацией здание представляло собой деревянный двухэтажный жилой дом на углу Вологодской улицы и Троицкого проспекта, конфискованный казной за неуплату частными владельцами долгов. Он не сохранился. Сейчас на этом месте высятся безликие пятиэтажки. С апреля 1906 года в? Архангельских губернских ведомостях? регулярно печатались объявления о том, что музей? открыт для бесплатного посещения публикой ежедневно с 11 часов утра до 2 часов дня. Объяснения коллекций по воскресным и праздничным дням?. Штат состоял всего из трех человек — директора, библиотекаря и сторожа. При этом здесь велась серьезная научная работа. В поисках экспонатов директор и добровольные помощники объездили всю Архангельскую губернию — необъятный край, раскинувшийся от границ Норвегии до Урала3. Экспозиция состояла из нескольких разделов. Один из самых обширных был посвящен поморским судам. Вдоль стен на стойках и столах располагались их модели, над моделями висели чертежи и фотографии, здесь же посетителям демонстрировались образцы оснастки, навигационные приборы, диаграммы глубин и морские карты Белого и Баренцева морей. История судостроения в Поморье насчитывает несколько столетий. По статистическим данным второй половины XIX века, оно процветало на всех поморских берегах, за исключением Летнего и Онежского. Главные верфи располагались на крупных реках в Ваческой (села Кушрека, Унежма, Малошуйка, Нименга и Ворзогоры) и Сорокской (села Выгостров, Шуя и Колежма) волостях. Славились своим искусством мастера-карелы из села Подужемье около Кеми. На Карельском и Кандалакшском берегах в этом смысле можно назвать Поньгомскую, Керетскую и Ковдскую волости, на Терском берегу — деревню Оленица, села Умба и Варзуга. Стоимость морских судов с оснасткой была очень высокой. Так, на Поморском берегу в 1875 году шхуна стоила до 10 тысяч, лодья — до 4 тысяч, а клипер — до 2 тысяч рублей4. Следующий раздел представлял модели и оригиналы орудий морских и речных рыбных промыслов. Цветные гравюры, изображавшие всевозможные снасти, были выполнены во второй половине XIX века по материалам, собранным известнейшим российским специалистом по рыбному хозяйству Николаем Яковлевичем Данилевским. Раздел давал довольно полное представление об уникальной технике поморского рыболовства. Одним из самых старых и распространенных в Поморье видов рыбного промысла был семужий, что обусловливалось высокой продажной стоимостью семги. Будучи прибрежным, семужий промысел возникал практически одновременно с образованием поселений и быстро становился основным занятием жителей. Монастырским хозяйствам именно семга приносила большую часть дохода. В коллекции музея можно было видеть модели уникальных приспособлений для вылова семги — ?заборов? из деревянных кольев, переплетенных ветками и сетями. Этими сооружениями перегораживали реки. Самым большим в Поморье считался? забор? на реке Онеге, в 18 километрах от устья: его длина составляла 760 метров. Экспонировались также различные ставные и закидные сети, тяглые и крючковые снасти, нерши (вид мережи), верши для ловли миног, остроги для? лучения? рыбы ночью, переметы, донные удочки, блесны и так далее5. Наряду с семужьим важнейшее значение для экономики края имел тресковый промысел. Если в XVI веке его средоточием являлось западное побережье Кольского полуострова, то к концу XVII века центр добычи переместился на восточное побережье (?Восточный Мурман?). В XVII—XVIII вв.еках тресковый мурманский промысел почти целиком переходит в руки промышленников Поморского берега, где к XIX веку становится главной отраслью хозяйства6. В музее широко демонстрировались орудия этого вида деятельности поморского населения — крючки, снасти для ловли (поддев, ярус) и вытаскивания (багры-ляпы) трески в лодку или на палубу промыслового судна, разделочные ножи. Рядом — образцы одежды рыбопромысловиков, в основном оригиналы. Диаграммы на стенах отражали динамику добычи рыбы и доходов от ее реализации на русском Севере в течение последних десятилетий. Наважий и сельдяной промыслы также были представлены в музейной коллекции. Композиция, состоявшая из кережи (небольшого деревянного приспособления в виде корыта на санях), от которой кожаная постромка шла к чучелу собаки, иллюстрировала способ транспортировки мороженой наваги от лунок на льдинах. Среди экспонатов имелись и? женские? орудия подледного лова наваги — крючковая снасть. Что касается сельди, здесь были выставлены? сельдяной грохот?, самодельные? топилки-грузилки? для очистки лунок ото льда, специальные лопаты для выгребания льда из прорубей перед установкой сетей. Часть экспозиции посвящалась технологии изготовления рыбной тары — бочонков; в центре возвышалась модель сельдяной коптилки. К числу древнейших и своеобразнейших промыслов на побережье Белого моря относились солеварение и добыча жемчуга. К середине XIX столетия они уже числились в разряде экзотических, успев, однако, сыграть существенную роль в экономическом развитии Поморья. В XIV—XV вв.еках поморские волости были в числе немногих районов Руси, где добывали соль. С XVI века соль из посадов Летнего берега (Неноксы, Уны и Луды) над названием? поморянка? практически неизменно фигурирует в таможенных грамотах. В XVI—XVIII вв.еках вываркой соли из морской воды занимались почти повсеместно на Зимнем, Онежском, Поморском, Карельском и Терском берегах. Центром же солеварения являлась посадская часть Летнего берега — здесь действовало до 100 варниц, принадлежащих крестьянам и монастырям. До конца XIX века выварка соли в Поморье производилась в основном старинным дедовским способом; в результате соль получалась низкого качества, утрачивая спрос на внешнем и внутреннем рынках. Тем не менее на Летнем берегу, где значительная часть населения состояла в? Обществе солепромышленников Ненокского посада Архангельской губернии?, а также на Поморском и Карельском берегах промысел продолжал существовать: поморы вываривали соль для себя или для отправки на Шунгскую ярмарку, где ее скупали оптовые торговцы из Олонецкой и Вологодской губерний7. На музейных стендах в стеклянных банках стояли образцы? соли для засола рыбы?, доставленные? г. П. Лапиным? с Ненокских солеварен. Жемчуг в XV—XVI вв.еках добывался в реках, впадающих в Белое море на Поморском, Карельском и Терском берегах. Однако этот промысел большого размаха не получил, им занимались, как правило, старатели-одиночки. В XIX — начале ХХ века кустарная добыча жемчуга в Онежском и Кемском уездах осуществлялась преимущественно карелами и пришлыми финнами. Из поморов лишь единицы решались попытать? жемчужного? счастья. Необработанный жемчуг сбывался русским скупщикам, отвозившим его на Шунгскую ярмарку, либо коробейникам из Финляндии. Кроме того, жемчугом отделывалась поморская народная одежда, головные уборы, из него изготовляли серьги, ожерелья, пуговицы и другие украшения8. В музее экспонировались невода, сачки и крючки для сбора жемчужниц, заспиртованные жемчужные раковины, а также модель оригинальнейшего поискового плота с? подводным глазом? (берестяной трубой) посередине, через который сборщики исследовали речное дно. Имелись и образцы жемчуга, хранившиеся, ввиду их высокой ценности, в закрытом помещении. За разделами, посвященными судостроению, рыболовству, солеварению и сбору жемчуга, следовал не менее обширный, знакомящий посетителей с жизнью поморских зверобоев. Охота на морского зверя оформилась в промысел уже на самых ранних этапах заселения Поморья русскими. В XVII веке наиболее бурно развивалась добыча моржа у Шпицбергена и Новой Земли. Ее вели крупные судовладельцы — архангельские купцы Амосовы, Плотниковы, Оконнишников, Ступачев и другие, Холмогорский архиерейский дом, Выгоренское старообрядческое общежительство (?Поморское согласие?). Со второй половины XIX века появился спрос на сало и кожи беломорского тюленя. Средоточием тюленьего промысла стали селения северо-западной части Зимнего берега, расположенные недалеко как от мест массового скопления зверя (горло Белого моря, Мезенский и Конушинский заливы), так и от рынков сбыта (Архангельск и Мезень). На Терском берегу тюлений промысел получил название? торосовый?9.Экспозицию зверобойного раздела открывала гарпунная пушка, доставленная из города Александровска-на-Мурмане. Дальше следовали приспособления для разделки китовых и моржовых туш, амуниция и спасательные средства зверопромышленников. Главное же — превосходно выполненные чучела промысловых животных. Для полноты картины следует отметить, что, кроме демонстрационных залов, музей имел обширную научную библиотеку-читальню, фототеку с фотокомнатой, солидно оборудованные лаборатории…На рубеже 1910−1920-х годов Архангельск оказался одним из котлов, в котором бурно кипели российские военно-политические страсти. В городе размещалось то правительство Северной области, то правительство Н.В.Чайковского, его наводняли иностранные войска и толпы беженцев, стремящихся покинуть Россию на пароходах. Власть постоянно менялась. В этой неразберихе никому не было дела до какого-то там Рыбопромышленного музея. Он попросту исчез — и здание, и фонды…1Северный календарь-ежегодник на 1920 (високосный) год. Архангельск, 1920. С. 3.2Варпаховский Н.А. Краткий обзор Всероссийской рыбопромышленной выставки в Санкт-Петербурге. 12 февраля 1889 г. СПб., 1889. С. 1−14; Варпаховский Н.А. Краткий обзор астраханских рыбных промыслов. Астрахань, 1891. С. 1−37; О рыбацких школах для нашего Севера. Доклад Н.А.Варпаховского. 15 ноября 1896 года // Труды Санкт-Петербургского отделения Императорского общества для содействия русскому торговому мореходству. СПб., 1897. С. 1−71; Варпаховский Н.А. Рыболовство в бассейне реки Оби. СПб., 1898. С. 1−143; Рыбный промысел Архангельской губернии в 1899 году. Отчет Н.А.Варпаховского, заведующего рыбными и морскими промыслами Архангельской губернии. Министерство земледелия и государственных имуществ. Департамент земледелия. СПб., 1902. С. 1−68; Попов А. Периодическая печать в Архангельске. Архангельск, 1914. С. 12−13.3Врадий В.П. Рыбопромышленный музей Крайнего Севера. Архангельск, 1910. С. 3−34.4Статистическое описание сельского населения и его промышленности в Архангельской губернии. Архангельск, 1874. С. 187−189.5Якобсон Р.П. Статистико-экономическое обследование морского побережья и рыболовных угодий на Онежской губе между г. Кемью и Онегой и Онежского закола в 1911 г. // Материалы к познанию рыболовства в России. СПб., 1913. Т. 2. Вып. 5. С. 27, 55; Якобсон Р.П. Отчет по обследованию бассейна Северной Двины в 1913—1914 гг. // Материалы к познанию рыболовства в России. Пг., 1915. Т. 4. Вып. 8. С. 31. 6Государственный архив Архангельской области (ГААО). Ф. 1, оп. 1, д. 529-Н, л. 13,18,21,24,35,60,63,80.7Путеводитель по северу России (Архангельск. Белое море. Соловецкий монастырь. Мурманский берег. Новая Земля. Печора). Составлен Д.Н.Островским. СПб., 1898. С. 49. Материалы для географии и статистики России, собранные офицерами Генерального штаба. Т. 1. Архангельская губерния. Составлены Генерального штаба капитаном Н.Козловым. СПб., 1865. С. 185.8Ефименко П.С. Материалы по этнографии русского населения Архангельской губернии. М., 1877. Вып. 1. С. 11−12.9ГААО. Ф. 4, оп. 9, д. 70,75,86, л. 10,19,27,37,39,48−55 и др.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru

Коттеджный поселок Уварово Парк на Калужском, Киевском шоссе.