Русская линия
Московский журнал Г. Удинцев01.12.2002 

ПЕРВООТКРЫВАТЕЛЯМ АНТАРКТИДЫ

>Несколько дней шторм не позволял нам высадиться на остров Петра I, затерянный в южной части Тихого океана. Он был открыт в 1820 году первой российской антарктической экспедицией Ф.Ф.Беллинсгаузена и М.П.Лазарева на шлюпах? Восток? и? Мирный? (1819−1821), организованной по инициативе морского министра России маркиза Ивана Ивановича (Жана Батиста) Траверсе. Теперь эта часть океана именуется Море Беллинсгаузена. Исследовательское судно Института геохимии и аналитической химии имени В.И.Вернадского ?Академик Борис Петров? ведет здесь работы по российско-германскому проекту? Геодинамика Западной Антарктики?. Они начались зимой 1994/1995 года и продолжились зимой 1997/1998 года (летние сезоны Южного полушария). Во время обоих плаваний нам постоянно встречались следы экспедиции Беллинсгаузена-Лазарева — русские названия островов. Например, архипелаг Траверсе в составе Южно-Сандвичевой островной дуги.

Траверсе… Об этом адмирале русской службы, ревностном патриоте России в отечественных источниках сведений на удивление мало. Вероятно, не последнюю роль здесь сыграла политизация официальной истории. Известно, как идеализировали в советское время образы декабристов. Так вот, двое из них — Штейнгель и Завалишин — отзывались о Траверсе крайне резко: ярый монархист, реакционер и так далее. Для советской историографии этого оказалось достаточно, чтобы практически перестать упоминать имя? русского маркиза? — по крайней мере, в положительном ключе. А между тем…

Жан Батист Траверсе родился в 1754 году на острове Мартиника (владение Франции) в семье морского офицера. Последовав семейной традиции, он начал боевую службу на кораблях французского флота двенадцатилетним гардемарином, был героем множества морских сражений; к началу Французской революции в звании капитана первого ранга командовал фрегатом и носил на своем мундире высший французский и американский ордена (последний — за участие в антибританской кампании у берегов Северной Америки).

Революция принесла с собой террор, насилие, расправы матросни с флотскими офицерами и адмиралами. Жан Батист уехал в отпуск в Швейцарию, где получил приглашение российской императрицы Екатерины II поступить на русскую службу. Маркиз Траверсе приглашение принял. С тех пор началось его поистине беззаветное служение России. При Екатерине он в чине генерал-майора командовал Галерным флотом на Балтике, при Павле, повысившем его до вице-адмирала, сражался против англо-шведского флота, при Александре I в течение семи лет командовал Черноморским флотом. В 1811 году, перейдя уже в русское подданство и отказавшись от весьма лестного приглашения Наполеона вернуться на родину и принять командование флотом Франции, Иван Иванович Траверсе становится военно-морским министром России — третьим по счету после адмиралов Мордвинова и Чичагова.

После заключения Тильзитского мира маркиз Траверсе обеспечивал на Балтике континентальную блокаду Англии; с началом Отечественной войны 1812 года силами Балтийского флота и спешенного Гвардейского экипажа — оборону портов Финского залива и Санкт-Петербурга от французских кораблей и франко-прусских сухопутных сил; одновременно его флотские экипажи геройски сражались под Полоцком, Смоленском, при Бородине. После отступления французской армии из России наши моряки действуют в Северном море совместно с англичанами вплоть до окончательного поражения Наполеона, которое Александр I отмечает рядом награждений. Маркизу Траверсе предлагается княжеский титул. Он отказывается, желая сохранить за своими потомками титул родовой.

Затем начинается эпоха грандиозных морских кругосветных экспедиций, прославивших русский флот. В 1819 году И.И.Траверсе отправляет в плавание Ф.Ф.Беллинсгаузена и М.П.Лазарева на поиски неведомого континента — Антарктиды. В числе напутствий министра была инструкция: давать вновь открываемым землям названия, увековечивающие героев и места недавних битв с Наполеоном (в известной мере то была реакция русского министра на стремление англичан приписать славу разгрома наполеоновских армий исключительно себе, игнорируя при этом подвиг России в Отечественной войне 1812 года). Так на картах Южного полушария появились острова Березина, Смоленск, Бородино, Малоярославец… (Впрочем, со временем на картах Британского Адмиралтейства и последовавших примеру Англии других западных стран составители заменили большую часть этих названий английскими.)


+ + +

К вечеру 6 февраля 1998 года мы закончили работы на последнем галсе полигонной съемки и повернули к острову Петра I, чтобы утром следующего дня быть на рейде против мыса Михайлова, названного в честь художника экспедиции Беллинсгаузена и Лазарева, который запечатлел в серии акварельных зарисовок многие эпизоды их славного плавания. К востоку от нас тянулась вереница гонимых штормом огромных айсбергов, оторвавшихся от края ледового щита на побережье Земли Александра I.

7 февраля наконец выглянуло солнце. Быстрая высадка вертолетом на крохотный скалистый пятачок мыса Михайлова для демонтажа установленной там ранее геофизической и геодезической аппаратуры, прощание с компанией вездесущих пингвинов. На судне находится Мадлен Шатене дю Траверсе — правнучатая племянница адмирала Траверсе, автор недавно вышедшей во Франции книги о своем двоюродном прадеде? Traversay. Un Francais, ministre de la Marine des Tsars?. Я познакомился с ней год назад в Париже. Обаятельная, живая, подвижная, энергичная, Мадлен мгновенно располагала к себе. Работая над книгой, она к тому времени уже несколько раз побывала в России, встречалась с руководством Главного управления навигации и океанографии МО РФ, сотрудниками Института Арктики и Антарктики, собирала материалы о своем предке в архиве русского флота.

Рассказывая Мадлен о наших работах в антарктических морях, я почувствовал ее волнение, увидел загоревшиеся глаза и услышал без обиняков заданный вопрос: ?А можно мне с вами? И тут выяснилось, что она давно мечтает установить на одном из тамошних островов мемориальную доску с именами участников открытия Антарктиды — Траверсе, Беллинсгаузена и Лазарева. ?Почему бы и нет, — отвечал я. — Кстати, скоро предстоит очередное плавание исследовательского судна? Академик Борис Петров?. Я передам Вашу просьбу директору института академику Эрику Михайловичу Галимову. Уверен, он поддержит это благородное начинание. А где именно Вы хотели бы установить мемориальную доску? — ?На острове Завадовского — он первый был открыт Беллинсгаузеном и Лазаревым при подходе к Антарктике?. — ?Но тогда Вам потребуется разрешение Британского правительства — остров-то принадлежит Англии…?

Все устроилось быстро и наилучшим образом: просьбу Мадлен встретили с пониманием как Э.М.Галимов, так и английские власти. В конце 1997 года по пути в чилийский порт Ушуаю, где мне предстояло прибыть на борт? Академика Бориса Петрова?, я остановился на день в Париже. Мадлен уже успела приготовить бронзовую мемориальную доску. 15 декабря в присутствии посла России во Франции Ю.А.Рыжова этот памятный знак с надписью на трех языках — французском, русском и английском — был освящен епископом Корсунским Гурием, благословившим экспедицию и планирующуюся в ее ходе мемориальную акцию.

В Ушуаю к назначенному сроку я опоздал. Пришлось догонять? Академика Бориса Петрова? и Мадлен, находившуюся на его борту. Рандеву состоялось уже в Антарктике 17 января 1998 года на рейде острова Березина (англичане — ох уж эти геополитические страсти! — переименовали его в Гринвич).


+ + +

От острова Петра I наш путь лежит к берегам Антарктического полуострова, к Южно-Шетландским и Южно-Сандвичевым островам. Там ждут разбросанные месяц назад по геодезическим станциям немецкие наблюдатели, которых нужно доставить в Ушуаю. А перед этим нам предстоит выполнить волнующую и совершенно не? научную? миссию — установить на острове Завадовского памятный знак русским морякам — открывателям Антарктиды. Все участники экспедиции — и не только русские — воодушевлены и стараются помочь, чем только можно. Судовые механики сооружают стальной каркас и укрепляют на нем мемориальную доску. Пилот вертолета Юрген доставил на борт с материкового побережья Антарктического полуострова глыбу гранито-гнейса, чтобы памятник получился именно? антарктическим?: ведь остров Завадовского представляет собой базальтовый вулкан скорее океанического, чем континентального типа. Само собой разумеется, что душа всего дела — Мадлен Шатене дю Траверсе.


+ + +

Мы достигаем Южно-Сандвичевых островов 18 февраля. Самый крайний из них — остров Кука. Впервые его, в окружении льдов и туманов, увидел в феврале 1775 года прославленный мореплаватель Джеймс Кук. Англичанин, правда, счел остров одним из мысов неизвестной земли, названной им Землей Сандвича и нанесенной на карту лишь приблизительно. Кук нарек? мыс? Южная Туле по аналогии с легендарной крайней северной землей в географии древних римлян — Ultima Thule — и уверенно написал в своем отчете Адмиралтейству: пройти далее Земли Сандвича к югу невозможно. Оказалось — возможно. Русская экспедиция установила, что Земля Сандвича в действительности представляет собой островную гряду. Беллинсгаузен назвал эти острова Южно-Сандвичевыми, а группу самых северных островов в составе гряды — архипелагом Траверсе. Обнаружив, что Южная Туле состоит из трех островов, он самому крупному из них дал имя капитана Кука: русские моряки всегда чтили чужую доблесть и чужие заслуги…

Двигаясь к северу, мы наконец 20 февраля 1998 года подошли к острову Завадовского. Штормило. Мадлен опасалась, что шторм не позволит произвести высадку. Действительно, до полудня о вертолетных рейсах нечего было и мечтать. Оставалось присматриваться издали, выбирая подходящее место для памятника.

Остров Завадовского — один из трех островов архипелага Траверсе — был назван по имени старшего помощника шлюпа? Восток? капитан-лейтенанта И.И.Завадовского. Это, как уже говорилось, вулкан. Его склоны местами покрывает снег, местами — вулканический пепел. В бинокль видно множество пингвинов.

Беллинсгаузен записал в судовом журнале, что разрешил? любознательным офицерам? высадиться здесь на шлюпке. Глядя на крутые береговые обрывы и обрушивающиеся на них многометровые прибойные волны, воочию представляешь, насколько непросто было тем смельчакам удовлетворить свою? любознательность?.

Ближе к полудню ветер стал стихать. Началась переброска на остров сначала энтузиастов, принявшихся за установку памятника, потом руководителей экспедиции. Смонтировали стальной каркас с бронзовой плитой, укрепили мачту с фалрепом для подъема Андреевского флага. Пингвины — тут как тут. И не только пингвины! Неожиданно из-за пепловых дюн появились два незнакомца. Откуда они взялись на необитаемом острове?! Представились операторами телекомпании Би-Би-Си, снимающими фильм о пингвиньей жизни. Теперь, мол, хотят снять церемонию открытия памятника. Что ж, пожалуйста…

И вот наступил торжественный момент. Взвился и затрепетал на ветру Андреевский флаг. Капитан? Академика Бориса Петрова? И.А.Второв, Мадлен Шатене дю Траверсе и руководитель группы немецких исследователей Тило Шёне произнесли краткие речи. Три минуты молчания в память о русских моряках — первооткрывателях Антарктиды. Флаг спускается и вручается Мадлен? на вечное хранение?. Взревев турбинами, взмывает в небо вертолет. Мы все глядим, как уплывает вниз и вдаль окруженная пингвинами гранитная пирамидка. Прощальный троекратный гудок судовой сирены. Вспененные волны побежали от винта за кормой. Остров Завадовского исчезает за горизонтом…


+ + +

Не так давно Мадлен Шатене дю Траверсе выступила на заседании Президиума Российской академии наук с докладом о своей работе над книгой, посвященной адмиралу Траверсе, после чего Президиум РАН принял решение перевести этот впечатляющий труд на русский язык и издать его в России.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru