Русская линия
Московский журнал В. Гастелло01.05.2002 

Правда о легендарном пилоте

6 мая 2002 года исполнилось 95 лет со дня рождения Героя Советского Союза капитана Николая Францевича Гастелло. 26 июня 1941 года он геройски погиб, направив свой подбитый самолет в скопление машин и танков противника. Однако в последние годы появились публикации, ставящие под сомнение достоверность этого факта. Сын Н.Ф.Гастелло Виктор Николаевич, как он объяснил, не в силах долее молчать, передал в редакцию статью, которую мы и предлагаем вниманию читателей.

В 1900 году из глухой белорусской деревни Пружаны Невогрудского уезда в Москву на заработки пришел 25-летний Франц Павлович Гастелло. Поступил на металлургический завод чернорабочим, выучился на вагранщика. Когда Францу Павловичу шел тридцать первый год, ему сосватали шестнадцатилетнюю белошвейку Анастасию Кутузову. 6 мая 1907 года в рабочей семье Гастелло родился первенец Николай (позднее родились еще сестра Нина и брат Виктор). Жили в Сокольниках, поэтому именно в Сокольниках после войны появилась улица Николая Гастелло.
В 1914 году Николай был определен в Сокольническое городское мужское училище (ныне школа имени А.С.Пушкина), окончить которое помешала революция. В 1924 году Франца Павловича как опытного вагранщика перевели на паровозоремонтный завод в город Муром. В Москву семья вернулась только через шесть лет. К тому времени Николай стал слесарем высокой квалификации и легко устроился работать на механический завод имени Первого Мая. Весной 1932 года его вызвали на заседание цехового партбюро и объявили, что член партии Николай Францевич Гастелло направляется в летную школу. В мае 1932 года Николай Гастелло стал курсантом 11-й военной школы пилотов в городе Луганске, по окончании которой в декабре 1933 года получил назначение в 82-ю тяжелобомбардировочную эскадрилью 21-й авиационной бригады, дислоцирующейся под Ростовом-на-Дону. Начав летать правым летчиком на бомбардировщике ТБ-3, он с ноября 1934 года уже самостоятельно пилотировал самолет.
В 1938 году часть переименовали. Николай Гастелло оказался в 1-м тяжелобомбардировочном авиаполку. В мае 1939 года его назначили командиром отряда, а через год с небольшим — заместителем командира эскадрильи.
Почти семь лет прослужил отец под Ростовом-на-Дону. Учебные будни то и дело прерывались: летчики полка воевали в Китае, Испании, в районе реки Халхин-Гол, в Финляндии.
Весной 1941 года Николай Гастелло, пройдя соответствующую переподготовку, освоил самолет ДБ-Зф и стал командиром 4-й эскадрильи 207-го авиаполка дальних бомбардировщиков 42-й авиационной дивизии. 207-й и 96-й авиаполки, а также штаб дивизии располагались на аэродроме? Боровское? под Смоленском.
Отец впервые получил благоустроенную двухкомнатную квартиру в военном городке. Мать радостно хлопотала, обустраивая ее. Мне шел тогда девятый год.
22 июня 1941 года был выходной. Мы собирались в этот день съездить посмотреть Смоленск. Однако утром я, проснувшись, сразу же каким-то наитием понял: поездка отменяется. Мать стояла на кухне и, заметно нервничая, смотрела в окно на аэродром. Меня поразила странность доносящегося оттуда гула моторов — мощного, непрерывного, вовсе не того? учебного?, к которому мы привыкли. Что-то фатальное чувствовалось в происходящем. В 13 часов 40 минут (с этого момента события довольно подробно фиксировал начальник штаба полка А.Г.Павлов в? Общем учете боевых вылетов 207 ДБАП по дням за период с 22.6 по 1.9.1941 г.?) начали взлетать самолеты. Один из них, едва оторвавшись от земли, упал сразу же за аэродромом у кромки леса. Густые черные клубы дыма стали медленно подниматься в небо. Послышался сухой треск — это рвался пулеметный запас горящего бомбардировщика. Потом оглушительно взорвались бомбы.
Меня в этот солнечный июньский день больше всего поразил плач женщин, столпившихся на улице и неотрывно глядевших в небо над станцией Энгельгардовской — на запад, откуда должны были возвращаться наши отцы.
В 15 часов 40 минут самолеты 207-го полка нанесли бомбовый удар по большой мотоколонне противника в районе местечка Мерканс, встретив сильное противодействие истребителей и зенитной артиллерии. В столь же трудных условиях оказался 96-й полк, бомбивший моторизованные колонны немцев в районе Сейна-Сувалки-Квитемотис. Строи полков оказались нарушенными. Самолеты возвращались по одному — по два, реже звеньями. Непривычно было видеть, как они садились — почти впритирку один за другим. До позднего вечера шла эта карусель: бомбардировщики прилетали, подвешивали бомбы, заправлялись, снова выруливали на взлетную полосу и взмывали в небо. Женщины все стояли и смотрели.
В первый день войны 96-й полк потерял 10 самолетов. 207-й полк потерь избежал.
Отец появился дома поздно — мрачный, усталый. Долго ужинал, пил чай. Мать сквозь слезы твердила:
— Коля, что же будет? Что происходит, Коля?
Отец сжал кулаки:
— Они еще пожалеют. Станем бить их, как поганых псов!
23 июня 207-й полк не летал: поступил приказ оборудовать самолеты нижними люковыми установками с крупнокалиберными пулеметами. До войны экипаж ДБ-Зф состоял из трех человек — летчик, штурман и стрелок-радист. Первый же боевой вылет показал, что ДБ-Зф совершенно беззащитен перед вражескими истребителями, атакующими с нижней полусферы. Теперь бомбардировщик имел экипаж из четырех человек. Поскольку люковые стрелки по штату не предусматривались, в качестве таковых поначалу? подсаживались? мотористы, механики по вооружению, радисты, даже штабные работники. Так, в последнем полете капитана Гастелло в люковую установку его самолета? подсел? адъютант эскадрильи лейтенант Григорий Скоробогатый.
Утром 24 июня, когда мы с матерью завтракали, я увидел в окно необычный самолет, на малой высоте скользивший к аэродрому. Через мгновение раздалась длинная пулеметная очередь, по черепичным крышам домов звонко зацокали пули. Тут я разглядел черные кресты на крыльях и свастику на хвосте. Самолет пронесся над городком и скрылся за лесом. Я, невзирая на окрик матери, выбежал на улицу. Немец уже возвращался на бреющем полете, продолжая стрельбу, но теперь заходил на аэродром, откуда вдруг ему в ответ заработал наш крупнокалиберный пулемет. ?Юнкерс? задымил, начал стремительно терять высоту и вскоре скрылся из глаз. С аэродрома к месту его падения выехала группа, захватившая летчиков в плен.
?Юнкерс? сбил пулеметной очередью с турельной установки капитан Гастелло. Когда при угрозе с воздуха все бросились в укрытия, отец, находившийся у самолета, не растерялся, заскочил в кабину стрелка-радиста и открыл ответный огонь.
В 12 часов дня 18 бомбардировщиков 207-го полка взлетели и взяли курс на запад — в район Бобрин-Пружаны, где наблюдалось большое скопление мотопехоты противника. Группа нанесла по нему массированный бомбовый удар, но и сама подверглась мощной атаке вражеских истребителей. Полк потерял 12 самолетов. Погибли командиры эскадрилий старший лейтенант К.И. Кошельков и капитан А.Г. Мултеновский.
25 июня 207-й полк пятью самолетами бомбил район Януши-Рудники южнее Вильно и потерял одну машину.
26-го июня рано утром отец сказал, чтобы мы с матерью готовились к отъезду — скоро за семьями летчиков пришлют грузовики. Сам он ушел на аэродром. В этот день на боевое задание вылетело звено командира эскадрильи капитана Маслова, затем — звенья командиров эскадрилий старшего лейтенанта Висковского и капитана Гастелло. Все они имели одно задание — бомбить скопление немецкой бронетехники в районе Молодечно-Радошковичи. Из шести бомбардировщиков вернулся только один — из состава звена капитана Гастелло. Пилот — старший лейтенант Федор Воробьев и штурман Анатолий Рыбас в рапорте изложили, что капитан Гастелло направил свой подбитый самолет во вражескую механизированную колонну.
Позднее было написано соответствующее боевое донесение, пошедшее по команде, и 26 июля 1941 года капитан Николай Гастелло стал Героем Советского Союза.
Что случилось с отцом, мы тогда, естественно, не знали. Днем семьи военнослужащих погрузили на автомашины, отвезли на железнодорожную станцию и посадили в теплушки. Через месяц мы были в Москве, у родителей отца — Франца Павловича и Анастасии Семеновны.

+ + +

?Перестройка? в числе прочего породила беспрецедентную кампанию? дегероизации? героев нашего Отечества. На недавней нашей памяти — печатные глумления над Зоей Космодемьянской, Александром Матросовым, Виктором Талалихиным. Дошли и до Николая Гастелло.
Я не буду подробно излагать все уже читанные и слышанные мною инсинуации в его адрес, обрисую лишь суть. Утверждается, что вместе с комэском капитаном Гастелло и заместителем комэска старшим лейтенантом Воробьевым на боевое задание летел комэск капитан Маслов, который и совершил подвиг, Гастелло же вообще не оставался в своем подбитом самолете — вышел на крыло и выпрыгнул с парашютом, а после делся неизвестно куда. Так говорится, в частности, в статьях? Два капитана? (?Известия?, 29 января 1997 года, автор Эд. Поляновский) и? Тайна двух капитанов? (?Московия?, 7 сентября 2001 года, автор В. Чуприн).
Здесь все — домыслы, крайняя предвзятость, а то и сознательная фальсификация фактов. Особенное возмущение вызвал у читателей опус? Тайна двух капитанов?. Многие расценили его как прямую клевету.
Приведу (с небольшими сокращениями) официальный ответ директора Белорусского Государственного музея истории Великой Отечественной войны Г. И. Баркуна губернатору Московской области Б.В. Громову, датированный 18 октября 2001 года.
?Уважаемый Борис Всеволодович!
В наш музей обратился житель г. Ногинска Московской области, ветеран Великой Отечественной войны Гнусарев Георгий Геннадиевич (аналогичный запрос Г. Г.Гнусарев послал и в администрацию Московской области, поэтому Г. И.Баркун и адресуется к Б.В.Громову. — В.Г.), который очень озабочен содержанием статьи? Тайна двух капитанов?, опубликованной в газете? Московия? 7 сентября 2001 года. Ознакомившись с данной статьей, сотрудники музея разделяют мнение уважаемого ветерана войны о том, что опубликованный в газете материал носит клеветнический характер на Героя Советского Союза Гастелло Николая Францевича.
26 июня 1941 г. с аэродрома? Боровское? Смоленского аэродромного узла поднялись в воздух не три самолета (как в статье), а 3 звена самолетов (по два в каждом), и не одновременно, а с интервалом в 1,5−2 часа. Командирами звеньев были командиры эскадрилий (в связи с большими потерями материальной части). Капитан Маслов вылетел со своим звеном первым в 8 часов 30 минут; старший лейтенант Висковский вылетел в 10 часов вторым и капитан Гастелло вылетел в 12 часов третьим со своим звеном, в составе которого находились Воробьев и Рыбас (во втором самолете), которые и были единственными свидетелями подвига и гибели Н.Гастелло. Их показания явились основой для текста наградного листа на присвоение звания Героя Советского Союза, и нет абсолютно никакого основания сомневаться в совершенном им подвиге. Другое дело, что место гибели Гастелло и его экипажа неизвестно, только направление: Молодечно-Радошковичи, где в тот день, 26 июня, погибли 15 человек из состава отдельного бомбардировочного полка и из 207 дальнего бомбардировочного полка — это экипаж Гастелло, Маслова и другие — всего 26 человек. Возможно, кому-то из них удалось выпрыгнуть с парашютом, но на каком основании можно утверждать, что это был именно Гастелло? В документах встречаются конкретные фамилии спасшихся.
Трудно допустить это даже теоретически. Дальние бомбардировщики летят на больших высотах. Но в данном случае выполнялся приказ на бомбометание с малых высот. В музее имеется личное дело авиатехника И.Ф.Филоненко. Именно он. готовил самолет Гастелло к вылету. Он пишет, что штурман Бурденюк приказал ему снять обычные фугасные авиабомбы ФАБ-100 и вместо них подвесить маленькие ротативно-рассеивающиеся авиабомбы весом в 7 кг, т. е. бомбили с высоты 400−800 м. И как с такой высоты можно было выпрыгнуть с горящего самолета, который терял высоту и управление? И на каком основании сделана архивная запись о том, что один из членов экипажа выпрыгнул с парашютом, если свидетелей гибели экипажа, кроме Воробьева и Рыбаса, не было? В 70-е годы в ЦАМО работал исследователь Н. Акалович, который сделал копии документов потерь личного состава полка, однако там такого примечания не имеется. Обвинять Гастелло в том, что он оставил экипаж и поэтому стал военным преступником, не только безнравственно, но и, можно сказать, преступно. Кроме того, Николаю Гастелло присвоили звание Героя Советского Союза не только за таран 26 июня 1941 года, а за два подвига. Двумя днями раньше на аэродроме он расстрелял из турельного пулемета немецкий самолет-разведчик, экипаж которого был взят в плен. За этот подвиг он был представлен к награде, но не успели оформить наградные документы, как Гастелло погибает, совершив следующий подвиг.
Памятник в центре Радошковичей 149 воинам установлен на братской могиле не только летчикам, но и всем, кто отдал свои жизни в боях за Радошковичи Минской области. Среди фамилий на памятнике — Маслов и его экипаж — Реутов, Балашов, Бейсекбаев. Имен гастелловского экипажа там нет.
А то, что в районе деревень Миговка-Декшняны погиб экипаж Маслова, музею было известно еще в 1951 г. В экспозиции материалы Гастелло и Маслова на протяжении 50 лет всегда были и сегодня — рядом. Мы одинаково уважительно относимся к обоим героям?.
Можно и дальше перечислять фактологические подтасовки авторов упомянутых статей — я не буду этого делать. Скажу лишь еще об одном. С фанатичным упорством, игнорируя всякую логику и здравый смысл, ?правдоискатели? настаивают: Маслов, а не Гастелло! Один из них дошел до самого Ельцина. Вот как об этом пишет В. Чуприн:
?Будучи доверенным лицом Ельцина в Коломне, он (?правдоискатель?. — В.Г.) лично знал Бориса Николаевича. И уже решил, что настал час сказать всю правду о 26 июня 1941 г.
Но целых шесть лет ему понадобилось на то, чтобы на стол Ельцина в Кремле лег проект Указа о присвоении звания Героев России Маслову и его экипажу. Помогли тогдашние председатель Госдумы Иван Рыбкин, депутат Госдумы Калашников и его референт Гущин, которые каким-то образом и положили на стол Б.Н. проект Указа.
Ельцин, демократ Ельцин отказался подписывать тот указ, не решился? отменять? подвиг Гастелло. Пришлось пользоваться старым советским вариантом. Что? в одно время, в одном месте и в одном воздушном бою капитан Маслов предвосхитил подвиг капитана Гастелло?.
Так в 1996 г. Маслов и его боевые товарищи — Балашов, Реутов, Бейсекбаев — посмертно стали Героями России. А стрелок Бейсекбаев — еще и народным героем у себя в Казахстане?.
Тут сразу настораживает то, что ревнители? справедливости? не просто стремились отдать должное также геройски погибшему капитану Маслову — для них было важнее, по всей видимости, именно? отменить? подвиг Гастелло. Но ведь, во-первых, документально подтверждено: экипажи Александра Маслова и Николая Гастелло вылетели с аэродрома с интервалом около четырех часов, то есть никак не могли участвовать в? одном бою?.
Теперь насчет? предвосхищения? Масловым подвига Гастелло. В 1951 году при перезахоронении останков погибших в районе Радошковичей летчиков в могиле, как думали, Николая Гастелло, обнаружили. останки членов экипажа Маслова.
Неужели не ясно, что если бы масловский экипаж совершил огненный таран, от него ничего бы не осталось: представьте себе силу удара, взрыва и пламени! А вот останков капитана Гастелло так и не нашли.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru

массаж в московском районе спб! Звоните и записывайтесь на прием!