Русская линия
Московский журнал Н. Вехов01.03.2001 

Ради выгоды России
Купец Михаил Константинович Сидоров на Крайнем Севере до конца своих дней отстаивал российские экономические интересы.

До середины XIX века в Архангельской губернии господствовали иностранные торговые фирмы. Они контролировали львиную долю внутреннего и внешнего товарооборота. Русское мореходство на Белом море приходило в упадок, на рейдах стояли в основном суда западноевропейских стран. «При покровительстве начальников губернии и подчиненных им чиновников тяжебные дела между русскими и иностранными купцами обыкновенно решались в пользу последних. Иностранного влияния не избавилась и Архангельская казенная гимназия. В начале сороковых годов учеников из русского купеческого сословия некоторые учителя гимназии называли за неудачные ответы русской тварью. И потому редко кто из них оканчивал полный курс, а если и оканчивал, то единственно для того, чтобы скорее оставить звание русского купца, бросить торговлю и выйти в чиновники"1.
В такой обстановке мало кто из отечественных предпринимателей решался вести здесь собственное дело, вкладывать капиталы в хозяйство края. Среди немногих деловых людей, упорно отстаивавших российские экономические интересы на Крайнем Севере, был потомок архангельских купцов Михаил Константинович Сидоров.
М.К.Сидоров родился 23 марта 1823 года в Архангельске. В конце 1830-х годов он поступил в тамошнюю реальную казенную гимназию, но, проучившись несколько лет, как и многие, вынужден был уйти, не выдержав притеснений со стороны преподавателей-иностранцев. Два года прослужил в конторе своего деда Александра Сидорова, а затем выдержал экзамен на звание домашнего учителя и, получив 30 мая 1845 года диплом за № 1573, вышел из купеческого сословия.
Увлекшись проектами своего дяди, лесоторговца Ксанфия Александровича Сидорова, рассказами соловецких монахов о плаваниях поморов к берегам Новой Земли и об экспедициях к Енисею, 18-летний Михаил Сидоров обратился к коммерческому советнику В.А.Попову из Санкт-Петербурга, имевшему в Архангельске корабельные верфи и суда и занимавшемуся торговлей с Западной Европой. Речь шла об организации морского сообщения между Европой и Сибирью. В.А.Попов уже давно вынашивал эту идею, неоднократно обращался к правительственным чиновникам, но те под давлением иностранцев отвечали отказом. М.К.Сидоров и В.А.Попов собрали более 400 подписей архангельцев под ходатайством об учреждении частного банка для помощи отечественным предпринимателям и добились соответствующей резолюции министра внутренних дел графа Л.А.Перовского. Но это шло вразрез с планами архангельского губернатора маркиза де-Траверзе, начавшего даже судебное преследование «вольнодумца» Сидорова, что вынудило Михаила уехать в Восточную Сибирь.
Сначала М.К.Сидоров обосновался в Красноярске и занялся делопроизводством и обучением детей у золотопромышленника Василия Николаевича Латкина, впоследствии своего тестя. Василий Николаевич был выходцем с Северной Двины, отпрыском знаменитой династии корабелов Бажениных, строивших суда еще во времена царя Федора Алексеевича. В 1847 году по поручению В.Н.Латкина Михаил Сидоров участвовал в процессе против недобросовестных компаньонов хозяина. Выиграв процесс, он обратил на себя внимание деловых кругов Красноярска. С этого начинается взлет предпринимателя и мецената М.К.Сидорова. В 1848 году золотопромышленник В.Ф.Базилевский пригласил его в оценочную поездку по северу Енисейского округа. Михаил Константинович предложил заявить указанные Базилевским места как перспективные в отношении золотодобычи, на что последний, однако, не решился. Тогда М.К.Сидоров обратился к В.Н.Латкину за помощью в оформлении заявки на эти территории и в 1849 году подал прошение генерал-губернатору Восточной Сибири М.С.Корсакову об отводе ему участков под прииски Италийский и Мариинский. В 1851 году он эти участки получил.
Генерал-губернатор Западной Сибири А.И.Дюгамель писал: «В первые годы своих золотопромышленных занятий в Сибири <> г. Сидоров, располагая самыми незначительными средствами, употреблял их почти исключительно на поиски золотоносных россыпей, на открытие и заявки приисков. <> Через 10 лет имел уже в своем владении и в компании с другими лицами до 170 приисков, из коих в настоящее время разрабатывается 35 приисков, на которых добыто до 1000 пуд. золота, что доставило казне до 3-х миллионов дохода и заняло рабочих рук до 20 000 человек"2.
В 1860-х годах М.К.Сидоров возвращается к идее налаживания морского торгового пути из Сибири в Европу с расчетом на бурное промышленное развитие края. И снова сталкивается с сопротивлением местных властей, считавших, что регион Енисейского Севера не имеет никаких хозяйственных и промышленных перспектив.
М.К.Сидоров не сдавался. В 1859—1861 годах он отправил в Туруханский край несколько изыскательских экспедиций. Были открыты внушительные запасы каменной соли, железных и медных руд, каменного угля, графита, точильного камня, золота, разработка которых могла предопределить экономический расцвет этих мест. В 1859 году Михаил Константинович подал первое прошение об организации транспортного сообщения между Сибирью и Европой енисейскому губернатору В.К.Падалке. В предлагаемом проекте основной упор делался на вывоз графита для сталелитейной промышленности России. Отмечалось, что «в случае войны и неполучения с острова Цейлон (в то время центр мировой добычи графита. — Н.В.) чрез иностранцев на наши казенные заводы графита нам невозможно иметь хорошие пушки, равно как и лучшую сталь для другого оружия. Лучшая сталь приготовляется в тиглях, сделанных в соединениях с графитом. <> В Туруханском крае открыты мною громаднейшие запасы графита <> мы можем снабжать графитом всю Европу».
Месторождение в Туруханском крае на реке Нижняя Тунгуска по своей мощности не имело в то время аналогов за границей. Добытая здесь графитовая глыба весом в 16 пудов была преподнесена наследнику престола Великому князю Николаю Александровичу, за что М.К.Сидоров в 1864 году удостоился у Его Высочества аудиенции3. Кроме того, Михаил Константинович был награжден медалями трех международных промышленных выставок. Лондонские газеты писали: «Россия <> удивила громадностью и превосходством Сидоровского графита с берегов Енисея"4.
По расчетам М.К.Сидорова, организация грузового судоходства через устье Енисея по Ангаре до Байкала позволила бы удешевить транспортные перевозки в промышленные центры России в пять раз и существенно сократить сроки доставки. В 1863 году он вступил в товарищество П.И.Крузенштерна, которому высочайше даровалось «исключительное 12-летнее право на вырубку леса в Печорском крае для отпуска за границу. Сидоров, приобретя почти половинное участие в товариществе Крузенштерна, испросил <> право на заведение пароходства на р. Печоре и в настоящем году (1864. — Н.В.) с открытием навигации приобретенный Сидоровым пароход «Печора» открыл на р. Печоре пароходство"5.
В 1865 году М.К.Сидоров поставил златоустовским сталелитейным заводам 5000 пудов графита. А ведь можно было снабжать Европейскую часть России через устья сибирских рек и железными и медными рудами, каменным углем, экспортировать лес… Соответствующий проект Михаил Константинович направил в 1864 году тобольскому генерал-губернатору А.П.Деспоту-Зеновичу, генерал-губернатору Западной Сибири А.И.Дюгамелю и министру внутренних дел6. Его усилия уже тогда были высоко оценены общественностью. В адресе от 9 декабря 1864 года на имя М.К.Сидорова от городского головы, членов думы, купцов и мещан Тобольска говорилось: «Провидение послало нам человека, трудящегося для нас и не ищущего за свои труды официальных наград и славы"7.
Однако инициативе М.К.Сидорова в очередной раз не дали хода. Видя нежелание чиновников понять интересы сибирских промышленников и предпринимателей, Михаил Константинович начал действовать самостоятельно. В 1862—1863 годах он хлопочет об учреждении Общего Новоземельного банка для кредитования своего проекта с открытием конторы в Красноярске, в 1863 году обращается за поддержкой в Императорские Русское географическое и Вольное экономическое общества. Явившись к известному русскому мореплавателю и географу Ф.П.Литке, Михаил Константинович предложил назначить премию в размере 14 000 рублей тому, кто осуществит первое плавание из Европы в устье Енисея, потом с аналогичным предложением отправился в Лондон к председателю Лондонского географического общества.
В 1862—1863 годах М.К.Сидоров снарядил три экспедиции, открывшие водное и сухопутное сообщение между Сибирью и Европейской Россией. Экспедиции обошлись Михаилу Константиновичу в 500 000 рублей8. В декабре 1861 года он просил министра финансов предоставить «без всяких ссуд и субсидий 10-летнюю привилегию на пароходство по реке Енисею и ее притокам», на что получил очередной отказ. В поисках поддержки своим планам со стороны опытных архангельских мореходов М.К.Сидоров в 1865 году предпринял поездку по северо-западу России и по Финляндии. В письме к архангельскому губернатору Гартингу он выразил готовность предоставить ряд финансовых льгот желающим принять участие в освоении морского пути из Сибири в Европу. Первому судну, которое пройдет от устья Енисея до Норвегии, назначалась премия в размере 10 000 рублей, значительно снижалась фрахтовая плата за каждый пуд доставленного графита. Тем не менее, хотя для ежегодного вывоза 500 000 пудов сидоровского графита требовалось порядка 50 судов, на его призыв откликнулось всего трое судовладельцев.
К разработке месторождения ухтинской нефти в Печорском крае М.К.Сидоров приступил в 1868 году. Нефть в сыром виде отправляли через Архангельск в Центральную Россию и за границу. В нефтяное дело Михаил Константинович вложил 650 000 рублей, но эта огромная по тем временам сумма должным образом не окупалась, так как львиную долю прибыли съедала транспортировка. Правительство не поддержало его и в этом начинании, сделав ставку на тогдашнего нефтяного магната Нобиле.
За два года — 1867 и 1868 — М.К.Сидоров побывал во многих портовых и индустриальных центрах Германии, Франции, Англии, Шотландии, Дании, Швеции и Норвегии с целью заинтересовать тамошние фирмы в организации быстрого и дешевого транспортного сообщения между двумя континентами, однако иностранцев отпугивал риск плавания по суровым северным морям. Приходилось рассчитывать только на собственные силы. В первой половине 1870-х годов Михаил Константинович начал проводить в Санкт-Петербурге «Северные вечера для ознакомления деятелей по Северу между собой». На Вечера приглашались «лица, которые бывали в разных северных местностях — от Берингова пролива до границы Норвегии, на устьях Лены, Енисея, Гыды, Таза, Оби, Печоры, Мезени, Северной Двины, на берегах Белого и Мурманского морей, в Финляндии и на островах Новой Земли и Шпицбергене <> специалисты по военному судостроению, члены Общества содействия русскому торговому мореходству и занимавшиеся или занимающиеся промыслами на Севере"9. Участники обсуждали актуальные политические, экономические и социальные проблемы региона, обменивались информацией о научных и промысловых экспедициях.
Более 15 лет чиновники отказывались доверить русскому предпринимателю реализацию проекта организации морского пути Европа — Сибирь, стремясь получить под это выгоднейшее мероприятие иностранные инвестиции. В январе 1883 года М.К.Сидоров писал министру финансов: «По открытии морского пути в устья сибирских рек Сибирь получает особенное значение для нашего отечества. И правительство, и русские промышленники и капиталисты должны заботиться о том, чтобы это открытие доставило выгоды России. <> Неужели мы и сибирскую торговлю отдадим в руки иностранцев?"10 Лишь за несколько лет до смерти Михаила Константиновича на Русском Севере и по сибирским рекам началось грузовое судоходство. В дело хозяйственного освоения региона он, считая лишь крупные проекты, вложил 1 700 000 рублей — большую часть прибыли от сибирской золотодобычи. «К сожалению, я не встречал ни в ком сочувствия в своей мысли: на меня смотрели как на фантазера, который жертвует всем своей несбыточной мечте. Трудна была борьба с общим мнением, но в этой борьбе меня одушевляла мысль, что если я достигну цели, то мои труды и пожертвования оценит потомство. <> Итак, мои труды и пожертвования не остались бесплодными, и я счастлив, что мог оказать посильную услугу своему отечеству. Я считаю высшей для себя наградой, что дожил до того времени, когда моя мечта осуществилась. Открытие пути по Северному океану произведет большой переворот в торговых сношениях Сибири с Европой"11.
Энтузиазм Михаила Константиновича был неисчерпаем. Практически ни одно сколько-нибудь значимое событие 1870−1880-х годов, связанное с Севером и Сибирью, не оставалось без его внимания. Он выступал с комментариями, докладами, газетными и журнальными статьями по всем актуальным вопросам научного изучения, социально-экономического и транспортного освоения Русского Севера. О своей борьбе за приоритеты России в этой области М.К.Сидоров рассказал в изданных им трех книгах12. Лишь благодаря его энергичному вмешательству в конце 1870-х годов был отвергнут проект лейтенанта шведского флота Сандерберга, предусматривавший передачу дела организации и развития частного предпринимательства на севере России иностранцам. Много лет боролся он и против засилья норвежских зверобоев в Баренцевом и Карском морях, в районе Новой Земли. В 1877 году на свои средства Михаил Константинович построил в Енисейске шхуну «Утренняя заря», на которой русский капитан Д.И.Шваненберг совершил плавание от устья Енисея до Петербурга. В 1878—1880 годах вместе с другим крупным отечественным промышленником А.М.Сибиряковым он оказал финансовую поддержку экспедиции шведского ученого Н.А.Э. Норденшельда, на шхуне «Вега» впервые обошедшей северную оконечность Азии.
Велик вклад М.К.Сидорова и в то, что сам он называл «ознакомлением России и Европы с богатствами Русского Севера». С 1860 по 1882 год он не пропустил ни одной международной выставки, в которых участвовала Россия, выступая экспонентом своих многочисленных северных коллеций; выставлял их и на отечественных выставках, многие из которых сам устраивал. В России экспонаты Михаила Константиновича трижды удостаивались больших золотых и серебряных медалей: в 1860-м и в 1865 годах — от Императорского Вольно-экономического общества, в 1866 году — от Императорского Русского географического общества. Бронзовыми и серебряными медалями отмечено участие М.К.Сидорова в международных форумах в Лондоне (1862 и 1874), Щецине (1865), Париже (1867 и 1879), Брюсселе (1876). Оргкомитет Венской выставки (1873) вручил ему орден императора Франца-Иосифа. Дипломы и золотые медали получил Михаил Константинович и от зарубежных научных обществ: в 1879 году — от Парижской Академии наук, в 1862 году — от Английского географического общества, в 1872 году — от немецких географов, в 1873 году — от международного жюри Венской выставки, в 1874 году — от Венского географического общества (за содействие работе экспедиции на судне «Тегетгоф»). Российское правительство наградило М.К.Сидорова орденом святого Станислава II степени по итогам мануфактурной выставки 1870 года и орденом святой Анны II степени — после окончания Венской выставки13. Обо всем этом Михаил Константинович писал: «Меня побуждало <> одно только желание обратить внимание на естественные богатства нашего Севера и тем самым принести пользу своему отечеству"14.
Много сил отдавал М.К.Сидоров «содействию народного образования в Сибири». Еще в 1854 году он предложил учредить здесь университет, подав соответствующее прошение генерал-губернатору Восточной Сибири графу Н.Н.Муравьеву-Амурскому. Однако этому всячески противилось губернаторское окружение, среди которого у М.К.Сидорова было немало недоброжелателей. Пожертвованные Сидоровым на открытие университета 30 000 рублей пошли на другие нужды. И только 22 июля 1888 года, через год после смерти М.К.Сидорова, первое высшее учебное заведение в Сибири и в целом на азиатской территории России — Томский университет — наконец-то открылось.
Значительные средства тратил Михаил Константинович и на благотворительные цели — организацию школ и приютов в Красноярске, Тобольске, Архангельске, Усть-Сысольске, Березове, Ижме, Омске (в их числе — школа для просвещения инородцев при Туруханском Троицком монастыре). Около 190 000 рублей он передал на выплату пособий сибирякам — участникам Крымской войны, учреждение Ломоносовской стипендии, исследования русских морей и издание карт, приобретение книг и коллекций для учебных заведений.
Михаил Константинович Сидоров умер 12 июля 1887 года. Газета «Новое время» неделю спустя писала: «В нашем обществе так редки примеры увлечения, настойчивости и последовательности в продвижении известных идей, что люди, подобные Сидорову, должны возбуждать удивление, имена их должны с благодарностью сохраняться для потомства».
Сегодня имя М.К.Сидорова носит группа островов у западных берегов Новой Земли, поселок в Западной Сибири на берегу реки Таз и самая высокая гора архипелага Шпицберген.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru