Русская линия
Московский журнал Н. Вехов01.02.2001 

Андрей Владимирович Журавский
Об ученом и исследователе хозяйства и социальной сферы Русского Севера.

Среди ученых и исследователей, с деятельностью которых связано становление и развитие на рубеже XIX-XX столетий хозяйства и социальной сферы Русского Севера, видное место занимал Андрей Владимирович Журавский. Его имя сегодня практически забыто. Между тем достижениями в области сельского хозяйства в северных регионах России, разведанными там и до сих пор эксплуатируемыми запасами нефти и каменного угля, ценными сведениями о природе и людях Приполярья мы во многом обязаны именно ему. В Усть-Цильме до конца 1980-х годов работала созданная им в начале века сельскохозяйственная опытная станция…
Андрей Владимирович Журавский родился в 1882 году. Кем были его настоящие родители, неизвестно. Мальчика нашли на крыльце Елизаветинского (Одесская губерния) приюта «22-го сентября 1882 г. в возрасте двух-трех недель без признаков святого крещения"1. Впоследствии он был усыновлен генерал-майором Владимиром Ивановичем Журавским и его супругой Софьей Кесаревной и наречен именем Андрей. «Воспитанник Андрей» усыновлялся «указом Правительствующего Сената от 14 января 1890 г. <> с правом ношения фамилии и отчества по имени усыновителя, но без права наследия имущества и дворянства"2.
Владимир Иванович принадлежал к старинному роду. Потомственное дворянство даровал Журавским еще Петр I «за ратные подвиги майора Власа Журавского». Приемный отец Андрея возглавлял Одесскую железную дорогу, а затем работал в Петербурге, в Главном инженерном управлении. В мае 1892 года он скончался. Опекуном Андрея стал дядя, старший брат Владимира Ивановича, — отставной генерал Михаил Иванович Журавский. Софья Кесаревна умерла в мае 1901 года, когда Андрей сдал последний экзамен за курс гимназии. В наследство юноше остались шесть тысяч рублей и большая квартира в Петербурге с богатой библиотекой. Часть комнат он сдавал в наем, сам жил в кабинете-библиотеке.
Природой Андрей интересовался с детства. Позже склонность к естествознанию укрепил в нем профессор Санкт-Петербургского университета В.В.Зеленский. Летом 1902 года после окончания первого курса Андрей едет на Печору. Эта поездка стала поворотной в его судьбе: с тех пор вся научная, организаторская и экспедиционная деятельность Андрея Журавского оказалась связанной с Печорским краем. Он побывал в печорской «столице» — старинном селе Усть-Цильма, поднялся по рекам Цильме, Пижме и их притокам до Тиманского хребта, познакомился с местными крестьянами, с их хозяйством и промыслами, наблюдал обычаи и религиозные обряды коренного населения. В Петербурге Андрей поделился полученными сведениями с известным геологом и палеонтологом академиком Ф.Н.Чернышевым и секретарем Минералогического общества, председателем отделения физической и математической географии Императорского Русского географического общества физиологом К.А.Тимирязевым.
В июле 1903 года Андрей снова отправился на Печору. Он прибыл сюда с первым рейсом парохода «Сергей Витте», нагруженный снаряжением: продуктами, охотничьими припасами, научным инвентарем. В сопровождении самоеда оленевода два месяца кочевал по западной части Большеземельской тундры, изучая ее природные богатства, культуру и историю русского населения и ненцев. Эту экспедицию, как и первую, он провел на свои средства. Посетил Андрей и Усть-Цильму, где познакомился с семьей местного исправника Алексея Ивановича Рогачева. С его дочерью Верой он переписывался до рождественских каникул. 7 января 1904 года в Троицком соборе Архангельска их обвенчали.
В экспедицию 1904 года Андрею пришлось вложить последние 2500 рублей. Он пригласил с собой университетских друзей — Андрея Григорьева, будущего академика, Дмитрия Руднева и Михаила Шпарберга, своего сводного двоюродного брата. На этот раз Андрей организовал серьезное комплексное исследование: были описаны геология и растительность Большеземельской тундры, составлена карта ее внутренних районов, собраны обширные ботанические, зоологические и минералогические коллекции, найдены выходы бурых углей, открыт новый горный хребет Адак-Тельбей, отрог Урала (в 1914 году, после смерти Ф.Н.Чернышева, А.В.Журавский предложит назвать хребет в честь выдающегося русского геолога). По отзывам Ф.Н.Чернышева, полученные Андреем Журавским материалы опровергали более ранние теории о геологическом строении данной области Севера. Императорское Русское географическое общество наградило участников экспедиции серебряными медалями. По рекомендации его Президента академика П.П.Семенова-Тян-Шанского А.В.Журавский был принят в члены Общества.
В конце масленицы 1905 года выехали уже в полугодовую экспедицию. Академия наук смогла выделить всего 100 рублей. Начальный маршрут А.В.Журавского и М.И.Шпарберга пролегал по склонам Уральского и Адак-Тельбейского хребтов; здесь был обнаружен бурый уголь. Затем отправились на Нижнюю Печору. С проводником, пустозерским промышленником, на карбасе прошли морем вдоль берега до Вайгача, обследуя небольшие острова. Однако жестокий шторм нарушил все планы. Ветром и волнами сломало мачту и руль. Через восемь суток карбас выбросило на берег в устье реки Песчанки. Отсюда по тундре двинулись на юг к реке Усе. По пути нашли и описали выходы минеральных источников, стоянки древних людей в пещерах и гротах. Общий вес собранных археологических и геологических коллекций составил около тонны.
По протекции Ф.Н.Чернышева А.В.Журавский получил аудиенцию у князя Бориса Борисовича Голицына, председателя Ученого комитета министерства сельского хозяйства и директора Главной физической обсерватории России, который высоко оценил результаты экспедиций и с тех пор неизменно покровительствовал молодому ученому. Тогда же вышла из печати и первая научная работа А.В.Журавского3. 20 декабря 1905 года в Большом зале Академии наук в присутствии академиков, руководителей научных обществ, великих князей — Президента Российской Академии наук Георгия Михайловича и Президента Императорского Русского географического общества Константина Константиновича — за выдающиеся заслуги перед отечественной наукой ему была присуждена золотая медаль имени Н.М.Пржевальского. М.И.Шпарберг получил серебряную медаль имени П.П.Семенова-Тян-Шанского.
В марте 1906 года собрание Академии наук приняло решение об открытии в Печорском крае естественно-исторической станции. Ее заведующим назначили А.В.Журавского. Это было первое научное учреждение на Приполярном Севере России.
Решение об организации станции руководство Академии приняло, однако средств на приобретение инвентаря и комплектацию книгами не выделило. Андрей Владимирович тратил на благоустройство свои последние сбережения. Вскоре появились и первые сотрудники. Так, переселенец из Тверской губернии А.С.Соловьев начал заниматься акклиматизацией здесь сельскохозяйственных культур. Денег ему не платили, и он работал за половину выращенного урожая. Министерство просвещения наградило нескольких помощников Андрея Владимировича из местных жителей медалями «за полезные труды в экспедиции Журавского».
Экспедиция 1906 года по изучению природных ресурсов, истории и быта народов Севера России, условий ведения здесь сельского хозяйства оказалась самой длительной и наиболее значительной по научным результатам. В долинах рек Уса и Воркута обнаружили залежи каменного угля, лигнитов, битуминозных известняков, указывающих на наличие нефти, месторождения аметистов, дымчатого топаза, горного хрусталя, агатов. К началу зимы перевалили через Урал в Сибирь и догнали пустозерских оленеводов, пасших в низовьях Оби свои стада. Вместе с одним из них отправились изучать древние ненецкие святилища на полуострове Ямал. Здесь была собрана богатейшая коллекция предметов ненецкой культуры — деревянные божества-болваны, шаманские бубны и одеяния, детские игрушки, комплекты женской одежды с национальным орнаментом. Тщательно записывали ненецкие предания и легенды.
С Ямала на оленьих упряжках достигли Енисея, пересекли его, прошли по рекам Верхняя и Нижняя Таймыра, побывали на озере Таймыр и за хребтом Бырранга. Оттуда возвращались вдоль границы лесов, нанося ее на карту, что позволило впоследствии проследить закономерности распространения лесной зоны на север. В канун Рождества прибыли в Пустозерск. Собранные коллекции уже едва помещались на десяти возах.
Между тем денег на поддержание нормальной работы станции по-прежнему не хватало. В 1907 году от полного краха ее спасли присланные из Харькова дядей А.В.Журавского 2000 рублей: Андрей Владимирович смог оплатить закупки семян в разных регионах России, наем помещений и сотрудников. Но на продолжение учебы в университете средств не осталось и А.В.Журавского отчислили с последнего курса.
К тому времени на опытных участках станции в парниках и открытом грунте уже выращивались те же сельскохозяйственные культуры и кормовые травы, что и в Подмосковье, причем их урожайность в три раза превышала подмосковную. На станции разработали технологию районирования картофеля. Газета «Новое время» 4 сентября 1910 года писала: «Печорская естественно-историческая станция начиная с 1906 года успела ввести в цикл туземных культур целый ряд растений, которые раньше считались на севере «безнадежными». Даже по официальной статистике земледелие в Печорском уезде распространяется очень заметно: так, посевы ржи за это время возросли в 10 раз, ячменя — в 9, а картофеля — в 18 раз». В другом номере та же газета сообщала, что «урожаи новой на Печоре культуры — картофеля при содействии А.С.Соловьева возросли в 10−15 раз». К.А.Тимирязев направил В.А.Журавскому письмо, в котором высоко оценил его работу.
Несмотря на хроническую нехватку средств, станция расширяла свою деятельность. Были открыты маслозаводы в усинских селах Новик-Бож и Колва, откуда масло отправляли в Архангельск. Урожаи выведенного здесь местного сорта лука оказались настолько велики, что многие сотни пудов его вывозили на продажу.
Немало успехов имела станция и на поприще изучения культурно-исторического прошлого Печорского края. Найденные в экспедициях предметы быта и культуры старообрядческого населения Пижмы, Усть-Цильмы и других селений явились украшением экспозиции петербургского Этнографического музея имени Петра I. Уникальное собрание древних костяных самоедских поделок — от молотка, изготовленного из позвонка мамонта, до иголки — было отмечено денежными премиями, медалями и почетными грамотами Академии наук и Географического общества. Заметим, что за 60 лет существования Императорского Русского географического общества его наград удостоились всего 26 человек.
14 ноября 1908 года в Санкт-Петербурге, в здании министерства сельского хозяйства, на Всероссийском совещании по организации сельскохозяйственного опытного дела доклад А.В.Журавского был с энтузиазмом встречен корифеями отечественной агропромышленной науки: Д.Н.Прянишниковым, В.В.Винером, В.В.Зеленским, В.П.Горячкиным, К.Д.Глинкой, Е.Ф.Лискуном и другими. После совещания Андрея Владимировича пригласили к премьер-министру П.А.Столыпину. Петр Аркадьевич внимательно выслушал молодого ученого и всецело поддержал разработанную им программу промышленного и социального развития края: организация ветеринарно-бактериологической станции для борьбы с сибирской язвой, освоение нефтяных месторождений Ухты, строительство двух железных дорог — Северо-Печорской и Печорской. На нужды станции на ближайшие шесть лет было обещано отпустить более 280 000 рублей.
12 января 1909 года А.В.Журавского в Царскосельском дворце принял император Николай II. Надо полагать, тому немало способствовал недавний выход из печати (Архангельск, 1908) ряда важных социально-экономических работ Андрея Владимировича, названия которых говорят сами за себя: «Печорская естественно-историческая станция при Императорской Академии наук. Ее задачи и история возникновения»; «Приполярная Россия. Нефть в бассейне Печоры»; «Приполярная Россия в связи с разрешением общегосударственного аграрного и финансового кризиса (экономический потенциал Севера)»; «К проблеме колонизации Печорского края»; «Климат и урожай на Печоре». Особо здесь следует выделить оригинальный труд под названием «Самоедское право. Материалы для законодательных предположений»: свод юридических актов, регламентирующих жизнь и принципы хозяйствования коренных народов Русского Севера, а также их взаимоотношения с губернской администрацией.
Весной 1909 года Переселенческое управление начало через архангельские банки перечислять деньги на нужды станции. Однако местные чиновники, несмотря на то, что деньги выделялись правительством, считали неразумным тратить столь значительные суммы на «пустые затеи» Журавского. Поэтому на имя Андрея Владимировича из Архангельска оказалась перечисленной всего 21 000 рублей (между тем из Петербурга уже выехала многочисленная Северо-Печорская экспедиция). Более того, прибывшая в сентябре комиссия Главного управления землеустройства и земледелия решила закрыть станцию. В губернском центре, да и в Петербурге не всеми приветствовались идеи А.В.Журавского. Его взглядов не разделяли некоторые известные российские ученые — профессор К.Ф.Жаков, будущий академик Л.С.Берг; в последние годы их стал критиковать Ф.Н.Чернышев. Отнюдь не приветствовали деятельность А.В.Журавского архангельский губернатор И.В.Сосновский и многие чиновники его администрации. Хотя в защиту Андрея Владимировича выступили такие авторитеты, как океанолог и картограф Ю.М.Шокальский, Б.Б.Голицын, основоположник российской климатологии А.И.Воейков, начальник Главного управления землеустройства и земледелия князь Игнатьев, работу экспедиции и финансирование станции прекратили. Одна из главных причин состояла в том, что противники Журавского в деле освоения природных богатств Русского Севера ориентировались не на русские, а на английские, шведские и норвежские фирмы и компании.
Андрей Владимирович тяжело пережил этот удар. Нервный срыв надолго приковал его к больничной койке. Больше года он лечился сначала в Петербурге, а затем за границей. Друзья добились решения министерства сельского хозяйства о назначении А.В.Журавского старшим специалистом Ученого комитета, что дало ему возможность продолжить исследования в Печорском крае. В начале 1909 года в Архангельске он опубликовал две статьи, где отстаивал свою концепцию агропромышленного развития Севера: «Экономико-исторические и географические положения границы вне-земледельческой области России» и «I. К вопросу о семеноводстве. II. К вопросу о мелиорации тундр».
1 января 1911 года в Усть-Цильме открылась новая станция — сельскохозяйственная опытная. Фактически это было прежнее учреждение, только под другим названием. Летом сюда приехали первые дипломированные специалисты — помощник агронома и две выпускницы высших сельскохозяйственных курсов. В том же году Печорская сельскохозяйственная станция участвовала в Санкт-Петербургской агровыставке и удостоилась золотой медали «за развитие овощеводства в арктической зоне». В 1912 году на станции начались постоянные метеорологические и агрометеорологические наблюдения. К 1914 году здесь были построены «2-х этажный дом для служащих, флигель для наблюдателя, флигель для рабочих, конюшня, скотный сарай, сарай для машин и баня. Начатая постройка главного здания, где помещались бы подсобные учреждения (лаборатория, библиотека, научные кабинеты и др.), в 1914 г. была приостановлена в связи с прекращением ассигнований"4. Библиотека станции насчитывала уже около двух тысяч наименований.
К этому времени относятся и новые работы А.В.Журавского, обобщающие накопленный им сельскохозяйственный опыт и дающие практические рекомендации: «Северные заморозки и культурные растения» (Петрозаводск, 1913); «Беседы о сельском хозяйстве на Севере» (Петрозаводск, 1914).
Хотя в 1913 году И.В.Сосновского на посту архангельского губернатора сменил С.Д.Бибиков, с которым А.В.Журавский как будто смог найти общий язык, все же в губернской администрации у Андрея Владимировича оставалось множество недругов. Они не могли смириться с тем, что он настойчиво продолжал отстаивать приоритет русских промышленников и предпринимателей перед иностранцами в области освоения природных богатств Русского Севера. Масла в огонь подлила серия фельетонов А.В.Журавского «Северные авантюристы», где высмеивались бюрократический стиль и продажность местных начальников. В конечном счете это привело к трагической гибели ученого-энтузиаста, патриота Андрея Владимировича Журавского. 15 августа 1914 года в Усть-Цильме на пороге созданной им станции его застрелил агент жандармского управления Н.И.Задачин, работавший здесь писарем.


1. Смоленцев Л.Н. Печорские дали. Художественно-документальная повесть. Сыктывкар, 1979. С. 277.
2. Там же.
3. Журавский А.В. Усть-Цилемская зоологическая станция, находящаяся под покровительством Императорской Академии наук. СПб., 1905.
4. Примак А.Я. Печорская сельскохозяйственная опытная станция (краткий отчет о состоянии станции и результатах работ за 1924 год) // Северное хозяйство (Архангельск). 1925. № 4. С. 18.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru