Русская линия
Московский журнал В. Кудрявцев01.07.2000 

Пограничная охрана России: слово и дело
О специальной лексикографии — одном из уникальных явлений отечественной научной мысли.

Лексикографическая практика (словарное дело) в России — одно из уникальных явлений отечественной научной мысли. В числе исторических памятников русской лексикографии насчитывается немало трудов, не имеющих аналогов в мировой культуре. Как отмечал Н.И.Греч в предисловии к вышедшему в 1852 году первому тому «Военного энциклопедического лексикона», последний представлял собой «творение, которому нет подобного ни в одном из других языков Европы».
Азбуковники, или алфавиты, лексиконы, словари и другие «толкования речей иностранных и словенских» (П.П.Пекарский) в своей совокупности отражают процесс развития языка и профессиональных терминологических систем в его составе — трансформацию от эпохи к эпохе тех или иных срезов речевой культуры, понятий, соответствующих определенной сфере деятельности. В данной статье впервые предпринимается попытка лексикографически проследить становление понятийного аппарата, характеризующего все связанное с границей и с пограничной безопасностью России в контексте отечественной истории.
Для периода от древности до начала XVIII столетия характерна разработка названного понятийного аппарата в общем словарном составе лексиконов. При этом такого рода лексика семантически многофункциональна, а не «специальна».
К лексикографическим источникам древности и средневековья относятся словари-ономастиконы, словари символики (приточники), словари словяно-русские, словари-разговорники. В числе наиболее ранних известны рукописные «Речь жидовскаго языка преложена на Роускую неразумно на разоумъ…» (жидовские — то есть библейские) при Новгородской кормчей 1288 года и содержащееся при Лествице Иоанна Синайского «Тлкование неудобъ познаваемомъ въ писанныхъ речемъ, понеже положены суть речи въ книгахъ отъ начальныхъ проводникъ ово Словенски, и ино Срьбски, и другая Блъгарски, и Гречьскы, их же неудоволишася преложити на Русскый» по списку 1431 года. Здесь пограничная и военная терминология представлены рядом слов (например, в «Тлковании…» — «тризна», «страдальство», «подвиг», «доблесть»; «крепость», «мужество», «луковъство"1); вместе с тем уже закладывается основа понятийного их толкования (в «Речи жидовского языка…»: «Соломонъ — миръ», «гоусли — языкъ», «ликъ — мысль"2)».
На рубеже XV — XVI веков появляются словари-разговорники: «Се татарскый языкъ», «Толкъ языка Половецкого», «Речь тонкословия греческого"3 и другие, положившие начало практике лексикографической разработки терминов и понятий русского языка в его отношении с языками народов пограничных государств.
В 1596 году в Вильне был опубликован «Лексиконъ Сиречь Речения, въкратце собраны и из словянскаго языка напросты Русский диалектъ истолкованы» Лаврентия Зизания4, содержащий 1061 слово, к части которых приводятся краткие энциклопедические пояснения.
В 1627 году вышел печатный «Лексиконъ Словяноросский и именъ толкование» Памвы Берынды — по выражению автора, «праця тридцатолетняя» (труд тридцатилетний)5. В предисловии Памва Берында говорит о «широком и великославном языке Словенском великой и малой России"6. В первой части Лексикона дан перевод и толкование слов, преимущественно церковнославянских; вторая часть содержит имена «от Евреетского, Греческого, Латинского и от иных языков», в том числе славянские. Приводится значительное число слов, или находивших употребление в сфере обеспечения пограничной безопасности государства по своей семантике, или уже являвшихся специальными терминами пограничного дела. Понятие территориальной границы представлено словами «межа» (л.34)7, «пределъ», «граница» (л.85). Однако здесь не значатся употреблявшиеся в тогдашней письменности такие лексемы, как «украина», «рубеж», собственно «граница» (последнее приведено в качестве синонима слова «предел»). Из терминов, употребляемых в источниках древности и средневековья для выражения идей и доктрин обеспечения пограничной безопасности государства, в Лексикон вошли слова: «блюду — стерегу, постегаю, доглядаю, смотрю» (л.4); «брегу — стерегу (л.4); «взбранение — забороненье, оборона, препона» (л.10); «заграждение — загорожение» (л.32); «залагаю — заставю» (л.32); «заступление — оборона» (л.34); «прещение — гроза, заказъ, загражденье»; «прещаю — заграждаю» (л.88); «сражаю — борю» (л.106); «стражба», «сторожа» (л.112); «станъ», «становище» (л.113). Ряд значений и этимологий раскрываются: «брань — борю, война, битва, бой» (л.4); «бранный супостатъ — неприятель военный» (л.4)…
Со второй половины XVI века складывается самостоятельное направление древнерусской лексикографии — азбуковники, или «алфавиты иностранных речей». В списках Соловецкой библиотеки упоминаются «Алфавит иностранных речей, рукопись XVII в.» (256 листов), «Алфавит иностранных речей, рукопись XVII в.» (652 листа), «Алфавит иностранных речей, рукопись XVIII в.» (582 листа) и другие8. Представляют интерес включенные в некоторые из них сведения географического характера с указанием границ государств и с описанием приграничных с Россией стран9.
В XVII веке был создан так называемый словарь из собрания Е.В.Барсова10, содержащий значительный объем русской, украинской и белорусской лексики. Состав понятий и терминов, относящихся к сфере обеспечения пограничной безопасности государства, в нем заметно расширен. Из понятий, обозначающих территориальные границы государства, в словарный состав включены «предел» (л.156), «межда», «мжа» (л.99), «пограничние», «пограничный» (л.139). Составные термины «пограничное место», «пограничные государства» в отечественной литературе XVII века имели уже достаточно однозначный смысл: «Про Турского и про Крымского, и всехъ пограничных государствъ вестей из Астрахани посылати»; «Государство Астраханское… стоит межъ пограничныхъ мусульманских государств» (Акты исторические. 1625. Т.3. С.214). В словаре отсутствуют лексемы «украина», «государева украина», «рубеж» — как обозначения государственной границы, — достаточно широко встречающиеся в тогдашней письменности. Так, в «Боярском приговоре о станичной и сторожевой службе (1571) говорится: «…государевым украинам было бережение, чтобы воинские люди на Государевы украины войною безвестно не приходили» (Акты Московского государства. 1571. С. 2 — 5). Понятие «рубеж» (граница государства) зафиксировано в Новгородской I летописи (1342. С.354), Псковской I летописи (1441. С.45) и других источниках. С середины XVI века уже бытует в практике межгосударственных дипломатических отношений и термин «граница».
В составе словаря в качестве терминов, семантически выражающих идеи безопасности государства, находим: «безопасие», «безопасный» (л.4); «опасение», «опаство», «опасаюсь» (л.248); «блюду» (л.17); «бережение» (л.18); «вооружаю», «вооружение» (л.32); «защищаю», «зри заступаю», «защитникъ», «застоновляю» (л.65); «наступаю» (л.113); «прещаю», «запрещаю», «прещение» (л.160). Приводятся также термины, обозначающие структуры, создаваемые в целях охраны границы государства: «дозоръ» (л.48); «станъ», «станище» (л.205); «стража» (л.206). По ряду понятий дается развернутая парадигма их языкового употребления. Если в Лексиконе Памвы Берынды читаем только «воинъ», «воинство», то в словаре из собрания Барсова уже — «воинъ», «воинъ добровольный», «воинъ легкий», «воинъ водный», «воинъ свободный», «воинство», «воинственный» и так далее (л.27, 28, 29). Наличествуют составные термины: «бране творите», «брань творю», «браненачальникъ» (л.17); «наступаю на чье место» (л.113); «стою окрест», «стою здалече» (л.206), а также даются синонимические лексемы: «бранный, ратный» (л.17); «защищаю, зри заступаю» (л.65); «страдалец, зри борец»; «страдательство, зри подвигъ» (л.206).
В первой половине XVIII века появляются «Лексиконъ треязычный сиречь речений словенскихъ, елиногреческихъ и латинскихъ сокровище из различныхъ древнихъ и новых книгъ собранное и по славянскому алфавиту в чинъ расположенное» Ф.П.Поликарпова (М., 1704), созданный при личном участии Петра I «Лексикон вакабуламъ новымъ по алфавиту» (1704), «Генеральный Регламент 1720 г. Толкование иностранныхъ речей, которые въ семъ регламенте», а также Рукописный лексикон (название условное), хранящийся в фондах Академии наук (впервые издан в 1964 году)11.
«Лексикон треязычный…», составленный на широкой базе общенационального, церковнославянского и литературного языков, содержит 19 712 языковых единиц. Ф.П.Поликарпов творчески использовал предшествующий лексикографический опыт. Будучи верным сподвижником Петра I и являясь справщиком первого российского печатного органа «Ведомости», Ф.П.Поликарпов создал труд, отражающий мировоззрение своей эпохи. Это сказалось и в лексикографической разработке понятий и терминов сферы обеспечения пограничной безопасности государства. В их числе — «грань», «граница», «тоже граню или граничу», «граничный» (с.172); «межа» (с.349). «Украина» и «рубеж» (в смысле границы территории) отсутствуют. Именно с лексикона Ф.П.Поликарпова термин «граница» входит в словарный оборот (хотя понятие «граница государства» им не раскрывается).
В «Рукописный лексикон…» включены термины «граница» («межа»), «граничити», «граничный» (смежный)12.
Анализ понятийного аппарата сферы обеспечения пограничной безопасности по материалам выходившей с участием Ф.П.Поликарпова газеты «Ведомости о военных и иныхъ делахъ достойных знания и памяти случившихся в Московском государстве и въ иныхъ окрестных страны» за 1703 год выявляет употребление понятий «свейская граница», «пограничные иноземцы» и тому подобных в качестве межгосударственно-пограничных терминов: «Города Олонца Попъ Иванъ Окуловъ собравъ охотниковъ пешихъ съ тысячю человекъ ходилъ за рубежъ в свейскую границу и разбилъ свейские… заставы, и на техъ заставахъ шведение побилъ многое число…"13; «Русские торговые люди с пограничными иноземцы въ Азове торги свои справляютъ"14.
В поликарповский лексикон введены понятия и термины, относившиеся в XVII — начале XVIII века к практике межгосударственного разграничения: «межую» (с.350); «пределяю — зри разделяю» (с.505); «пределятель — зри разделятель» (с.505); «развод», «развод творю» (с.572), а также термины-наименования межгосударственных документов-соглашений: «грамота» (с.171); «договоръ», «договорное письмо» (с.195); «хартия — хортиа писано» (с.725). А вот термины, выражавшие идею обеспечения пограничной безопасности: «бдительный» (с.28); «бережу, берегу — зри брегу» (с.42); «блюдение», «блюдю» (с.64); «бранъ — воинская, бранный или ратник, браненачальникъ» (с.79); «прещаю — угрожаю, прещение» (с.520). Однако здесь нет самого слова «безопасность», присутствующего в словаре из собрания Е.В.Барсова15 и в «Рукописном лексиконе…"16 В первой четверти XVIII века встречается и сочетание терминов «безопасность» и «государство» (текст Ништадтского мирного договора России со Швецией 1721 года)17.
В Лексиконе значительно расширен и состав наименований организационных структур и лиц, решающих задачи защиты и охраны границы: «дозор», «дозорщик — зри дозор» (с.196); «станъ, становище, становлю — зри ставлю» (с.659); «сторожъ», «стороже — зри сторожъ» (с.663); «стражъ», «сторожа», «старжба», «стороже — зри страже, страж» (с.665); «башня», «башнями окружен» (с.27); «валъ около места» (с.91); «градъ, стенами огражденъ, градъ ограждаю, градец или городокъ» (с.171); «крепость» (с.331). Для более полного раскрытия семантического содержания ряда терминов Ф.П.Поликарпов приводит их в паре с синонимами: «бранный или ратник» (с.79); «лазутчикъ — зри соглядатай» (с.335); «пределяю — зри разделяю» (с.505); «прещаю — угрожаю» (с.520); «страдальчество — зри подвиг» (с.664); «стороже — зри стражъ» (с.665). Некоторые понятия трактуются весьма широко. Так, слово «стою» представлено 18 статьями: «стою — пребываю недвижимъ или нерушимъ», «стою окрестъ», «стою из далеча», «стою противо», «стою от твоея стороны», «стою в пристанище», «стояние» (с. 663 — 664).
Как видим, в целом «Лексикон треязычный…» Ф.П.Поликарпова явился значительным вкладом в дело лексикографической разработки терминологии, касающейся сферы обеспечения пограничной безопасности государства.
«Лексиконъ вакабуламъ новымъ по алфавиту"18, который по составу можно назвать одним из первых отечественных военных лексиконов, примечателен тем, что трактовка ряда терминов в нем дана лично Петром I (выделенное курсивом приписано его рукой). В отношении военной защиты границы это: «блокада тожъ дальняя осада или запретье в город» (с.365); «гвардия караулъ или стража» (с.367); «герса застава» (с.368); «дефензiа защита, оборона» (с.368); «постъ <> место, заимище, станъ» (с.376); «секретъ — тайна» (с.377). Одна из главных дефиниций здесь — защита, оборона (в словаре из собрания Е.В.Барсова: «защита — зри заступаю, защитникъ, застанавливать"19. Надо сказать, что с XVI века защита границ государства становится одним из главных направлений деятельности по обеспечению государственной безопасности. Именно защиту границ вменяют в историческую заслугу великим князьям и государям, которые Русь «защищали от соседних иноверных царей, и королей, и всякихъ военначальниковъ воюющихъ» («Повесть о прихождении Стефана Ботория на град Псков»). До настоящего времени понятие «защита государственной границы» означает «часть системы обеспечения безопасности Российской Федерации и реализации государственной пограничной политики Российской Федерации"20.
Своеобразие же «Рукописного лексикона первой половины XVIII столетия» (16 300 языковых единиц) заключается в том, что в его состав вошел ряд языковых новообразований, отражающих охранно-пограничные реалии своего времени. Идея территориальной границы представлена утвердившимися в дипломатической практике и государственном строительстве терминами «граница» («межа»), «граничити», «граничный» (смежный) (с.79). Понятие «государственная граница» в смысле границы государства отсутствует, зато впервые введен термин «государство». Между тем в законодательных актах и научно-публицистической литературе соответствующего периода понятие «государственная граница» (граница государства) уже употребляется. Так, в документах ратификации вышеупомянутого Ништадтского договора говорится: «И понеже с обеихъ сторонъ истинное и ревностное намерение имеют истинный и постоянный миръ учинить, и для того весьма потребно есть, чтоб границы междо обеими Государствами и землями такимъ образомъ определены и учреждены были"21.
Что касается понятийного аппарата сферы обеспечения пограничной безопасности государства, «Рукописный лексикон…» дает «безопасность, безопасный» (с.36); «блюсти» (с.42); «боронити, обороняти» (с.46). Есть такие термины, как «наступление» (с.201) и «оборона» (с.225). По поводу охранных пограничных структур: «застава», «засека» (с.116); «засада» (с.116); «караул — татар. стража» (с.137); «стража — сторожа» (с.391) и другие. Сюда же следует отнести и термин «таможня» (с.395). Составные термины типа «пограничная служба», «сторожевая служба» отсутствуют, хотя слово «служба» (с.382) приводится.
Таким образом, к первой четверти XVIII столетия в России в основном сложился лексикографический свод понятий и терминов сферы обеспечения пограничной безопасности государства. Уже с первых рукописных лексиконов, азбуковников, словарей прослеживается ряд лексикографических приемов их толкования и раскрытия их семантики. Это, во-первых, употребление составных терминов: «бранный супостат», «неприятель военный» («Лексикон Славяноросский и именъ толкование» Памвы Берынды); «бране творите», «брань творю», «наступаю на чье место», «стою окрест» (словарь из собрания Е.В.Барсова); «башнями окружен», «вал около места», «градъ стенами огражденъ» («Лексикон треязычный…» Ф.П.Поликарпова). Во-вторых, сравнение трактуемых терминов с синонимическими лексемами: «блюду, стерегу — взбранение, заборожение»; «прещаю — заграждаю», «стражба — сторожа» («Лексикон Славяноросский…» Памвы Берынды); «защищаю — зри заступаю», «страдалец — зри борец», «страдательство — зри подвигъ», «бранный — ратный» (словарь из собрания Е.В.Барсова); «пределяю — зри разделяю», «бранный или ратник», «становлю — зри ставлю», «стороже — зри стражъ», «лазутчик — зри соглядатай» («Лексикон треязычный…» Ф.П.Поликарпова); «караул — татар. стража» («Рукописный лексикон…»).
Словарный состав рукописных и печатных лексиконов отражает также процесс эволюции понятийного аппарата сферы обеспечения пограничной безопасности государства. Интересна лексикографическая история терминов «граница», «государственная граница». Они начинают употребляться в документах деловой письменности с первой половины XIV века (так, в договорной грамоте Новгорода с Ливонским орденом от 28 января 1323 года говорится: «чтобы у каждого осталась его граница, как это исстари было"22). Однако в лексикографических памятниках понятие «государственная граница» оказывается зафиксированным гораздо позже — в конце XVIII — начале XIX века. Отсутствует оно и в переводных лексиконах XVIII века, например в словаре И.Ф.Лихтена23, — здесь мы находим лишь термины «граница», «границы», «граничный» и выражения «границы назначаю», «границы пологаю». В работе Иогана Геснера «Лексиконъ латинской, с Геснерова этимологического лексикона на русский язык переведенной в Императорском Московском университете» (М., 1767) в реестре российских слов значатся слова и фразеологизмы: «граница», «границами вместе сойтись», «границами совокупляется», «границы наблюдаю», «границы назначиваю», «место, где границы сходятся», «границы пологаю», «граничить» и другие24.
В.Н.Татищев в своем «Лексиконе Российском историческом, географическом, политическом и гражданском», направленном им в Академию наук в 1746 году, приводит определение грани: «грань — разумеется межа или граница, на чем-либо назначенная, за которую, если кто умышленно повредит, по закону лишение чести или живота положено"25. Это все.
В 1847 году Российской Академией наук был издан «Словарь церковно-славянскаго и русскаго языка» в четырех томах. Здесь «граница» определяется как «пределъ, рубежъ отделяющий одну землю от другой. Границы государства. Старинное то же, что грань, порубежный знакъ». Здесь присутствует и термин «пограничник» (старинное «граничник»)26.
В первой четверти XVIII столетия складываются (применительно к границе) понятия «безопасность», «защита», «охрана», «оборона» и другие. Термин «безопасность» представлен в словаре из собрания Е.В.Барсова27. В «Рукописном лексиконе первой половины XVIII столетия» зафиксировано: «безопасность», «безопасный» (с.36). Указанная дефиниция включена и в переводные лексикографические издания середины XVIII века (в «Лексиконе…» И.Ф.Лихтена: «безопасность, безопасно»; в «Лексиконе…» Иогана Геснера: «безопасно, безопасность, безопасный»).
К концу первой четверти XVIII века сформировалась понятийно-терминологическая база для именования организационных структур, обеспечивающих защиту и охрану границ государства: «застава», «засада», «караул», «станица», «стража», «таможня» («Рукописный лексикон…»). Однако уже вошедшие в деловой оборот такие понятия, как «государственная сторожевая служба», «сторожевая и станичная служба», а также названия соответствующих органов: «разряд», «военная коллегия» и тому подобные — в лексиконах данного периода отсутствуют. Отсутствует и понятие «застава» («пограничная застава»), которое появляется только в «Лексиконе…» Татищева: «Застава — форпост, нем., суть двояки, одни употребляют в войске в крепких местах для предостережения неприятеля, и оные или токмо для известия о его движении малые и лехкие, или для удержания великия… Другия заставы гражданския для збережения пошлины или проезда незнакомых и беглых людей; сии по дорогам имеются, а особливо по границам. На море называются брантвахта"28. Понятие «застава пограничная» вошло в состав «Словаря церковно-славянскаго и русскаго языка"29.
Так воплощалась в слове идея пограничной охраны и безопасности Государства Российского.

Иоaнъ Екархъ Болгарский. Изслъдование, объясняющее историю словенскаго языка и литературы IX — Х столетий. Написано Константиномъ Калайдовичемъ. Москва, 1824. С. 196.
2Там же. С. 193 — 199.
3Симони П.К. Памятники старинной русской лексикографии по рукописям XV — XVII столетий // Известия отделения русского языка и словесности Академии наукъ. СПб., 1908. С. 175 — 212.
4Lavrentij Zizahij. Hrammatika slovenska. Wilna, 1596; Frankfurt am Main, 1980.
5Памва Берында. Лексикон Славяноросский и именъ толкование. РГАДА. Фонд 381, ед. хр.1029.
6Там же. Л.2.
7Здесь и далее ссылка на лист дается по источнику из РГАДА.
8Карпов А. Азбуковники, или Алфавиты иностранных речей по спискамъ Соловецкой библиотеки. Казань, 1877.
9Карпов А. Указ.соч. С. 220 — 237.
10Рукописный отдел ГИМ. № 2213. Далее в тексте и в примечаниях — ссылки на указанный источник.
11Рукописный лексикон первой половины XVIII века. Издательство ЛГУ. Л., 1964.
12Рукописный лексикон… С. 79.
13РГАДА. Рукописное отделение собрания Московской Синодальной типографии. Фонд 381, оп.1, ед.хр.954. Л.42.
14Там же. Л.143.
15Словарь из собрания Е.В.Барсова. Л.4.
16Рукописный лексикон… С. 36.
17РГАДА. Рукописный отдел библиотеки Московской Синодальной типографии. Фонд 381, ед.хр.805. Л.6.
18Сб. ОРЯС. Т.88. СПб., 1910. С. 363 — 382.
19Словарь из собрания Е.В.Барсова. Л.66.
20О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации «О Государственной границе Российской Федерации». Собрание законодательства Российской Федерации, 1994. № 16, ст. 1861.
21РГАДА: Рукописный отдел библиотеки Московской Синодальной типографии. Фонд 381, ед.хр.805. Л.15.
22Грамоты Великого Новгорода и Пскова. М.,-Л., 1949. С. 66 — 67.
23Лихтен И.Ф. Лексиконъ российской и французской, в которомъ находятся почти все Российския слова по порядку российского алфавита. СПб., 1762.
24Геснер Иоган Матиус. Лексиконъ латинской, с Геснерова этимологического лексикона на русский язык переведенной в Императорском Московском университете. М., 1767. С. 218, 361, 620, 822, 861.
25Лексиконъ Российской исторической, географической, политической, гражданской. Сочиненный господиномъ Тайнымъ советникомъ и Астраханскимъ Губернаторомъ Василием Николаевичем Татищевымъ. Ч.1. СПб., 1793. С. 246.
26Словарь церковно-славянскаго и русскаго языка. М., 1848. Т.1. С. 289.
27Словарь из собрания Е.В.Барсова. Л.4.
28Лексикон Российской исторической, географической, политической, гражданской… С. 285 — 286.
29Словарь церковно-славянскаго и русскаго языка. Т.2. С. 38.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru