Русская линия
Московский журнал М. Листов01.07.1999 

Иван Антонович Ефремов
Рассказ о научной деятельности профессора Ефремова, известного широкому читателю больше как автор книг «Туманность Андромеды», «Час быка» и т. д.

В октябре 1997 и 1998 годов в подмосковном академгородке Пущино проходил I международный симпозиум (1-я и 2-я части) «Иван Ефремов — ученый, мыслитель, писатель. Взгляд в III тысячелетие. Предвидения и прогнозы». В Пущино собралось более 400 участников со всех концов страны — от Хабаровска до Калининграда: педагоги и врачи, ученые и писатели, дипломаты и парламентарии. На равных выступали доктора наук и школьные выпускники — с оригинальными яркими докладами. Симпозиум начался с показа художественно-публицистического кинофильма «Откровение Ивана Ефремова».
Форум, посвященный одному из универсальных мыслителей XX века, состоялся благодаря самоотверженной работе Оргкомитета, а также поддержке Комитета по образованию и науке российского парламента, министерств науки и технологий, природных ресурсов, администраций Ямало-Ненецкого и Ханты-Мансийского автономных округов, АО «Совкомфлот», рекламно-продюсерского центра «Си-Про продакшн» и других организаций. Он привлек внимание ЮНЕСКО, о нем создан фильм «Посол Будущего», готовится к изданию сборник материалов в двух томах. Началась подготовка ко II международному симпозиуму, посвященному И.А.Ефремову, который намечено провести в 2000 году — на рубеже тысячелетий.
«То, что профессор Иван Антонович Ефремов был выдающимся ученым и писателем, едва ли нуждается в комментариях, — писал известный американский палеонтолог, профессор Калифорнийского университета, автор первой в Америке книги о русском ученом Э.К.Олсон, много лет друживший с И.А.Ефремовым. — Его специальные научные исследования свежи, как будто только что опубликованы… Его научная фантастика, исторические романы распространились по всему миру и сделали его явлением среди фантастов Запада и Востока… Его философия… была в скрытой силе этого человека, который казался иногда загадочным представителем своего общества… Этот человек, профессор Ефремов, был редкой личностью, которая, казалось, не чувствовала границ пространства и времени. Его диалектические изыскания проникали в далекое прошлое человеческой истории.
Теперь, как и всегда, имеется необходимость в людях с философской смелостью, с такой способностью проникновения в сущность явлений и единства всей природы…»
Глубокое своеобразие личности И. Ефремова во многом объясняется необычностью его биографии и синтеза личных качеств, уникальностью опыта ученого-естествоиспытателя и путешественника-исследователя, наконец, условиями, в которых он развивался. Вспоминая 30-е годы, он писал: «Мне посчастливилось быть в рядах тех геологов, которые открыли пути ко многим важным месторождениям полезных ископаемых. Эта трудная работа так увлекла нас, что мы забывали все…»
Впоследствии ученик И. Ефремова, известный палеонтолог П.К.Чудинов скажет в своей книге: «Он имел открытый характер, его любили, перед ним преклонялись. Уже при жизни он получил признание, о его литературном творчестве писали диссертации, статьи, очерки, книги.
Во многом благодаря ему мы имеем сегодня одну из лучших в мире коллекций по пермским и триасовым позвоночным. Практически четверть века он возглавлял исследования по древнейшим наземным позвоночным в СССР. Он оставил блестящие, не утратившие значения и сейчас научные труды, основал новую отрасль палеонтологии — тафономию, провел выдающуюся по результатам и научному значению экспедицию в Гоби и вошел в плеяду известнейших исследователей Центральной Азии… Участвовал в освоении Сибири и Дальнего Востока, был первопроходцем на трассе БАМ. Прокладывал новые пути в советской научной фантастике и вошел в число лучших фантастов мира.
Палеонтологи назвали его именем много родов и видов ископаемых животных. В его честь названа одна из малых планет Солнечной системы — Ефремиана».
В конце 80-х годов мне как автору первого полнометражного художественно-публицистического кинофильма об Иване Антоновиче удалось с помощью знаменитой летчицы В.С.Гризодубовой осуществить со съемочной группой редкостное путешествие. В монгольской Гоби, «одной из самых страшных полупустынь мира» (по свидетельству американского профессора Эндрюса, побывавшего там в 1925 году с палеонтологической экспедицией), накануне предрассветного выезда на раскопки Тугрикин-Ширэ, которые начинал профессор Ефремов в конце 40-х годов, руководя советско-монгольской палеонтологической экспедицией, в затерянном среди бескрайних гобийских просторов аймаке (селении) Булган-Сомон, я вышел из «гостиницы» проверить, как обстоят дела с ремонтом нашей машины, и, взглянув невзначай вверх, застыл, пораженный картиной звездного неба. Это было нечто фантастическое! Слева направо через весь небосвод дугой простирался светящийся шлейф. Казалось, до него вот-вот дотронешься рукой. Спросил оказавшегося рядом монгола проводника: «Что это такое?!» Он в ответ усмехнулся: «Так ведь это Млечный Путь…»
И вот тогда пришло понимание того, почему именно здесь у палеонтолога и путешественника, исследователя Центральной Азии Ивана Ефремова зародился замысел романа о будущем, о Великом Кольце миров — «Туманность Андромеды», которому суждено было стать классикой мировой научной фантастики.
Спустя годы он, обладавший феноменальной памятью и редчайшей наблюдательностью, напишет: «Важнейшая сторона воспитания — это развитие острого восприятия природы и тонкого с ней общения. Притупление внимания к природе — это, собственно, остановка развития человека, так как, разучаясь наблюдать, человек теряет способность обобщать».
В пору своей службы в военной авиации, куда я и мои сверстники ринулись, вдохновленные фантастикой Ефремова, вслед за Гагариным и первыми космонавтами, мне посчастливилось попасть в дом к любимому писателю (тогда нам мало было известно о его деятельности ученого). К сожалению, встретиться с Ефремовым не удалось из-за его болезни. Но ответ на мое письмо к нему пришел неожиданно быстро — с приглашением приехать в будущем.
К несчастью, судьба распорядилась по-иному: незадолго до намеченной встречи пришла скорбная весть…
Второй раз в доме И.А.Ефремова я оказался уже по приглашению Т.И.Ефремовой — его верного друга и жены. И был огорошен горькими словами: «Иван Антонович теперь не в моде…» Я узнал, что спустя месяц после кончины Ефремова в дом пришли люди из КГБ и около тринадцати часов производили обыск. Искали идеологически вредную литературу, которой, разумеется, не оказалось… Вскоре по Москве поползли слухи, что Иван Антонович — это не Иван Антонович, а английский шпион, которым подменили «настоящего» Ефремова в пустыне Гоби…
Результаты не замедлили сказаться. Выход шеститомного собрания сочинений И. Ефремова был задержан, его имя исчезло даже из кроссвордов, на юбилейной ХХ сессии Всесоюзного палеонтологического общества доклады о Ефремове — основателе тафономии! — были сняты. Это казалось совершенно невероятным. Ведь авторитет Ивана Ефремова как писателя и ученого был исключительно велик, он считался признанным флагманом советской научной фантастики, ему шли письма со всего света (позже мне довелось прочитать более 1000 писем в его архиве в Ленинграде — интереснейших писем!)…
Почти никто не понимал, в чем дело. Лишь немногие (в Москве) понимали, но побоялись протестовать — «как бы чего не вышло». Некоторые рассуждали так: «Иван Антонович велик, его дело не пропадет, со временем все станет на свое место"… Впоследствии в защиту Ивана Ефремова, его творчества выступили в основном не именитые и знаменитые, когда-то гордившиеся дружбой с ним, а рядовые читатели, письма от которых с просьбами и требованиями восстановить доброе имя И.А.Ефремова потекли в «компетентные органы» и различные организации, конечно же, и в ЦК… Но для этого сначала надо было дать знать общественности, что же произошло.
С этой целью весной 1973 года в одной из московских квартир собрались четверо молодых людей, включая автора этих строк. Стали думать, как сделать, чтобы восторжествовала справедливость и книги Ефремова возвратились к читателям.
Будучи в гостях у Т.И.Ефремовой, я ознакомился сотнями с двумя писем и телеграмм соболезнования, присланных ей после ухода Ивана Антоновича, и выбрал некоторые из них, ориентируясь на известность авторов: авиаконструктор О.К.Антонов, педагог В.А.Сухомлинский, космонавт В.И.Севастьянов… Составил короткое, на страницу, послание, в котором как мог излагал суть дела и призывал помочь обращениями в высокие инстанции. Отправил сначала 13 посланий… Своим друзьям-единомышленникам я предложил продолжить это дело и одновременно по мере возможности пропагандировать книги и мысли Ефремова. Предложение было принято, началась непростая, требующая больших усилий, деликатности и настойчивости работа. Удалось привлечь видных деятелей культуры, науки, например психолога профессора К.К.Платонова, нейропсихолога Ф.В.Бассина (оба были консультантами романа И. Ефремова «Лезвие бритвы»), известного ученого в области военных наук адмирала В. Боголепова, легендарную летчицу Валентину Гризодубову (ее вклад в дело восстановления справедливости в отношении И.А.Ефремова трудно переоценить). Надо отдать должное гражданской позиции писателя-фантаста А.П.Казанцева и ленинградского литературоведа-критика А.Ф.Бритикова, обратившихся непосредственно в ЦК. Самоотверженно боролась Т.И.Ефремова…
Наши усилия не пропали даром. В 1975 году запрет с имени И.А.Ефремова был официально снят. Издали отдельной книгой роман «Таис Афинская», 5 томов собрания сочинений Ефремова, однако роман «Час Быка» оставался под запретом вплоть до 1988 года (впервые он вышел в 1969 году в журнальном варианте, в 1970 году — отдельной книгой).
В сборнике материалов 1-й части симпозиума в Пущинском научном центре (1998 г.) опубликовано выступление кандидата исторических наук Н.В.Бойко «Новые материалы к биографии И.А.Ефремова», где приводятся следующие факты. В 1970 году была подготовлена записка в ЦК КПСС за подписью председателя КГБ Ю.В.Андропова. В ней, в частности, говорилось:
«В романе «Час Быка» Ефремов под видом критики общественного строя на фантастической планете «Торманс» по существу клевещет на советскую действительность, поскольку, как он сам признает в предисловии, книга «говорит о путях развития грядущего коммунистического общества».
Содержание критических суждений автора отражают следующие выдержки: «…Устранение верхушки ничего не решает: на месте убранной сейчас же возникнет новая вершина из нижележащего слоя! У пирамиды надо развалить основание… Кстати, это давняя методика всех подлинных революций. Приспеет время, пирамида рухнет, но только когда внизу находятся силы, способные на организацию нового общества…» «Под масками новых общественных форм затаилась та же прежняя капиталистическая сущность угнетения, подавления, эксплуатации, умело прикрытая научно разработанными методами пропаганды, внушения, создания пустых иллюзий».
Для усиления впечатления были приведены также отклики читателей: «Вы затронули проблемы, которые волнуют сегодня всех честных и мыслящих людей, и прежде всего тех, которые остро страдают от несовершенства сегодняшнего уклада жизни…»
Записка заканчивалась информацией, что на черном рынке роман «Час Быка» продается в 10 раз дороже, чем в магазинах. На документе сохранилась резолюция М.А.Суслова: «Ознакомить секретарей ЦК КПСС и обменяться мнениями на Секретариате». Это заседание состоялось 12 ноября 1970 года. На нем присутствовали Суслов, Пельше, Демичев, Устинов, Пономарев, Катушев, Соломенцев.
В постановлении Секретариата под грифом «Сов. секретно» говорилось: «Поручить ЦК ВЛКСМ рассмотреть данный вопрос и доложить ЦК КПСС» (так как журнал и издательство «Молодая гвардия» находились в ведении ЦК ВЛКСМ).
Далее события разворачивались следующим образом. К И.А.Ефремову пришел В.Н.Ганичев, тогдашний директор издательства «Молодая гвардия», с предложением написать Суслову, чтобы спасти журнал. Такое письмо Ефремовым было написано, но адресовано П.Н.Демичеву, который курировал вопросы культуры. Через месяц ЦК ВЛКСМ закончил рассмотрение вопроса и подготовил записку «О журнале «Молодая гвардия» и о романе И.А.Ефремова «Час Быка». В ней сообщалось, что «главный редактор журнала т. Новиков освобожден от должности». Руководству журнала и издательству указали на необходимость повышения требовательности к авторам и более тщательной работы над рукописями. В отношении романа «Час Быка» было сказано, что поставленную задачу «показать закономерность и неизбежность победы коммунистического общества» автору решить не удалось: «…писатель допустил ошибочные оценки проблем развития социалистического общества, а также отдельные рассуждения, которые дают возможность двусмысленного толкования».
Потом Ивана Антоновича пригласили в ЦК к П.Н.Демичеву. Встреча произошла в марте 1970 года и длилась около двух часов. Ефремова удивило, что секретарь ЦК хорошо знаком с его произведениями и основывается не только на материалах, подготовленных референтами. Говоря о романе «Час Быка», Демичев посоветовал сосредоточить внимание на вопросах единовластия, а не коллегиальности, лежащей в основе партийно-государственной системы СССР. Попросил присылать ему рукописи будущих книг. Это пожелание было выполнено, и рукопись последнего романа «Таис Афинская» была ему направлена.
После беседы с Демичевым Отдел культуры ЦК подготовил записку: «…писатель выражает несогласие с некоторыми критическими оценками его научно-фантастического романа «Час Быка"… С И.А.Ефремовым состоялась беседа, ему даны необходимые разъяснения по вопросам, затронутым в письме. И.А.Ефремов беседой удовлетворен…»
Сегодня, после всего, что произошло с нашей страной, «Час Быка» читается как сбывшееся пророчество. В 1972 году появился первый доклад Римского клуба «Пределы роста», в котором 100 экспертов из 53 стран мира представили картину будущих бедствий человечества. Русский писатель Иван Ефремов уже в 1967 году в своем романе предсказал все это, причем ярко, образно, в подробностях…
В конце 60-х годов И.А.Ефремов, отмечая «взрыв безнравственности» в обществе, говорил, что ему это кажется «гораздо опаснее ядерной войны». И далее в письме к профессору Олсону: «Мы можем видеть, что с древних времен нравственность и честь (в русском понимании этих слов) много существеннее, чем шпаги, стрелы и слоны, танки и пикирующие бомбардировщики. Все разрушения империй, государств и других политических организаций происходят через утерю нравственности. Это является единственной причиной катастроф во всей истории, и поэтому, исследуя причины почти всех катаклизмов, мы можем сказать, что разрушение носит характер саморазрушения».
Профессор В.Н.Сагатовский в кинофильме об И. Ефремове говорит: «Иван Антонович Ефремов принадлежит к числу очень редких в истории человечества личностей, которые воистину обладали талантом целостного, синтетического взгляда на мир. И здесь он, конечно, человек нашей отечественной культуры, потому что целостность, всеединство, умение понять другой народ, другую культуру — это черты нашей национальной культуры… И сейчас, на пороге ХХI века, когда мы стоим перед альтернативой, выживет ли человечество, решит ли оно свои глобальные проблемы, вот такой целостный взгляд на мир нам очень нужен».
«Надо помнить, — писал сам Ефремов, — что каждый человек, не только писатель, — дитя своего времени, своей страны и своего народа. Поэтому писатель может говорить только своим голосом, голосом времени, и в этом отношении он для своего времени больше всех гигантов прошлого».
Один из друзей И.А.Ефремова, ленинградский геолог профессор П.С.Воронов сказал о нем: «Я имел счастье повстречать на своем жизненном пути человека, глубоко чувствовавшего направление развития человеческого общества, стремившегося видеть и переживать его достижения и недостатки, по-настоящему русского человека и патриота, чрезвычайно заинтересованного в лучшей судьбе нашего Отечества; человека, всегда стремившегося к тому, чтобы наши погрешности (совершенно неизбежные при поисках новых, непроторенных путей, когда поневоле приходится использовать метод проб и ошибок) не перерастали бы в наши грехи перед историей и людьми… Огромное ему спасибо за то, что он был именно таким, ибо он, безусловно, был одним из украшений мыслящего человечества».


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru