Русская линия
Московский журнал Е. Грузинов01.11.1998 

Военная реформа царя — миротворца
Главной заботой императора Александра III была армия — оплот и опора любого государства

Вступив на престол, император Александр III в Манифесте от 29 апреля 1881 года выдвинул на первый план «поддержание порядка и власти, наблюдение строжайшей справедливости и экономии, возвращение к исконно русским началам и обеспечение повсюду русских интересов"1. Император был инициатором всех крупных перемен, происшедших в период его царствования, и преобразования в военной области, одни из важнейших, не стали исключением. Активный участник русско-турецкой войны 1877−1878 годов, командовавший там крупными отрядами, на практике изведавший военную науку в тяжелой боевой обстановке, знавший недостатки в армии, Александр III прекрасно понимал необходимость военной реформы и с первых же дней царствования приступил к ее осуществлению. Особенность этой реформы состояла в том, что ее предстояло проводить в условиях расстройства финансов Российской империи, усугубленного недавней войной на Балканах, недешево обошедшейся государственной казне. Поэтому на знамени военных нововведений крупными буквами было начертано слово «экономия», впервые появившееся в упомянутом Манифесте.
Александру III не понадобилось много времени, чтобы выработать концепцию реформы. (А у нас с 1992 года еще концепция не разработана!) Он с самого начала придал ей в основном оборонительный характер. Да и сам император по делам и помыслам своим склонен был к миру и вошел в историю как царь-миротворец. Здесь отразились как его мировоззрение в целом, так и личный взгляд на войну. В этой связи небезынтересно ознакомиться с отрывком из «Воспоминаний» С.Ю.Витте2, весьма близко знавшего Александра III: «Как относился император Александр III к войне, показывает следующий факт. Я припоминаю, что как-то раз по поводу какого-то доклада, чуть ли не касающегося пограничной стражи, у нас перешел разговор на войну. И вот что мне сказал Александр III:
— Я рад, что был на войне и сам видел все ужасы, неизбежно связанные с войной, и после этого я думаю, что всякий человек с сердцем не может желать войны, а всякий правитель, которому Богом вверен народ, должен принимать все меры, для того чтобы избежать ужасов войны. Конечно, если его (правителя) не вынудят к войне его противники, тогда грех, проклятия и все последствия этой войны пусть падут на голову тех, кто эту войну вызвал"3.
Главной заботой Александра III стала армия — оплот и опора любого государства. Цель реформы состояла в повышении боевой мощи армии. Основные мероприятия были направлены на совершенствование организационной структуры армии, на повышение боевой готовности войск путем увеличения количества боеспособных частей, на насыщение их вооружением за счет второстепенных и вспомогательных элементов армии. Предусматривалось возрастание численности обученного военному делу населения, в связи с чем срок действительной военной службы сокращался с шести до четырех лет. Одновременно усиливалась обороноспособность западных пограничных округов и крепостей, туда перемещались силы и средства из восточных районов России.
Под потенциальным противником подразумевалась Германия, располагавшая к тому времени самой сильной в Европе армией. Начальник германского генерального штаба Мольтке-старший4 и его помощник генерал-квартирмейстер Вальдерзее5, ссылаясь на проводимые военные реформы в России, требовали превентивной войны против нее. Они указывали на перевес Германии в боевой готовности и напоминали «железному канцлеру» Бисмарку6, что в скором времени соотношение сил может измениться. Однако Бисмарк, вовсе не испытывавший добрых чувств к России, не хотел войны против нее. Он считал, что если бы даже, вопреки ожиданию, Германии удалось добиться полного успеха в чисто военном смысле, то и тогда она не достигла бы настоящей политической победы над Россией, ибо нельзя победить русский народ. Полемизируя со сторонниками нападения на Россию, Бисмарк в 1888 году писал: «Об этом можно было бы спорить в том случае, если бы такая война действительно могла бы привести к тому, что Россия была бы разгромлена. Но подобный результат даже и после самых блестящих побед лежит вне всякого вероятия. Даже самый благоприятный исход войны никогда не приведет к разложению основной силы России, которая зиждется на миллионах собственно русских… Эти последние, даже если их расчленить международными трактатами, так же быстро соединятся друг с другом, как частицы разрезанного кусочка ртути. Это неразрушимое государство русской нации, сильное своим климатом, своими пространствами и ограниченностью потребностей…"7 Да и сам престарелый кайзер Вильгельм8 побаивался русского царя и однажды в порыве откровенности сказал ему: «Если вы в союзе с Францией объявите нам войну, то, конечно, сила будет на вашей стороне и вы нас уничтожите, но, поверьте, этого не потерпит Европа"9. Александр III добродушно улыбнулся и дипломатично промолчал. Воевать он не думал, но и о планах своих не распространялся, хотя в повышении обороноспособности России они были весьма широкими.
Александр III на собственном боевом опыте знал, как важны на войне армейские резервы. И резервная пехота претерпела в ходе военной реформы существенные преобразования. За счет местных батальонов и значительной части резервных подразделений создавались пехотные батальоны для усиления постоянных гарнизонов крепостей. При мобилизации каждый такой батальон разворачивался в крепостной полк пятибатальонного состава. В пограничных округах формировались резервные полки двухбатальонного состава, сведенные для удобства управления в резервные бригады, из которых каждая при мобилизации превращалась в дивизию со штатами военного времени.
Существенной перестройке подверглась и кавалерия. В 1882 году кавалерийские полки за исключением гвардейских кирасирских были доведены до шестиэскадронного состава (вместо четырех), а армейские уланские, кирасирские и гусарские полки преобразованы в драгунские. Выбор в пользу драгун был сделан не случайно — ведь этот вид кавалерии с самого своего возникновения предназначался для ведения военных действий как в конном, так и в пешем строю. Подобный способ ведения боя был недоступен другим видам регулярной кавалерии, кроме казачьих частей. Таким образом, кавалерия получала единообразие в организации, что позволяло экономить значительные государственные средства. Из трех драгунских и одного казачьего полка образовывалась кавалерийская дивизия.
Артиллерия была подвергнута значительным преобразованиям в западных пограничных округах и крепостях. С увеличением численности крепостной артиллерии часть батарей переводится в так называемые вылазочные батареи. Создаются новые резервные и кадровые бригады. Для ведения боя в гористой местности, а в западных районах (Карпаты) такую местность следовало учитывать, формируются батареи горной артиллерии. Напомним, что за Карпатами располагалась тогда Австрия, участница заключенного между нею, Германией и Италией в 1882 году Тройственного союза, который был направлен как против России, так и против Франции. В 1891 году создается первый горный артиллерийский полк. В 1889—1894 годах формируются мортирные полки и осадные артиллерийские батальоны.
Произошли изменения и в инженерных войсках. Для более четкой организации доставки войск и армейских резервов на театр военных действий из саперных бригад были выведены железнодорожные батальоны и создана особая железнодорожная бригада.
Не следует думать, что та экономия, с последовательным соблюдением которой проводилась военная реформа, препятствовала нововведениям в этой области. Так, в 1892 году появляются особые минные речные роты, крепостные телеграфы, воздухоплавательные отряды, военные голубятни, команды самокатчиков (велосипедистов). Пограничная стража, которая находилась в ведении министра финансов, переводится на военную основу и объединяется в отдельный корпус пограничной стражи.
Реформа охватила и систему подготовки военных кадров. Военные гимназии преобразовываются в кадетские корпуса. Для подготовки младших командиров в России впервые создаются учебные унтер-офицерские батальоны. Впрочем, младший офицерский состав, как и прежде, готовился в юнкерских училищах. Однако для дальнейшего совершенствования военных знаний и продвижения по службе офицеры в звании капитана или ротмистра поступали во вновь созданные офицерские школы: стрелковую, кавалерийскую, артиллерийскую и электротехническую — в зависимости от рода войск. Именно здесь зачастую воспитывались будущие боевые генералы, проявившие свои военные таланты и умение на полях первой мировой войны. В частности, выпускником и затем некоторое время начальником офицерской кавалерийской школы был известный генерал А.А.Брусилов10, вошедший в историю русского военного искусства в связи с «Брусиловским прорывом"11.
Высшее военное образование можно было получить в военных академиях: Николаевской (общевойсковой), Генерального штаба, Михайловской артиллерийской, Николаевской инженерной и Александровской военно-юридической.
Офицерские школы и военные академии стали теми учебными заведениями, где воспитывалась русская военная интеллигенция, хранившая национально-патриотические и воинские традиции и бережно передававшая их последующим поколениям русского офицерства.
Частичные изменения произошли в вооружении армии. Наиболее значительным из них было принятие на вооружение новой трехлинейной винтовки образца 1891 года системы Мосина. Она была короче и легче винтовки Бердана (см.: Шепарев Р.М. Перевооружение русской армии во второй половине XIX века. Московский журнал, 1997, № 6) и не уступала лучшим мировым образцам. Ее конструкция оказалась настолько удачной, что она служила русскому солдату и в первую мировую войну и — после небольших усовершенствований в 1930 году — в Великую Отечественную войну.
Изменилось положение и с производством боеприпасов. В начале реформы в армии недоставало даже пороха. В связи с этим военный министр П.С.Ванновский12 в докладной записке, поданной Александру III, писал: «…эта важнейшая отрасль (подразумевается пороходелие. — Е.Г.) находится в высшей степени в неудовлетворительном положении. Если даже в годы мирного времени несовершенство пороховых заводов дает себя чувствовать, то чего же можно ожидать во время европейской войны, когда на закупку пороха за пределами государства нельзя будет рассчитывать. Ввиду изложенного я считаю своей священной обязанностью заявить, что ежели по другим отраслям нашей военной обороны еще можно мириться, ввиду финансового затруднения государства, с рассрочками на продолжительное время, то в отношении деятельности пороховых заводов эта система положительно не годится, и прямой расчет в интересах государственной безопасности как можно скорее вывести заводы из теперешнего ненормального положения13. Разумеется, были приняты действенные меры и положение исправлено. Следует отметить, что в эти же годы появляется новый вид пороха — бездымный, изобретенный русскими учеными и инженерами, среди которых был и гениальный химик Д.И.Менделеев, разработавший так называемый пироколлодийный порох.
Значительным изменениям подверглась и военная форма. Так, существовавшая плац-парадная форма одежды — яркая, красивая и даже несколько щеголеватая, особенно в кавалерии, стесняла в движениях и не отвечала требованиям мобилизационной готовности. По указанию императора она должна была уступить место более скромной и, несомненно, более практичной и удобной одежде. «Когда император Александр III вступил на престол, — вспоминал С.Ю.Витте, — то он сейчас же изменил обмундирование, сделав его весьма простым и поэтому сравнительно дешевым. Он любил русский костюм — поддевку с большими широкими панталонами и высокими сапогами, и костюм всего войска он приспособил к этому типу"14. Кроме того, одежда для нижних чинов должна была легко подгоняться по фигуре, поскольку при всеобщей мобилизации она выдавалась из неприкосновенного запаса в готовом виде.
Для выполнения этих требований царя военный министр П.С.Ванновский проделал большую работу. В гвардейской пехоте роскошные по внешнему виду головные уборы были сняты со снабжения и оставлены только фуражки. Появились новые головные уборы — барашковые шапки. На передней части шапки крепилась кокарда, ниже которой располагался знак отличия части (кому он полагался) и герб. Новый мундир был более свободного покроя, имел вид двубортной куртки темно-зеленого цвета, без пуговиц и цветных лацканов, с погонами или эполетами, со стоячим воротником, застегивался он на металлические крючки и петли15. Новая форма с некоторыми отличительными для конкретного рода войск элементами была распространена по всей армии, за исключением некоторых отдельных полков и формирований.
Отметим и последнее по счету, но не по важности преобразование — новый порядок назначения на командные должности в армии. Один из современников тех событий, А.А.Мосолов16, писал: «Александр III, критически относившийся к последним годам царствования своего отца, высказывал особое возмущение назначениями по армии. Назначая Ванновского военным министром, Государь дал ему простое и категорическое указание: назначения только по старшинству. И надо отдать справедливость Ванновскому, что он следовал этой директиве неуклонно, чем, правду сказать, восстановил против себя двор и влиятельные круги"17. Для того времени эта мера, безусловно, оказала положительное влияние на боеспособность армии.
В 1888 году на Германский престол вступил Вильгельм II18. Самовлюбленный, суетливый, любитель театральных поз и напыщенных речей, молодой кайзер скоро поссорился с властным стариком-канцлером, который не терпел вмешательства в свою политику. В марте 1890 года Бисмарк вынужден был уйти в отставку после 28 лет пребывания на посту главы правительства сначала Пруссии, а затем Германской империи. Вальдерзее, сменивший одряхлевшего Мольтке, продолжал настаивать на превентивной войне против России. Молодой кайзер склонялся к его точке зрения. Новый канцлер генерал Каприви19 также считал, что избежать войны с Россией нельзя. В 1890 году он провел через рейхстаг законопроект об увеличении армии и военных расходов. «В России фактически продолжают вооружаться, — пишет Вальдерзее в 1892 году, — потому что там верят в наши наступательные планы. К сожалению, тщательное расследование выяснило, что в этом виноват, по всей вероятности… наш кайзер. Дело в том, что он неоднократно в высшей степени неосторожно высказывал антирусские чувства; так, например, он говорил о том, как охотно побил бы он русских"…20 Такие высказывания Вильгельма II своевременно доходили до русского царя по дипломатическим каналам.
Все это заставило Александра III предпринять усилия по созданию русско-французского военного союза. В том же 1892 году в Петербурге была подписана военная конвенция представителями генеральных штабов России и Франции. Надо сказать, что высшие военные круги России давно стояли за сотрудничество с Францией. Такова была позиция знаменитого генерала М.Д.Скобелева21, а после его смерти — генерала Н.Н.Обручева22, многолетнего начальника Главного штаба. События 1917−1918 годов показали, что Франция и Англия оказались союзниками неверными, эгоистичными и вероломными, но точно такими же оказались бы Германия и Австро-Венгрия, если бы Россия вступила в Тройственный союз.
В 1893 году германское правительство начало таможенную войну, которая подрывала благополучие России. В том же году в Германии был принят закон о новом значительном увеличении армии и военных расходов. Тогда в декабре 1893 года Александр III утверждает проект военной конвенции. Ее первая статья гласила: «Если Франция подвергнется нападению Германии или Италии, поддержанной Германией, Россия употребит все свои наличные силы для нападения на Германию.
Если Россия подвергнется нападению Германии или Австрии, поддержанной Германией, Франция употребит все свои наличные силы для нападения на Германию"23. Заключение этого соглашения обрекало Германию на войну на два фронта, что и предопределило ее поражение в первой мировой войне.
В 1894 году Германия была вынуждена прекратить таможенную войну и заключить выгодный для России торговый договор.
Конечно, Александр III знал древнеримское изречение «раrа pacem, para bellum» (хочешь мира, готовься к войне) и деятельно проводил военную реформу, итог которой выразился в том, что русская армия была в значительной мере восстановлена после русско-турецкой войны 1877−1878 годов. И все же в своей политике он всегда делал смысловое ударение на первой части упомянутого изречения — он стремился к миру. Но мир и разоружение, как неоднократно показывала история, — совершенно разные вещи. Разоружение одной стороны при неразоружении другой — в сущности, есть повод к войне. Напоказ выставляемая слабость — соблазн для сильных. Зачем их искушать? В этой связи хотелось бы привести еще один отрывок из «Воспоминаний» С.Ю.Витте: «Главнейшая заслуга императора Александра III в том, что он процарствовал 13 лет мирно, не имея ни одной войны… но он дал России эти 13 лет мира и спокойствия не уступками, а справедливой и неколебимой твердостью (курсив мой. — Е.Г.). Он умел внушить за границей уверенность в том, что он не поступит несправедливо по отношению к кому бы то ни было, не пожелает никаких захватов, не затеет никакой авантюры. У него не было самолюбия правителей, желающих свое царствование украсить победами через горе своих подданных. Но об императоре Александре III все знали, что, не желая никакими завоеваниями приобрести военные лавры, он никогда, ни в каком случае не поступится честью и достоинством вверенной ему Богом России"24.
В этих словах, по-видимому, и есть основа всякой военной реформы в России: в противном случае она просто потонет в технических деталях и бюрократических дрязгах, а в конечном итоге лишь подорвет военную мощь и обороноспособность нашего Отечества.

1. Энциклопедический словарь Ф. Брокгауза и И.Ефрона. СПб., 1890. Т.1. С. 41.
2. Витте Сергей Юльевич (1849−1915), граф (с 1905), директор департамента железнодорожных дел (1889−1892), министр путей сообщения (1892), министр финансов (1892−1903), председатель комитета министров (1903−1905), с октября 1905 по апрель 1906 возглавлял Совет министров.
3. Витте С.Ю. Воспоминания. Т.1. (1849−1894). М.: Изд-во социально-экономич. литературы. 1960. С. 411.
4. Мольтке Гельмут Карл Бернард (1800−1891), граф, генерал-фельдмаршал, начальник германского генерального штаба (1858−1888).
5. Вальдерзее Альфред (1832−1904), граф, фельдмаршал. В 1888 сменил Мольтке-старшего на посту начальника германского генерального штаба.
6. Бисмарк Отто Эдуард Леопольд (1815−1898), князь, прусский посол в России (1859−1862), первый канцлер Германской империи (1871−1890).
7. Die Grosse Politik der Europaischen Kabinette. В.VI. № 1340.
8. Вильгельм I (1797−1888), прусский король (с 1861), затем германский император (1871−1888).
9. Людвиг Э. Последний Гогенцоллерн (Вильгельм II) // М.: Моск.рабочий. 1991. С. 38.
10. Брусилов Алексей Алексеевич (1853−1926), генерал от инфантерии. В войну 1914−1917 командовал 8-й армией, а в марте 1916 был назначен главнокомандующим Юго-Западным фронтом. С 22.05 (4.06) по 19.07.1917 Верховный Главнокомандующий. Похоронен в Москве на территории Новодевичьего монастыря.
11. Замыслом командования Юго-Западного фронта предусматривалось нанесение сильных одновременных ударов каждой армией фронта (8-й, 11-й, 7-й и 9-й) с целью сковать резервы противника. Главный удар наносился войсками 8-й армии (командующий генерал А.М.Каледин) на правом крыле фронта. Она прорвала фронт на 16-километровом участке и 25 мая заняла г. Луцк, а 2 (15) июня разгромила 4-ю австро-венгерскую армию эрцгерцога Фердинанда и продвинулась на 65 км. В результате всего наступления противник потерял в мае-августе 1916 г. до 1,5 млн. человек, в том числе 400 тыс. пленных, и вынужден был ослабить нажим на германо-французском фронте под Верденом. Под впечатлением «Брусиловского прорыва» в войну на стороне Антанты вступила Румыния.
12. Ванновский Петр Семенович (1822−1904), генерал от инфантерии, генерал-адъютант, военный министр (1881−1898), министр народного просвещения (1901−1902), член Государственного совета.
13. ЦГВИА, ф.1 (СПб., Канцелярия Военного министерства), д. 34, л.104.
14. Витте С.Ю. Указ.соч. С. 409.
15. Хренов М.М., Зубов Р.Т., Коновалов И.Ф., Нестеров-Комаров Г. Н., Теровкин М.А. Военная одежда русской армии, М.: Воениздат. 1994. С.277−278.
16. Мосолов Александр Александрович (1854−1939) — генерал-лейтенант, начальник канцелярии Министерства императорского двора (1900−1916). С 1916 — посланник в Румынии.
17. Мосолов А.А. При дворе последнего Российского императора. Записки начальника канцелярии Министерства императорского двора. М.: Анкор, 1993. С. 223.
18. Вильгельм II Гогенцоллерн (1859−1941) — германский император и прусский король (1888−1918). После революции в Германии 28 ноября 1918 отрекся от престола. Умер в Нидерландах.
19. Каприви Георг Лео (1831−1899) — граф, канцлер Германии (1888−1894).
20Людвиг Э. Указ.соч. С. 130.
21. Скобелев Михаил Дмитриевич (1843−1882) — герой русско-турецкой войны 1877−1878, генерал-адъютант, командир 4-го армейского корпуса.
22. Обручев Николай Николаевич (1830−1904) — генерал-адъютант, начальник Главного штаба (1881−1898), член Государственного совета, почетный член Академии наук, Академии Генерального штаба и Московского университета.
23. История дипломатии. Т.2. Дипломатия в новое время (1872−1919). М.-Л.: ОГИЗ. Госполитиздат. М.-Л. 1945. С. 105.
24. Витте С.Ю. Указ.соч. С. 410.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru

перейти на сайт резюме водителя