Русская линия
Православие.Ru Фемистоклис Мурцанос06.07.2017 

Религиозные предвестники деэллинизации Греции
Специально для для Romfea. gr

Фемистоклис Мурцанос

Фемистоклис Мурцанос

17 июня 2017 года в правительственном бюллетене были опубликованы новые программы уроков религиоведения для начальной и средней школы. Таким образом, по решению правительства, закончился диалог между министерством образования и Церковью Греции, — диалог, который нигде не публиковался, и не было никаких объявлений ни со стороны государства, ни со стороны Церкви, было ли достигнуто согласие.

Единственное, что стало известно, — это предложения, представленные руководству Церкви Греции комиссией в составе трёх митрополитов, которая участвовала в диалоге.

Публикация в официальном бюллетене новых программ рассеяла иллюзии, что государство действительно заинтересовано в позиции Церкви, поскольку было оставлено без внимания мнение, которое архиепископ и митрополиты высказали после первой публикации программ в сентябре, после начала 2016—2017 учебного года.

«Для чего это всё?» ― витает в атмосфере. Только для того, чтобы отправить в отставку бывшего министра образования, который чувствовал свою правоту, поэтому ушёл, но программы остались? Этот вопрос, вероятно, останется без ответа.

Терпеливо сравним новые программы со старыми и зафиксируем следующие выводы:

1. В 3-м и 4-м классах начальной школы ученикам будут преподавать авраамические религии (христианство, иудаизм, ислам). В 5-м и 6-м классах начальной школы будут добавлены элементы восточных религий (индуизм, буддизм). По существу, детям в начальной школе будут преподаваться основы 5 религий. Мы говорим о детях в возрасте 8−12 лет. Мы не знаем, предусмотрены ли такие возможности плюралистического образования для детей из мусульманских семей во Фракии, для детей из римо-католических семей в Кикладах и в других местах. Мы предполагаем, что только мы, православные, настолько открыты для плюрализма.

2. Это обучение предполагает присутствие всех детей на уроке (без возможности освобождения). По неофициальной информации от инструкторов, освобождение от уроков больше не будет разрешено на уровне школы, как в настоящее время, а только на уровне министерства. Однако, как нам сказали энтузиасты новых программ, тем, кто захочет получить освобождение, будет очень трудно добиться желаемого.

3. В программе 5-го и 6-го класса начальной школы уроку религиоведения отведён один час в неделю. Таким образом, в лучшем случае в каждом учебном году религиоведению будет посвящено 30 часов. При этом новые программы рассчитаны на 58 часов с целью достижения религиозной грамотности. Выбор министерством одночасового урока, по существу, показывает, что ни оно само, ни авторы программ не знали, чего они хотели. Учитель будет выбирать, что важно, а что нет. Следовательно, требуемая религиозная грамотность останется неполной.

4. Без ответа остаётся вопрос, каким образом учителя будут обучаться теологии и религиоведению, особенно в провинции. «Курс религиоведения» отсутствует в большинстве педагогических факультетов университетов, Институт образовательной политики недостаточно подготовлен. Те преподаватели, которые решат проводить урок новым способом (те, кто ещё сохранил патриотизм, потому что их никто не сможет проконтролировать, если вместо религиоведения они поставят английский язык или математику), должны будут самообучиться и решать сами, по какой программе из указанных выше они захотят специализироваться. Может быть, если авторы новых программ хотят быть последовательными, следует предложить министерству образования провести встречу с преподавателями теологии начальной школы?

5. В средней школе[1] (гимназия и лицей) не существует никаких различий между старыми программами сентября и новыми программами июня, даже формальных. Программы остаются умозрительными. Предложения по возврату историчности в подходе (Ветхий Завет, Новый Завет, христианство, мир сегодня), по существу, не обсуждаются. Преподавателю религиоведения в гимназии, а также в лицее требуется быть психологом, социологом, историком искусства, музыкантом, журналистом, оратором и т. д., и наряду со всеми этими специальностями быть компетентным как теолог. Если учитель не решится взяться за дело, то ученик окончит гимназию, имея в своей голове полный хаос, думая, что все религии равноценны и одинаковы. Как он сможет почувствовать, что он отличается и религиозно и этнически, как православный и грек, от своих сверстников в других странах, даже в этой же школе, от соучеников, которые не идентифицируют себя как православные и не чувствуют себя греками? Доктрина нового мирового порядка, что мы должны быть «населением, а не народом», начинает применяться в образовании с урока религиоведения. Скорее всего, далее последует урок истории.

6. В новых программах крайне мало достоверной информации о месте женщины в исламе. Отсутствует понятие джихада. Ислам представлен в идеализированном виде. Напротив, христианство на протяжении веков, согласно программе, создавало механизмы угнетения и унижения женщин. Нам, христианам, навязывается самокритика, поиск правды о том, кем мы были и как вели себя с женщинами, а от тех, кто исповедует иудаизм, ислам, индуизм, буддизм, поиска правды о себе не требуется. Представители других религий не должны быть задеты. Мы знаем, что история христианства имеет чёрные страницы, и это нельзя замалчивать. Но мы против двойных стандартов. Так, на различных веб-сайтах в Интернете предлагается иранский фильм «Персеполис», скандальный с точки зрения составителей программ. Этот фильм мог бы обрисовать учащимся реальное положение женщины в реальном мусульманском обществе. Если только мы не хотим в нём жить.

7. В лицейских программах сентября и июня нет никаких изменений, в том числе лексических. Поскольку дети в лицее старше и гораздо более зрелые, чем гимназисты, концептуальный подход — это хороший выбор. Проблема заключается в том, что когда дети, которые начинают обучение в младших классах с запутанного религиоведения, достигнут лицея, никто не будет знать, какие у них основы, так что дальнейшее обучение может вызвать ещё большую путаницу. В Греции никогда не делались никакие оценки предыдущей программы, которую заменили. Это даёт уверенность авторам новых программ, что старые были неудачными или опирались на устаревшие методы. Но никаких данных нет.

8. Институт образовательной политики анонсировал выпуск в сентябре обширных вспомогательных материалов для преподавателей, что вызвало волну реакции в некоторых местах из-за отсутствия пояснений, как соединить программу с этими материалами. Было бы желательно для окончательного оформления программ принять во внимание замечания и критику. Если мы видим, что сами программы никак не изменились, значит, прогнозы и для вспомогательных материалов также неутешительны. В гимназии и лицее, бесспорно, личность преподавателя-теолога имеет решающее значение, поскольку он может выбирать отдельные элементы программы и строить концепцию урока. Переходим к «счастливой анархии», при которой каждый выбирает то, что он хочет, и учит, как хочет.

9. Что характерно для новых программ — это отсутствие термина «национальная идентичность». Очевидно, это сознательный политический выбор — не использовать данный термин. Таким способом православная христианская традиция отсоединяется от связи с родиной. Греческий ребёнок будет членом мультикультурного общества, общества всеобщей гуманности, а его «вчера» исчезнет во мраке. Наша вера говорит нам о покаянии в связи с прошлым. Однако христианин принадлежит и родине, и обществу, и времени. Это исторический субъект. Его историчность помогает ему понять, где он находится и что сегодня является для него критерием верного выбора. Авторы новой программы молчаливо показывают, что государство больше не нацелено на поддержку «эллинизма», а стремится к культивированию современного интернационализма с элементами эллинизма.

10. Мы понимаем эту концепцию. Однако было бы честнее, если бы наш народ знал её и выбирал сознательно, так же как и родители для своих детей. Авторы новой программы служат этой концепции. Если мы не будем бить во все колокола, то в течение нескольких лет, не только благодаря урокам религиоведения, но и концепции школьного образования в целом, вырастут молодые люди без памяти. Люди, которые не будут знать, чем мы отличаемся, как христиане и греки, от мусульман и буддистов, а также от других народов. Если это служит византийскому христианскому универсализму, давайте это обсуждать. Однако сейчас нам надо быть осторожными с таким подходом, так как, с одной стороны, определённую угрозу представляют иммигранты, а с другой — глобализированная культура с нивелированием различий.

11. Главным аргументом тех, кто вводил эту программу, и тех, кто её защищает, в том числе и среди иерархов Церкви, является мысль, что мы должны спасти уроки религиоведения и что преподаватели-теологи могут быть христианскими миссионерами в школе. Однако это полностью противоречит философии новых программ, которые отрицают любую возможность проповеди на уроке. Пытаясь быть реалистами, их составители принимают мультикультурализм как будущее нашего общества. Есть специальный раздел с его описанием в программе лицея. Нам интересно, есть ли какая-то политическая партия, которая бы шла на выборы и пришла к власти, провозглашая отмену эллинизма и торжество мультикультурализма? Почему мы должны принять без борьбы идеологию, которая не убедила наш народ в своей необходимости? Мы можем и должны прилагать усилия к сохранению нашей национальной самобытности и традиций, не как нетерпимые фанатики или противники прогресса, но как патриоты и христиане, которые принадлежат нашей родине и Церкви. То, что наша родина после нашей смерти[2] исчезнет для нас, не означает, что в этой жизни она не существует. Давайте защищать, наконец, наши ценности, и давайте избавимся от фобии национализма.

12. Мы с интересом ожидаем высказывания иерархов Греческой Церкви. Надеемся, они решатся наконец выступить с критикой нового мировоззрения, решатся и на самокритику, как за наше бездействие до сего дня в вопросах катехизиса, так и за отсутствие реальных общин, которые должны работать сознательно, а не только как дружеские компании для кофепития по воскресеньям или для небольшой благотворительности.

Мы остаёмся или уходим от религиоведения? «Уходим» не является правильным выбором, на наш взгляд. Остаёмся, и призываем бороться теолога, учителя, родителя, ученика, чтобы воспитывать личность, формировать нравственный стержень ребёнка, защищать его от лживого глянца в пользу правды о мире и человеке, объяснять, что если он не будет бороться против греха и зла, то не найдёт путь любви.

Не менее важны традиции. Это способ, который Церковь может использовать, чтобы восстановить приходские общины.

По сути, «новое религиоведение» представляет собой дополнительный путь деэллинизации и дехристианизации нашего общества. Такова политика: создать людей без религиозных убеждений, без памяти, без историчности. Людей, пониманию которых доступны лишь самые примитивные понятия.

Давайте не говорить, однако, что христианство не идеологизировано.


Примечания:

[1] Образование в Греции включает в себя начальное образование (6 классов), неполное среднее (гимназия, 3 класса) и лицей (2−3 класса).

[2] Дословный перевод звучит красиво: вместо «нашей смерти» написано «нашего ухода из этого времени».

Источник Romfea.gr . Перевёл с греческого Сергей Рудомёткин

http://www.pravoslavie.ru/104 915.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru