Русская линия
Православие.RuПротоиерей Даниил Калашников03.02.2017 

Веру свою я не скрывал

Отправляя студентов нашей Сретенской духовной семинарии на летние каникулы, мы дали им поручение: встретиться с христианами, которые на два или на три поколения старше современной молодёжи, расспросить у них о том главном, что происходило в жизни этих людей в государстве, восставшем против Бога, а потом уставшем от этого восстания и осознавшем всю его тщетность и бессмысленность. О том, как эти люди обрели и сохранили свою веру, о главном, к чему пришли люди старшего поколения, приближаясь к зениту или к закату земного пути.

Надо сказать, что все студенты с немалой пользой для себя, да и для нас, их наставников и воспитателей, исполнили это послушание. Все без исключения их наблюдения и записки необычайно интересны. С некоторыми из этих работ мы готовы познакомить наших читателей.

Епископ Тихон, главный редактор портала Православие.ру.


+ + +

Протоиерей Даниил Калашников, клирик храма иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость» (Спаса Преображения) на Большой Ордынке, не понаслышке знает все радости и трудности жизни православного человека советской эпохи. Он родился 26 января 1942 года в Москве. Его родители сохранили веру в годы гонений, никогда её не скрывая. И у самого отца Даниила крепкая православная семья — 6 детей (двое его сыновей священники, а две дочери замужем за священниками) и 17 внуков.

— Расскажите о своей семье, родителях, детстве и юности?

— Что можно рассказать о детстве… Родился я в Москве. В обычной небогатой семье. Отец с матерью у меня были преподавателями. Семья православная была. Отец очень был верующим, с такой, знаете, очень искренней и удивительно глубокой верой. Занимался тем, что работал преподавателем физики. По светскому образованию я инженер-строитель, закончил Московский инженерно-экономический институт. Работал на заводе, в проектной организации, и вместе с этим старался быть всегда в храме.

— Если учились в советской школе, скрывали ли вы от окружающих свою веру?

— С детства меня водили в храм, постоянно. Учился я в советской школе № 9. Нет, веру свою я не скрывал. Носил крестик. Но дело в том, что и не афишировал. Потому что это вызывало насмешки у людей, неодобрение, иногда, как говорится, просто негативные эмоции. Разное могло быть, времена такие были…

— Какие были церкви, священники?

— Церкви были, и священники были. Прекрасные были священники. Были священники, так сказать, которые несли в мир, людям добро, и чаще всего это были люди, которые перенесли в своей жизни очень сложные ситуации. Вот у нас настоятель был, первый, отец Алексей, который горел в танке и после этого пришёл к вере, в храм Божий. Второй был, после него, отец Борис (протоиерей Борис Гузняков), которого списали из рядов армии из-за тяжёлой болезни лёгких — они просто разваливались все. Благодаря молитвам он выжил и пришёл к служению Церкви, через такое.

— Какие интересные случаи были с православными мирянами, священниками?

— Ну что можно сказать. В храм люди ходили, которые прятались, и артисты, и знаменитые профессора, и старались как-то и не афишировать это, потому что всё это было под преследованием.

— Были ли в вашей жизни случаи проявления промысла Божия?

— Проявление промысла Божия было, и не раз. То есть всё, что просил я у Бога, то исполнялось, кроме глупых просьб, которые были, как говорится, по детскости, по глупости.

— Как отмечали православные праздники?

— Рождество и Пасху отмечали очень торжественно! Жили мы бедно, преподавательская зарплата была мизерная, но к Рождеству и Пасхе мы готовились за два или за три месяца, покупали то, что могли себе позволить. К Пасхе, скажем, за два месяца апельсины покупали, чтобы делать цукаты для пасок таких особенных.

— Каким был быт православных христиан и обычных, светских людей?

— У православных христиан была Церковь, была проповедь. Причём эта проповедь была укрепляющей основой, можно сказать. Как вот Иоанн Крестьянкин, архимандрит, сказал — «на белых платочках». Церковь ведь была набита народом в те годы, в 48-й, 49-й, 50-й год. Вот детей, правда, было мало, человек до десяти приходило в большие праздники и не больше.

Но в основном были бабушки в белых платочках, которые, как о. Иоанн говорил, и держали эту Церковь.

— Где доставали духовную литературу, Евангелие, молитвословы, акафисты и прочее?

— Духовная литература у меня была от отца, ему она досталась от бабушки. Была Псалтирь, было Евангелие на двух языках сразу, параллельно, на славянском и русском. Были некоторые акафисты. Иконы были у нас. Особенно интересно, была икона князя Даниила, которая досталась моему деду от настоятеля Данилова монастыря ещё.

— Какие наиболее яркие события церковной жизни вам запомнились больше всего?

— Запомнилось рукоположение, и диаконское (я восемь лет прослужил диаконом), и священническое, до этого я служил иподиаконом, три года был старшим иподиаконом у владыки Киприана (Зернова). С 1973 по 1976 годы это было.

— Расскажите о подвижниках веры, духовных людях, старцах, священниках, с которыми пришлось общаться, окормляться у них?

— Обращался я к архимандриту Науму (Байбородину), к архимандриту Кириллу (Павлову), потому что у меня семья большая, много ребят было, шестеро ребят. И вот, что удивительно, все, что они говорили, советовали, все исполнялось. И помогали своей молитвой. К отцу Борису я тоже обращался часто в свое время.

— Куда вы ездили в святые места?

— В Троице-Сергиеву Лавру ездили с самого детства, а так, в Москве посещали святыни. Елоховский собор, в храмы ходили — сначала в Иоанна Воина на Якиманке, потом сюда, на Ордынку.

— Чем православные верующие в советское время отличались от нынешних?

— Православные верующие в советское время отличались от нынешних более глубокой верой. Верой внутренней, а не внешней. Эта вера, она была очень крепкая, сильная. Вот такие вот были православные.

— Чем питались, соблюдали ли посты?

— Питались в посты обычно. Пост — это не такая уж и страшная вещь. Были овощи и даже в какой-то степени фрукты, меньше, но тем не менее.

— Отмечали ли светские праздники?

— Светские праздники мы не отмечали в основном, отмечался, правда, Новый год тогда, но это уж не от нас зависело, а от многих причин.

— Чем запомнилась вам и вашим близким Великая Отечественная война?

— Отечественная война? Приходом к Господу запомнилась. Это торжество победы я запомнил, будучи даже маленьким. Приходом к вере, причем очень глубоким приходом. Вот так.

Архиепископ Киприан (Зернов) (1911-1987)

Архиепископ Киприан (Зернов) (1911−1987)

— Кто из родных воевал на фронте, трудился в тылу?

— Отец мой воевал на фронте. Так как семья была большая, мать нас кормила, поила.

— Кто был для вас примером в жизни?

— В жизни положительным примером были как раз церковные люди. Вот тот же владыка Киприан (Зернов) с большой любовью относился ко всем. И очень строго следил за порядком в храме, чтобы в храме была полная, абсолютная тишина, несмотря на то, что храм порой вмещал до трёх тысяч человек. Невозможно было поднять руку, чтобы перекреститься.

— Какое было отношение к родителям, старшим?

— К родителям и к старшим мы относились с необыкновенной любовью и преданностью, потому что мы чувствовали к ним большую привязанность и чувство благодарности, так как мама умерла очень рано, а отец был занят часто, работал, чтобы и мы могли жить. Поэтому мы, конечно, любили своих родных и очень уважительно к ним относились.

С протоиереем Даниилом Калашниковым беседовал Никита Иванкович

http://www.pravoslavie.ru/100 736.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru