Русская линия
Радонеж Сергей Худиев26.07.2016 

О снижении уровня безумия

Надежда Савченко, которую одни прославляли как героическую воительницу, другие — бранили как кровожадную психопатку, по возвращении на Родину показала себя с неожиданной стороны, выступая с призывами к миру. Особенно всех поразили её недавние слова «Надо начать говорить друг с другом. Надо начать слышать друг друга. Нам придётся прощать многое. И нам также придётся, возможно, просить прощения. Не возможно, а точно».

Украинские патриоты, недавно ходившие по сети с аватарками в виде портрета Надежды, заходятся от возмущения и постят фотоколлажи, где Савченко изображается выходящей замуж за Мотороллу; требуют лишить её звания героя Украины, и вообще всех чинов и наград. Многие приверженцы ДНР, впрочем, тоже смотрят на Савченко с некоторой угрюмостью, предполагая, что её примирительные слова — просто часть усилий по возвращению Донецка под власть Украины.

Действительно, она делает ровно то, что делал бы любой минимально рассудительный человек, желающий возвращения Донбасса в какой-либо форме. Для этого, что вполне очевидно, нужно договариваться, преодолевать недоверие, принимать прощение и прощать, проявлять какое-то человеческое отношение к людям на той стороне. Любой политик, заинтересованный в реинтеграции Донбасса делал бы именно это.

Надежда Савченко, конечно, действует в интересах Украины. Но некоторые вещи — например, снижение градуса безумия и повышение договороспособности — могут быть в интересах обеих сторон.

Политический и медийный класс Украины до сих пор вёл себя именно так, будто ни в какой реинтеграции Донбасса он ни в коем случае не заинтересован, и война ведётся не ради победы, но ради самой по себе войны.

С военной и политической точки зрения было крайне контрпродуктивно всячески озлоблять против себя население спорных областей, и на уровне официальной риторики воспринимать его в качестве пустого места, а на уровне менее официальной — в качестве недочеловеков, «ватопитеков», как изящно выразился подполковник ВСУ Константин Машовец, военный журналист и сотрудник Минобороны Украины (Борису Филатову и ещё 5,9 тыс пользователей это понравилось). Разумеется, желание получить назад территории, но не людей, могло привести только к утрате как людей, так и территорий.

Любая пропаганда стремится, прежде всего, завоевать умы и сердца, смягчить враждебность, ослабить решимость драться и умирать — а официальная украинская риторика была посвящена прямо противоположным целям.

Почему — могут быть разные догадки. Возможно, за конфликтом стоят люди, которые как раз ничуть не заинтересованны в его завершении — а заинтересованны в максимально широком вовлечении России подобно тому, как СССР влез в Афганистан и надорвался. Но это не объясняет эффективность, с которой заведомо вредные и абсурдные действия приобретают горячую патриотическую поддержку.

Похоже, мы имеем дело скорее со стихией массовой психологии, на которую игроки, сознающие, чего они хотят, могут воздействовать лишь косвенно.

Любой конфликт осознаётся на двух уровнях — на уровне аналитики и на уровне пропаганды. Аналитика говорит об интересах, возможностях, прогнозах — чего мы хотим? Чего они хотят? Каково желаемое положение дел, которого мы хотим достичь? Какими ресурсами располагаем мы и какими — они? Каковы реалистичные сценарии развития событий? Когда речь идёт об интересах, конфликтующие стороны склоняются к компромиссному миру — нельзя получить всего, поэтому надо получить хоть что-то. Они прикидывают возможные достижения, цену, которую за них надо будет заплатить, и принимают решения, оценивая баланс расходов и доходов.

Пропаганда отвергает разговоры об интересах и реалистичных планах как бесчестные. Это неизбежно — она обращена не к тем, кто принимает решения, а к тем, кто от них страдает. Невозможно посылать людей на смерть, говоря им об интересах. Они могут резонно заметить, что в их интересах, прежде всего, остаться живыми и здоровыми. Поэтому рядовым будут говорить о славе нации, свободе, достоинстве, невероятной чудовищности врага, горячих симпатиях всех честных людей планеты — иначе говоря, давить не на интересы, а на чувство окончательной правоты, на то, что Родина призывает их в ряды сил добра, противостоящих абсолютному злу.

Чтобы идти убивать людей, рисковать самому быть убитым или изувеченным, нужно чувство непоколебимой правоты — и пропаганда прилагает все усилия, чтобы не дать ему поколебаться.

«Мы правы!» — послание, которое яростно выбрасывают в интернет патриоты, и им хочется ответить грустным вопросом из анекдота - «А толку?»

Ориентация на пропаганду порождает действия совершенно абсурдные и вредные с точки зрения интересов — вспомнить например, попытки блокады Крыма. Компромиссный мир делается в этом контексте невозможен, как и попытки склонить противника (или хотя бы нейтралов) на свою сторону.

Проблема, которая часто возникает в мировой политике, это проблема смешения уровней. В самом печальном случае руководство начинает верить собственной пропаганде, в более лёгких, но всё равно опасных — вынуждено считаться с пропагандисткой взвинченностью населения или, по крайне мере, наиболее активной его части.

И вот слова Надежды Савченко ломают это переживание абсолютной правоты. Оказывается, украинской стороне есть за что просить прощения.

Оказывается, по обе стороны конфликта — граждане одного государства. Конечно, это было ясно и раньше. Но об этом было не принято говорить вслух на таком уровне. Савченко использовала свою известность и авторитет, чтобы сломать это табу.

Неясно, что выйдет из её дипломатических усилий — и выйдет ли — но сам факт отказа от пропагандистского взгляда на мир «мы абсолютно правы, мы силы добра, воюющие против зла» очень важен.

Перемена общественных настроений всегда нуждается в людях, которые могут открыто начать говорить то, что было табуировано. Это постепенно приводит к тому, что люди, думавшие также, но не решавшиеся говорить вслух, начинают открыто выражать своё мнение.

Конечно, разрушение картины мира, в которой ты был абсолютно прав, и все твои поступки имели высшую индульгенцию от лица нации, или истории, или ещё какого-нибудь источника окончательной правоты, всегда проходит очень болезненно. Ярость, которую Савченко вызвала у патриотов, совершенно понятна.

Но переход от пропагандистского к аналитическому восприятию мира, от эпической битвы добра со злом к задумчивости над вопросами «чего и как мы хотим добиться» сам по себе очень важен. Конечно, Савченко действует в интересах Украины. Но снижение уровня безумия — в интересах всех.

http://radonezh.ru/analytics/o-snizhenii-urovnya-bezumiya-160 588.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru