Русская линия
Фома Александр Моисеенков09.01.2016 

От Рождества до Богоявления: главные вопросы

Две тысячи лет назад родился Младенец. О Его Рождестве сначала знали только Мать, отчим, да еще несколько человек, которым дано было об этом знать. И все. Больше никто. Разве что царь-маньяк Ирод, увидевший в родившемся Мальчике конкурента и врага. С того момента прошло тридцать долгих лет, и лишь после омовения в водах Иордана от рук Иоанна Крестителя и гласа с Небес: «Сей есть Сын Мой Возлюбленный» мир узнал имя этого Человека — Иисус.

Рождество Христово

Собственно, это не только Человек, но одновременно и Бог. Творец, пожелавший прийти к Своему творению, чтобы спасти его. Что было дальше, после того омовения — известно из Евангелия. Дальше была проповедь, восхищение одних и зависть других, любовь меньшинства и ненависть большинства. Дальше было поругание, страдания, смерть и победа над смертью. Дальше было все, о чем знает почти каждый. Но что было до того, как Христос вышел на проповедь? Что было между ангельским гласом на окраине Вифлеема и гласом Бога Отца на Иордане? Евангелие молчит об этих тридцати годах, и нам бы тоже стоило помолчать. И все же есть много вопросов, возникающих при изучении ранних лет жизни Спасителя.

Генеалогия Христа

Внимательный читатель Евангелия заметит, что списки предков Иисуса, которые приводят в своих книгах апостолы Матфей и Лука, в значительной мере разнятся. Например, Лука начинает родословную Спасителя от самого Бога Отца, а Матфей — от Авраама, опуская все те поколения, которые были до него. Еще одна странность — выпадения имен. Даже в рамках одной эпохи генеалогии по Матфею и по Луке содержат разное число родов, что тоже вызывает недоумение. Но самым интересным является то, что от Соломона и до самого Христа в родословные вписаны абсолютно разные имена. Такое впечатление, будто Матфей и Лука говорят о двух разных Личностях.

На самом деле у первых христиан эти противоречия сомнений не вызывали. С самого начала своей истории Церковь знала много смут, но вот вокруг генеалогий Христа споров не было никогда. Это значит, что и Луку, и Матфея одинаково считали достоверными источниками. Но почему? Ведь расхождения между двумя родословными налицо. Разрешение этой дилеммы лежит в нескольких плоскостях.

По утвердившемуся в Церкви взгляду, Матфей приводит генеалогию Христа юридическую, а Лука — биологическую. Юридически Иисус был сыном Иосифа — мужа Марии, а биологически имел отношение только к своей Матери, которая родила Его непорочно — без участия мужчины. По сути, Матфей излагает родословную Иосифа, а Лука — Пречистой Девы. Естественно, это предполагает и разных предков, и разные временные отрезки.

Такой шаг евангелистов объясняется очень просто. Матфей был иудеем до самой последней клеточки, и его задача как ученика Христова состояла в том, чтобы показать иудеям мессианское достоинство Спасителя, а это предполагало, что Иисус должен происходить от Авраама, Иуды, Давида и родиться в законной семье. Родословная первого Евангелия именно это и делает, каждым словом показывая, что Иисус и есть Наследник-Мессия.

Лука тоже был евреем, но образование и воспитание он получил уже эллинистическое, и на старинных преданиях особо не акцентировал свое внимание. Ему как ближайшему ученику апостола Павла была особо дорога мысль, что Христос пришел не к отдельно взятому народу, а ко всему миру. И поэтому рассказ Луки о предках Иисуса начинается не Авраамом, а самим Адамом. Более того, во главе всей этой цепочки стоит Сам Бог Отец — безначальный Родитель безначального Слова. Того Слова, которое, в конце концов, стало плотью ради спасения человечества.

Также существует легенда, что Лука наравне с Иоанном Богословом был в числе тех, кто заботился о Богородице в годы Ее старости, и Она ему часто рассказывала о своем прошлом. Вот почему евангелист и счел нужным привести не юридическую, а реальную генеалогию Спасителя — он помнил о том, что рассказывала Святая Дева.

И пришли волхвы с Востока…

Другой не менее важный вопрос связан с эпизодом, который относится непосредственно к моменту Рождества. Если Лука пишет о трогательной истории поклонения пастухов, то Матфей отводит роль «паломников» довольно странным персонажам — чужестранцам, язычникам, да еще и колдунам. Ведь именно так переводится всем примелькавшееся слово «волхв». Но не все так просто, и вот почему.

«Колдунами» волхвы были, прежде всего, в сознании наших предков-славян, которые в силу своего мировоззрения не делали различения между магическими действиями и естественнонаучными знаниями. Да что там славяне — в католическом Риме и православной Москве в старину существовали должности придворных астрологов, а врачи вплоть до эпохи Просвещения считали незазорным пользоваться разными заклинаниями и амулетами.

В оригинальном тексте Евангелия на месте слова «волхв» стоит слово «маг», а оно обозначало нечто иное, нежели привычного сейчас экстрасенса из газетного объявления.

Маг — это ученый человек, который в своих исследованиях постигал глубины мудрости и вникал в суть вещей. Конечно, деятельность любого ученого в древности так, или иначе была связана с оккультизмом. Ведь сами знания носили сакральный характер, а природа обожествлялась. Но все же для проведения настоящих магических манипуляций существовали другие люди — жрецы, колдуны, чародеи. Они могли и духа вызвать, и с демонами напрямую пообщаться, и жертвы принести. Ученые же этим, как правило, не занимались — они исследовали мир. Именно такими естествоиспытателями и были евангельские волхвы.

В их участии в рождественской истории можно выделить два принципиально важных момента. Прежде всего, они, сами того не подозревая, подтвердили чудо Рождества. Ведь обычных людей было легко удивить чудом, а мага — нет. И если бы Рождество было заурядным событием, три ученых мужа не проделали бы столь опасный путь от Междуречья (современный Ирак) до Палестины. Но в том-то и дело, что все обстояло совершенно иначе. Звезда была необычная — она сияла и двигалась, указывая путь к Божественному Ребенку. И это, не влезавшее ни в какие представления об астрономии явление уже само по себе словно бы подсказывало волхвам, что они придут и увидят чудо. А когда они пришли и увидели Спасителя, Его Мать и отчима, то поняли, что именно к Нему их манила яркая точка на небосводе. Чудо было налицо.

Во-вторых, волхвы были чужестранцами. По одной из легенд, они происходили из рода пророка Даниила, то есть имели еврейские корни. Но, понятное дело, это уже были не евреи, а вполне сложившиеся язычники, лишь смутно помнившие о своем далеком предке. И тут снова явился промысл Божий.

В Евангелии от Иоанна есть очень строгие слова: «Он пришел к своим, но свои не приняли Его». И это неприятие началось уже в момент, когда Мария искала место для родов, — ни одна хозяйка не приняла роженицу, и им с Иосифом пришлось ютиться в сарайчике на окраине города. Древние иудеи не заметили Рождества, и на фоне этого равнодушия приход волхвов стал символом того, что именно язычников в свое время Бог обратит к Себе и воссоздаст из этих людей Свою новую Церковь.

Хронология Рождества

С волхвами связан еще один вопрос: как увязать события, которые описываются в Евангелиях? Матфей рассказывает о мудрецах, о зверстве Ирода, о бегстве в Египет, о возвращении святого семейства после смерти Ирода. Лука повествует о пастухах, об обрезании Христа, о Его сретении старцем Симеоном и Анной пророчицей, о пребывании 12-летного Иисуса в Храме. То есть, как видно, события вполне конкретные, но плохо согласуемые друг с другом, поскольку евангелисты не указывают четких временных рамок.

Возникает и еще одна проблема — Церковь в литургическом цикле совмещает большинство этих происшествий в единую череду — Рождество, пастухи, волхвы, избиение младенцев, Обрезание, Крещение, Сретение… Стоп! Но ведь Крещение — событие взрослой жизни Христа. Как оно затесалось в этот ряд?

Отправной точкой в восстановлении хронологии Рождества является следующий факт: подавляющее большинство толкователей полагает, что Вифлеемская звезда не была небесным телом. Это был или ангел, или иное чудесное знамение. Но если оно появилось в момент Рождества, то необходимо было много времени, чтобы преодолеть путь от Ирака до Палестины. Поднимаем атлас мира. С помощью простой линейки обнаруживаем, что путешественники должны преодолеть минимум 1500 километров. С учетом скорости верблюда, на дорогу ушло около месяца, если не больше, так как в пути всякое бывает. Уже ясно, что милые картинки, где волхвы вместе с пастухами толпятся у входа в пещеру, — явно приукрашены. Гости с Востока вряд ли могли явиться в Вифлеем непосредственно в ночь Рождества. А если учесть, что сначала они пошли к Ироду, переполошив своей вестью всю столичную элиту, то к Спасителю чужеземцы, вероятно, пришли лишь через несколько месяцев после Рождества.

Есть еще одно немаловажное «но». Христос был мальчиком, причем, не просто мальчиком, а первенцем. Кроме обрезания над старшими сыновьями в семье производился дополнительный обряд — посвящение Богу: малыша приносили в Храм, и за него давалась особая жертва. Естественно, очень неудобно было с маленьким ребенком на руках дважды проделывать путь из Галилеи в Иерусалим — сначала на обрезание, затем на обряд сорокадневного очищения. И святое семейство решило последовать примеру многих других семей из отдаленных уголков Палестины — люди оставались жить в пригородах столицы, чтобы, исполнив весь Закон, уже потом, после сорока дней, вернуться домой. По преданию, Иосиф имел довольно внушительную родню, и месяц-другой мог побыть в гостях в одном из ближайших селений. Профессия у него была востребованной, и необходимости срочно уходить в Назарет у святого семейства не было. Есть вполне веские аргументы полагать, что некоторое время после Рождества Спаситель, Его Мать и Иосиф жили поблизости от Иерусалима, где их и нашли впоследствии волхвы.

Современные исследователи в такой последовательности размещают все события, которые описаны в Евангелии до Крещения:

— Рождество

— Поклонение пастухов

— Обрезание

— Сретение

— Поклонение волхвов

— Избиение младенцев и бегство в Египет

— Смерть Ирода и возвращение в Галилею

— Речь 12-летнего Иисуса

— Богоявление на Иордане

О том, что бегство в Египет произошло уже после Сретения, говорит краткий срок, который прошел с момента Рождества до того, как Симеон взял на руки Христа. Нереально было прийти из Египта, не попадаясь на глаза гвардии Ирода, посетить Храм и потом незаметно убежать обратно. Скорее всего, события происходили как раз наоборот — волхвы, пришедшие после Сретения, наделали много шума, и люди стали вспоминать о том Мальчике, которого благословил Симеон. Тогда и стал досадовать Ирод, что проглядел Богомладенца, дав жуткий приказ убить ни в чем неповинных малюток.

Но возникает вопрос: почему в литургическом цикле Православной Церкви эти события перемешаны? Ответ очень прост — праздники Рождества, Крещения и Сретения появились в разные эпохи и наполнились различным смысловым содержанием. Первым, как ни странно, возник праздник Богоявления, который объединял собою два момента — Рождество и Крещение. В Рождестве Бог явился во плоти, стал Человеком — зримым, осязаемым, во всем подобным нам. В Крещении же Бог явился во всей троичной полноте — во Христе, в возглашавшем с Небес Отце и в Святом Духе, Который …нисшел на Него в телесном виде, как голубь (Лк 3:22). Явление Творца творению — общая идея обоих этих событий.

Со временем из Богоявленского блока выделили Рождество, перенеся его на день рождения Солнца — 25 декабря. Это было сделано в IV веке, ради пришедших в Церковь язычников. Чтобы они, отмечая привычную для себя дату, покланялись уже не небесному светилу, а Солнцу Правды — Христу. Прошли столетия. Рождество успело обрасти собственным циклом праздников, из-за чего теперь связь Крещения и Рождества практически незаметна. Они стали обособленными, как будто изначально были разными днями церковного календаря.

Особый разговор о Сретении. Это изначально богородичный праздник, и до сих пор в его уставе есть элементы почитания Пречистой Девы — например, небесно-синий цвет облачения, как и на Успение или на Введение. Сретение в понимании Церкви превратилось не просто в день памяти исторической встречи Христа и Симеона, а в день, когда христиане вспоминают саму идею встречи Бога и Человека. Лейтмотивом праздника стало то, что Симеон не только взял на руки Богомладенца, но и дождался исполнения древнего обетования о пришествии в мир Избавителя Вселенной.

Вообще в литургике много непонятного, но это только в том случае, если по привычке подгонять даты под календарный график. На самом деле Церковь объединяет праздничные дни не по хронологическому, а по логическому принципу, совмещая праздники родственные по своему значению.

Необычное Дитя

И, наконец, вполне закономерный вопрос: чем занимался Христос до Богоявления? Евангелие приводит лишь один эпизод из этого временного отрезка — паломничество 12-летнего Иисуса вместе с Матерью и отчимом в иерусалимский Храм. Это была первая Пасха Христа, ведь именно в 12 лет мальчиков начинали приучать к полноценной литургической жизни, когда они могли уже на равных участвовать в богослужении вместе со взрослыми.

И вот, на обратном пути Иосиф и Мария обнаружили, что Иисус пропал. Среди шумного восточного города мальчику из провинции затеряться ничего не стоило. А там зазевавшегося подростка могли схватить работорговцы. Представив все это, родители начали поиски. И только на третий день, отчаявшись и почти потеряв надежду, они нашли Христа в Храме, целого и невредимого, разговаривающего с раввинами, которые были ошеломлены эрудированностью Мальчика. Иисус подчинился воле нашедших его родителей и возвратился вместе с ними домой.

После этого рассказа евангелист Лука уже ничего не говорит о детстве Иисуса, добавляя лишь одну фразу: «Мальчик рос и укреплялся Духом до времени своего явления Израилю». С древних времен находились люди, которые стремились этот пробел восполнить и сочиняли разные версии того, чем якобы занимался «маленький Исусик» в детстве.

Объяснить это стремление можно. Понять — тоже. Ведь это так естественно — интересоваться чужими тайнами. Например, во многих апокрифах приводятся рассказы о том, как «Исусик» исцелял людей, какие у него были золотые руки, как он наказывал своих сверстников-сорванцов. Но, несмотря на такие умилительные подробности, Церковь отвергла все эти истории. Спрашивается — почему? В советское время ответ атеистической пропаганды был прост — чтоб не развенчивать ореол божественности вокруг Спасителя. Однако такой подход чужд христианству. Евангелие знает десятки эпизодов, когда Христос поступает сугубо по-человечески, словно забывая о Своем божественном достоинстве. Значит, проблема в ином. Но в чем же?

А в том, что жизнь Христа, начиная от Рождества и кончая Голгофой, есть не что иное, как кенозис — умаление Самого Себя. Бог в утробе простой земной Девушки воспринимает Себе человеческую природу, рождается в обычном сарайчике, подвергается преследованиям, поруганиям, насмешкам, улюлюканьям. И в конечном итоге — смерти, самой позорной и страшной. Мог ли такой Бог в детстве творить те «Геракловы подвиги», которые приписывают Ему апокрифы? Ответ очевиден.

Церковь категорически отрицает возможность постановки знака равенства между «чудесным младенчиком Иисусом» и Христом Страждущим. Господь пришел пострадать за людей. Чудеса же Он творил не ради прихоти, но для того, чтоб укрепить веру тех, кто был слаб. Не мог Христос, который в зрелом возрасте совершал чудо лишь в исключительных случаях, налево и направо творить чудеса в детстве.

А каким было его детство? Об этом знает только Он и Его Мать. По рассказам Богородицы, которые потом через Луку и других первых христиан передавались из поколения в поколение, детство Иисуса было обычным. Его семья знала нужду. На жизнь зарабатывал Иосиф. Богородица рукодельничала. Иисус с раннего возраста помогал отчиму, а после его смерти Сам взял молоток и тесак и стал кормильцем Своей Матери. Кое-какую помощь оказывали дети Иосифа от первого брака. Христа они поначалу чуждались, и лишь потом, после Голгофы, Воскресения и Вознесения они уверовали в Него и стали на путь апостольства. Вот такое детство — никаких сверхъестественных событий, чудес и демонстрации силы. Спаситель скрывал Свое божество, скрывал совершенно осознанно.

И открыл его людям лишь в Иордане, когда голос с Неба засвидетельствовал, что в воде стоит не просто человек, а долгожданный Мессия.

http://foma.ru/ot-rozhdestva-do-bogoyavleniya-glavnyie-voprosyi.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru