Русская линия
Комсомольская правда Дмитрий Стешин17.11.2005 

Почему русский город боится строить мечеть
В 80 километрах от Москвы, в старинном городке Малоярославце, разгорелись религиозные страсти

Город, крепкий в вере

Если бы не звонок Татьяны Федькиной, прихожанки одного из малоярославских храмов, весть об этом конфликте так и осталась бы провинциальной тайной:

— Приезжайте скорее! У нас тут все на дыбы поднялись! Не хотят люди мечеть! И где ее удумали строить — прямо на въезде в город, на горке, чтобы выше всех храмов была! Не дадим!

25-тысячный Малоярославец встретил нас патриархальной тишиной — после автомобильного рева Москвы здесь слышно, как шуршат по асфальту сухие листья. Жизнь после решающей битвы с Наполеоном в 1812 году всегда текла в стороне от этого городка. И даже солнцевские бандиты, курирующие здешний участок киевской трассы, в Малоярославец никогда не наведывались.

Визит столичной прессы вызвал настоящий фурор в местной православной семье. Нас усадили за оперативно накрытый стол. Дочь Светлана раздобыла у соседей шоколадных конфет и убежала организовывать встречу с батюшкой, а мать семейства Ирина все не переставала удивляться:

— Надо же, и до Москвы вести о нашем стоянии за веру докатились. Этак и по телевизору нас покажут! Правда, мы не увидим. Ну тогда по радио услышим…

Тут уже удивились мы:

— Почему не увидите?

— А у нас телевизора нету, — просто ответила Ирина. — Мы его выкинули!

И очень натурально взмахнула руками в сторону окна — показала наглядно, как они этот телевизор выбрасывали. Я даже выглянул в окошко, но на газоне под домом ничего не валялось.

Ирина словоохотливо объясняла нам, что телевизор они, конечно, оттащили на помойку, чтобы не мусорить в любимом городе. Просто нечего сейчас, кроме пакости, смотреть по этому телевизору. Оказывается, расставание с «дебиловизором», как многие в Малоярославце называют главное достижение цивилизации XX века, явление здесь повсеместное, особенно среди верующих граждан. Ирина нам объяснила причины этого странного явления, процитировав на память несколько строк из так называемого «плана Даллеса» (Аллен Даллес — шеф ЦРУ в 50хх — 60х гг.):

— «Мы будем высмеивать их веру, а их ценности подменим ценностями лживыми». Вы телевизор включите… Передачу «Аншлаг», например, сами все увидите. Не было бы телевизоров, никогда этот план бы не удался. А так все сбывается, как было написано, и постройка мечети в этот план ложится. Не надо нам здесь этой «самой миролюбивой религии ислама». Навидались уже, столько людей сгубили, ироды. Малоярославец — город русский, и народ здесь живет православный, и нам решать, какие здесь храмы строить, а какие — нет!
Как столбят русскую землю

С отцом Игорем, одним из инициаторов и вдохновителей кампании против постройки мечети, мы встретились в жутком для любого верующего человека месте: в бывшем Доме культуры, который опять трудами и молитвами превращается в старинный трехпрестольный Казанский собор. Над храмом в хрущевские времена надругались по полной программе. Туалет устроили в алтаре, и до сих пор здесь еще сохранились остатки «культурной» штукатурки с дискотечными блестками и нагло торчащая барная стойка. Отец Игорь, худенький, невысокий, буквально летает по храму, пытаясь успеть все показать и рассказать. Нас поразил его наперсный крест — стальной, без украшений, на такой же простой, но могучей железной цепи. Деталь, говорящая о многом. И мы не ошиблись, у отца Игоря оказалась непростая судьба. Десять лет он возглавлял приход на Ставрополье, в приграничье с Чечней. Его духовником был настоятель Грозненского храма, которого зверски замучили боевики. В миролюбивость ислама он не верит. Говорит, что слишком много ему приходилось отпевать зас
треленных и зарезанных христианских мальчишек-солдат.

— Меня, — говорит отец Игорь, — настораживает не сам факт постройки мечети в каком-то городе. Мне видно совершенно четко, как изменилась в последние годы политика ислама. Политика эта наступательная, а мы всего лишь обороняемся, причем безуспешно. Известнейший исламский проповедник Гейдар Джемаль так и сказал: «Через 50 лет исламский фактор будет доминировать!»

По словам настоятеля собора, единодушная реакция народа его удивила. Подписывались против мечети и атеисты, и баптисты. Еще в Малоярославце оказалось немало русских беженцев из Средней Азии. Эти люди сами приходили к отцу Игорю и приносили собранные подписи.

— Можно долго говорить о толерантности и веротерпимости, но представьте, что будет, если православные захотят построить храм на земле, к которой они не имеют никакого отношения? Например, в Саудовской Аравии. Я уверен, что они столкнутся с очень серьезными проблемами и разрешить их не смогут. Мы-то чем хуже арабов?

В ответ я рассказал отцу Игорю реальную историю с той же концовкой. В конце 30-х годов к итальянскому диктатору Муссолини пришла делегация от мусульман Рима. Просить разрешения на постройку мечети. Муссолини ответил: «Не проблема. Мечеть начнет строиться в ту же секунду, как только в Мекке будет заложен католический храм».

Отец Игорь отвез нас на место предполагаемой стройки, на улицу Пугачева. Место красивое. Как говорят геодезисты, доминантная высота. Вид отсюда хороший, причем — на Обнинскую атомную электростанцию. И почему-то неизвестные доброжелатели, готовые профинансировать стройку, указывали именно это место и никакое другое. Вот это тоже насторожило многих горожан. На прощание мы поинтересовались:

— Отец Игорь, а если все-таки мечеть построят? Что будете делать?

Священник на секунду задумался — стоит ли нам это говорить? Потом убрал свой могучий стальной крест под рясу и сказал — как припечатал:

— А если все-таки народ не послушают и мечеть здесь построят, придется десятку крепких православных мужиков пострадать за свою веру…

Как власть мечеть «заморозила»

Как нам признался зам городского главы Владимир Печенкин, у властей в Малоярославце всего две проблемы — незаконная застройка парка «Дубки» и мечеть, ситуация с которой, по словам чиновника, «слава Богу, заморозилась»:

— Мы сейчас находимся в двойственном положении. С одной стороны, у нас есть Закон о свободе совести и религиозных объединениях, с другой — мы обязаны прислушиваться к мнению наших горожан…

И тут мы впервые увидели пресловутые подписи: Владимир Печенкин вытягивает из-под стола гигантской толщины папку-скоросшиватель, готовую развалиться по шву. Замглавы задумчиво перебирает разноформатные листы бумаги.

— На сегодняшний день, кроме индивидуальных обращений, мы получаем коллективные письма с предприятий, из парикмахерских, больниц с просьбой запретить постройку мечети…

— А сколько подписей всего?

— Ну, может, пять тысяч, а может, и десять. Еще собирают по городу. Одно могу сказать: разногласий по этому вопросу в народе нет. У нас тут половина парней через Чечню прошла. Из Москвы-то туда не особо призывали, все больше из провинции! А мечети люди просто боятся. Боятся, что город заполонят кавказцы. И так они уже с рынка украинцев вытесняют, белорусы перестали к нам ездить с картошкой. Старух местных гоняют — куда это годится?..

То, что мы узнаем от Владимира Печенкина, поменяло всю картину в целом. Оказывается, мечеть собирались строить не приезжие азербайджанцы или чечены, а свои, родные татары. Еще летом в администрацию пришел местный мулла, известный и уважаемый в городе человек, ветеран-фронтовик Бизбах Габитов. Какой-то местный молодой татарин-бизнесмен, родившийся в Малоярославце, а ныне живущий в столице, предложил деньги на постройку небольшой мечети на 40 человек на участке в 6 соток. С единственным условием — поставить ее там, где он вырос, в районе Чуриково, на въезде в Малоярославец.

Без вины виноватые

Найти дом муллы нам помог таксист. Я сунулся в первую попавшуюся машину с шашечками — спросить дорогу. И обнаружил в ней дагестанца по имени Мага. На приборной доске у него стояла маленькая медная икона с Николой Угодником, считающимся покровителем всех странников и таксистов в том числе. Присутствие образка мусульманин Мага объяснил очень эмоционально:

— Машину купыл, она здэс стояла! Выбрасыват нэлзя! Бог одын!

Я посоветовал Маге отнести иконку в церковь, на что он сказал, что она ему не мешает, а даже наоборот.

Мулла Бизбах Габитов с порога ошарашил нас:

— Я вам уже звонить хотел, в «Комсомолку», а вы сами приехали!

Впрочем, радоваться мулла перестал быстро, как только мы заговорили о мечети. Судя по всему, обидели его в городе крепко.

— Я никогда не думал, что православие может пойти на такие меры. Листовки эти, прокламации. Петарды нам во двор бросали…

Тут в речь мужа совсем не по-восточному встревает жена Люция:

— Вот все такие православные, а я к соседям на поминки прихожу, никто ни одной молитвы до конца не знает. Я, татарка, их знаю наизусть и читаю!

Говорим, что люди боятся — в построенную мечеть придут ваххабиты, как было не раз. Но мулла считает, что это невозможно:

— А нас, татар, здесь все-таки 900 человек. С 1922 года мы здесь проживаем, у нас даже свое татарское кладбище есть. Понимаем, если бы мечеть хотели строить приезжие. Ну нет у нас ваххабитов! Мы даже держим связь с ФСБ! Они приезжают к нам регулярно. Один раз приходили — где-то на окраине Калуги появилась надпись на доме по-арабски. Попросили, чтобы я надпись перевел. Ну я и перевел…

— И что там было написано?

— «Аллах Акбар!» (Смеется.) Может, действительно и появились там какие-то ваххабиты, мы не знаем. У нас своя татарская махалля — община, всем известная.

По словам муллы, самое обидное, что, когда в Малоярославце строили дома турки, у них был молельный дом. А свои, местные, в дождь и снег собираются на кладбище. И судя по всему, будут собираться там еще долго…

ВЗГЛЯД С 6-го ЭТАЖА

Перемирие креста и полумесяца

Ислам — религия молодая и потому активная, ищущая новые духовные и земные пространства. В том числе по прозаической причине — демографии — мусульмане просто больше других рожают. И потому все чаще конфликты между народами и религиями. Но до погромов доходит лишь там, где ситуацию запустили. Проглядели. Как сейчас во Франции. Или две недели назад в подмосковном Сергиевом Посаде, где был разгромлен мусульманский молельный дом.

А вот в Малоярославце конфликт упредили. И важно, что это сделала не власть, а сами горожане. То есть народ. Будем считать это перемирием. Потому что прекрасно понимаем, что мечети в России тоже нужны. «Комсомолка» — не враг ислама. И нам вправду жаль, что крайними в Малоярославце оказались татары — народ, без которого не было бы сегодняшней России. Которые и на Куликовом поле рубились с Ордой в полках Дмитрия Донского и которые вместе с русскими гнали Наполеона.

Вот только живем мы в больное время. Больно православие — равнодушием и отстраненностью от паствы. Болен ислам — оголтелым ваххабизмом. И эти болезни не дают людям примириться.

Пройдет время, омолодится христианство, забудут про ваххабизм. И, мы верим, малоярославские татары будут молиться в собственном храме. Лучший доктор — терпение.

А что по этому поводу думаете вы?

Звоните сегодня, 17 ноября, с 11 до 13 часов по телефону 257−51−55. Или пишите по электронной почте: steshin@kp.ru

http://www.kp.ru/daily/23 613/46866/


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru