Русская линия
Интерфакс-РелигияПротоиерей Александр Ильяшенко03.11.2005 

День народного единства — шаг на пути преодоления страшных последствий революции

О чем следует помнить, отмечая впервые День народного единства? Каково принципиальное отличие этого праздника от 7 ноября? Как будет воспринят новый праздник? На эти вопросы в интервью порталу «Интерфакс-Религия» ответил сотрудник Отдела Московского патриархата по взаимодействию с вооруженными силами и правоохранительными учреждениями отец Александр Ильяшенко.

— Чем, на Ваш взгляд, продиктована инициатива учредить в России новый государственный праздник — День народного единства?

— Революционные потрясения внесли страшное разделение в жизнь нашего народа, явились переломным моментом для истории. Россия претерпела столько трагедий как на уровне личности, отдельно взятой семьи, так и на уровне нации, что до сих пор слышны их отголоски, они врезаны в нашу память и накладывают отпечаток на современное общественное сознание.

День народного единства должен в первую очередь свидетельствовать о готовности осознать ошибки и преступления, совершенные участниками исторических событий в прошлом. Это непременное условие для преодоления их последствий, поскольку нельзя жить, разделяя людей по национальному, партийному, вообще по какому бы то ни было принципу. И для наших современников, для народов России единство, которое было обретено в 1612 году или, скажем, во время Великой Отечественной войны, необходимо сегодня так же, как необходимо всегда, во все времена.

У нас многонациональная страна, и вопрос единства для нас имеет и будет иметь всегда колоссальное значение. У нас просто нет иного выбора: для того, чтобы сохранить страну, мы должны сохранить единство историческое, духовное, территориальное. Сможем возродить единство — сможем энергично развиваться в дальнейшем.

В этот день Церковь вспоминает особое чудо, которое было явлено через икону Казанской Божией Матери. Это событие относится к эпохе Смутного времени. Как известно, тогда шла гражданская война, которая усугублялась тем, что часть Руси была оккупирована, в Кремле находились польско-литовские солдаты. Законный государь был свергнут, государственность разрушена. Только голос Церкви звучал на всю страну, и он был настолько авторитетным, что к нему внимательно прислушивались все. Патриарх Гермоген рассылал послания по стране, благословляя русских людей отдать свою жизнь за Отечество и веру православную. Он был брошен в подземелье Чудова монастыря, содержался в суровых условиях и умер от голода. На его призыв откликнулись Нижний Новгород и Казань — низовые города, как их тогда называли.

Примечательно, что Казанское ханство всего за шестьдесят лет до этих событий было покорено Иваном Грозным. Однако жители бывшего ханства вместо того, чтобы поднять оружие против тех, кто их недавно завоевал, вместе с православными русскими людьми пошли воевать против войска католической Польши, спасая Москву от захватчиков. Мне кажется, что это уникальный пример — в мировой истории трудно найти что-либо подобное.

Очень важно, что стремление к объединению шло снизу, из народа и с окраинных городов. Люди всех сословий были полны решимости бороться за судьбу России.

И если Куликовская битва была борьбой с внешним врагом, то 4 ноября — это попытка преодолеть внутреннее разделение, поскольку кто-то готов был ради своих корыстных интересов отказаться от традиционной российской государственности, кто-то — от православной веры, забыть о присяге верности народу и Церкви, потому что это могло принести большие выгоды. Изменников в Смутное время было много, они были заинтересованы в том, чтобы смута продолжалась, а Россия свернула с пути верности Богу, православию.

— В чем принципиальное отличие Дня народного единства (4 ноября) от Дня согласия и примирения (7 ноября)?

— Для людей верующих 7 ноября — день скорби, когда был нанесен удар по российской государственности и народам России. Одно из страшнейших последствий революции — демографический кризис, который наша страна переживает сегодня. И День народного единства обращает нас к высоким духовным ценностям, которые проявили наши предки в исключительно трудных условиях. Этот день следует воспринимать как стремление объединиться ради возрождения разрушенной в XX веке жизни нашего государства.

— Как, на Ваш взгляд, будет воспринят новый праздник?

— Кто-то будет сожалеть, что прежний праздник отменили, некоторые будут относиться равнодушно, некоторым необходимо осознать смысл отмечаемого события. Безусловно одно: идея праздновать 4 ноября как государственный праздник в некотором смысле свидетельствует о возрождении духовности в России. Отчасти он служит ответом на то, что мы утрачиваем ощущение собственной истории. Вообще почему-то стало общепринятым относиться к своей истории как к чему-то второстепенному. Это глубочайшее заблуждение, навязываемое нам после революции. В течение этого периода по известным причинам от народа утаивалась правда, история переписывалась. Как говорил Николай Бухарин, для партии одним из главных врагов является великодержавный русский национализм. Так он называл патриотизм, то есть любовь к своей Родине, а также желание помнить и знать свою историю.

В свое время Пушкин сказал: «Гордиться славою своих предков не только должно, но и можно, не уважать оной есть постыдное малодушие, есть первый признак дикости и безнравственности». Наш долг любви и благодарности к своим славным предкам — восстановить историческую память. Учреждение Дня народного единства как государственного праздника — важный этап на этом пути.

http://www.interfax-religion.ru/?act=interview&div=47


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru