Русская линия
Washington ProFile10.06.2005 

Иракские инсургенты. Попытка анализа

Действия иракских инсургентов стали настоящим сюрпризом для США. Несмотря на все усилия иракских властей и войск коалиции, снизить их активность пока не удается.
Одной из причин этого считается стратегическая ошибка: временные власти Ирака сконцентрировались на подготовке и обучении новой иракской армии, способной охранять границы страны от внешнего вторжения. Подготовка полиции и новых спецслужб была признана второстепенной по важности задачей. Как ныне считается, на протяжении года после свержения режима Саддама Хусейна американские военные и советники не предпринимали практически никаких усилий, направленных на нейтрализацию действий партизан и террористов. Тогда высокопоставленные представители США утверждали, что инсургенты немногочисленны, и с ними удастся справиться достаточно быстро.
В октябре 2003 года командование сил коалиции сообщило о разработке специального плана борьбы с инсургентами, который подразумевал передачу всей полноты ответственности за обеспечение безопасности страны иракским силам. Тогда считалось, что в Ираке действует более 5 тыс. инсургентов. Однако прошло не менее года, прежде чем этот план начал реализовываться на практике. При этом данные, которыми оперировали различные американские структуры, иногда серьезно различались. К примеру, в июле 2004 года высокопоставленные члены администрации Джорджа БушаGeorge Bush заявляли, что численность инсургентов не превышает 5 тыс. В то же время, представители коалиционных сил в Ираке оценивали их численность в 10−12 тыс. Большинство экспертов тогда сходились во мнении, что вероятно обе цифры имеют право на жизнь: дело в том, что численность инсургентов менялась за счет привлечения иракцев, которые выполняли разовые задания лидеров инсургентов или периодически сотрудничали с ними. В апреле 2005 года численность инсургентов оценивали уже в 16 тыс., из них около 1 тыс. были иностранцами.
Если до начала 2005 года спецслужбы США считали, что основой движения иракских инсургентов являются бывшие члены правящей партии БААС, экс-военные и экс-сотрудники саддамовских спецслужб (одной из причин этого считается программа дебаасизации — бывшим сотрудникам силовых структур Ирака было запрещено продолжать службу, что лишило большинство из них средств к существованию и вызвало недовольство новой властью), то ныне большую часть руководства иракских партизан составляют члены экстремистских исламистских организаций (в том числе, «Аль Каеды» и «Ансар аль-Сунна»), прибывших в страну из-за рубежа. К примеру, подавляющее большинство террористов-самоубийц составляют именно иностранцы (в апреле 2005 года впервые более половины автомобильных бомб взорвали смертники). Впрочем, есть и иная точка зрения, что большинство членов инсургентских группировок составляют иракцы.
В любом случае, общепринято, что большинство партизан и террористов составляют иранские сунниты, которые при Саддаме находились в привилегированном положении. До 80% всех террористических атак совершалось против иракских шиитов. В результате, к концу 2004 года в Ираке были отмечены некоторые признаки гражданской войны между этими религиозными общинами, к лету 2005 года острота межрелигиозного конфликта лишь увеличилась.
Существуют также и различия в их стратегии: инсургенты-иракцы предпочитают атаковать силы коалиции и органы новой власти, а исламисты (в том числе, иностранные) концентрируются на нападениях на шиитов и курдов. Обе группировки устраивают диверсии на экономических объектах. Кроме того, и те и другие инсургенты часто делают своей целью людей, способных влиять на общественное мнение Ирака. По данным Госдепартамента США, в 2004 году террористы убили 80 иракских профессоров и 50 врачей. Организация «Репортеры Без Границ», в свою очередь, сообщила, что инсургенты расправились с 31 журналистом.
По оценкам Иана Беккета, сотрудника Института Стратегических исследований, на сегодняшний момент не существует внушающей доверие статистики жертв партизанской войны в Ираке. Проблема заключается в системе подсчета: коалиционные силы в деталях сообщают лишь о своих потерях. Подсчет мирных жителей Ирака, погибших в результате взрывов и обстрелов, ведут иракские власти (лишь недавно они официально объявили, что в результате действий инсургентов погибло около 12 тыс. иракцев). Потери террористов и инсургентов оцениваются лишь по косвенным источникам: по сообщениям иракских силовых структур, сил коалиции, по информации, размещаемой на исламистских сайтах, на основе публикаций в иракских газетах и пр. Наиболее известно лишь количество похищений иностранцев, организованных инсургентами, прежде всего, за счет внимания, которое проявляют к этим событиям международные средства массовой информации. За период с 1 апреля 2004 года по 31 января 2005 года они похитили 264 человек (на тот момент в Ираке находилось около 100 тыс. иностранцев). 20% из них (47 человек) были убиты, 150 освобождены, пятеро — сбежали. Лишь шестерых заложников удалось освободить в результате операций служб безопасности. Судьба 150-ти похищенных оставалась неизвестной.
Несколько лучше ситуация с анализом интенсивности атак. По данным исследовательского Института Брукингс наиболее опасной зоной Ирака являются Багдад и Мосул, в которых ежемесячно фиксируется 300−400 взрывов бомб, обстрелов и пр. Наиболее спокойная обстановка — на севере Ирака, в зонах, которые контролируются курдами.
Инсургенты заметно изменили свою тактику. В 2003—2004 годы подавляющее большинство атак было направлено на иностранные войска (к примеру, за период с октября 2003 по сентябрь 2004 года их обстреливали и взрывали 3227 раз). На втором месте по общему количеству терактов и нападений была иракская полиция (209), на третьем — гражданские объекты (180). Большинство жертв были представителями мирного населения (1 981 убитый) и полиции (480). Для сравнения, за этот же период времени погиб 451 солдат коалиции. С конца 2004 года инсургенты намного чаще атакуют иракские силы безопасности и военных, а также местные органы власти. Атаки на силы коалиции стали совершаться заметно реже: одной из причин этого называют достаточно низкую «эффективность» подобных нападений и то, что инсургенты стремятся, прежде всего, дестабилизировать ситуацию в стране, что возможно лишь с помощью давления на новые власти.
Американские военные эксперты отмечают, что инсургенты с каждым месяцем демонстрируют все больший профессионализм: они успешно используют сложные технологии установки взрывных устройств, удачно охотятся за воздушными целями, используют качественные подделки документов, пользуются формой иракской полиции и вооруженных сил и пр. В ряде случаев им удавалось организовать сложные операции: например, одновременно провести несколько атак в различных районах страны. Кроме того, практически еженедельно объявляют о своем существовании новые группировки инсургентов, которые, в большинстве случаев, являются лишь «масками» старых — это делается, в том числе, чтобы ввести в заблуждение противостоящие им спецслужбы.
Согласно выводу, сделанному экспертами Института Анализа Глобальной БезопасностиInstitute for the Analysis of Global Security, достаточно удачными оказались действия инсургентов, направленные против экономики Ирака. По состоянию на апрель 2005 года, в Ираке было убито 276 и ранено 2.6 тыс. технических специалистов, работавших над реализацией различных инфраструктурных проектов. По данным Министерства Обороны СШАDepartment of Defense, из-за постоянных диверсий до сих пор не удалось восстановить довоенный уровень производства электроэнергии. Добыча нефти не увеличилась. До сих пор до 30% жителей иракских городов не имеют доступа к водопроводной воде.
Еще одной целью инсургентов является создание атмосферы страха и безнадежности. Именно этим объясняют организацию ими экстраординарных террористических атак: например, на объекты, которые традиционно считались неприкосновенными (мечети, церкви, представительства ООН и иных международных организаций), взрывы супербомб в людных местах, что приводит к большому числу жертв и пр. По мнению экспертов Центра Стратегических и Международных Исследований, одной из главных задач инсургентов является формирование своего позитивного имиджа в глазах сочувствующих: каждый теракт и атака воспринимаются ими как военная удача. Фактически, инсургенты пытаются спровоцировать «столкновение цивилизаций» — они утверждают, что все их действия направлены на борьбу с Западом и США и на защиту арабов и Ислама.
В начале 2005 года многие высокопоставленные американские военные, в том числе Министр Обороны США Дональд Рамсфелд, сделали заявления, согласно которым активность инсургентов заметно снизилась после проведения в Ираке выборов. Насколько обоснованы эти выводы пока неизвестно. Однозначно, что инсургенты представляют достаточно небольшую часть иракского народа: к примеру, по оценкам Центра Стратегических и Международных Исследований, число инсургентов и им сочувствующих не превышает 6−9% от численности населения страны. Впрочем, опрос, проведенный силами Коалиции в феврале 2005 года, показал, что 45% иракцев поддерживают атаки на оккупационные войска и лишь 15% поддерживают действия США, Великобритании и их союзников.
Как будет развиваться ситуация в будущем, пока не ясно. Мнения американских экспертов весьма противоречивы. Дело в том, что по мнению Джеффри Вайта, сотрудника Вашингтонского Института Ближневосточной Политики, иракские инсургенты действуют по иному сценарию, чем их предшественники. «Классические» партизаны проходили в своих действиях три главные фазы: сперва они копили силы и совершали внезапные нападения в стиле «бей — беги», позже начинали борьбу за контроль за отдельными районами и анклавами, применяя здесь традиционные виды вооружений и армейскую тактику, и, наконец, пытались установить свою власть над всей страной. Иракские инсургенты действуют совершенно иначе, и их конечные цели пока не ясны. Вероятно и им самим.


По данным Министерства Обороны США, за период с июня 2003 года по 5 июня 2005 года в Ираке погибло 1674 американских военнослужащих, 1285 из них погибли в результате действий инсургентов. Из них 54% погибли в результаты взрывов бомб. Кроме них, иные члены коалиции потеряли 94 военнослужащих. Великобритания потеряла в Ираке 89 солдат и офицеров, Италия — 26, Украина — 18, Польша — 17, Испания (войска выведены из страны) — 11, Болгария — 10, Словакия — 3, Эстония, Таиланд и Нидерланды — по 2, Дания, Сальвадор и Венгрия — по одному.
По состоянию на конец января 2005 года, в тюрьмах Ирака содержалось 7.9 тыс. заключенных. Сколько их них инсургентов, а сколько обычных преступников — неизвестно.
В мае 2004 года в Ираке были расквартированы 138 тыс. солдат и офицеров США и 23 тыс. войск иных государств коалиции (всего 26). Наиболее крупные контингенты предоставили Великобритания (8 тыс.), Южная Корея (3.6 тыс.), Италия (около 3 тыс.), Польша (1.7 тыс.), Украина (1.6 тыс.), Грузия и Румыния (примерно по 800), Япония (550), Дания (530) и Болгария (460).
По состоянию на май 2004 года, в Ираке было подготовлено 90.6 тыс. полицейских, 72. тыс. военных и национальных гвардейцев. За период с июня 2003 года по 5 июня 2005 года погибло 2204 иракских военных и полицейских.
В апреле 2005 года 28−40% трудоспособных иракцев не имели работы.
Опрос телекомпании ABC и газеты Washington Post, проведенный в начале июня 2005 года, показал, что большинство американцев недовольны действиями США в Ираке. 58% считают, что военные затраты превышают те выгоды, которые может дать победа. 73% называют «неприемлемым» количество военных потерь. 52% убеждены, что война в Ираке не способствует укреплению безопасности США. 45% верят, что Ирак превращается во «второй Вьетнам».


С тех пор, как существуют регулярные армии, существуют и партизаны. С партизанами боролись практически все государства мира, причем война шла с переменным успехом. В ряде случаев инсургентам удавалось добиться победы. К примеру, в 20 веке к власти пришли многие лидеры партизан — Мао Цзэ-Дун, Ким Ир Сен, Хо Ши Мин, Фидель Кастро, Даниэль Ортега, Роберт Мугабе.

По оценкам Weslean College, ежегодно в мире происходит 20 — 80 вооруженных конфликтов, в основном, это партизанские войны. Все они идут по схожей схеме — регулярные войска контролируют крупные населенные пункты, партизаны базируются в сельской местности, лесах, горах, пустынях, иногда в городах и организуют налеты и диверсии. Регулярные войска стараются проводить облавы и уничтожать партизанские базы. Ныне большинство американских экспертов считают наиболее важным и сложным — не выиграть войну, а «выиграть мир» — определенными методами достичь такой ситуации, когда инсургенты сами сочтут возможным откажутся от борьбы.
По данным Барда О"Нила, автора книги «Партизанская Война и Терроризм. Внутри Современной Революционной Войны», первые упоминания о партизанах содержатся в документах, созданных несколько тысячелетий назад: тогда армии хеттов столкнулись с подобным противником. Даглас Блофарб, автор книги «Эра Борьбы с Инсургентами», считает, что подобные войны являются, вероятно, одним из наиболее сложных видов боевых действий. По мнению Джоза, за последние тысячелетия партизаны и противостоящие им силы в принципе ничего нового не придумали. К примеру, во время Галльской войны, галлы нападали на тылы и фланги римской армии. Юлий Цезарь, командовавший римскими легионами, применил контртактику: он использовал мобильные группы легионеров, которые устраивали засады на отряды галлов, и постарался привлечь симпатии местного населения. Абсолютно такую же тактику используют ныне инсургенты и их противники по всему миру.
Подобные конфликты менее кровавы, чем «традиционные» войны (к ним обычно относят боевые действия, в результате которых погибает не более 1 тыс. человек в год), но, в отличие от обычных вооруженных конфликтов между двумя государствами, которые, как правило, заканчиваются в течение короткого времени, эти конфликты могут тянуться годами, десятилетиями и даже столетиями. В результате, число жертв и разрушений зачастую превышает количество жертв и разрушений в ходе «традиционных» войн. Кроме того, подобные конфликты фатально отражаются на экономике, вызывают бурное развитие криминала, торговли оружием, наркотиками, людьми и часто грозят превратиться в крупномасштабный конфликт.
«Отцом» современной партизанской стратегии принято считать (например, такого мнения придерживается Дональд Хэмилтон, автор книги «Искусство Партизанской войны») Мао Цзэ-дуна, давшего, вероятно, наиболее емкое определение причин успеха китайских партизан: «рыба живет в воде, партизан — в народе». Мао сформулировал десять принципов партизанской войны. К их числу относятся следующие постулаты: «Атаковать врассыпную, сперва окружать врага, потом собирать свои силы в кулак», «Сперва брать под контроль деревенские районы и мелкие города. Крупные города захватывать в последнюю очередь», «Чем меньше потерь, тем больше победа», «Использовать захваченное оружие и пленных для борьбы с врагом», «Использовать периоды переговоров с врагом для отдыха, перегруппировки и подготовки» и т. д.
Энтони Джоз, автор масштабного исследования «Противостояние Повстанцам: История и Политика Борьбы с Инсургентами», считает, что чем более продолжительное время продолжается подобный конфликт, тем больше шансов у инсургентов добиться победы. Образно говоря, армия решает тактические задачи, инсургенты — стратегические. Задача последних — проиграть битву, но выиграть войну. Например, военные теоретики Северного Вьетнама утверждали, что партизанская война — это «стратегия, против которой не существует контрстратегии». Эрнест Эфанс, автор книги Война без Славы", приводит показательный пример. В 1975 году встретились два высокопоставленных офицера из США и Вьетнама, которые еще недавно воевали друг против друга. Американец заявил: «Вам не удалось победить нас ни в одном сражении!», на что вьетнамец отреагировал: «Все это так, но это не имеет никакого значения».
Подполковник Роберт Кэссиди опубликовал в военном журнале Parameters статью, в которой проанализировал американский опыт борьбы с инсургентами. По его мнению, во многих эпизодах действия военных были блестящими. Кэссиди считает, что несмотря на это, «малые войны» воспринимались, как некая «аномалия» — они считались весьма малопочетными эпизодами американской военной истории. Однако даже вьетнамский опыт не был полноценно осмыслен и использован, потому что военные оказались под давлением общественного мнения осудившего это войну и требовавшего, чтобы в подобные войны США больше никогда не ввязывались. Именно поэтому американские стратеги концентрировались, прежде всего, на подготовке к ведению «правильных» войн.
Майкл Клэр и Питер Корнблах, проанализировавшие подобные конфликты 1980-х годов, в книге «Войны низкой интенсивности» пришли к выводу, что единственный способ, с помощью которого государство может победить в конфликте низкой интенсивности — это «вырвать революцию из рук революционеров». То есть, удовлетворить требования инсургентов, которые находят поддержку у большинства местного населения. В этом случае есть шанс, что дальнейшее вооруженное противостояние окажется бессмысленным и конфликт прекратится.


США против инсургентов. Исторический опыт

На протяжении всей своей истории США вели войну с инсургентами, применявшими партизанскую и террористическую тактику борьбы. Борьба шла с переменным успехом, однако в большинстве случаев регулярной армии удалось сломить сопротивление повстанцев.
В данный перечень мы не включили ряд иных конфликтов такого рода, в которых принимали участие США, поскольку они не оказали значительного влияния на состояние американской военной мысли.

Индейские войны

С момента появления европейских поселенцев на нынешней территории США индейцы отчаянно сопротивлялись пришельцам. Первый крупномасштабный конфликт такого рода начался в 1622 году на территории нынешнего штата Вирджиния. Тогда белым поселенцам противостояла конфедерация 30-ти алгонкинских племен. Индейцы активно применяли методы партизанской войны — внезапные налеты, засады и пр. Война продолжалась 12 лет и закончилась победой колонизаторов. Последнее сражение, в котором индейцы противостояли регулярной армии США, произошло в 1890 году на территории штата Южная Дакота. За два с половиной века борьбы индейцы научились успешно использовать современное оружие и лошадей. Они демонстрировали феноменальные таланты следопытов, умело использовали маскировку и пр. Ряд индейских вождей продемонстрировали выдающиеся таланты полководцев — такими были, например, Джеронимо вождь племени Апачей, Сидящий Бык, вождь племени Сиу Бешеный Бык, вождь племен лакота и чейенов. Однако индейцы не смогли противостоять регулярной армии, хотя и одержали ряд важных побед.
Впоследствии сами американцы освоили «индейскую тактику» и успешно применяли ее, например, в войне за независимость против Британской Империи. Создатель отрядов «рейнджеров» (изначально — специальные отряды легкой пехоты, которые вели войну с индейцами и французами, применяя индейскую тактику засад и внезапных нападений), поныне входящих в структуру вооруженных сил США, майор Роберт РоджерсRobert Rogers приобрел свой опыт именно на войне с индейцами. Эти заповеди до сих пор не утратили своего значения и используются при подготовке всех спецподразделений США.

Филиппины

После победы над Испанией, колонией которой были Филиппины, США начали войну с «освобожденными» ими филиппинскими повстанцами, лидером которых был генералиссимус Дон Эмилио Агинальдо. До разгрома Испании Агинальдо боролся с испанскими войсками, выступая за независимость Филиппин. После того, как США отказались предоставить Филиппинам независимость, партизаны начали атаки на американские войска. Эту войну иногда называют «войной боло» — по названию национального филиппинского кинжала. Инсургенты не вступали в правильные сражения с американским экспедиционным корпусом, зато умело применяли все приемы партизанской и террористической войны. Войска США были разделены на множество небольших подразделений, которые действовали самостоятельно и сами разрабатывали стратегию действий, независимо от центрального командования. Они активно вербовали местных жителей, которые знали филиппинские обычаи и культуру. Для победы США пришлось направить на Филиппины 126 тыс. солдат — в четыре раза больше, чем понадобилось, чтобы разбить испанские армию и флот. За период с 1898 по 1902 год произошло более 2.8 тыс. боев. В результате погибло около 4 тыс. американских солдат и около 16 тыс. инсургентов. Наибольшие потери понесло мирное население — более 200 тыс. человек были убиты или погибли от голода, жажды и болезней.

Банановые войны

В период с 1898 по 1933 годы войска США вели, так называемые, «банановые войны» в государствах Центральной Америки. Даже простой перечень этих операций очень длинен: 1894, 1896, 1898, 1899, 1909, 1910, 1912 — 1933 годах — в Никарагуа, в 1895, 1908, 1912, 1918−1920, 1925 годах - в Панаме, в 1903, 1907, 1911, 1919 и 1924−1925 годах — в Гондурасе, в 1920 году — в Гватемале и пр. Отдельные операции в этом регионе проводились и в последние десятилетия 20 века. Противниками США были различные вооруженные группировки, преследовавшие различные политические и идеологические цели. В большинстве случаев они использовали методы партизанской войны. Как правило, союзниками США становились иные местные вооруженные группы, с помощью которых удавалось добиться победы. Однако этот регион долгое время оставался крайне нестабильным, и США продолжали оказывать военную помощь дружественным им режимам, в том числе, и диктаторским. По иронии судьбы, в ряде случаев, например, в Никарагуа, США оказывали помощь и инсургентам — в случае с Никарагуа это были «контрас», боровшиеся с победившими сандинистами (идеологически близкими СССР и Кубе).
Значительно чаще американские военные советники принимали участие в контрпартизанских операциях, проводимых властями стран этого региона. Например, США сыграли значительную роль в подавлении партизанского движения в Сальвадоре (ранее аналогичные задания американские военные выполняли на Филиппинах, в Греции и т. д.). При этом американские советники де-факто поддержали использование, так называемых, «эскадронов смерти» — местных формирований, призванных сеять ужас среди повстанцев. По сообщению журнала New York Times Magazine, аналогичные методы США стали применять и в Ираке.

Вьетнам

В 1961- 1975 годы войска США вместе с контингентами армий иных государств оказывали помощь Южному Вьетнаму в войне против коммунистического Северного Вьетнама (ему оказывали помощь СССР, страны Варшавского договора и Китай) и партизан. Войска США впервые столкнулись с масштабной партизанской войной. Партизан снабжали оружием и продовольствием с помощью «тропы Хо Ши Мина», пролегавшей по территории соседнего Лаоса. Мелкие группы партизан просачивались через военные порядки противника и успешно действовали в тылу южновьетнамских и американских войск. Впрочем, антипартизанские действия Армии Южного Вьетнама и американцев через несколько лет привели к успеху: большинство партизанских формирований, действовавших в Южном Вьетнаме, были практически полностью уничтожены. Войска США для борьбы с партизанами часто применяли напалм и даже химическое оружие (для уничтожения листьев в джунглях). Одной из новинок тактики США было привлечение на свою сторону нескольких местных племен (в частности, племен Мео в Лаосе) — их снабжали оружием и продовольствием, а племена проводили диверсии против подразделений Северного Вьетнама. Воюющие стороны проявили столь большую жестокость, что это вызвало бурю возмущения в мире и в самих Соединенных Штатах. Войска США были выведены из Вьетнама, а Южный Вьетнам не мог самостоятельно противостоять Северному.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru