Русская линия
Фонд «Возвращение» Михаил Горбаневский14.07.2015 

Для городов названия важны, как архитектура
Новое интервью научного эксперта Фонда профессора Горбаневского по вопросам значения имён и названий в жизни общества…

Он — один из ведущих российских специалистов в области топонимики, ономастики. Работал с академиком Лихачевым, признанным в СССР и позже в России научным и нравственным авторитетом в области культуры, искусства. Михаил Горбаневский готовил экспертизы, законы, по которым проводились и проводятся переименования, позволяющие избавляться от советского засилья в топонимике.

Украине сегодня предстоит огромная работа при реализации закона о декоммунизации. И, пожалуй, к эксперту с таким богатым опытом полезно прислушаться, учитывая его научную добросовестность и принципиальность. Горбаневский — один из основателей и руководителей Гильдии лингвистов-экспертов по документационным и информационным спорам (ГЛЭДИС). Именно ГЛЭДИС проводила экспертизу в нашумевшем деле Александра Бывшева, учителя из Кром (Орловская область), написавшего и разместившего в соцсетях стихотворение «Патриотам Украины». И не нашла в данном тексте признаков экстремизма, возбуждения вражды или ненависти. Однако эта экспертиза властям не подошла, и они… заказали другую, с обвинительным уклоном. Так что теперь, похоже, дело Бывшева, как это часто бывает в России, закончится где-то в ЕСПЧ.

Также стоит напомнить, что Михаил Викторович — племянник российского поэта и диссидента Натальи Горбаневской, которая в 1968-м не побоялась выйти со своими единомышленниками на Красную площадь с протестом против ввода советских войск в Чехословакию…

Впрочем, вернемся к топонимике.

ПОЛИТИКА, ОПРОКИНУТАЯ В ГЕОГРАФИЮ

— Вы, как учёный, следите за топонимическими новациями в Украине?

— Украинская гуманитарная наука всегда славилась большими достижениями в данной сфере. Но особо хотел бы упомянуть двух человек. С огромным уважением отношусь к памяти моих старших коллег, выдающихся украинских топонимистов и ономатологов: профессора Евгения Степановича Отина (Днепропетровск) и профессора Юрия Александровича Карпенко (Одесса). В частности, профессор Карпенко сумел создать в Одесском госуниверситете крупную научную ономастическую школу, сумел вырастить много одарённых учеников, последователей.

И я от души желаю Украине при решении топонимических проблем больше опираться на мнение именно учёных, на их объективные и аргументированные научные экспертизы по каждому новому топониму и по каждому возвращению исторических наименований. А без этого всегда будет существовать искушение быстро и бездумно «опрокинуть политику в географию». Ведь необольшевизм — как бы его ни называть! — даже под новыми демократическими знамёнами и лозунгами штука для топонимии опасная и вредная. Как тут не вспомнить едкое и точное четверостишие Игоря Губермана:

Я полон, временем гордясь,

увы, предчувствиями грустными,

ибо, едва освободясь,

рабы становятся Прокрустами…

Но несомненно, что от прежнего советского унылого, идеологизированного наследия на географической карте освобождаться необходимо.

— Давайте для начала определимся с главными терминами в сфере ваших научных интересов. Ономастика, топонимика…

— Ономастика — это раздел языкознания, изучающий всевозможные имена собственные. Воистину мир, в котором мы живём, можно назвать миром имён и названий: практически каждый реальный объект (а нередко и вымышленный), каждое явление имеют или могут иметь своё собственное наименование. При этом бывают названия настолько древние, что их воспринимают как возникшие сами собой, поскольку неизвестен их автор, а иногда даже и народ, языку которого это слово принадлежало. История таких имён скрыта от нас завесой времени. Этим, в частности, отличаются названия некоторых рек, морей, гор, звёзд… Я в большей мере занимаюсь топонимикой, то есть изучением географических названий: имён городов, селений, улиц и переулков.

— Их можно считать частью национальной культуры?

— Конечно. И в этом смысле название, имя, само по себе, есть такая же ценность, как произведение архитектуры, литературы, фольклор.

— Вы уже упомянули, что топонимика тесно связана с политикой, с общественной жизнью. Каковы особенности этих взаимоотношений?

— Мне очень нравится формула: «Топонимика — политика, опрокинутая в географию». Авторство фразы принадлежит не мне, а Александру Николаевичу Артемову (Зайцеву), эмигранту, как-то опубликовавшему статью о советских географических названиях, которая так и называлась «Политика, опрокинутая в географию». Очень точно сказано. Достаточно вспомнить острова Фолклендские или Мальвинские, топонимическое свидетельство политического и даже военного конфликта Великобритании с Аргентиной. Ведь на наших картах пишутся оба названия. И даже при ЮНЕСКО есть специальная комиссия, занимающаяся топонимическими вопросами.

— А какова топонимика как гуманитарная отрасль?

— Тут есть две реки, текущие параллельно. Но, если повезет, они иногда сливаются вместе, в одно русло. Первая река — научное сообщество, изучающее, как происходит генезис старинных названий, а также факты и процессы новообразований.

Вторая река — общественность, неравнодушные люди, которые воспринимают названия, как нечто важное, памятники истории и культуры. При переименованиях важно учитывать обе составляющие. И очень хорошо, когда есть настоящие ученые, которые при этом еще и активисты гражданского общества. Но третье — самое главное.

— Что же это?

— Наличие здравого закона о наименованиях, который бы фиксировал базовые научные принципы и требования к названиям, основания, процедуру. Это настолько важно, что я могу сказать: лучше иметь несовершенный закон, чем не иметь никакого и проводить наименования, переименования наобум. Дальше закон можно совершенствовать. И при этом, при масштабных переименованиях обязательно нужно изучать законодательный опыт разных городов, разных стран.

ЛУНА ИМЕНИ СТАЛИНА

— Какова была топонимия дореволюционная, в Российской империи?

— Улицы назывались по именам домовладельцев, по географическим особенностям, по профессии или национальности людей, которые на них жили, по имени населенного пункта, в направлении которого вела эта улица… А также по имени храма, который стоял на этой улице. Вот как раз последний вариант вел к немалой путанице, когда в городе, например, бывало по несколько Никольских улиц по имени церквей святого Николая Чудотворца.

— А именные улицы в честь выдающихся деятелей, правителей?

— Вот это как раз было не очень распространено. И даже, напомню, Санкт-Петербург был назван не в честь Петра I, как часто считают, а в честь его небесного покровителя, то есть — святого апостола Петра! Но с приходом к власти большевиков началась вакханалия переименований, полностью опрокидывающая историю, обесценивающая все накопленное веками топонимическое богатство. И если в больших городах, что-то удавалось сохранить, то в маленьких ситуация оказывалась вообще катастрофической, когда живыми оставались лишь пара имен из нескольких сотен

— Но что в больших городах?

— Например, в Москве, переименования начались очень рано, еще при жизни вождей. Так что позднейшие рассказы об их скромности не совсем верны. Например, в 1919 году старинная Рогожская застава стала заставой Ильича. И скромный Владимир Ильич, будучи, членом Моссовета, не стал с этим спорить. А в 1918 году, еще до покушения на Ленина, появился первый город его имени. Талдом в Подмосковье стал Ленинском. Но потом в 1930 году ему вернули прежнее имя, очевидно, посчитав, что он недостаточно велик для имени вождя. Кстати, интересный факт. Калинин, как всесоюзный староста, вообще самолично подписывал указ о переименовании Твери в Калинин. Говорят, правда, сначала немного скромничал, отнекивался, но потом подпись все же поставил.

— А бывали ли при советской власти «попятные» переименования?

— В январе 1944 года незадолго до окончания снятия блокады Ленинграда, городские власти успели провести довольно большой пакет переименований. И именно тогда они вернули такие великие исторические имена, как Невский проспект, Литейный проспект, другие. Напомню, что в 1918 году большевики переименовали, например, Невский проспект в проспект 25 Октября, а Дворцовую площадь в площадь Урицкого! Причина возвращения топонимов была идеологической. И Сталин сознательно на это пошел.

— Каковы есть положительные примеры в системных переименованиях?

— Мне посчастливилось работать с академиком Лихачевым. Дмитрий Сергеевич был примером, образцом научного, тонкого, творческого подхода к переименованиям и к возрождению названий. Он так писал: «Считать, что прошлое кануло в Лету, — это значит лишить себя нравственной опоры в истории. Нравственное воспитание народа должно идти в атмосфере неисчезающей памяти…». Лихачев приводил точный, образный пример. Представьте себе, у вас есть старинная икона. А с ними как бывало. Когда иконы старели, теряли цвет, поверх старой писали другую. И так получалось много слоев. Так вот какова задача исследователя, реставратора — просто автоматически смыть все последние слои, оставив самый старый? Да? А вдруг окажется, что в предпоследнем слое — работа гениального мастера, вроде Симона Ушакова? Значит, нельзя автоматически ориентироваться на возраст, нужно учитывать и сопутствующие факторы, чтобы принять оптимальное решение. Точно так же и с именами.

Плюс, кроме научной аргументации, нужен учет мнения общественности, жителей… Дмитрий Сергеевич тогда был членом Верховного Совета, имел огромный авторитет, принимал решения аккуратные и точные. Но все же, не все его рекомендации были приняты. Некоторые оказывались слишком смелыми. Например, он рекомендовал вернуть старые имена Кёнигсбергу (ныне Калининград) и Тильзиту (ныне Советск), Вятке (Киров) и Симбирску (Ульяновск). Но это так и не сделано до сих пор.

— А как вы относитесь к идее увековечить на карте имя Бориса Немцова?

— Честно говоря, мне лично не нравится эта традиция, идущая от большевиков, давать улицам имена политических и культурных деятелей. Точно так же я был против и предложения подыскать улицу для имени Иосифа Бродского. И уж категорически против — улицы Рауля Валленберга (такое предложение было в 90-е годы). Это все замечательные люди, но не стоит. Не нужно улицы Иосифа Бродского, пусть лучше будет Премия Иосифа Бродского. А «улица Рауля Валленберга» — это просто насилие над устной речью. И когда Большую Коммунистическую переименовали в улицу Солженицына, мне тоже не показалось это правильным.

Интересно, как бы сам Александр Исаевич на это отреагировал. У него в романе «В круге первом» сильно и жестко написано о большевистских переименованиях в честь Сталина. Дословно помню эти слова: «Имя этого человека склоняли газеты земного шара, бормотали тысячи дикторов на сотнях языков, выкрикивали докладчики в началах и окончаниях речей, выпевали тонкие пионерские голоса, провозглашали во здравие архиереи. Имя этого человека запекалось на обмирающих устах военнопленных, на опухших деснах арестантов. По имени этому во множестве были переназваны города и площади, улицы и проспекты, школы, санатории, горные хребты, морские каналы, заводы, шахты, совхозы, колхозы, линкоры, ледоколы, рыболовные баркасы, сапожные артели, детские ясли — и группа московских журналистов предлагала также переименовать Волгу и Луну». Последнее утверждение — не солженицынская гипербола. Увы, так было!

ПРОСПЕКТ ИМЕНИ ПУТИНА

— А как появилась улица Ахмада-Хаджи Кадырова в Южном Бутове?

— Это стало возможным только в нарушение московскими властями закона о названиях. Ведь в статье 9 закона говорилось: «…Присвоение имен, фамилий известных жителей города Москвы, граждан Российской Федерации и иностранных граждан может производиться только новым улицам и по истечении 10 лет со дня смерти указанных лиц». Кадырова-старшего убили в результате теракта 9 мая 2004 года. 10 мая 2004 года президент Владимир Путин подписал указ об увековечении памяти Ахмата Кадырова. В нем Путин рекомендовал властям Москвы рассмотреть вопрос об увековечении имени господина Кадырова, а Минкультуры РФ — снять о погибшем президенте фильм. Предписания назвать улицу в Москве не было! Это уже была личная ответственность и решение мэра Лужкова и вице-мэра Шанцева, который в итоге, нарушив закон, и подписал постановление об улице Кадырова в Бутове… И вот тут, кстати, есть другой прецедент, когда руководитель региона стер на карте топоним — памятник Победе.

- Загадочно сформулировано. Уточните, о чем это?

— Рамзан Ахмадович Кадыров подписал указ о переименовании центральной магистрали Грозного Проспекта Победы — в проспект им. В.В. Путина. А это имя — Проспект Победы — было дано в 1955 году в связи с 10-летием победы в Великой Отечественной войне. Я понимаю, что у чеченцев тяжелые воспоминания о депортации 23 февраля 1944 года. Но все же, и они в Победу внесли свой вклад, были Герои Советского Союза. И известны случаи, когда чеченцев, орденоносцев прямо с фронта везли в ГУЛАГ. Так что не думаю, что такое переименование — удачное решение.

— Сейчас еще много споров по поводу другого покровителя — Святого Владимира. Некоторые россияне просто мечтают, чтобы его поставили на Лубянке. И тем уж точно обезопасили эту площадь от возвращения «Железного Феликса», что опять стало возможным. Вот Мосгордума даже разрешила коммунистам и партии «Родина» собирать подписи для референдума по этому поводу.

— Мне эта идея не нравится. Конечно, Лубянская площадь так организована, что без какой-то доминанты в центре смотрится плохо. Но не нужно там ставить новый памятник или возвращать «Железного Феликса». А следует вернуться к изначальному, историческому архитектурному решению. Когда-то там был водоразборный фонтан работы Ивана Витали. В этом фонтане извозчики, которых когда-то было много на Лубянской площади, поили своих лошадей. Все очень просто — верните на полагающееся место фонтан, который сейчас находится во дворе «старого» президиума Академии наук по Ленинскому проспекту, 14. И все сразу встанет на свои места, восстановится историческая преемственность.

ФАМИЛИЯ КАК СЕМЕЙНАЯ РЕЛИКВИЯ

— У вас самого такая известная и звучная фамилия. Какой у нее исторический смысл, преемственность?

— Да, фамилия «Горбаневский» представляет собой некоторую языковедческую загадку. Но только внешне. Она имеет прямое отношение к православию. Существуют фамилии, которые являются своеобразными семейными реликвиями. Ведь в нашей стране с ее войнами и революциями, пропало, бесследно исчезло очень многое. А фамилии сохранились. Что же значит фамилия «Горбаневский»? Она относится к той группе фамилий, которые связаны с православием, присваивались выпускникам духовных семинарий и несут в своей основе названия, в частности, православных праздников, святых икон, понятий или географических названий из Евангелия и Ветхого Завета. Например, Троицкий, Успенский, Рождественский, Предтеченский, Саульский, Фаворский, Виноградов, ведь виноград — один важных евангельских образов и символов. А порой фамилии давались по названиям икон, иногда довольно редких, местночтимых…

В XVII веке казак Горбань под Полтавой нашел икону Богородицы, когда косил траву. О чем сделал соответствующее представление властям. А на месте ее обретения поставил часовенку. Так явилась миру Горбаневская икона Божьей Матери. Позже в 1818 году был построен каменный храм в честь Горбаневской иконы Божией Матери. Неподалеку от храма открылся целебный источник, который существует и поныне. Саму чудотворную икону уже в XX веке перевезли в Полтаву, где она и сейчас и пребывает в Свято-Макариевском кафедральном соборе. Празднование в честь Горбаневской иконы Богоматери по церковному календарю происходит 13 июля по новому стилю у всех православных.

http://vozvr.ru/tabid/248/ArticleId/2727/dlya-gorodov-nazvaniya-vazhny-kak-arkhitektura.aspx


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru