Русская линия
Трибуна Андрей Полынский13.01.2005 

Зрячая душа пастыря

В Тольятти служит Богу и людям единственный в России слепой священник Первое Евангелие попало к будущему священнику Вячеславу Караулову от баптистов в совсем юном возрасте. В то время мальчик пристрастился к чтению и читал книги запоем — и днем, и по ночам.

По ночам, чтобы не мешать домашним, закрывался одеялом с головой и читал, освещая книжные страницы фонариком. Видимо, именно тогда он и повредил себе зрение. Но настоящие проблемы с глазами у него начнутся много позже: В конце 90-х Тольятти, словно эпидемией, захлестнула волна сахаджа-йоги.

Руководительница этой секты, выдававшая себя за живое божество, прилетала в Тольятти из Индии на самолете и собирала здесь целые стадионы своих адептов. Многие особо ретивые сектанты из числа педагогов стали преподавать основы сахаджа-йоги в своих школах и детских садах. За короткое время волжский город превратился в крупнейший центр сахаджа-йоги. Представитель секты даже избрался в городскую Думу. Словом, умами и делами горожан овладевала далекая от нашей российской жизни идеология.

Но теперь о секте почти ничего не слышно, перестала она пользоваться былой популярностью у горожан. И во многом благодаря именно усилиям отца Вячеслава. Правда, в Тольятти говорят, что борьба с сектой не прошла даром — посланцы далекой Индии наслали на батюшку порчу. Зрение стало резко ухудшаться. О самом себе отец Вячеслав говорит иронично. Он очень не любит слепого преклонения перед священниками, когда ему лобызают ручки и подобострастно заглядывают в рот. С другой стороны не терпит и «спеси поповской», которая провоцируется порой таким вот бездумным поклонением.

Мне приходилось наблюдать, как после службы отец Вячеслав беседует с молодежью. Поражал тот факт, что в этих беседах батюшка проявляет недюжинные знания по части рок-музыки, особенно западной. Потом я узнал, что в годы своей юности он был не на шутку увлечен роком.

Как и подавляющему большинству его сверстников, Славе больше всего нравился «Битлз». Он и сейчас считает, что лучшие песни «битлов» вполне приемлемы для христианина. Ведь пели-то они о добре, о мире, о любви, о справедливости. Отец Вячеслав может назвать добрую сотню групп, которыми увлекался в молодости. В конце концов, так уж получилось, что это хобби подтолкнуло его к настоящей классической музыке.

Теперь для него настоящая музыка — это молитвы, православные песнопения, звучащие в храме, при слушании которых душа приближается к Богу. Но былое увлечение роком очень помогает ему находить общий язык с современными молодыми людьми.

Ведь с ними нужно разговаривать на их языке. Когда мне говорят о нежелании и неумении православных священников говорить с молодежью, я всегда вспоминаю отца Вячеслава.

Когда мне говорят, что христиане трусливы, пассивны перед агрессивным натиском зла, я тоже вспоминаю отца Вячеслава.

Как-то отец Вячеслав ехал со своей женой Натальей в поезде «Тольятти — Москва». Их соседями по купе оказались две девицы легкого поведения. Поезд тронулся с перрона, девицы вышли из купе и вскоре вернулись уже втроем — с «лицом кавказской национальности». Лицо было неимоверно пьяно, и в купе скоро запахло перегаром. В первом часу ночи, когда пьяные девицы храпели на своих полках, в закрытую дверь купе принялись ломиться, громко крича, уже два сына гор.

Самое интересное, что из всего вагона настоящим мужчиной в данной ситуации показал себя именно священник. Он не стал долго терпеть распоясавшихся хулиганов, а, открыв дверь купе, схватил их за шкирку и потащил к тамбуру. Ошалевшие от такого натиска кавказцы пришли в себя только тогда, когда уже оказались в конце вагона. На перепуганную проводницу они цыкнули, и та убежала.

— Ты кто такой?

— Священник, — просто и коротко ответил отец Вячеслав, уже приготовившийся к
тому, что «гордые и ранимые» сыны Кавказа набросятся на него с кулаками. Но их
реакция была совершенно неожиданная.

Один из них закричал в ответ: — Да у меня тоже брат милиционер! А второй бухнулся на колени и: принялся неистово креститься на священника, как на икону. На этом все и закончилось. Отец Вячеслав вспоминает этот эпизод, посмеиваясь:"Вылетел я из купе в одних носках". А ситуация была очень серьезная. Могли бы и ножом пырнуть.

Однажды в дом к батюшке пришла беда. Болезнь глаз из-за огромных нагрузок на зрение прогрессировала год от года, и наконец настал день, когда отец Вячеслав перестал видеть. Все эти годы он даже не обращался к врачу, ну разве что когда выписывал очки и контактные линзы. На этот раз пришлось пройти серьезное обследование. Врачи лишь развели руками: «Как вы могли жить с такими глазами?» Оказалось, у батюшки практически до основания истерта роговица. Его направили в самарскую клинику на операцию по вживлению трансплантата. Наташа вызвалась пожертвовать один свой глаз любимому человеку. Но супруг, конечно, даже и слышать не хотел о такой жертве.

— В эти дни мы все, наши родные и его духовные чада, молились, — рассказывает Наталья Караулова, — заказывали молебны о здравии в церкви. И вдруг: Когда специалисты-глазники осматривали новые снимки глаз своего пациента, они не поверили своим глазам: роговица как бы заросла, что просто невозможно. Тогда же врачами были даны рекомендации: отныне никаких нагрузок на глаза. Но разве отец Вячеслав мог изменить свою жизнь?! Многочисленные службы, встречи с людьми, лекции, чтение, сон несколько часов в сутки: — Мы вас предупреждали, — только и сказали врачи, когда к ним вновь пришел батюшка с жалобой на глаза. На этот раз зрение упало так резко, что священник в одночасье стал незрячим.

Но и незрячий он вот уже четыре года не оставляет своего пастырского служения: выступает с проповедями по радио и телевидению, много общается с молодежью, а главное — служит в храме. В этом ему помогает то обстоятельство, что он наизусть знает службы, а движения у него доведены до автоматизма.

Скоро отцу Вячеславу Караулову предстоит серьезная операция на глаза. Есть надежда на то, что он снова станет видеть. Пожелаем же ему выздоровления!

12 января 2005 г.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru