Русская линия
Литературная газета Иван Бурсов27.10.2004 

Преподобная Евфросиния, княжна Полоцкая

Весной 1101 года в Полоцке скончался престарелый полоцкий князь Всеслав Брячиславович, прозванный в народе Чародеем. Со смертью Всеслава ушла и сила Полоцкого княжества. Разделённое на уделы и отданное в наследство сыновьям — а их у Всеслава Чародея было семеро, — княжество стало слабеть. Угасла и прямая линия полоцких князей.
Но век двенадцатый оставил ещё одно имя из этого именитого княжеского Дома. И не за ратные подвиги и удачные походы. Духовными подвигами прославила свою жизнь и свою землю внучка Всеслава Чародея, вошедшая в историю и православные святцы под именем преподобной Евфросинии Полоцкой.

Будущая просветительница и святая родилась в год смерти своего прославленного деда в семье одного из младших его сыновей Григория Всеславовича и сестры византийского императора Мануила Комнина и была названа распространённым славянским именем Предслава.
Со времён крещения Руси в 988 году прошло немногим более века, но Древняя Русь за это время сделала огромный шаг вперёд. Этому в значительной мере способствовала и пришедшая с христианством письменность.

Богатства князей стали определяться не только золотом, но и наличием в княжеских ризницах книг.
Были, конечно, книги и у полоцких князей. Ещё князь Изяслав, прапрадед Предславы, по словам летописца, «прилежаша прочитанию» книг. Любовь князя-книжника к чтению передалась и Предславе. «И так любила она учиться, что удивляла даже отца своего такой любовью к науке…» — говорит о будущей святой «Житие».
Вскоре слава о мудрой, красивой и образованной княжне разнеслась «по всем градам» княжества, побуждая многих княжичей искать её руки. Но когда по достижении двенадцати лет родители решили выдать её замуж, Предслава тайком ушла в монастырь, где игуменствовала её тётка, и приняла монашеский постриг под именем Евфросинии.

Но в послушании у тётки она пробыла недолго. Спросив разрешения епископа, Евфросиния перебралась в церковь Святой Софии, которая, будучи главной церковью княжества, видимо, имела библиотеку. Поселившись там в келье-голубце над хорами, молодая инокиня всецело посвятила себя служению слову — списыванию книг.
Это было трудное послушание, проходившее в посте и молитвах. С утра до вечера, а то и ночью при свете свечи горбилась она над столом, аккуратно выводя на пергаменте буквы. На списывание одной книги уходили многие месяцы.
Занималась она и переводами с греческого языка, который хорошо знала. Писала и свои произведения — проповеди, наставления, молитвы.

Но затворническая деятельность не приносила Евфросинии полного духовного удовлетворения. И когда полоцкий епископ Илья предложил ей в дар загородную церковь Спаса в Сельцах, она с радостью приняла его.
Небольшая деревянная церковь на погосте, куда пришла Евфросиния с единственной черницей, связками книг и тремя монастырскими хлебами, и стала тем местом, где она основала женский монастырь. Сделавшись игуменьей, Евфросиния сумела привлечь к иночеству, несмотря на сопротивление родителей, свою сестру и двух племянниц. Пришла в монастырь и её двоюродная сестра Звенислава. Причём она принесла в дар Святому Спасу «всю свою утварь золотую и ризы многоценны» — девичье приданое, которое, возможно, и стало начальным капиталом для возведения новой церкви.
Для её строительства был приглашён известный полоцкий мастер Иоанн, поставивший до этого две церкви в Бельчицах — полоцком пригороде за Двиною. Но именно церковь Спаса в Сельцах стала лучшим творением мастера, шедевром полоцкой школы зодчества.

И сегодня стоит она на берегу медлительной Полоты, сохраняя «горний порыв духа» мастера. Под потемневшими наслоениями красок видна и первичная роспись — великолепная фресковая живопись ХII века, о которой известный художник и искусствовед Игорь Грабарь в 1929 году сказал: «Материал огромнейшей важности и абсолютно неведомый и невиданный». Чем, видимо, отвёл от древнего храма незавидную участь овощехранилища или гвоздильной мастерской.
Основав женскую обитель, Евфросиния заводит ещё один монастырь — мужской, с храмом Богородицы. Эти монастыри становятся очагами духовности, центрами просвещения и культуры в Полоцком княжестве. В них открываются школы, причём одна из них женская. Как говорится в словаре Брокгауза и Ефрона, сама Евфросиния Полоцкая «становится выразительницей и отчасти виновницей религиозного движения…» в этих местах.

Меж тем распавшемуся на уделы Полоцкому княжеству нужны были объединяющие духовные символы, общенародные святыни, подобно воинским хоругвям на бранном поле, призывающие к сплочению.
Наверное, об этом думала Евфросиния Полоцкая, заказывая местному мастеру-ювелиру Лазарю Богше в 1161 году большой напрестольный крест. Для его создания из Византии были доставлены святые реликвии — частицы мощей греческих святых. Золото и серебро, жемчуг и драгоценные камни отыскались в монастырских и княжеских сундуках. Но главное — был задействован талант удивительного мастера Лазаря Богши. Крест, созданный им, стал не только знаменитой православной святыней, но и непревзойдённым образцом древнерусского эмальерного искусства.

И ещё одной славной святыней одарила Евфросиния Полоцкая свой родной город. Для мужского монастыря она выпросила у византийского императора и константинопольского патриарха одну из трёх икон Богородицы Эфесской, приписываемых евангелисту Луке. Сейчас эта икона после долгих скитаний и смены названий находится в одном из выставочных залов Русского музея в Петербурге. А история креста Евфросинии Полоцкой заслуживает отдельного повествования.

Последним духовным подвигом Евфросинии Полоцкой было паломничество в Святую землю, которое она предприняла в уже преклонном возрасте вместе с братом и сестрой. Она хотела умереть в Иерусалиме и заранее простилась с оплакивавшими её полочанами.
Три дня молилась она у Гроба Господня, где оставила золотое кадило и другие дорогие дары. Ей хотелось ещё дойти до Иордана и омыться святой водой, но сил на это уже не хватило.

Она скончалась 23 мая 1173 года в келье русского Богородицкого монастыря на Святой земле. Впоследствии, в 1187 году, в связи с угрозой штурма Иерусалима воинами ислама её мощи были перенесены в Феодосиеву пещеру Киево-Печерского монастыря. Русская православная церковь канонизировала Евфросинию Полоцкую в 1547 году. И лишь в 1910 году святые мощи «покровительницы Белоруссии», как называли её тогда в газетах, были перенесены из Киева в Полоцк. 23 мая под колокольный звон всех полоцких церквей, при стечении многих тысяч верующих и в присутствии членов царской семьи, а также королевы Греции, они нашли упокоение в соборном храме Спасо-Евфросиниевского монастыря.
И не иссякает поток идущих к ней за поддержкой, утешением и надеждой людей…

N43, 27 октября — 2 ноября 2004 г.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru