Русская линия
ОВЦС МПМитрополит Таллинский и всея Эстонии Корнилий (Якобс)05.10.2004 

Доклад митрополита Таллинского и всея Эстонии Корнилия
О положении Эстонской Православной Церкви Московского Патриархата

Архиерейский Собор Русской Православной Церкви. 3−8 октября 2004 года

Ваше Святейшество! Ваши Высокопреосвященства, Преосвященства отцы и братия!

Благодарю за предоставленную мне возможность поделиться с Вами своей болью, так как боль разделенная — половина боли.

История Православия в Эстонии является неотделимой частью истории Русской Православной Церкви — само появление Православия в Эстонии связано с приходом на эти земли христианских проповедников с Древней Руси. Прибалты: эсты, чудь — постоянно общались с православными из Киева, Новгорода и Пскова, посеявшими семена Слова Божия на земле Эстонии. Начиная с Xl-го века, здесь существовали православные приходы, окормлявшие не только русских «гостей» (купцов или воинов), но и привлекавшие к истинной вере местных жителей-эстонцев.

Сама Пресвятая Дева Богородица благословила распространение веры православной на Эстонской земле, в XIII веке явившись на святой Пюхтицкой горе эстонским пастухам.

В XVI веке на этих землях проповедовал священномученик Корнилий Псково-Печерский.

Приходы существовали в Ревеле (ныне Таллин) и Юрьеве-Тарту, причём право русских купцов иметь свой храм в Ревеле гарантировалось договором Ливонского Ордена с Новгородом, а позднее — с московскими государями.

Начало XVIII-века — новый этап в жизни эстонского Православия.

После окончания Северной войны на землях Эстонии, ставших частью Российской Империи, медленно, но верно стало увеличиваться число православных приходов, в основном объединявших русское население.

Народной Церковью Православие становится в XIX столетии. За массовым обращением эстонцев следует возникновение большого количества, действительно, эстонских приходов: увеличивается число священников-эстонцев. Православная Духовная Семинария в Риге готовит священнослужителей для всей Прибалтики — некоторые ученики и выпускники этой семинарии стали впоследствии у кормила государственного и церковного правления в Эстонии и Латвии.

Русская революция и обретение Эстонией государственной независимости вызвали серьёзные изменения в положении Церкви (до этого времени приходы Эстонии входили в состав Рижской епархии). Приходы, находящиеся на территории Эстонии вошли в Ревельскую епархию, а в 1920-м году определением Патриарха Тихона Эстонской Православной Церкви была дарована автономия.

К сожалению, следствием сложности общения с Московской Патриархией из-за установившейся в России безбожной власти стало отпадение Эстонской Православной Церкви от Церкви-Матери.

Под давлением государственных властей глава Эстонской Православной Церкви Митрополит Александр, надеясь получить автокефалию, переходит в 1923 году под омофор Вселенского Патриарха. Его чаяниям не суждено было сбыться — вместо автокефалии была всего лишь подтверждена автономия, дарованная Патриархом Тихоном, но уже в составе Константинопольского Патриархата.

Несмотря на решение Константинополя, в 1935 году был принят новый Устав Эстонской Апостольской Православной Церкви, фактически, незаконно зафиксировавший её автокефальный статус и, вопреки рекомендациям Вселенского Патриарха, разделивший ЭАПЦ по национальному признаку на две епархии — Таллинскую (эстонскую) и Нарвскую (русскую).

Ситуация выправилась в начале 1940-х годов. По решению Синода ЭАПЦ её глава Митрополит Александр принёс покаяние перед Священным Синодом Русской Православной Церкви и Патриаршим Местоблюстителем, Блаженнейшим Митрополитом Сергием (Страгородским), и каноническая связь с Русской Православной Церковью была восстановлена.

Был учрежден Прибалтийский Экзархат, состоявший из четырех епархий: Виленской — Литовской), Рижской — Латвийской, Таллинской (эстонской) и Нарвской (русской).

Тем не менее, в годы немецкой оккупации Митрополит Александр вновь не только отступил от канонического единства с Московской Патриархией, но и с Константинопольским Патриархатом, по распоряжению немецкого командования, не имел никаких контактов. Это привело к существованию на территории Эстонии двух православных церковных структур: Нарвской епархии — во главе с епископом Павлом (Дмитриевским), сохранившим верность Матери-Церкви (РПЦ), и приходов Митрополита Александра, зарегистрированных оккупационными немецкими властями, которые, фактически, самоуправлялись, не подчиняясь ни Московскому, ни Константинопольскому Патриарху.

В 1944 году, усугубляя глубокую каноническую неправомочность своих предшествовавших деяний, Митрополит Александр с частью священников-эстонцев, оставил свою паству и эмигрировал в Швецию, где в 1948 году был сформирован так называемый «Синод Эстонской Апостольской Православной Церкви в изгнании».

В 1945 году члены Синода Эстонской Церкви (в большинстве своем оставшиеся в Эстонии) принесли покаяние перед Матерью-Церковью. Единую епархию возглавил Архиепископ Таллинский и Эстонский Павел.

Советский период жизни Эстонской Церкви, как и для всей РПЦ, стал временем испытаний. Коммунистический безбожный режим проводил политику, направленную на ликвидации Церкви как таковой. Закрылась почти половина приходов, снесено было подворье Пюхтицкого монастыря в Таллине, стоял вопрос о закрытия Александро-Невского собора и Пюхтицкого монастыря, отстоять, которые удалось только благодаря мудрости Митрополита Алексия (ныне здравствующего Святейшего Патриарха).

Но, по милости Божией, Церковь спаслась от полного уничтожения.

Выход Эстонской Республики из состава СССР принес Православной Церкви не только свободу, но и новые осложнения.

В 1993 году Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий Второй своим Томосом подтвердил автономию, дарованную Патриархом Тихоном.

Но это не спасло Эстонскую Церковь от раскола по национальному признаку, как и в 20-е годы, инспирированному эстонскими националистическими кругами, находящимися в то время у власти и представлявшими ЭПЦ не как коренную Эстонскую Церковь, а только как враждебную «руку Москвы».

В результате часть приходов с нарушением действующего законодательства и канонического права признала над собой власть Эстонской Апостольско-Православной Церкви (ЭАПЦ), перешедшей в каноническое окормление Константинопольского Патриархата, (не имея своего правящего Архиерея), а другая часть сохранила верность Московскому Патриархату.

Те же политические структуры способствовали признанию Константинопольской ЭАПЦ в процессе имущественной реституции единственным собственником на все церковное имущество, и одновременно воспрепятствовали регистрации в государственных органах части ЭПЦ, сохранившей свою связь с Русской Православной Церковью.

Таким образом, почти десять лет наша Церковь существовала без официального статуса, не имея возможности реализовать свои права и претерпев многие материальные лишения, но отстаивая соблюдение канонических норм, согласно которым самовольный переход из одной юрисдикции в другую без отпускной грамоты просто невозможен.

Приходы, сохранившие каноническую верность Московскому Патриархату, практически, лишались основ своей деятельности, становясь в положение арендаторов своих же храмов, в которых молились многие поколения их предков.

Несмотря на то, что по количеству приходов ЭАПЦ Константинопольского Патриархата превосходит ЭПЦ МП, основная часть православной паствы осталась верной Матери-Церкви.

Для сравнения:

В ЭАПЦ Константинопольского Патриархата — 57 приходов, 19 священников, 6 диаконов.

В ЭПЦ Московского Патриархата — 32 прихода, (еще один передан в качестве подворья Пюхтицкому монастырю), 40 священников, 12 диаконов.

Количество прихожан ЭАПЦ — 20 тысяч, а ЭПЦ -150 — 200 тысяч.

Несмотря на протесты мировой общественности и молитвенные акции православных верующих Эстонии (крестные ходы, собравшие десятки тысяч молящихся), Правительство Эстонии при поддержке Константинопольского Патриарха Варфоломея и главы Финской Православной Церкви Архиепископа Иоанна, продолжало пагубную политику непризнания Православной Церкви Московского Патриархата.

Для восстановления справедливости Московская Патриархия пошла даже на такие крайние меры, как прекращение молитвенного общения с Константинополем.

С целью уврачевания возникшего в Эстонской Православной Церкви раскола, Московская и Константинопольская Патриархии в 1996 г. подписали в Цюрихе соглашение, по которому стало возможным размежевание двух частей ЭПЦ как в каноническом, так и имущественном отношении.

Соглашение было утверждено Синодами обеих Патриархий.

Основными принципами, на которых зиждется соглашение, являются обеспечение добровольности в выборе приходов канонического подчинения и обеспечение равенства прав верующих, в том числе и имущественных.

Эти договоренности были подтверждены и на встрече представителей обоих Патриархатов в Берлине в 2001 году.

Но ЭАПЦ КП откровенно саботировала соблюдение соглашений, тогда как наша Церковь последовательно работала в направлении их выполнения как внутри Эстонии, так и с привлечением международных организаций. Особенную помощь и поддержку в этом оказала Русская Православная Церковь, российские государственные органы и правительство г. Москвы.

Перелом произошел в начале 2001 года, когда правящие круги Эстонии осознали, что проблема Эстонской Православной Церкви стала сказываться и на международной репутации государства. Государственные органы согласились принять участие в разрешении конфликта.

На первом этапе в марте 2001 года состоялась государственная регистрация под названием Эстонская Православная Церковь Московского Патриархата (ЭПЦ МП), с учетом главного принципа, последовательно отстаивавшегося нашей Церковью. Этот принцип заключается в том, что ЭПЦ является не неким новообразованием, возникшим в советское время, а берет свое начало как самостоятельная Церковь в составе РПЦ от Томоса Патриарха Тихона 1920 г, подтвержденного в 1993 году Томосом Патриарха Алексия.

За основу для решения имущественной проблемы приняли условия, на которых ранее было передано имущество Пюхтицкого монастыря.

В связи с этим в октябре того же года между ЭАПЦ КП, государством и ЭПЦ МП, были подписаны два протокола о намерениях. Согласно этим протоколам, ЭАПЦ КП отказывается от претензий на храмы и приходские дома, (общим числом 18), находящихся в пользовании приходов ЭПЦ МП, а государство закрепляет их в единоличное владение и пользование приходов ЭПЦ МП сроком на 50 лет на основании юридического института «право застройки». Это право, по существу, обеспечивает приходам на указанный срок такие же юридические права на храмы, как и собственникам.

К сожалению, ЭАПЦ КП при подписании протоколов настояла на том, что приходы смогут получить храмы в полную юридическую собственность только с ее согласия, хотя при передаче имущества, государство заплатило ЭАПЦ КП 35 с половиной миллионов крон. За занимаемый Управлением нашей Церкви один этаж дома, город подарил ЭАПЦ КП целый трехэтажный дом, который был продан ими более чем за 14 миллионов.

Надо отметить, что, получив в собственность приходское имущество, ЭАПЦ КП активно занимается его распродажей.

Налицо лицемерная политика священноначалия Эстонской Апостольской Православной Церкви, ищущего с нами евхаристического общения — единства во Христе, но, в то же время не желающего ничем поступиться для достижения не просто компромисса, но восстановления хотя бы некоей меры справедливости по отношению к нам.

Во время визита Святейшего Патриарха Московского и всея Руси АЛЕКСИЯ Второго в Эстонию, осенью 2003 года, глава Эстонской Апостольской Православной Церкви Митрополит Стефанос искавший встречи с Его Святейшеством, был им принят.

В ходе встречи Его Святейшество подтвердил принципиальную важность выполнения Берлинских и Цюрихских договорённостей о равных правах на имущество обеих юрисдикции, как фундамента для восстановления евхаристического общения ЭПЦ МП и ЭАПЦ КП.

Безусловно, Патриарший визит сыграл неоценимую роль в продвижении решения всех этих вопросов: отношение государственных и местных властей к ЭПЦ МП изменилось в лучшую сторону.

В настоящее время два храма и один приходской дом уже закреплены за приходами ЭПЦ МП, в отношении остальных предполагается до конца сего года закончить землемерные работы по закреплению храмов как недвижимости в государственной крепостной книге. После этого, в начале следующего года возможна юридическая передача их приходам, согласно подписанному с государством протоколу.

Это же относится и к помещениям Церковного Управления в Старом городе Таллина, где длительное время свою пастырскую деятельность осуществлял Патриарх Алексий Второй, и на возврате которых особенно настаивала ЭАПЦ КП.

Но, к сожалению, и с передачей зданий, находящихся в муниципальной собственности, не подлежавших возвращению ЭАПЦ КП, не все обстоит гладко. Одни муниципальные власти, как, например, в городе Вильянди, незамедлительно организовали передачу храма и прилегающего земельного участка в собственность прихода, другие, (в городе Таллине), передали их только в аренду приходам на 36 лет. Третьи же, как, например, в городе Пярну, до сих пор вообще не решили, как поступить с храмом. Положительному решению вопроса на заседании городской управы воспротивился местный лютеранский пастор, являющийся членом горуправы, и в результате решение было заморожено.

На сегодняшний день из 10 муниципальных объектов 3 переданы приходам в собственность, в отношении 4 действуют арендные договоры, судьба остальных трех объектов еще не решена.

Таким образом, несмотря на то, что Цюрихское соглашение до конца не выполнено, дело сдвинулось с мертвой точки.

Однако наша Церковь всегда исходила и исходит из того, что до полного исполнения Цюрихского соглашения невозможно восстановление канонического общения с отколовшейся от ЭПЦ МП структурой, действующей как ЭАПЦ КП.

Поэтому предстоит еще большая работа по окончательной их реализации.

Не снимается с повестки дня и вопрос, связанный с возвращением приходам ЭПЦ МП другого церковного и не церковного имущества (зданий приходских школ, сельскохозяйственных земель, лесов и т. п.), которое было в их собственности до 1940 года и необоснованно возвращенного ЭАПЦ Константинопольского Патриархата, которая пользуется регулярными дотациями государства.

В данных условиях говорить о равных правах не приходится — они по-прежнему остаются для ЭПЦ МП чаемым идеалом, а для ЭАПЦ КП и государства — пустой декларацией, поскольку Митрополит Стефанос везде заявляет о себе как о единственном возглавителе Эстонской Православной Церкви.

В поддержке реализации Берлинских и Цюрихских соглашений не видно никакой заинтересованности, хотя это, очевидно, способствовало бы снятию имеющейся напряжённости в отношениях ЭПЦ МП, ЭАПЦ КП и государства.

Думается, что в рамках Цюрихского соглашения точно также должен быть окончательно решен и вопрос об имуществе и землях ставропигиального Пюхтицкого монастыря, тоже находящихся сейчас в собственности государства и отданных монастырю во владение и пользование сроком на 50 лет.

В связи со всем изложенным, от лица ЭПЦ МП прошу Архиерейский Собор подержать наши усилия и еще раз обратиться к Патриарху Константинопольскому Варфоломею с братской просьбой: способствовать выполнению Цюрихских соглашений со стороны ЭАПЦ КП, а к государственным властям Эстонии — ускорить процесс решения имущественных проблем нашей Церкви.

Благодарю за внимание.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru