Русская линия
Русский вестникПротоиерей Валентин Асмус28.05.2005 

Судьба России была именно такой

Беседа пресс-секретаря нижегородского Союза православных граждан Сергея Чеснокова с известным богословом протоиереем Валентином Асмусом, настоятелем Храма Покрова Пресвятой Богородицы, что в Красном Селе (г. Москва).

— Отец Валентин, многие считают, что людей, в таких торжествах, как 100-летие канонизации преподобного Серафима, их организаторов объединяют самые разные, порой неприглядные мотивы. Как вы думаете, нужно ли вообще вспоминать такие даты как 100-летие со дня рождения Цесаревича Алексея, 60-летие Победы?

— Думаю, что сама наша Церковь в принципе благословляет празднование таких торжеств. Скажем, когда при прославлении преподобного Серафима Саровского дата обретения мощей была соединена с днем его рождения, то это, конечно, было не случайно, а намеренно. Церковь празднует рождество не только Иоанна Предтечи, Божией Матери, но и некоторых других святых. Мы знаем, что в Царской России существовали так называемые Царские Дни — несколько дней в году, имеющие отношение к Самому Правящему Императору или к Его Семье, особенно к Наследнику Цесаревичу. Конечно, мы должны эти дни отмечать, тем более такой юбилей. Это прекрасный повод, чтобы задуматься об этом столетнем отрезке тысячелетней истории нашего государства. Теперь это уже величины сопоставимые. Через сто лет мы имеем возможность не только оценить, что мы потеряли — а потеряли мы безмерно много, но и оценить — что приобрели. Приобрели мы не только молитвенное заступничество всех наших новомучеников и исповедников, но также, я думаю, более ясное монархическое сознание, чем даже то, которое существовало до революции у самых благонамеренных и верных Династии людей. Именно испытания, лишения законной власти, благословленной всей Церковной традицией, заставляют нас особенно остро осознать все ее преимущества. Причем, теперь уже без всякой политической конъюнктуры.

— На Ваш взгляд, следует ли называть этот 100-летний период отечественной истории советским, ведь это не только время без наследника, но, вместе с тем, и время Цесаревича Алексия? Каково Ваше отношение к этому периоду?

— Почему бы не назвать этот период советским? Почему бы не назвать его коммунистическим? Такое наименование вполне естественно. Революция не была случайностью. Она была подготовлена тем фактом, что народ, причем не только в лице его интеллигенции, но и в целом своем составе существенно отошел от основ православной веры и в соответствии с этим утратил верность православному государству. Это взаимосвязано. И наивно было надеяться, что падение Династии Романовых существенно изменит положение к лучшему… Хотя в 1917 г. многим казалось, что именно сейчас начнется настоящее счастье — вот сейчас все расцветет. Это, конечно, была крайняя наивность людей…

— Каково, на ваш взгляд, значение Победы в Великой Отечественной войне, безусловно, являющейся центральным событием советского периода русской истории?

— Победа 1945 г. — событие не только военной истории, но и глубинной истории русского духа. Народ очнулся от революционного отравления и приник к своим истокам, вспомнил, что он — народ Александра Невского, Минина и Пожарского, Суворова, Ушакова и Кутузова, народ, победивший Карла 12-го и Наполеона. Для многих военные испытания стали промыслительным путем возвращения к вере. Война пришла тогда, когда в душе народной еще хранилось под спудом многое от сравнительно недавней минувшей эпохи и поэтому могло легко выйти на свет, возродиться: кому в 1941 г. было 25 лет, родились до революции, а кому 45 — родились в 19-м в. Русские вспомнили, что они — дети и внуки тех, кто противостоял немцам в 1914, японцам в 1904, туркам на протяжении всего императорского периода. Русский народ сплотился, оставив в стороне безумные классовые теории и ощутив единство тысячелетней русской истории.

Великий трагизм войны в том, что большевицкая диктатура сохраняла всю свою власть и даже возрастила ее в итоге войны. Угнетаемый этой властью народ должен был чувствовать страшное, всемирное одиночество. Война означала падение всех иллюзий. Во всем мире у русских не было и нет друзей. И хорошо, что мы это узнали, потому что истина лучше самых сладких иллюзий. Самая культурная страна Запада повернулась к нам своим звериным лицом. Но Германия всего лишь продолжила тысячелетнюю войну Запада против России, войну, которую вели и шведы, и поляки, и французы, и англичане, искавшие и находившие союзников в самых жестоких азиатских народах. Совсем недавно Запад продемонстрировал, как он относится к православному славянству и чем он угрожает России, когда была подвергнута варварским бомбардировкам Югославия. Наш народ должен по-настоящему, всецело и всей душой обратиться к Богу, Который уже спас Россию от Наполеона и Гитлера и силен ее спасти от любого врага.

— Каково же в этой связи значение подвига Царственных мучеников и значение почитания их сейчас?

— Подвиг Царственных мучеников — это прежде всего был их личный подвиг. Враги монархии обвиняли тех, кто хотел канонизации Царственных учеников, в том, что они хотят канонизации монархии. Но это совсем не так. Монархия не нуждается в канонизации: она давно уже утверждена церковным сознанием. А потому, если мы хотим деканонизировать монархию, то мы должны отречься от Вселенских Соборов, которые по своей структуре были Соборами Имперскими. Тогда надо вообще отречься от всей церковной истории и церковной действительности так называемого константиновского периода, который начался со святого равноапостольного Константина Великого и продолжался до Царя мученика Николая 2-го.

Царственные мученики еще задолго до своей мученической кончины явили в своей жизни образ христианства. Они были очень одиноки в том обществе, которое их окружало, одиноки в первую очередь по той причине, что они находились на разных духовных уровнях с этим обществом, в разных духовных состояниях. Теперь это уже совершенно очевидно. Сохранилось множество документов, об этом свидетельствующих: дневники Государя и Государыни, Царских Детей, которые вели благочестивую религиозную жизнь. Они регулярно посещали богослужения, по крайней мере, до Своего заключения, во время которого священнослужители приходили к Ним только изредка…

Царственные мученики не выставляли напоказ свои религиозные чувства. Внешне они жили как все: читали те же книги, которые все общество волновали. То есть Они сами не отделяли Себя от общества. Но в то же время Они вели все время особую, сокровенную духовную жизнь, жили очень высоко задолго до предсмертных страданий и мученической кончины. Они являют идеальный пример христианской семьи. Образ Государя — это образ Царя, до конца возлюбившего Свой народ и сознательно пожертвовавшего Собой для спасения народа. В заключении Царственные мученики проявили свое высокое достоинство и, в частности, совершенно ничего не делали для того, чтобы смягчить свою участь. В этом раскрылось Их особое смирение — они сознательно шли на смерть.

— В чем значение подвига Цесаревича Алексея и значение его почитания? Возможно ли оно в отдельности от почитания Царской Семьи?

— Когда-то предлагалось выборочно канонизировать отдельных членов Царской Семьи: Государя, Елизавету Федоровну и Цесаревича Алексея. Скажем, еще до зарубежной канонизации 1981 г. об этом говорил тогдашний архиепископ Женевский Антоний (Барташевич). Но, конечно, канонизировать можно было только всю Семью целиком.

И тем не менее Цесаревич Алексей занимает особое место среди Царственных мучеников, потому что Он был мучеником всю жизнь — Господь послал Ему страдания. Они постоянно Его приближали к смерти, к которой готовиться Он начал очень рано. Он был самым младшим, и Он был вымоленным ребенком, родился вскоре после прославления преподобного Серафима. Его Родители долго не могли родить Наследника и молились об этом преподобному Серафиму Саровскому, и на Цесаревиче явно почивало благословение преподобного.

Есть такой достаточно апокрифический, недостоверный, но все-таки многих волнующий рассказ о том, что Государь достаточно рано предполагал отречься от Престола и стать Патриархом. В таком случае повторилась бы ситуация, которая уже была однажды в русской истории, когда совсем юный шестнадцатилетний Царь Михаил Федорович правил Россией при соправителе Патриархе Филарете Никитиче — его отце. И в обеих ситуациях ярко проявляется то, что свойственно Русским Государям — их великое смирение перед святительским саном. Их часто обвиняют в том, что они руководили Церковью. И вот как раз Михаил Федорович был самым покорным Сыном Своего Отца — Филарета Никитича. То же самое было бы, если бы действительно Государь Николай Александрович пожелал стать Патриархом. Надо сказать, что это не есть какая-то обязательная для Православия схема церковно-государственных отношений. В Византии дважды возникали ситуации диаметрально противоположные, когда на Патриарший Престол возводились шестнадцатилетние царевичи, которые покорно склонялись перед волей правящего Императора: в одном случае он был старшим братом, в другом — отцом юного Патриарха. Таким образом, тот знаменитый цезарепапизм, в которым обвиняют наших русских государей, есть обвинение несправедливое.

Конечно, когда мы думаем о Цесаревиче Алексее, мы думаем — название одной книги — не только о бывшем, но и о несбывшемся. Потому что Цесаревич Алексей был той надеждой России, которая по нашим грехам не сбылась. Его царствование должно было стать одним из самых славных царствований. Россия вот-вот должна была взять в свои руки Константинополь, поскольку русская дипломатия уже успела договориться с союзниками. Англия, которая на протяжении веков препятствовала тому, чтобы Россия владела проливами, наконец, согласилась, и это был колоссальный успех русской дипломатии. Что касается успехов русского оружия, то в начале 1917 года уже не было никакого сомнения в русской победе. Именно революция вырвала победу у России, лишила Россию великой и славной победы. Мы знаем, что Первая мировая война очень существенно изменила судьбы народов. Можно сказать, что на Россию она больше всего повлияла. Но она же, с одной стороны, уничтожила, развалила Австро-#Венгерскую Империю, а с другой стороны, некоторые государства, скажем Румыния, выросли на Первой мировой войне. Россия в годы этой тяжелейшей войны сделала колоссальные успехи, невиданными темпами развила свою военную промышленность. Построены были тысячи верст железной дороги — на Мурманск была ветка проведена. Россию после новых территориальных приобретений ожидал новый большой подъем. Это все не состоялось, это все стало духовно невозможным. Царь мог водрузить крест на Святой Софии. Но конечно, ни Керенский, ни Милюков не были духовно в состоянии совершить такое историческое деяние. И поэтому Господь отнял у Россию Победу, которая почти уже была ею достигнута…

И в то же время видится особый Промысл Божий в том, что судьба России была именно такой. Те, которые были непосредственными устроителями революции, не смогли пожать ее плоды и оказались выброшенными из России. Либеральные партии: октябристы, кадеты, в первую очередь, а также многие другие революционные партии: меньшевики, эсеры, все они не смогли сделать из России то, что они хотели сделать — новую Америку или еще что-нибудь в этом роде. Господь, наказывая Россию, не попустил, чтобы она превратилась в новый буржуазно-либеральный Вавилон. Если это сейчас происходит на наших глазах, то это проблема нашего времени, мы должны думать о том, как этому противостоять. Вот в этом противостоянии, конечно, духовный образ и пример Царственных мучеников для нас имеет огромное значение, также как и образы других новомучеников. Они все суть единый образ той России, которой больше не существует и которая не соизмерима с нашей современностью.

— А каково Ваше отношение к такой неоднозначно воспринимаемой личности, как Г. Е. Распутин? Сегодня нередко можно услышать мнения о его святости?

— Я не одобряю энтузиазма тех, кто требует немедленной канонизации Григория Ефимовича Распутина, но в то же время приходится признать, что этот человек был оклеветан, причем на него клеветали по самым разным причинам. Самые высокие полицейские чины имели на то свои мотивы. Поэтому даже полицейские донесения о якобы непристойном поведении Григория Ефимовича нельзя считать абсолютно достоверными. Я вспоминаю тот случай, который произошел с одним хорошо мне знакомым священником, который всегда был, так сказать, страстным обличителем Распутина и по этой причине, как и многие другие, не хотел даже признавать святость Царской Семьи. Побывав однажды в городе Верхотурье, а это город севернее Екатеринбурга, где до революции на три тысячи жителей приходилось три монастыря, и узнав из местных преданий, какое тесное отношение к этим монастырям имел Григорий Ефимович, этот священник задумчиво произнес: «Оказывается, история с Распутиным гораздо сложнее, чем мы думали…». Иными словами, еще не настало время сказать окончательное слово о Распутине. Да и кто может сказать окончательное слово, кроме Того, Кто будет нас судить на Страшном Суде?..

Но можно в то же время отметить, что когда вопрос о Распутине рассматривался на заседаниях Синодальной Комиссии по канонизации, когда Комиссия рассматривала вопрос о канонизации Царской Семьи, то вопрос о Распутине был одним из главных, и Комиссия сделала особый доклад на эту тему. Это все издано, так что можно посмотреть. Так вот, покойный член этой Комиссии архимандрит Георгий (Тертышников) рассказывал, что когда речь зашла о Распутине и тех обвинениях, которые против него выдвигались, то обвинения падали одно за другим… По крайней мере, так это было на Синодальной Комиссии по канонизации. И вот, в конце концов, кто-то из членов Комиссии с улыбкой сказал: «А, что? Похоже, мы уже занимаемся не канонизацией Царской Семьи, а канонизацией Григория Ефимовича?»

Конечно, никто там не думал о его канонизации, но выяснилось, что обвинения, выдвигавшиеся против него и некогда казавшиеся вполне убедительными, на поверку оказались ложными. Так что оставим пока вопрос в такой стадии.

— Какое, на Ваш взгляд, значение имело празднование 100-летия Цесаревича Алексея для сближения между Православной Церковью Московского Патриархата и Церковью Зарубежной?

— Вообще надо сказать, что канонизация новомучеников, совершившаяся в нашей Церкви в августе 2000 г., была переломным моментом в наших отношениях с Зарубежной Церковью. Потому что Зарубежная Церковь убедилась, что главное обвинение, которое она выдвигала нашей Церкви — непочитание новомучеников, совершенно отпадает. Одно дело, когда медленно по одному на протяжении полутора десятка лет канонизировались святитель Тихон — Патриарх Российский и немногие другие отдельные святые: Елисавета Федоровна, митрополит Вениамин Петроградский… Другое дело, когда канонизирован великий сонм новомучеников во главе с Царской Семьей. Конечно, это произвело огромное впечатление и очень сильно подействовало на настроения членов Русской Зарубежной Церкви. Лед начал таять, и сейчас, в общем-то, почти ничего не осталось.

— Вы говорили о канонизации и о почитании как о двух разных понятиях. Все-таки можно ли говорить о почитании?

— Безусловно, канонизация может быть формальной, прямо скажем, она может упреждать всенародное почитание. Что касается Царственных мучеников, то для меня совершенно очевидно, что это самые почитаемые из всех новомучеников. Не буду утверждать, что это самые великие святые из всех новомучеников, не мне судить, кто более великий, и кто менее великий, и вообще это не тема для обсуждения. Но очевидно, что из всего сонма новомучеников самые почитаемые — Царская Семья.

— У нас не во всех храмах даже имеются иконы Царской Семьи…

— Ну, ситуация в Нижегородской епархии имеет свою специфику. Я думаю, что при новом архиерее дело будет меняться.

— Вы известны как член Комиссии по описанию чудесных знамений, происходящих в Русской Православной Церкви. Можно ли, на ваш взгляд, назвать знамением или чудом тот факт, что в 1945 году Св. Пасха, день красный, день победный, выпала на день Георгия Победоносца, в который, в общем-то и закончилась Великая Отечественная война?

— Совпадение Пасхи Христовой 1945 г. с памятью св. Георгия Победоносца и Дня Победы — со Средой Светлой Седмицы, конечно, не случайно. Это — указание на Богодарованность Победы и на помощь Великомученика и Победоносца, которому в годы войны молились миллионы русских людей.

— Правомочно ли связывать эту необычную (чудесную) Пасху с Русской Голгофой, с мученическим подвигом Царской Семьи и, в частности, Цесаревича Алексея?

— Вся война 1941−1945 годов — посмертный триумф Государя как политика и полководца. Вовремя вступив в развязанную германцами войну, он не допустил ситуации 1914 г., когда все германские силы были брошены на Россию, не подпустил немцев к Петрограду, не говоря уже о Москве, Волге или Кавказе. Только предательская революция, финансированная из Германии, лишив Россию Государя, лишила ее величайшей победы ее истории, когда Россия не только освободила бы порабощенных германцами славян, но освободила бы из полутысячелетнего плена Константинополь и восстановила бы Великую Армению.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru