Русская линия
Радонеж Анна Сергеева30.08.2004 

Творящие беззаконие

«…на суд пришел Я в мир сей, чтобы невидящие видели, а видящие стали слепы…» Ев. от Иоанна гл. 9.39

Эх, Россия! Русь — матушка…Многострадальная страна наша….Наверное, не дано нам понять, почему власть, созидающая законы, творит беззаконие…. И на скамью подсудимых попадают не преступники, а доблестные защитники правды и справедливости…. И для кого они, законы? Призваны ли они защищать и охранять нас, рядовых граждан твоих? Или это ловкие лазейки для творения преступлений и неправды?..

Уже три года тянется судебный произвол по делу двух русских православных милиционеров — майора Валерия Блохина и старшего лейтенанта Алексея Коноваленко в городе Долгопрудный, вставших на пути азербайджанской наркомафии. Но на скамье подсудимых отнюдь не наркоторговцы, а те, кто попытался пресечь их преступную деятельность.

Вкратце суть дела. История началась с того, что три года назад Валерием и Алексеем были задержаны некие Аскеров и Алескеров, у которых изъяли героин. На следующий день подполковник Сейфутдин Гаджиевич Галимов, заместитель начальника по кадрам ОВД г. Долгопрудный, тонко намекнул на «толстые» обстоятельства в случае продолжения преследования своих земляков. «Недогадливые» милиционеры намека не поняли, и с ещё большим рвением продолжили искоренять преступность в г. Долгопрудный. 8 июня 2001 года на плодоовощной базе «Вегетта», перевалочной базе местных наркоторговцев задержали еще одного азербайджанца, Камиля Алияра оглы Алиева, у которого изъяли 10 патронов. В итоге в ходе следствия волшебным образом все встало с ног на голову и оказалось, что патроны ему подбросили сами милиционеры. Ребята задерживали одного преступника за другим, но все дела по ним благополучно разваливались благодаря земляческой поддержке всё того же Галимова — «серого кардинала», как его называют за глаза. Среди «помилованных» есть и откровенный бандит Михаил Лайко, на совести которого несколько тяжелейших преступлений. Он был задержан на следующий день после избиения мужчины, которому впоследствии дали 1 группу инвалидности. Но, почему-то, потерпевшим числится не мужчина, а сам Михаил Лайко, так как из написанного им доноса следует, что милиционеры бесчеловечно избили его при задержании. «Несправедливо обвиненному» бандиту, конечно же, поверили и отпустили с миром, чем он не преминул воспользоваться — избил местную девушку. Но…снова остался на свободе. Все очень просто. Дело в том, что вышеупомянутый Лайко уже давно находится на хорошем счету у Долгопрудненского прокурора Евгения Яцентюка. А непокорных блюстителей закона продолжают судить. Это всего лишь несколько эпизодов, разоблачающих местные правоохранительные органы. А их, поверьте, гораздо больше. Факты налицо. Ребят таскают по судам — преступники гуляют на свободе.

Каждое заседание суда в Долгопрудном неизменно собирает множество народа. Православные приходят помолиться и поддержать неправедно осужденных, честно выполнявших свой долг, милиционеров. Среди них — много женщин. Статистика неумолима: большинство употребляющих наркотики — дети.

23 июня 2004 года, 10 ч утра. У здания Долгопрудненского суда собрались верующие. В руках — иконы. Мы пробираемся сквозь толпу и входим в зал суда. Охрана на входе, охрана в зале. Садимся. Но нас поднимают и объясняют, что на скамью нужно садиться строго в количестве 3-х человек. На просьбу пояснить, почему — молчание. На скамье свободно помещается 5 человек. Молчание — знак согласия. Садимся впятером. Слушание дела началось.

Первое впечатление — куда мы попали? Это суд или балаган? Видимо, фабриковать доказательства вины весьма хлопотно, кое-что можно и упустить….Как оказалось, при тщательном изучении дела стороной-ответчиком, одного из свидетелей обвинения г-на Нахайлыка в природе просто не существует. Что ж, слегка прокололись….Другое что-нибудь сфабрикуют. Нет проблем. Далее, все попытки Валерия Блохина зачитать очередное из бесчисленных ходатайств (кстати, не принятых судом к производству), постоянно прерывались судьей Натальей Урлиной, а на просьбы обвиняемых позволить им дочитать ходатайство до конца, следовало резкое: «Вы оскорбляете суд. Ваши слова будут занесены в протокол.» С большим трудом ходатайство — таки дочитали, но, как и следовало из предыдущих тщетных попыток, оно было немотивированно отклонено.

За окнами слышалось пение — вокруг здания суда шел Крестный ход. В зале встала женщина: «Что вы делаете?! Это беззаконие». На что последовало холодное: «Выйдите вон.» Паспортные данные посмевшей возмутиться, конечно же, были тщательно переписаны. Выходя, она произнесла роковую фразу: «Вы не боитесь Суда Божьего? Господь вас накажет».

9 августа 2004 года, 16 часов вечера. Звонок на мобильный: «Судья Урлина убита выстрелом из обреза в спину у подъезда собственного дома. Ребят обвиняют в убийстве. Их уже вызвали для дачи показаний, проведен обыск.».

Что там произошло — мы можем только предполагать. Был ли это акт отмщения прежде осужденных ею уголовников, или проснувшаяся совесть заставила отказаться от ведения дела и ее убрали как ценного свидетеля. А, может, она не отработала денег, полученных от местной наркомафии (следствие заметно забуксовало на одном месте, все возможные и невозможные доказательства были высосаны из пальца по максимуму), и уставшие от затянувшегося процесса, кавказцы, решили одним выстрелом убить сразу двух зайцев — сказать сложно….Но тучи над ребятами сгущались…

11 августа 2004 года, 10 часов утра, Долгопрудный. У здания суда две группы людей: в трауре — сослуживцы, пришедшие на похороны судьи Урлиной. Напротив — «группа поддержки» обвиняемых. Как показательно. И как горько. Судью неправедного судит Суд Праведный — Божий. На здании суда — объявление: «11 августа суд не работает». На вопрос: «Почему?» одной из пришедших на суд женщин, круглолицый румяный сержант уверенно ответил: «Потому что написано!»

Фотографировать нам не разрешили.

— «Что, есть такое постановление? Покажите!»
— «Сейчас вообще все перекрою и всех вас…»

Немного в отдалении материализовалась группка «людей в черном». Взгляды выцеливающие. Чувствуем поток внимания….Идут. Мелькнули красные корочки: «ГАИ России». Охотно верим. Машину обыскали «на предмет». Что ж, вы — люди подневольные. Понимаем.

А вот и наши ребята, Валерий и Алексей. Лица усталые, осунувшиеся. «Сегодня суда не будет, расходимся».

Уезжаем. Но гнетущее ощущение приближающейся катастрофы не проходит…

Так и есть. События нарастают, как несущаяся с гор, лавина. Похоже, все было спланировано заранее и идет как по написанному.

12 августа 2004 года. Около 15 часов дня. Звонок Алексея Коноваленко: «Валеру арестовали по двум обвинениям: участие в обстреле квартиры прокурора г. Долгопрудный Яцентюка и организацию убийства судьи Урлиной.» Мчимся в Мещанский суд г. Москвы, где должно состояться слушание дела. Бесконечные московские пробки. Успели. Из выступления защиты понимаем — основание для задержания смехотворное. Якобы, графологическая экспертиза установила, что почерк, которым была написана записка угрожающего содержания, брошенная в окно прокурора Яцентюка, ПОХОЖ на почерк Валерия Блохина. Такая маленькая, но очень пикантная подробность — угрожающую записку написали печатными буквами в мае 2004 года, а на экспертизу был отдан образец почерка Валерия чуть ли не четырехлетней давности, написанный прописными буквами. Свои выводы эксперты сделали только лишь на основании совпадения ширины букв и расстоянии между ними. И потом, смешно предполагать, что майор Блохин, зная все тонкости ведения следственных дел, мог поступить подобным образом. Но обоснование главного обвинения — организация убийства, так и не прозвучало. По всей вероятности, его пришили к делу, как кобыле хвост — за компанию. Чтобы было.

После удаления судьи для совещания с самой собой, скороговоркой был зачитан приговор. Видимо, чтобы никто ничего не успел понять. Валерий Блохин обвиняется по двум статьям: 213 «Хулиганство» и 119 «Угроза убийством или причинением тяжкого вреда здоровью». Валеру в наручниках (дабы не убег), посадили в машину и повезли в тюрьму г. Лобни. Без права передачи. В общую камеру с уголовниками. С дальнейшим переводом в «Матросскую Тишину». Что означает помещение милиционера в одну камеру с уголовниками, надеемся, вам объяснять не надо.

Резюме? Кого хочу — того сажаю. Куда хочу и как хочу. Вероятно — это лозунг сегодняшнего российского правосудия — цитадели БЕСпредела и БЕСзакония.

А напоследок хочется сказать ВАМ, милующим преступников и осуждающим праведников:

" Ваш отец Диавол; и вы хотите исполнять похоти отца вашего. Он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины. Когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи.". Евангелие от Иоанна гл. 8.44


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru