Русская линия
Православие.Ru Дидье Ранс24.08.2004 

«Властелин колец»: сага о Надежде

«Властелин колец» — самая продаваемая в мире книга после Библии, и фильм Питера Джексона также имеет мировой успех. Этим они во многом обязаны самому жанру фэнтези, который был доведен Толкиеном до совершенства. Но «Властелин колец» — это, прежде всего сюжет Апокалипсиса. Он преподносит сражения на пороге конца света, представляя их в первую очередь через судьбы обычных людей, что и привлекает общие симпатии к главным героям.

И особенно для самого автора его произведение — «религиозное и христианское в своей основе». Утверждение на первый взгляд неожиданное, поскольку любые христианские аллюзии в книге отсутствуют — но это он объясняет тем, что описываемые события происходят за тысячи лет до Откровения, а также соображениями миссионерского порядка. Один читатель написал ему: «Вы создали мир, ведомый своего рода невидимой верой, как бы при свете спрятанной лампы». Это можно сказать и о фильме.

Для мира, который утратил христианские культуру и мироощущение, но легко погружается в приключения героев эпопеи, «Властелин колец», возможно, лучше передает евангельское благовестие, нежели те, кто говорят о нем прямо. Действительно, он показывает силу верности, любви, добра, жалости к тем, кто вас ненавидит; пределы познания и человеческой мудрости; важность маленьких людей для судеб мира; а также то, что «в приключении каждый понимает, бодрствует он или нет»; что нужно поступать по совести, а не ради возможной выгоды; что спасение всего сотворенного связано со спасением человека и только принесением себя в жертву можно спастись.

Но есть и еще более важное, по словам самого автора: «Главной моей темой является […] смерть и бессмертие». Толкиен хотел изложить в книге две своих фундаментальных концепции: «Будучи христианином, тем более римо-католиком, я не могу мыслить историю иначе, как долгое поражение, хотя она и может представлять некоторые примеры итоговой победы», а также: «Мы придумываем истории, потому что созданы по образу Создателя, и все наши истории обращают нас к нашей — миру и его искуплению».

«Властелин колец» — это сага о Надежде. Она показывает нам мир, находящийся под игом Зла, которое по видимости торжествует без надежды на избавление, однако мир, из которого, по словам одного из героев, «мы выходим с грустью, но не в отчаянии». Толкиен в особенности стремился передать в своей книге момент радости, «столь же сильной, что и горе», когда триумф Зла побежден или, по крайне мере, поставлен под вопрос.

Будучи христианами или нет, мы испытываем это чувство не один раз — например, когда окончательная победа Зла кажется неизбежной и один из героев, Сэм, видит в разрывающемся апокалиптическом небе мерцающую звезду: «Ее красота пронзила его, и […] он почувствовал крепнущую в сердце надежду. Ибо подобно молнии сверкнула в нем мысль о том, что мрак в конце концов исчезнет, как туча, на мгновение заслонившая свет, а красота этого света вечна и будет сиять во веки веков».

По Толкиену, такая радость готовит и располагает сердце к принятию величайшей Радости Спасения. И он прав.

«Foi Transmise», 30 июня 2004 г.

Перевод с французского «Православия.Ru»


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru