Русская линия
Православный Медицинский сервер30.07.2004 

Рождение младенца

Жили ли Адам и Ева до грехопадения как муж и жена, и если да, то почему у них не было детей? Почему они появились только после грехопадения, ведь еще до него было первым людям на земле Богом заповедано: «Плодитесь и размножайтесь» (Быт. 1, 28)?

Конечно, телесность у Адама и Евы была другой, чем та, которой мы обладаем теперь. Но мы не знаем, какого рода она была у первых людей до их грехопадения. Мы знаем только, что это была телесность, и это все, что мы можем о ней сказать. Правда, некие ее признаки открыл нам Спаситель, являясь Своим ученикам после Воскресения в Своем человеческом естестве, но уже преображенном и прославленном. Он проходил сквозь стены, «когда двери дома, где собрались ученики Его, были заперты» (Ин. 20, 19), в день Воскресения Его не узнавали, пока Он не хотел этого: ни Мария Магдалина у Гроба, которой Он сказал: «не прикасайся ко Мне, ибо Я еще не восшел к Отцу Моему» (Ин. 20, 17), ни его ученики Лука и Клеопа, которые «шли в селение, отстоящее стадий на шестьдесят от Иерусалима, называемое Эммаус» (Лк. 24, 13), и в тот же день вечером Он явился одиннадцати апостолам и бывшим с ними, которые, «смутившись и испугавшись, подумали, что видят духа. Но Он сказал им: что смущаетесь?.. Посмотрите на руки Мои и на ноги Мои; это Я Сам; осяжите Меня и рассмотрите; ибо дух плоти и костей не имеет, как видите у Меня. И, сказав это, показал им руки и ноги» (Лк. 24, 37−40). Исходя из этого, мы все-таки как-то можем предполагать, какова природа была у людей до грехопадения.

В отношении же исполнения заповеди «плодитесь и размножайтесь» святые отцы говорят, что первые люди исполнили бы ее в любом случае, даже если бы грехопадения не было, ведь слово Божие не бывает ложным, и умножение человеческого рода имело бы место, но ныне способом, ныне для нас неведомым.

Детородные функции организма так же, как и вообще законы естественной физиологии человека (разного рода функциональные системы, пищеварение, выделения, сон), были изначально сотворены Господом такими, какие они и сейчас есть, или они видоизменились вместе со всем естеством человека после грехопадения?

Сейчас они как часть человеческого естества находятся в падшем, искаженном виде. Человек был сотворен для того, чтобы жить вечно, в то время как главное искажение его телесного состава после грехопадения состоит в том, что он подвержен умиранию. Смерть, по слову апостола Павла, вошла в нашу жизнь, что и повлекло все те изменения, которые мы теперь в себе несем. Замысла Божия на то, чтобы человек, скажем медицинским языком, как физическое существо старел и умирал, нет.

Если Господь сказал Еве: «в болезни будешь рождать детей» (Быт. 3, 16), то почему нередко случается, что женщины, сильно грешившие или даже неоднократно делавшие аборты, порой легко и безболезненно рожают?

Слова «в болезни будешь рождать детей» не подразумевают только двух-трех-пяти-двенадцати часов схваток и появления ребенка на свет, а включают в себя и период чре-воношения, и деторождения, и вскармливания, то есть все те ограничения, которые входят в жизнь женщины в связи с вынашиванием и рождением ребенка. Так что Святое Писание говорит о всем этом периоде в жизни женщины, который, безусловно, является нелегким. В прошлые века, когда люди в целом были телесно крепче, и роды проходили по большей части благополучнее, женщины простых сословий могли рожать прямо на месте, где они обычно трудились, и буквально через несколько часов возвращаться к своим каждодневным семейным попечениям. В нынешней довольно специфической ситуации, когда люди живут, с одной стороны, дольше, а с другой стороны, в постоянной болезненности, эти слова Писания стали пониматься в том специфическом разрезе, который прозвучал в данном вопросе.

Как объяснить, с точки зрения справедливости, случаи, когда женщина, никогда не грешившая против седьмой заповеди, претерпевает многие скорби при беременности, родах, имеет тяжелые гинекологические заболевания или у нее бесплодный супруг?

Для того, чтобы ответить на этот вопрос, достаточно прочитать книгу Иова. И кроме того, в Житиях святых, в святоотеческой литературе такое количество примеров о видимом преуспеянии грешников в этом мире и скорбях праведных, которые они несут, что тут уже ничего не прибавить и не убавить.

Если женщина не замужем и уже понятно, что эта жизненная ситуация для нее практически неизменна, но она очень хочет иметь ребенка, может ли она пойти на внебрачную связь только для того, чтобы забеременеть?

В желании незамужней женщины, у которой не сложилась семейная жизнь, во что бы что ни стало заиметь ребенка, при всех как бы разумных побуждениях, есть конечное неприятие воли Божией о нас. Если почему-то, вопреки нашему желанию, Господь так устрояет наш жизненный путь, что мы оказываемся в одиночестве, то нужно это как волю Божию о себе принять. И если почему-либо супруги бездетны, а мужу очень хочется иметь ребенка, недопустимо пытаться завести его на стороне. Нельзя забывать, что во всем этом есть Божий Промысел, суть которого мы просто до поры до времени не понимаем. Достаточно вспомнить хотя бы хрестоматийно известный исторический пример, когда в семье князя Московского Василия III детей не было, и он по многим разумным причинам, и даже получив согласие церковных иерархов, отправил свою первую супругу в монастырь и женился на другой — Елене Глинской. Мы знаем, кто стал плодом этого законного и санкционированного Церковью союза — тот, с кого началась самая страшная смута на Руси, будущий великий Царь Московский Иоанн IV, прозванный в народе Грозным. Это очень яркий пример того, что бывает, когда как бы здравый разум говорит одно, а непреложный нравственный закон — другое. И когда такого рода сложные коллизии входят в нашу жизнь, христианин должен руководствоваться не всей совокупностью разного рода побуждений, а единым нравственным законом.

Почему в Ветхом Завете в неплодстве обвиняется женщина и в наше время, как правило, сохраняется такая же тенденция, хотя наука доказала примерно равное соотношение женщин и мужчин, которые не могут иметь детей?

Во-первых, в Ветхом Завете не обвиняется в неплодстве только женщина. В нем, в отличие от Нового Завета, говорится о возможности мужа отпустить свою жену в том случае, если у них нет детей. Что, кстати, давало право на брак — как ей, так и ему. Другое дело, что по чисто социальным основаниям оно чаще реализовывалось мужем, чем женой. Во-вторых, мы не можем в точности судить о том, что во втором тысячелетии до Рождества Христова, во времена пророка и боговидца Моисея, являлось, по преимуществу, причиной неплодства. Быть может, тогда половые расстройства мужчин встречались реже, чем те или иные недуги у женщин, ибо Моисеево законодательство очень реалистично, оно не есть набор простых максим, но конкретный путеводитель ветхозаветных евреев к исполнению правды Божией. В христианском же обществе нет тенденции обвинять женщину в отсутствии детей, это может происходить только в конкретной семье от тех нестроений, которые в ней из-за отсутствия детей возникают. Тем более, что по каноническому праву ни неплодство мужа, ни неплодство жены не является причиной для развода.

Отсутствие детей или внуков — это Божие наказание?

Не всегда наказание, иногда это милость. Для того же Василия III отсутствие детей было милостью. Иногда то, что чисто по-человечески кажется горем, с точки зрения вечности, оказывается благом. Даже переживаемая как трагедия смерть ребенка в младенчестве на путях Промысла Божия может явиться благом, ибо мы не знаем, кем бы стал этот ребенок, достигнув взрослого возраста. Хорошо известна история матери поэта-декабриста Константина Рылеева, которого она вымолила, так как он должен был умереть в младенчестве от тяжелой болезни. Однако Господь, по неотступным молитвам матери, открыв ей, чем все кончится — вплоть до смертной казни, попустил ему вырасти, правда, тоже по милости Своей, приведя его, единственного из приговоренных, к покаянию. Он покаялся в том, что совершил, и умер в примирении с Богом, совестью и с Церковью. Но оборачиваясь в его детство, мы можем спросить: была бы скорбь матери от смерти своего еще безгрешного сына больше, чем та, которую она понесла в итоге?

Может ли православная семья обойтись без детей?

Если речь идет о бесчадии, которое попускается Богом как крест, как испытание семьи, то, конечно, само по себе отсутствие детей, невозможность чадородия — не есть основание для разрушения семьи. Семья может жить полнотой жизни во Христе и без детей. Да, со своими особенностями, со своими скорбями, но это может быть полная и глубоко верующая семья. Если же речь идет о нежелании иметь детей при сохранении плотских отношений, то это безусловный грех, и грех против замысла Божия о семье, когда мы сами себе решаем, что нам нужно в нашей жизни, и Бога в нее, да еще в столь главном, не пускаем. И этого в семье православных людей быть не должно. Но мы знаем примеры исключительного подвига семейного супружества, являющегося совместным бытием брата и сестры во Христе, которые в мирской жизни проходят путь практически жизни монашеской — телесного воздержания друг от друга, но при этом духовной близости. К примеру, так жили со своими супругами отец Иоанн Кронштадтский и философ Алексей Федорович Лосев, ставший монахом в миру с именем Андроник. Конечно, это высочайший подвиг, который нельзя возлагать на себя самочинно, а только по благословению и совету опытнейшего духовника, не менее, чем старца, и понести его пред Богом так, чтобы люди о нем не знали. И это тоже может быть христианский путь семейной жизни без детей.

Нужно ли ждать укрепления в вере, прежде чем заводить детей?

Как известно, дети появляются вне прямой зависимости от благочестия, воцерковленности и веры мужа и жены. Думается, что вопрос: стоит ли заводить детей, пока мы ощущаем себя маловерными? — скорее нужно поставить так: стоит ли вступать в брачный союз, да еще в венчанный, пока мы в вере колеблемся, а уж когда укрепимся душой, тогда и жениться и детей рожать?

Большинство священников считает, что христианин не вправе заниматься планированием детей и должен иметь их столько, сколько Бог посылает. Мы ведь верим, что Господь не даст никому креста сверх сил, и значит, даруемое Им количество детей полезно и благотворно именно для этой конкретной семьи. Не есть ли уклонение от деторождения (далее самым невинным образом) маловерием и в каком-то смысле богоборчеством?

Отвечу на это недоумение словами отцов Архиерейского Собора 2000 года. В «Основах социальной концепции…» по поводу планировании семьи" говорится: «Христианским супругам следует помнить, что продолжение человеческого рода является одной из основных целей богоустановленного брачного союза. Намеренный отказ от рождения детей из эгоистических побуждений обесценивает брак и является несомненным грехом… Принижение социальной значимости материнства и отцовства приводит к тому, что дети начинают восприниматься как ненужная обуза; оно также способствует отчуждению и развитию антагонизма между поколениями». Кроме того, можно вспомнить то, что писал о проблемах деторождения приснопамятный митрополит Антоний Сурожский, который имел огромный опыт и знание того, что такое подлинная семья и что такое ответственное отношение к ней. Как говорил пророк Давид: «Вот наследие от Господа: дети; награда от Него — плод чрева» (Пс. 126, 3).

Если Церковь более или менее спокойно относится к выкидышам, то почему считается грехом экстракорпоральное оплодотворение, когда некоторые из зародышей в пробирке сами погибают, не будучи сознательно убиенными?

Да потому, что те, кто прибегает к экстракорпоральному оплодотворению, сознательно идут на то, что некоторые из зародышей, оплодотворенных в пробирке, наверняка будут убиты. Потому что нет пока таких методик, которые подразумевали бы оплодотворение только одной яйцеклетки и ее внедрение в матку матери. Если таковые результаты будут достигнуты и при этом вероятность благополучного рождения ребенка уже не окажется одной из ста, и вам не придется повторять эти эксперименты второй, третий, десятый раз, тогда можно ставить вопрос о допустимости участия православных в подобного рода медицинских проектах. А пока — нет.

Почему в Церкви не принято молиться об упокоении ребенка, погибшего при непроизвольном аборте, в то время как о сознательно умерщвленных во чреве при искусственных абортах детях существуют даже специальные молитвы?

Этот вопрос основан на недоразумении. В церковном Требнике есть специальные молитвы, обращенные к женщине, у которой произошел выкидыш. И видимо, именно эти молитвы современным сознанием могут пониматься как молитвы женщины, сделавшей аборт, то есть как некая для нее санкция на возвращение к церковной жизни, что является совершенно неправильным. Женщина, сознательно пошедшая на аборт, подлежит церковной епитимье в том случае, если она пришла к осознанию того тягчайшего греха, который она и, как правило, ее окружающие совершили, и если она в этом грехе раскаялась. И только после этого, после понесения епитимьи и принятия того, что священник сказал, как ей дальше жить и как быть со своими близкими, коль уж такое в ее жизни случилось, эта женщина может возобновить свое дальнейшее бытие в Церкви.

Надо ли каким-то особым образом молиться женщине, если она не уверена, был ли у нее выкидыш, например, в случае маточного кровотечения и при отсутствии гистологического анализа, когда клинически трудно было различить, какая именно сложилась ситуация?

Если у женщины есть основания предполагать, что новая жизнь, которая могла в ней начаться и не началась по причине либо ее дальнейшего невоздержания, либо какого-то небрежения, либо сознательного нежелания иметь ребенка, если страх того, что она вдруг забеременела, на психосоматическом уровне мог повлечь отторжение организмом того, кто впоследствии мог стать ее чадом, то, конечно, всегда лучше сугубо помолиться и, испытав свою совесть, покаяться, чем считать себя в этом нравственно безупречной. Но именно искреннее испытание собственной совести, а не самые совершенные гистологические анализы, должно быть для православной христианки критерием осознания случившегося.

Как Церковь относится к дородовой диагностике врожденных пороков развития плода?

Если под этим имеется в виду, что благовременное определение недугов будущего младенца должно стать основанием для «своевременного» совершения аборта, то, конечно же, Церковь не принимает подобной логики. Этот вывод для церковного человека однозначно неприемлем. Нужна ли дородовая диагностика беременной женщине применительно к подготовке себя к родам — не знаю. Зато я знаю многих православных матерей, которые, будучи беременными и делая УЗИ по просьбе врачей, просили их не говорить пол будущего ребенка, чтобы не лишать себя всей радости восприятия родившегося младенца, который придет в этот мир. На мой взгляд, пользы в дородовой диагностике все-таки меньше, чем нервов, смущения и неупования на Бога, которое из всего этого может следовать.

Но если во время беременности врачи обнаруживают у плода какую-то серьезную патологию, что тогда?

Помнить, как бы жестко это ни звучало, что и идиоты -вечной жизни наследники. Тот, у кого церебральный паралич или синдром Дауна, разве из-за этого лишится Царствия Небесного? И если по Промыслу Божьему ребенку еще от утробы матери отпущена такая болезнь, то христианин должен с верой это принять. И как собственный жизненный крест это понести. Тем более что еще далеко не факт, что ребенок родится настолько больной, как нынче особенно перестраховывающиеся врачи говорят при одной только возможности родовой травмы.

Сейчас в случае, если ребенок может родиться больным, врачи советуют его родителям не рожать — мол, зачем вам эти проблемы, вы же в таком возрасте, что у вас еще могут быть дети? И вообще вы сейчас не человека убьете, а уберете проблему, и у вас потом все будет хорошо. И, безусловно, это абсолютно нехристианский подход.

И даже когда врачи стопроцентно уверены, что мозг ребенка во чреве матери не развивается (а это значит, что родится идиот), и в таком случае надо рожать?

Да, безусловно. Нет таких жизненных ситуаций, которые бы предполагали убийство младенца во чреве. Даже предполагаемая и самая тяжкая его болезнь. Ведь почему-то на путях Промысла Божия и идиотам попускается в эту жизнь войти. Как, для чего, почему им жить в таком состоянии, почему нам нести такой крест? — отсюда, может быть, и не видно. Но отказываться от него таким злодейским образом христианину не подобает никак.

Многие гинекологи утверждают, что у строго постящихся нарушается женский цикл, а у многих он вообще пропадает. Учитывая желание женщины иметь детей, не является ли такой пост греховным?

Хорошо бы спросить у этих гинекологов, как в таком случае православная Россия прожила тысячу лет и почему наши в большинстве своем строго постившиеся предки как раз в области, вверенной их врачебному попечению, были явно здоровее нас, о чем свидетельствует классическая русская многодетная семья — от царей до крестьян? Скорее всего, они скажут, что жизнь была здоровее. Но тем более, значит, пост никак не влиял на умаление женской репродуктивной функции.

Другое дело, если речь идет о выявленных специфических заболеваниях, которые пришлись на период подготовки к беременности или когда есть какие-то проблемы с рождением ребенка, связанные с конкретным состоянием здоровья конкретной женщины, то тогда, безусловно, надо руководствоваться тем общим правилом, что соблюдение поста для болящих необходимо по силе и мере их заболеваний. Но только я бы эти слова не трактовал в том смысле что, мол, нынче такие времена, что все болезни от дурной экологии, из-за чего всем нужно полностью отменить пост и есть только мясо и яйца, непрестанно пить либо молоко, либо кока-колу, лакомиться сладостями и таким странным образом оздоравливаться.

Сейчас во многих журналах и книгах для будущих мам пишется, что во время беременности женщина может находиться в интимных отношениях со своим мужем, что это не мешает ни ребенку, ни матери

Все зависит от того, что мы хотим заложить в своем ребенке. Период пребывания во чреве матери в значительной мере формирует человеческие наклонности. Не только телесное, но и душевное состояние матери — с любовью или отторжением она ожидает того, кого носит под сердцем, -не может не сказываться на нем. На него не могут не воздействовать и отношения родителей, и сам климат в семье. Поэтому если иные светские люди и пожелают видеть своих детей страстными, устремленными в сферу телесности и половой жизни, что для их мировоззрения естественно и нормально, то христиане скорее будут стремиться заложить в своих чадах готовность к воздержанию и мере, чтобы в них преобладало духовное над телесным.

Благоразумнее поступит семья, которая или вовсе откажется от интимной близости, или минимизирует ее, заменив плотское супружеское общение естественными проявлениями ласки, нежности, по возможности более частым пребыванием друг с другом, которое тоже может давать полноту и душевного, и телесного единения. Мудрая жена и тактичный муж найдут, как пройти рука об руку, не отдаляясь друг от друга в этот период естественного воздержания при Деторождении.

Некоторые священники говорят, что беременная и кормящая жена не должна быть в близких отношениях с мужем, в общей сложности получается почти два года. Эти требования не завышены?

«Могий вместити, да вместит». Конечно же, та семья, которая может принять воздержание на период ожидания ребенка с момента его зачатия и на период, когда мать сосредоточена на младенце и на его вскармливании, есть семья подлинно благочестивой глубокой жизни, о которой можно только порадоваться. Тому, кто к этой мере не пришел, кто осознает к ней себя не готовым, надо не забывать о том, что к этому нужно стремиться и в этот ответственнейший период жизни семьи нужно хоть в чем-то уменьшить телесную страстность супружеских отношений.

То есть мужу и жене надо отнестись к такому воздержанию еще и как к проверке истинности своих отношений друг с другом?

Да. О том и речь. Только тогда и можно понять, любите ли вы друг друга, если перестанете все время подкидывать полешки, которые сами костерчик-то разжигают, помимо ваших усилий. Сможете ли вы любить друг друга подлинным усилием? Или все держится на одной интимной стороне брака? А если что случится, если муж или жена приболеет и не сможет на протяжении какого-то длительного периода своей жизни быть во всем полноценным супругом, то что тогда? Расставаться? Светские люди так и делают. Но для христианина это не есть основание для разрушения семьи.

Как родители должны готовиться к рождению своего первого ребенка?

Мне кажется, очень важно, когда у ждущей ребенка семьи есть знакомые с детьми, которые ходят в тот же приход и которые бы могли внятным образом что-то подсказать, посоветовать. Необязательно воспроизводить чужой опыт, но хорошо бы заранее как можно больше узнать, как вести себя с младенцем, какие подводные камни и духовные преткновения могут возникнуть на вашем пути. Потому что молодые неопытные родители очень часто устают от того, что неправильно ведут себя с ребенком. До сих пор у многих существуют воспитанные советской медициной ложные представления о том, что ребенка нужно кормить по часам, приучать его к чуть ли не террористической дисциплине, что его можно испортить, слишком часто беря на руки, что главное — туго пеленать и тому подобное. Ко второму, третьему, четвертому ребенку, когда родители приобретают некоторый жизненный опыт, все эти глупости рассеиваются. Хотя сейчас, конечно, кое-что изменилось и в медицине. Все-таки уже так, как раньше, не мучают детей, которых раньше приносили матерям через трое суток после родов. На самом деле не должно быть никаких жестких правил и предписаний: нельзя маленького ребенка испортить любовью, ему не может быть плохо на руках матери, на руках отца, и его стремление быть не одному, а вместе с другими естественно. Когда он хочет есть, он хочет есть, и не надо его мучить, он еще не может просто капризничать, в трехмесячном возрасте не бывает чревоугодия.

Каким образом нужно помогать своей дочери подготовиться к тому, что она тоже когда-то станет матерью?

Прежде всего, собственным примером, примером того, кем и чем должна быть мать-христианка, всей своей жизнью свидетельствуя о глубинном смысле слов Священного Писания о том, что жена спасется чадородием. Если же речь идет уже непосредственно о периоде ожидания младенца, то будущей молодой матери больше всего может помочь укрепление ее в том сознании, что беременность — не тяжкий крест, не какое-то девятимесячное стеснение себя от полноты бытия, чуть ли не болезнь, но одно из лучших времен в жизни женщины, которое нужно воспринимать как милость Божию, а не как тяготу и муку.

Часто у беременных бывают навязчивые сны, всепоглощающие страхи, что они не смогут родить ребенка. Можно ли ей с этим как-то справляться?

Я не знаю ни одного случая такого всепоглощающего страха у женщин, которые исповедовались и причащались Святых Христовых Таин на протяжении всей беременности. Да, страхования о том, что ребенок может родиться нездоровым, бывают довольно часто, но они сопряжены либо с недугами матери, либо воспоминаниями о не вполне благочестивом периоде, предшествовавшем зачатию ребенка. Однако такого патологического страха, с которым нужно было бы помогать справляться, на исповеди в моем священническом опыте не было, хотя у нас на приходе родилось уже довольно много детей. Поэтому даже не могу сказать, как поступать в таких случаях. Тем более, что в моем представлении, ни навязчивые сны, ни предродовые страхи для православной христианки нетипичны.

Как должна себя вести православная женщина непосредственно во время родов?

Ответ на вопрос о том, что делать во время родов, должен давать не священник, но разумный врач. Как подготовиться самой, как не повредить ребенку во время родов и даже, может быть, какими-то действиями помочь ему скорее появиться на свет? Это все вопросы, относящиеся к физическому естеству человека, а не к его духовному миру. Раньше я, исходя из того, что говорили другие многоопытные священники, советовал будущим роженицам стараться во время родов, в промежутках между схватками, читать ту или иную молитву. Но многие мне потом говорили, что у них это не получалось, так как невозможно было сосредоточиться на молитвенном воздыхании, и только некоторым все-таки удавалось. Поэтому, наверное, лучше всего постараться успеть помолиться, когда начинаются первые схватки и пока между ними есть относительно длительные промежутки, а у самой беременной женщины еще сохраняется ясность и незамутненность сознания болью и приближающимися родами. Если есть возможность, хорошо в этот момент призвать к общецерковной молитве за успешные роды либо в соответствующее время на богослужении, либо попросить об этом знакомых священнослужителей и мирян и затем постараться вручить себя в руки Божий: «Господи, я уже дальше могу и не справиться сама с собой, дальше Ты меня веди и прими в Свои руки». И после всего этого с легкой душой идти рожать.

В наше время многие женщины предпочитают рожать с обезболиванием или делать кесарево сечение, даже когда в этом нет сугубой необходимости. Правильно ли это?

Думаю, что рождение естественным образом — это то, что наиболее здорово и необходимо для младенца, и всякое вторжение в процесс родов даром для него не проходит.

То есть нужно принимать страдания?

Да. Тем более, если принимать их сознательно. А желание, чтобы и роды прошли по возможности незаметно и комфортно, — из того же мировоззренческого набора, что в жизни нужно устраняться от всего тяжелого и неприятного, а получать только удовольствие.

Семья, сознательно готовящаяся к деторождению, сможет воспринять все должным образом. Тем более, что теперь, во многих роддомах практикуются более естественные для рожениц физиологические способы деторождения. Например, уже необязательно рожать горизонтально на кушетке, как считалось в советское время и т. д.

Кесарево сечение, разумеется, может иметь место, но именно по медицинским показаниям, не нужно идти на него только для того, чтобы матери было легче. Ведь такие роды в дальнейшем тяжелее скажутся на ребенке.

Какова позиция Православной Церкви по поводу присутствия мужа при родах жены?

Конечно, какого-то конкретного постановления Священного Синода или определения Архиерейского или Поместного Собора по этому вопросу нет. Здесь скорее можно рассуждать о подходе православных людей к этой новой медицинской практике. В прошлом люди жили ближе к естеству, далеко от городов и врачей, когда к роженице порой не было возможности пригласить даже сестру-акушерку. И тогда близким родственникам приходилось самим принимать роды. В Житиях подвижников благочестия есть несколько примеров, когда случайные роды приходилось принимать даже монашествующим, подвизавшимся в пустынях Египта или Палестины. Поэтому если православная семья крепка, если жена уверена в силе духа своего мужа, его готовности жертвенно переносить с ней все, но при этом не упасть в обморок, отвлекая врачей от главного — появления на свет нового человека, то оснований возбранить такое присутствие мужа при родах быть не должно. Другое дело, что ему следует перед этим посоветоваться с духовником и соизмерить свои силы. Потому что если муж не вполне готов, то лучше пусть он молится под дверью роддома или в храме и ожидает весть о появлении младенца, чем в этот момент станет обузой для жены.

Иными словами, присутствие мужа при родах допустимо, но очень индивидуально. Единственно, что тут можно сказать общего, — это должно быть совместным семейным решением, выношенным и внутренне осознаваемым как необходимое. Но решения единого и стандартного здесь нет.

В последние годы чуть ли не большинство матерей прибегают к искусственному вскармливанию младенца. У врачей на этот счет разные мнения.

Конечно, женщина тратит на ребенка больше сил, когда кормит его сама. Но, безусловно, нужно все усилия приложить к тому, чтобы как можно дольше не прибегать к искусственному вскармливанию. Одно слово «искусственное», по-моему, говорит за себя. И те же врачи говорят, что это доступно девяноста процентам женщин. Молока, как правило, не хватает тем, кто имеет установку на некормление. Говоря медицинским языком, это уже психосоматика, когда женщина подспудно готова к тому, чтобы не кормить ребенка своим молоком — не хочет этого или боится и желает, чтобы эти мучения скорее кончились. Тогда молока действительно не хватает. Но надо максимально устраняться от искусственного вскармливания на первых месяцах, а желательно — и на первом году жизни младенца.

Женщине с рождением ребенка достается больше всего испытаний. Маленький ребенок требует много внимания. Фактически все силы уходят на него. Как быть, чтобы в какой-то особенно напряженный момент не сорваться на мужа? Как научиться спокойно решать возникающие проблемы?

Первые месяц-полтора у женщины еще есть запас физических сил и облегчение после беременности. На самом деле ей легче, чем на восьмом, девятом месяце, непосредственно перед родами. Тяжелее с младенцем внутри, чем с младенцем рядом. А потом нарастает усталость, особенно связанная с недосыпанием. Тут помогает молитва. Но в период кормления грудью чаще всего мать просто не в состоянии вычитывать утреннее и вечернее правило. И даже те, кто помнит молитвы наизусть, редко могут так сосредоточиться на развернутых текстах, чтобы прочитывать их сознательно. В это время можно молиться короткими молитвами. Читать Иисусову молитву. Это помогает сознательно относиться к каждому дню не просто как к череде неких физиологических процессов, происходящих в жизни ребенка, а и духовно их переживать.

Кроме того, надо вопреки всему стараться продолжать общаться с мужем, больше с ним разговаривать. Утром перед его уходом на работу, по возвращении вечером или ночью, когда он вместе с вами пытается укачать проснувшегося ребенка, рассказывать о том, что произошло за день. И не в форме претензии — я-то так, а ты-то что же? — а просто поделиться своими переживаниями как неким опытом, который вы сегодня приобрели. В этом смысле сколь бы мужу ни было трудно (допустим, священнику служить завтра рано утром, преподавателю читать лекции, студенту сдавать зачет), хорошо бы ему не отделить свою жизнь от жизни младенца и кормящей жены.

А если у женщины послеродовая депрессия?

Депрессия на аскетическом языке означает уныние.

Но разве депрессия не может быть вызвана чисто физиологическими процессами?

В таком смысле — это особенная ситуация. Однако христианка обладает средствами борьбы даже с такого рода депрессией. Ведь она сознает собственное состояние как недолжное, как уныние. А само осознание того, что это неестественно, что с этим должно бороться и ничему дурному в себе не потакать, — это уже начало выздоровления. Способы преодоления такой депрессии для каждой семьи индивидуальны. Какого-то стандартного совета тут нет. Но, к примеру, очень помогает в таких случаях мужу и жене вместе гулять. Даже поздно вечером или ночью, когда совсем тяжело становится, брать ребенка в коляску — не важно, какое время года, — и идти гулять. Мы же не в тайге живем. Медведи не ходят. Хоть и преступность есть, но не настолько, чтобы на родителей с коляской нападали. Спать нельзя, настроение плохое — значит, брать ребенка и идти гулять — жизнь продолжается. Мир Божий хорош — снег падает, луна светит, фонари, ночной город… Это отрезвляет.

Очень часто мужчины, даже сознательно подходящие к рождению ребенка, испытывают некоторый шок, когда появляется некое существо, которое и на руки-то взять страшно. Как помочь молодому отцу преодолеть такого рода страхи?

Да, страшно взять на руки, боишься, что уронишь, что голова оторвется или так надавишь, что все органы внутренние повредятся. И если отец в таком случае отходит в сторону: мол, он этого не может и станет делать все, но только не касаясь ребенка, то это путь тупиковый и очень опасный. Тут самое важное — совершить над собой усилие. Научиться пеленать, купать, укладывать спать. Это дает ощущение родства. И для ребенка эти физические соприкосновения, близость отцовских рук — то, что в значительной мере закладывает его будущее к нему отношение. Здесь есть еще и другой момент — женщина, как правило, любит ребенка сразу, как только он родился, потому что он уже родился. Она все претерпела, она его видит, она не может его не любить. Отец начинает любить ребенка в процессе попечения о нем, и, как правило, при виде комочка, только что вынесенного из роддома, чрезвычайного эмоционального переживания не испытывает (если только это не долгожданный, после долгих годов бесплодия родившийся ребенок). И начинает любить по мере того, как он вкладывает в него собственную любовь и заботу. Но это потом всю дальнейшую жизнь будет им помогать.

После рождения ребенка в отношениях мужа и жены многое меняется. Какие проблемы и почему становятся самыми главными?

Самая большая опасность, которая подстерегает молодую семью, — это некоторое охлаждение, отдаление друг от друга. После рождения ребенка очень важно, чтобы муж не начал жить отдельной жизнью и считать, что он обязан только зарабатывать, обеспечивать семью и исполнять чисто внешнее о ней попечение. Необходимо помнить, что и в этот период, как и вообще в семье, все должно быть общим. Если ночью ребенок плачет, то нужно по очереди к нему вставать, если он просится на руки, пусть не только мать его берет, но и отец, если пришло время купать, лучше купать его вместе или по очереди. И это важно не только для младенца, но и для самих мужа и жены. Главное — внутренне не отделиться друг от друга, не выстроить «стеночку» для автономного бытия. Тут только начни, потом можно оказаться в одном доме чужими людьми, общаясь лишь на бытовые темы. И молодым надо понимать, что подобные отношения после рождения ребенка, к сожалению, очень быстро могут оказаться той тупиковой реальностью, с которой не считаться нельзя.

По брошюре «Последняя крепость. Беседы о семейной жизни.»
Москва. Издательство храма святой мученицы Татианы, 2004.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru