Русская линия
Православная жизнь20.02.2015 

Афон — это место, куда люди бегут от славы

Что значит — впервые побывать на Афоне, и что значит — стать его частым гостем-паломником-трудником? Что и кто создает особый афонский дух? И чем на самом деле занимаются монахи на Святой горе Афон? Почему так здорово, что женщин не пускают на Афон? И за что геронда Григорий Дохиарский даёт пощечины, за которыми, бывает, выстраивается очередь?

Об этом, а также о других ярких впечатлениях от Афона вообще и от афонского монастыря Дохиар в частности порталу «Православная жизнь» рассказывает протодиакон Свято-Троицкого Ионинского монастыря Александр Плиска.

Богослужение в Дохиаре

— Помните Вашу первую поездку на Афон? Наверняка, слышали разные истории о святом месте — и правдивые, и не очень? Какое было первое впечатление, что поразило?

— Вероятно, это был 2004 год. Тогда все говорили об Афоне, впрочем, как и сегодня. Много всего слышал и, конечно, очень хотелось поехать, но я об этом даже не мечтал. В то время таких частых, как сегодня, поездок на Святую гору ещё не было. Один знакомый священник, помню, сказал мне: «Если будет на то воля Пресвятой Богородицы, обязательно туда поедешь». Именно чудесным образом все и сложилось. Чудеса, правда, как правило, происходят через людей. Ко мне Господь явил милость через отца Игнатия (Пакулова), благодаря которому неожиданно для себя самого и оказался впервые на Афоне.

— Вот Вы оказались на Афоне…

— Впервые — это как ребенку в сказку попасть, именно так все и было. Море впечатлений, даже дневник вел. Каждый день записывал, где были, что видели, что слышали, что ели… Пытался фотографировать…

Дохиар. Афон…

Хотелось всё вместить в себя, наполниться афонской атмосферой, всё запомнить и запечатлеть…

Но самые яркие воспоминания — это общение с людьми, когда с кем-то поговоришь. Всё остальное стирается — природа, пейзажи, архитектура, службы, хотя всё и невероятно красиво. Но то ли из-за того, что пытаешься как можно больше увидеть, стараешься ничего не пропустить, — наступает момент, когда всё сливается в одну сплошную стену, и ты перестаёшь восхищаться красотами.

И самым ярким впечатлением, «вспышкой», остаётся в памяти — получасовой или десятиминутный разговор в поездке, те мгновения, когда ты общался с живым источником, с людьми, для которых Афон является домом…

— А о чём общались? Бытует мнение, что люди ездят на Афон, чтоб пообщаться с почти святыми людьми, решить свои житейские проблемы. Помолиться, отстоять многочасовые службы. А зачем Вы ездите на Афон?

— Люди не обязательно ездят на Афон решать проблемы. Афон — это уникальное место на земле, которое не оставляет равнодушным никого. Некоторые считают, что там такая уникальная атмосфера оттого, что это место — удел Пресвятой Богородицы. Может, так оно и есть. Но ведь существуют и другие уделы Пресвятой Владычицы.

Что же касается меня, Афон — это прежде всего место, где сложилась и хранится от века в век определённая система повседневного уклада христианской жизни, что именно и создаёт особенную афонскую атмосферу. Как сказал один мой друг, после долгих уговоров побывавший на Святой горе, Афон — это институт христианства, где можно увидеть всё воочию. Афонский дух создают люди своим повседневным бытом.

Афон — это место, куда люди бегут от славы. Когда мы слышим о пустынях, читаем жития пустынников, то представляем верблюдов, дремучие пески, отсутствие воды и растительности. Да, были и такие случаи. Но пустыня, в первую очередь, подразумевает безлюдность и тишину. Это когда человек может остаться наедине с самим собой. Афон — это тоже своего рода пустыня. Целью ухода в пустыню, пустынное место, у великих наших отцов было — найти самого себя, познать себя перед лицом Бога. Один из важных моментом для таких людей был уход в безызвестность.

Никто из пустынников никогда не стремился создать какую-то свою ситуацию, не искал своего, но бегал от мира. К примеру, прп. Антоний Печерский, уроженец Любеча, ушёл на Афон и, скорее всего, не собирался возвращаться на родину и создавать монастырь. Но сложилось иначе. Это называется послушанием. Пресвятая Владычица Богородица велела игумену монастыря, в котором подвизался преподобный, послать Антония домой на Русь. И, придя на киевские горы, преподобный не ищет своего, не стремится к известности, но ищет себе пещеру и уходит опять в безызвестность. И эта та черта, с которой каждому новому поколению всё тяжелее справляться. В современном мире безызвестность не в моде, на каждом шагу реклама и самореклама.

На Афоне, как говорил однажды игумен Дохиар геронда Григорий, лучше всего спрятаться в монастыре. Если пойдёшь жить в отдельную келию, в пещеру, — быстро станешь известным, люди пустят слух, что есть такой монах-пустынник, отшельник, не общается с миром, и выстроятся к нему в очередь.

Так, однажды геронда Григорий на трапезе говорит: «Есть такой-то монах на трапезе?» — «Нет, он болеет» — «Вот, братия, посмотрите, — геронда специально говорил в отсутствие этого монаха. — Вы слышите его имя когда-либо в монастыре, на службе?» — «Нет» — «А почему не слышно, — как вы считаете? Потому, что он всегда везде вовремя: на Богослужении, на работе, — не выделяется, не опаздывает, старается быть ровным, незаметным. И так годами, из года в год. Никто о нём ничего не слышит, ничего не знает. Вот так люди сегодня прячутся от мира. Это не потому, что они такие скромные или „крутые“, а потому что они уверены: ничего они из себя не представляют такого, что можно рекламировать».

Наверное, это именно то, чему стоит на Афоне поучиться.

— Как давно Вы знакомы с герондой Григорием Дохиарским?

— С декабря 2005 года, во время второго посещения Святой горы Афон. По благословению настоятеля Свято-Троицкого Ионинского монастыря отца Ионы (ныне епископа Ионы) с некоторыми из братии Ионинского монастыря вновь посчастливилось посетить Афон.

В конце поездки мы пришли в Дохиар к монаху Макарию, уроженцу Ялты, с которым все мы были знакомы. Так и познакомились с герондой Григорием (Зумисом). Кстати, в этой поездке выпало счастье познакомиться и пообщаться с ещё одним прекрасным человеком, отцом Павлом из монастыря Григориат, лет шестидесяти, — греком, изучившим русский язык с целью ознакомления с богословским наследием русских святых. Все были под впечатлением.

— Чем они Вас впечатлили?

— Более прочего, кротостью и простотой. В книге «Иова» Господь, характеризуя Иова, первым делом говорит, что он прост, всё остальное потом.

Итак, через о. Макария нам посчастливилось познакомиться с герондой. Геронда узнав, что пришли друзья Макария, сказал: «Пусть поют Литургию». Это ошеломило нас, что всё вот так просто — узнали, что друзья, и пойте! Так и было, пели, уж как могли, на славянском в греческом монастыре. По окончании же Литургии мы пришли в восторг от того, как вся братия монастыря «едиными устами и единым сердцем» пела утешительный канон Пресвятой Владычице Богородице перед честным Ее образом «Скоропослушницей».

После же трапезы вдруг геронда говорит: «Ну что, Макарий, пойдём, что ли, пообщаемся с твоими друзьями». И мы провели два часа в уникальной, весёлой, жизнерадостной беседе с герондой Григорием. Пели всё, что просил геронда — и народное, и церковное, на украинском, на русском… Нас было много, ионинских, — отец Паисий, отец Иоасаф, отец Силуан… Прекрасное время, прекрасные воспоминания. Было очень весело, мы были в шоке от того, насколько геронда прост и жизнерадостен в обхождении, какой он любвеобильный человек.

Дохиар. Афон…

— Сколько лет он настоятель?

— В Дохиаре настоятель с 1980 года.

У всех людей есть какая-то стилизация, хотят они этого или не хотят. Люди очень часто «играют роли» — что священнослужители, что миряне, без разницы, кто они по профессии, по своему призванию, служению. Такова природа человека. Даже в быту люди играют, подстраиваются под выбранный имидж, подстраиваются под других людей, под ситуацию. Менее стилизованного человека, чем геронда Григорий, я в жизни не встречал. Этот человек такой, какой он есть. Я никогда не видел у него даже тени игры, желания выглядеть перед кем-то хорошо или плохо. Он чрезвычайно жизнерадостный и любвеобильный человек, с необычайной энергией, но он никогда не пытается кому-то понравиться или произвести на кого-либо впечатление. Никогда.

Геронда Григорий. Дохиар

— Говорят, бывает, что геронда и пощёчины даёт?

— Не только пощёчины, и палкой ещё может дать. И многие иногда получают. Удивительно, но у таких счастливчиков не видал я ни тени обиды и горечи.

— А Вам давали, отче?

— Конечно, много раз (смеётся). Когда Геронда рассержен или огорчен, — пощечины не будет. Не от досады они и не от раздражения. Спросит, например, тебя о чём-то, ты ответишь, а он тебе в ответ пощёчину залепит. Подумаешь, поразмыслишь, все верно, по делом… Многие за счастье считают получить такую затрещину. Был такой случай. Мы с товарищами приехали в очередной раз на Афон. Поднявшись на вершину Святой Горы и направив стопы к посещению некоторых из монастырей, решили часть своих вещей отправить на материк, чтоб облегчить свои ноши. «Оставьте, — говорю друзьям, — только рабочую одежду, которую не жалко». «Зачем?» — вопрошают они. «В Дохиаре, возможно, придётся поработать», — говорю. И тут они выдают: «Слушай, такая хорошая поездка, прошлись по Афону, спали в таких аскетических местах, не порть нам поездку, какая работа?» Это уже слишком, мол. Я им: «Там — геронда., послушание…». «Не переживай, договоримся с твоим герондой!», — с улыбками отвечают. Они ещё не были с ним знакомы. Но вещички всё же оставили…

Заходим в Дохиар и сразу встречаем сияющего, идущего на работу геронду в рабочей одежде в воротах монастыря. Добро пожаловать, вопросы, ответы, пощечины, весело, некоторые желающие выстраиваются на второй круг… Отвесил ли мне? Естественно, приговаривая: «Экскурсовод, прогулка, туристы…» (смеется).

Дохиар. Молитва и труд…

Один из друзей ошеломлённо произносит: «Да, меня уже давно безответно никто не бил», — счастливо улыбается. Тут геронда ко всем нам: «Ну, я на работу, устраивайтесь, и жду Вас, приходите трудиться «. Чтоб вы понимали, мы приехали в Дохиар на один день, на следующий уже уезжали. А дело было в обед. То да се, традиционное угощение в архондарике в виде ракии, лукума и кофе, поселение, прошло немало времени. Я друзьям: «Сейчас душ, полчасика сон и…» И тут они: «Куда отдохнуть, ты что?! Там геронда на работе, ждёт нас!». Да, думаю, вот дела — не собиравшиеся трудиться бегут первыми. Чем занимались? Тем же, чем и вся братия в тот день: заготавливали камень для стройки на каменоломне. В результате все были счастливы.

— Что отличительного в афонских службах? Говорят, что это — нечто особенное, будто поднимаешься на Небо.

— Служба воспринимается очень естественно, нет ощущения напряженности и искусственности. На Афоне монахи ходят в храм — как современный человек, живущий в миру, в кинотеатр, с радостью. Это создаёт спокойную атмосферу на службе, все знают, зачем они здесь, это их дом. И ещё на Святой горе Афон большая разница между праздниками и буднями, что создаёт определённый ритм: праздничные службы — это одно, воскресная служба — это другое, ежедневные службы — это третье. Все в совокупности: умиротворенные молящиеся монахи, архитектура и убранство храмов, иконопись, византийское пение, — всё это создаёт незабываемые ощущения и переживания.

Есть такая глава Типикона — «О светильниках», регламентирующая зажигание лампад и свечей в храме в определенные моменты Богослужения. В года учебы в духовных школах все мы задавались вопросом, зачем кому-то сегодня нужно знать, когда во время службы зажигать, когда тушить свечи. Так думает большинство современных церковных людей. Зажгли паникадило, электричество включили, вот вам и всё. А лампады, мол, зажигают только для того, чтобы принести жертву Богу.

И вот на Афоне, где электричество при Богослужении не употребляется, пришло понимание: «зажечь» и «потушить» оказалось настоящей музыкой. И вся эта музыка начинает звучать, когда служба совершается в три часа ночи. Вы приходите в храм — горят несколько лампад, потом зажигается лампада ещё и ещё, потом зажигается свеча… Это целая поэзия, выражающаяся в светильниках. Как пример, лампада перед иконой Спасителя — мы не просто приносим жертву Спасителю, но свет от лампады освещает лик Спасителя, чтоб мы Его могли лицезреть. Когда же мы включаем электрический свет, что освещает лампада? Ничего.

— А цветы в храмах на Афоне есть?

— У каждого монастыря — свои традиции. В Дохиаре много традиций с острова Патмос. На каждый большой праздник пол устилают различной зеленью. Например, на Вербное воскресенье храм будет завешен крестиками из пальмовых ветвей, а на Пасху пол будет устлан лавандой. На другие же праздники — листьями цитрусовых деревьев. Также могут украшаться цветами иконы. От этого такой изумительный аромат в храме…

— Вы так рассказываете, что возникает желание увидеть всю эту красоту, почувствовать. Напрашивается вопрос, правильно ли, что не пускают женщин на Афон?

— Очень здорово, что их туда не пускают. Афон — это пустыня. Монах уходит в пустынное место. О каких женщинах может идти речь? Для чего в пустынном месте женщина?

Афон изначально сформировался как территория мужского монашества. Может быть, когда-то сформируется где-нибудь «женский Афон», и там будут одни женщины, за исключением приходящего для совершения Богослужений духовенства.

В женских монастырях в Греции есть «закрытые часы», когда не пускают мужчин — ни священников, ни монахов, ни мирян. Вы приедете в монастырь как паломник, а Вам скажут: «Вот часы посещений, всё остальное время монастырь закрыт». И это очень правильно, и испытано временем.

— Рассказывают страшные истории, будто все женщины, нога которых ступала на Афон, чуть ли не умирали на месте или в ближайшее время, или же тяжело болели всю жизнь…

— Проникали женщины на Афон, и ничего страшного с ними не происходило. Продолжали жить дальше. Дело ведь не в том, ступала ли женская стопа на Афон, а монахи на этом сосредоточились и это отслеживают. Нет, совершенно не так! Просто нет смысла в пребывании женщин на Афоне. Афон, повторюсь, — это пустыня.

А вообще были различные исторические случаи: так, однажды прибило к берегам Афона лодку с женщинами, пытавшимися нелегально из Турции проникнуть в Грецию… Приехали полицейские, составили протокол, Афон продолжает свое бытие.

— Полуостров, море, закаты, рассветы… Романтика. На Афоне это замечают?

— Нельзя сказать, чтоб этого не замечали. Но эта красота Афона для афонских монахов, как Крым для крымских жителей, которые никогда не купаются в море.

Вот для геронды Григория главное — чтоб у монаха не было праздности, чтоб монах был всё время занят, чтоб не жил более обеспеченно, комфортно, чем живёт человек в миру. Кто-то разделяет мнение геронды, кто-то — нет…

В воскресенье, к примеру, геронда иногда даёт монахам, послушникам, а то и гостям некоторую небольшую работу. Некоторые возмущаются, а он говорит: «Что, женщина, у которой пятеро детей, отдыхает в воскресенье, ложится на кровать и лежит? Воскресенье — для того, чтобы лежать?»

Многие представляют себе Афон так: «Монахи сходили на службу и вернулись в келию, сели, читают духовные книги, созерцают красоты, читают молитву Иисусову, пока Ангела не увидят, таким образом приближаясь к Вечности». Всё не так. На Афоне монахи молятся и трудятся, пытаясь избежать всякой праздности.

— Чем уникален Афон?

— На Афоне двадцать крупных монастырей, у которых подобно филиалам есть скиты, келии. И любой человек может найти себе подходящий по духу монастырь. Человек трезвомыслящий и адекватный может подвизаться в любой обители. По воле Божьей, безусловно. Есть монастыри, где акцент — на физическом труде, есть монастыри — где интеллектуальный труд.

— Чем занимаются монахи в свободное от молитвы время? Какие виды работы Вам предлагали?

— Монастырь — это достаточно большая территория, хозяйство. Следить за чистотой храма, территории, братских корпусов, гостиниц для паломников… Кто-то трудится на трапезе, другие в садах и огородах, иные в прачечной, иные в иконописной, другие в столярной мастерской и кузне…

Есть монастыри, где все эти обязанности разграничены, а есть такие монастыри, где стараются делать всё все вместе. Дохиар — один из таких монастырей. Стройки, ремонты, труд в огородах и садах, — работу искать не нужно, работы очень много.

Каждый монастырь сам определяет, сколько времени уделять труду. Главное — Богослужение, вокруг него всё созидается.

— Как настраиваться на Афон?

— Никак не настраиваться. Можно много всего умного сказать: настраиваться на покаяние, на молитву… Надо ехать на Афон просто — как в деревню к любимому дедушке. Много в голову не брать, главное — понять, для чего ты едешь и не тратить своё время понапрасну, погрузиться во внутреннее молчание, чтоб услышать, что Бог тебе скажет.

В заключение приведу одну историю, которую рассказывал геронда Григорий. Однажды на Афон приехал человек, который состоял в организации по охране архитектурных памятников, шел он по монастырю и все время что-то рассказывал геронде. Геронда вывел его обратно к воротам монастыря и говорит так, с любовью: «Слушай, кто сюда заходит в первый раз, тот имеет право только молчать и внимать, кто второй раз заходит, тот может еще смотреть и слушать, кто третий раз заходит, может что-то говорить».

Фото из личного архива отца Александра

http://www.pravlife.org/content/afon-eto-mesto-kuda-lyudi-begut-ot-slavy


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru