Русская линия
Православие.Ru Кирилл Фролов08.04.2002 

Русский вопрос на Украине и проблема украинской диаспоры в России

РУССКИЙ ВОПРОС НА УКРАИНЕ
В государстве Украина проживает 11,6 млн. русских, что составляет 22% населения республики. В ряде регионов русские составляют более 50% населения. Так, в Крыму 67% населения — русские, в Донецкой обл. — более 55%, в Луганской — более 55%. В Харьковской — более 45%, в Днепропетровской — более 45%; в г. Киеве проживает 600 000 русских.
Однако, это заниженные данные. Дело в том, что при проведении коммунистической властью массовых кампаний по украинизации в 20-е годы и при «паспортизации» население целых городов и сел поголовно записывалось как «украинцы». Эти кампании имели очень жесткий характер, «реакционный русский шовинизм» подавлялся беспощадно; так, например, в 20-е только за непосещение обязательных «курсов украинизации» выгоняли с работы, тотальному геноциду подверглись Русская Православная Церковь и русская интеллигенция, поэтому о точном количестве «украинизированных» можно только догадываться. Представляется, что настало время признать насильственную кампанию «украинизации» 20-х годов частью геноцида русского народа.
Итак, русские на Украине, безусловно, являются автохтонным и государствообразующим народом.
Значительная часть территории Украины переданы этому государству коммунистическими властями в волюнтаристском порядке и незаконно отторгнуты от России. Первая попытка территориального размежевания между Россией и Украиной была предпринята в 1917 году. Украинская Центральная Рада потребовала от Временного Правительства передать ей введение для создания украинской автономии (об отделении от России речь вообще не велась) 9 губерний бывшей Российской империи. Крым не был включен ЦР в список своих территориальных претензий. Временное правительство согласилось на включение в автономию только 5 губерний. Территория нынешней Луганской, Донецкой, Днепропетровской, части Херсонской и Николаевской, Одесской, Харьковской, Закарпатской областей и республики Крым были переданы советской властью УССР в разные годы без всякого волеизъявления населяющего их населения, а зачастую — вопреки ему. Колонизация этих областей проходила в 17−19 веках в основном за счет переселения великорусского населения. Такие города, как Одесса, Николаев, Днепропетровск, Донецк заселялись, в основном, выходцами из Костромской, Калужской и проч. великорусских губерний. Украина проводит политику тотальной ассимиляции русских, полного изгнания русского языка и культуры на всей территории, ей доставшейся, невзирая ни на какие факторы — этнические, религиозные, гуманитарные, правовые.
Говоря о русском вопросе на Украине, следует рассматривать его в нескольких аспектах. В первую очередь — в правовом и духовно-культурном.
Юридический аспект заключается в массовых нарушениях прав 11,6 млн. русских, проживающих на Украине, в области языка, права на получение образования на родном языке, политических прав.
Не менее важной является и гуманитарная проблематика. Речь идет о насильственной украинизации, тотальном вытеснении русского языка из всех сфер общественной жизни Украины, особенно из образования. А ведь Украина — русскоязычная страна. Помимо 11,6 млн. русских, своим родным языком русский считают 39% украинцев.
Идеологи насильственной украинизации оправдывают эту политику как «естественную реакцию на многовековую русификацию Украины». Однако это — ложь. Отстаивая право русского языка на Украине и добиваясь главной цели в этом направлении — признания русского языка вторым государственным, необходимо помнить важнейший момент — русский язык является на Украине коренным. Роль Киева и Львова в его становлении, развитии и кодификации не менее значима, чем роль Москвы или Петербурга.
Так, известный киевский ученый монах, энциклопедист и интеллектуал XVII в. Памва Берында отличает «славянороссийский» (т.е. церковнославянский) язык — для богослужения и богословия, «российскую беседу общую» или «простую мову» — язык канцелярский и литературный, и «волынские» и «литовские» диалекты — разговорную украинскую речь. Показательно, что отстаивая церковно-славянский, кодифицируя и развивая «российскую беседу общую» или «простую мову», Памва Берында и другие львовские и киевские ученые монахи, являвшиеся интеллектуальной элитой того времени (Мелетий Смотрицкий [Знаменитая «Грамматика» Мелетия Смотрицкого два века являлась учебным пособием для всей Русской Православной Церкви, как и «Лексикон Словеноросский» Памвы Берынды], Тарасий Земка), противопоставляли их разговорным диалектам, указывая на недопустимость их употребления.
Итак, именно православная национальная элита Юго-Западной Руси, Киева и Львова была первым и главным противником «украинизации». Известнейший русский филолог Б. А. Успенский отмечает, что «значение „простой мовы“ для истории русского литературного языка не меньше, если не больше, чем значение этого феномена для истории украинского и белорусского литературных языков. Действительно, „проста мова“ не оказала почти никакого влияния на современные украинский и белорусский литературные языки, не отразившись и на последующей языковой ситуации на территории Украины и Белоруссии. Однако, на историю русского литературного языка „проста мова“ как компонент югозападнорусской языковой ситуации оказала весьма существенное влияние … во второй половине XVII в. это влияние приобрело характер массовой экспансии югозападнорусской культуры на великорусскую территорию.» (Б. А. Успенский, «Краткий очерк истории русского литературного языка (XI — XIX вв.)», М. 1994 г.). А известный исследователь Галицкой Руси XIX в. В. А. Кельсиев отмечает крайне важный момент: «Говорят, что Петр I гражданскую печать выдумал, а, оказывается, он просто-напросто позаимствовал ее у галичан и прочих малорусов, которые употребляли ее еще в XVI в. Заголовки многих грамот и статутов, виденные мной в Ставропигии, начертаны чисто нашими буквами, а текст, писанный в XVI веке — очевидный прототип нашей скорописи и наших прописей елисаветинских и екатерининских времен…» (В. Кельсиев, «Галичане и Молдавия. Путевые письма.» СПб. 1868 г.).
Таким образом, насильственная украинизация является не только нарушением прав миллионов людей, но и беспрецедентной по своим масштабам акцией, а по существу — погромом тысячелетней православной культуры Южной Руси. В этом смысле характерна ненависть идеологов «самостийщины» к богослужебному церковно-славянскому языку.
Одной из важнейших задач является защита позиций русского языка на Украине; необходимо добиться признания его вторым государственным. Не последним аргументом здесь является автохтонность русского языка на Южной Руси — Украине.
Международный опыт гармоничной языковой политики также должен быть востребован — так, в Финляндии количество шведов в процентном соотношении значительно меньше, чем великороссов на Украине, однако шведский язык признан в этой стране вторым государственным. В моноэтническом и националистическом Израиле — два государственных языка — иврит и арабский. Так что в сравнении с мировой практикой языковая и национальная политика Украины является беспрецедентной.

ПРОБЛЕМА УКРАИНСКОЙ ДИАСПОРЫ В РОССИИ
Общая численность российских украинцев составляет 4 миллиона 379 тысяч 690 человек. Таким образом, непрекращающиеся спекуляции украинской стороны касательно численности украинцев России (называются цифры до 10 миллионов чел.) следует считать натяжками. Наибольшее количество украинцев проживат на Кубани (до 47%), в Тюменской области-до 800 тыс., в Воронежской, Брянской, Омской областях, Ставропольском и Приморском краях. Немаловажной проблемой является состояние и развитие украинской диаспоры в России, ибо ее консолидация и политизация являются важнейшей составной частью государственной политики Украины. Между тем, в России созданы самые благоприятные условия развития украинской культуры. Гуманитарная политика России разительно разнится с украинской. При определении стратегии украинской политики России фактор российской украинской диаспоры нельзя не учитывать.
Наиболее последовательно эта политика осуществляется по отношению к Краснодарскому краю. Создан «Комитет по возвращению Кубани», курируемый, по некоторым сведениям, лично бывшим директором службы военной разведки Украины генералом Скипальским. Следует отметить, что развитие украинской идеи на Кубани представляет собой существенную опасность и она в должной степени не оценена. Об этом свидетельствует опыт кубанского сепаратизма 20-х годов, когда именно позиция кубанских проукраинских сепаратистов сыграла колоссальную роль в поражении белого движения, и опыт большевистской украинизации Кубани 20-х годов, имевшей колоссальный размах. Украинские националистические организации совершают постоянные рейды на Кубань. Так, представители обеих РУХов объехали все украинские деревни на Кубани. При УНА-УНСО создан «Комитет освобождения Кубани». Эта политика не афишируется, но проводится последовательно и планомерно. Насколько последовательно осуществляется нынешняя украинская программа, можно судить хотя бы по тому факту, что практически все местное телевещание в г. Тамань осуществляется на украинском языке.

НЕКОТОРЫЕ ПАРАМЕТРЫ РАЗВИТИЯ УКРАИНСКОЙ ДИАСПОРЫ В РОССИИ И РУССКОЙ НА УКРАИНЕ
В настоящее время в Российской Федерации зарегистрировано более 40 украинских организаций (согласно последней переписи населения в РФ проживает около 4 млн. украинцев). Ими издаются газеты: «Украинский курьер» (Москва), «Украинский выбор» (Москва), «Рiдне слово» (Челябинск), «Украинец на Зеленом клине» (Владивосток), «Криница» (Уфа), «Казацкое слово» (Краснодар), «Украинское слово» (Мурманск). Украинское государство придает немалое значение консолидации и политизации украинской диаспоры в России. На Украине разработана и осуществляется государственная программа «Украинская диаспора до 2000 года».
Украинской стороной придается колоссальное значение открытому в октябре 1998 г. Культурному центру Украины в Москве, на Арбате. Это огромное пятиэтажное здание в самом центре Москвы, прекрасно оборудованное информационными и охранными системами. В Москве действует также Украинский институт, зарегистрированный как автономная часть Московского государственного открытого педагогического университета (правда, Украинский институт не имеет гослицензии и является коммерческим учебным заведением). Институт имеет филиал в Башкирии, открываются филиалы в Татарстане, Тюмени, Якутии и Хакасии. Институт планирует создать центры дистанционного обучения по всем украинским организациям. Департамент образования Москвы ежемесячно выделял в 1997 г. организациям украинцев 3 — 4 млн. неденоминированных рублей, а на украинский музыкальный салон — 25 млн. рублей в сезон. Что касается украинских школ и классов, то их мало в России по единственной причине — в украинские классы не набирается более 1 — 2 учеников. Однако в Башкирии, например, при поддержке властей функционируют 3 украинские школы с «украинской идеологией». На Украине же русская система образования осталась только в Севастополе (при Черноморском флоте и приходе св. Владимира в Херсонесе).
Активной деятельностью по консолидации и политизации украинского населения в России занимается также Римско-католическая церковь. Показательным является тот факт, что в поставлении нового католического епископа в Иркутске участвовал один из самых активных деятелей Украинской греко-католической церкви епископ Василь Медвид, заявивший в интервью Львовской греко-католической газете «Вiрую» о том, что «в Сибири проживают 10 млн. потенциальных греко-католиков». Деятельность подавляющего большинства украинских организаций в России отличается антирусским экстремизмом, подпитываемым и поощряемым Украинским государством. Так, в «географическом атласе истории Украины» для 5-го класса средних школ «украинскими этническими территориями» объявлены Кубань, Дальний Восток и Омская область. А территориальные претензии на Кубань, часть Воронежской, Брянской областей включены практически во все учебники истории и картографическую продукцию, издаваемую на Украине.
Антирусскими и антироссийскими выпадами наполнены, к сожалению, украинские печатные издания, ими изобилуют многие речи, звучавшие на втором съезде украинцев России в 1997 году. Так, постоянные антирусские выпады главы Союза театральных деятелей Украины Леся Танюка на втором съезде украинцев России вынудили официальных лиц России, присутствовавших на съезде, поставить вопрос о дальнейшем своем пребывании на данном собрании. А 23 августа 1998 года в газете «Вечерний Киев» было опубликовано обращение председателя Организации украинских националистов города Москвы Виктора Гуменюка «Церковь Московского Патриархата не имеет права на существование на Украине». Все эти действия остаются абсолютно безнаказанными со стороны российского государства.
В жестком антироссийском ключе строит свою деятельность и Украинский институт в Москве. В августе 1998 г. прошла международная конференция «Украинские вопросы в России, призванная в очередной раз продекларировать основной тезис украинских националистов о якобы имевшем место «многовековом» геноциде Украины со стороны России, имеющая целью идеологическое обоснование погрома русской культуры на Украине и требование от России все новых и новых уступок. Весной 2000 года состоялся десант представителей украинских националистических организаций в Тюменскую область с соответствующей миссией.
Совсем иначе обстоит дело с русской культурой на Украине. В этом государстве нет ни русского университета, ни хотя бы одной русской национально-культурной автономии.
В Киеве выделено место под строительство русского центра на улице Гончара площадью 700 кв. метров. Однако, этот район Киева совершенно неравнозначен московскому Арбату (адекватными ему являются Крещатик, Красноармейская улица; как минимум — Андреевский спуск). Землеотвод явно уступает по площади Украинскому культурному центру на Арбате. Несмотря на имеющийся землеотвод, до сих пор не создана дирекция Центра, не начато даже проектирование.
Русские, составляющие 22% населения (11,6 млн. человек), всегда были и остаются крупнейшим народом на территории Украины, фактически, они, наряду с украинцами — государствообразующая нация. Наибольшее количество русских проживает в Крыму (67% населения), в Донецкой и Луганской областях (более 55% в каждой соответственно), в Харьковской и Днепропетровской (более 55% в каждой соответственно), в Новороссии. Благодаря высокой урбанизированности русские составляют большинство в крупнейших промышленных центрах Украины и значительные общины во всех крупных городах. Около 30% всех жителей городов Украины — русские.
О степени воздействия русского языка на городскую культуру страны говорят такие цифры: свыше 54% украинцев считают себя русскоязычными, а 72% полагают, что им необходимо знание русского языка, газеты на русском языке читают 83% русских и 71% украинцев (т.е. практически все горожане и часть сельских жителей), в то время как украиноязычную прессу читает лишь 35% украинцев и 7% русских.
Русский язык во всех законодательных актах Украины, начиная с Конституции, демонстративно игнорируются. Попытки придать ему статус второго государственного языка неизменно блокируются, хотя, по опросам населения, 40% считают такой статус необходимым (против этого — только 18%). Правительством Украины передан 01.07.97 г. в Верховную Раду официально разработанный Госкомнацмиграции очень жесткий законопроект «О развитии и использовании языков на Украине», согласно которому сфера действия русского языка ограничивается максимально. В частности, СМИ, вещающие не на государственном языке, могут быть оштрафованы «за неиспользование государственного языка в случаях, когда его использование предусмотрено законодательством Украины о языках как обязательное» (ст. 30) и лишены лицензий. Планируется также введение штрафов за неиспользование государственного языка: для рядовых граждан — 50 гривен, а для руководителей — 120. В законопроекте, среди прочего, говорится: «Государственным языком на Украине является украинский язык… Государственный язык является обязательным для использования в деятельности государственной власти и органов местного самоуправления, объединений граждан, партий, организаций, а также предприятий независимо от форм собственности…» (ст. 1); «Передачи государственного телевидения, радио, а также издание средств массовой информации органов государственной власти и местного самоуправления осуществляются на украинском языке…. Объем украиноязычной информации на негосударственных теле- и радиоканалах должен составлять не менее 70 процентов от общего объема эфирного времени, оговоренного при выдаче лицензии» (ст. 21); «Государство обеспечивает право граждан Украины на получение образования на украинском языке. Языком обучения и воспитания в дошкольных, средних, профессионально-технических и высших государственных и общественных учреждениях является украинский язык» — при этом право получения полноценного образования на родном языке для нацменьшинств не только не гарантируется, но забота об этом перекладывается на «национальные культурные товарищества» (ст. 17). И т.д. Фактически, в случае принятия данного закона, система образования на русском языке будет на Украине уничтожена полностью, а сфера обращения русского языка — предельно сужена.
Законопроект основан на разработках ультра-националистической «руховской» организации — Всеукраинского общества «Просвiта», проведшего 22.11.96 г. по инициативе президента Кучмы круглый стол с характерным названием «Государственный язык — информационное пространство Украины». В «Рекомендациях» круглого стола указано на необходимость «утверждения полноценного функционирования государственного языка и целенаправленного уничтожения негосударственного». Под последним понимается русский язык, использование которого в СМИ «своими негативными последствиями представляет не меньшую угрозу национальной безопасности Украины, чем пропаганда насилия, проституции, а также различные формы антиукраинской пропаганды». Вскоре — 05.12.96 г. — президент Кучма издал поручение различным государственным инстанциям о финансовом и административном обеспечении «Просвiты», ее программ, рекомендаций и инициатив, в том числе языковых. Сегодня «Просвiта» — монополист в издании учебников. А кабинет министров издал постановление N 998 от 08.09.97 г. «Об утверждении комплекса мероприятий по всеобъемлющему функционированию и развитию украинского языка», где четко сказано: «Осуществить серию мероприятий по пропаганде разъяснению проекта закона о языках» (раздел II).Новым этапом в политике тотальной дерусификации стала деятельность правительства В. Ющенко, все идеологические и гуманитарные посты в котором заняли исключительно последовательный сторонники дерусификации -в первую очередь- вице-премьер по гуманитарным вопросам Николай Жулинский, председатель Госкомитета по делам информационной политики Иван Драч. В течение 1999−2000 г. г. был принят ряд законодательных актов, направленных на полное вытеснение русского языка из всех сфер жизни Украины. Речь идет о постановлении КС Украины от 14 августа 1999 «
24 декабря 1999 года произошло весьма важное событие: Верховная Рада ратифицировала Европейскую Хартию региональных языков или языков меньшинств. Знаменательно, что это событие не нашло отражения в украинской прессе, контролируемой в основном властями. А ведь Хартия, принятая в 1992 г., является одним из основополагающих документов Совета Европы! И именно из-за не ратификации этой Хартии у Украины возникали проблемы с Советом Европы. Об этом «свободная украинская» пресса тоже умалчивала, сделав вид, что основной причиной разногласий является не отмененная на Украине смертная казнь. На основании ратификации Европейской Хартии Верховная Рада приняла Закон «О ратификации Европейской Хартии региональных языков или языков меньшинств». Тут, как говорится, в бочке меда появилась ложка дегтя. Совет Европы установил определенные правила для стран, ратифицирующих Хартию, согласно которым в законе о ратификации Хартии, принимаемом парламентом, основные ее статьи остаются, и изменения в них вносить запрещается.
Украинские законодатели, очевидно в угоду национал-радикалам, в течение трех лет ведших яростную борьбу против ратификации Хартии, внесли некоторые изменения именно в те статьи, в которые их вносить запрещается. Это может послужить причиной непринятия Советом Европы такой ратификации. Однако даже в урезанном виде этот Закон делает русский язык практически официальным почти на всей территории Украины. Не вдаваясь во все нюансы Закона, можно отметить, что в п. 5 Закона написано следующее: «При применении положений Хартии не допускается сокращение сети образовательных, культурных и других учреждений, в функционировании которых применяются языки национальных меньшинств».
Этот Закон должен был вступить в силу вначале мая, т. е. через три месяца после ратификации и передачи его в Совет Европы. Но после «парламентской революции» и создания так называемого «парламентского большинства» процесс отправки Закона в Совет Европы затянулся по вине правящего националистического большинства. Она не отправлена по сей день.
Пока окончательное утверждение ратифицированной Хартии остается под вопросом, документ, диаметрально противоположный европейским принципам, принял Конституционный Суд Украины. В Суд обратилась группа депутатов-руховцев с вопросом о невыполнении ст. 10 Конституции Украины и Закона о языках. Конституционный Суд Украины принял в декабре 1999 года печально известное постановление о функционировании украинского языка.
В своем отдельном мнении член Конституционного Суда Украины А.М. Мироненко убедительно доказал, что Конституционный Суд вообще не имел право принимать это дело к рассмотрению, так как депутаты поставили перед судом не юридический, а политический вопрос. Таким образом, Конституционный Суд нарушил п. 6 Конституции Украины. Тем не менее, несмотря на другие, не менее существенные замечания, Суд пошел на поводу у властей и принял явно политическое решение, где статья 10 Конституции Украины, звучащая: «Государство обеспечивает всестороннее развитие и функционирование украинского языка…», трактуется так: «Украинский язык, как государственный, есть обязательным средством общения…». Даже не юрист, очевидно, поймет, что между «обеспечением всестороннего развития и функционирования» и «Обязательным средством общения» огромная пропасть. Более того, можно ли в демократической стране говорить об «обязательных средствах общения»?
Если, при всей абсурдности, решение Конституционного Суда имеет, в известной мере, информационно-рекомендательный характер, то проект постановления правительства Украины «Про дополнительные меры функционирования украинского языка, как государственного», в случае его утверждения в нынешнем виде, практически полностью противоречит всем без исключения статьям Европейской Хартии и грозит поставить большую часть населения Украины, считающую родным языком русский, в дискриминационное положение, не смотря на то, что они являются такими же налогоплательщиками, как и украинцы. Наиболее сурово постановление относится к государственным служащим, которые должны сдать экзамен по украинскому языку, что дает возможность для «тихой» дискриминации по национальному признаку. Более того, им практически запрещено общаться на русском языке на территории их учреждений даже в частных беседах. Постановление предусматривает приведение сети учебных заведений в соответствие с этническим составом населения. Весьма интересный нюанс. Это теперь во Львове вместо 5 русских школ будет, согласно этническому составу населения, 20 русских школ, а в Киеве — не 10, а 60?
Этот документ нарушает главное право человека — право выбора, неотъемлемое право любого демократического общества. Такой принцип решения национального вопроса — грубейшее нарушение всевозможных международных конвенций и деклараций, в том числе и вышеупомянутой Европейской Хартии.
Далее постановление регламентирует режим вещания государственных теле- и радиокомпаний. Если исходить из принципа пропорциональности, который используют авторы постановления в выгодных для них моментах, на государственном телевидении и радио должно от 25% до 50% времени использоваться на вещание на русском языке. .
Не совсем понятно, что имеют в виду авторы под «дерусификацией спорта и туризма». 95% спортсменов Украины русскоговорящие.
Авторы постановления хотят ввести регулирование концертной деятельности зарубежных исполнителей и коллективов.
Весьма симптоматично, что текст постановления не был полностью опубликован в прессе. По неофициальным данным, текст постановления значительно жестче, чем те фрагменты, которые появились в СМИ.
Украина рассматривает защиту информационного пространства, трактуемую в духе «Просвiты», как важнейшую задачу безопасности страны, что отражено в принятой в феврале 1997 г. Концепции национальной безопасности. Приняты жесткие законы «Об информации», «О телерадиовещании», «О печатных СМИ», готовятся законопроекты «Об информационной деятельности органов государственной власти и органов местного самоуправления», «О международном информационном обмене», «О поддержке национальных производителей телепрограмм и печатных СМИ», «О спутниковом и кабельном телевидении», а также и другие законы, президентские указы и правительственные инструкции. Все они нацелены против влияния российских СМИ, против русского языка, все они наносят ущерб интересам русскоязычного населения Украины.
Репрессии против российских СМИ носят направленный, плановый характер. В 1992 г. прекращена трансляция «Радио-1». В 1994 г. прекращена трансляция на территории Украины в диапазоне средних волн радиостанции «Маяк». С 1994 г. из зоны уверенного приема на Украине было исключено РТР, с сентября 1995 г. на Львовщине — ОРТ. В октябре 1996 г. было прекращено прямое вещание ОРТ на всей Украине. Все попытки зарегистрировать русскоязычные телекомпании в Крыму или Закарпатье наталкиваются на жесткое сопротивление украинских чиновников-националистов.
Более, чем в три раза сократилось в 1991 — 1997 гг. количество русскоязычных театров на Украине: с 43 до 13.
По рапортам Минстатистики Украины в 1996/1997 учебном году действовало украинских и русскоязычных учебных заведений соответственно: в Львовской области — 1375 и 5 (а еще недавно было 24); Хмельницкой — 1021 и 0; Тернопольской — 900 и 0; Ровенской — 762 и 0; Волынской — 824 и 1; Ивано-Франковской — 727 и 1, Винницкой — 1032 и 3; Житомирской — 885 и 3; Киевской — 752 и 1; Черкасской — 658 и 1. На Западной Украине такое снижение оправдать нельзя (там живет, свыше 300 тыс. русских), хотя можно объяснить. Но как объяснить положение с традиционно русскоязычными регионами, где происходит такое же катастрофическое сокращение школ с обучением на русском языке? Как объяснить, что в Киеве, где проживает 600 тыс. русских и 90% жителей говорит на русском языке, начиная с 1991 г. количество русскоязычных школ сократилось более чем в 7 раз? (Сейчас там только 11 русскоязычных школ, а было в 1990 г. — 155; с нового 1997 учебного года закрыто 47 русских классов, а после акций протеста русской общины Киева вновь открылось только два из них.
Необходимо остановиться на эпизодах террора, морального и физического, который с попустительства властей осуществляется в отношении русских школ. Так, в 1993 г. во Львове в ночь с 5 на 6 сентября боевики национал-социалистической партии Украины разбили в русских школах окна, испещрив стены антирусскими надписями и листовками. Виновные наказания не понесли. Был избит и вынужден покинуть Ивано-Франковск директор так и не открывшейся русской гимназии. Против руководителя ассоциации «Русская школа» А. Поздняковой было возбуждено уголовное дело, ее незаконно уволили с работы (восстановили по суду). Директор львовской школы N45 В. Кравченко приобрел учебники и пособия в России, однако таможня, а затем Миннац и Минобразования не пропустили их в страну. Эти эпизоды характерны, но не единичны.
На Украине не осталось ни одного (!) вуза, имеющего официальный статус русскоязычного. Все вступительные экзамены в вузы идут, как правило, на государственном, т. е. украинском языке. Это заставляет родителей отдавать детей в украинские школы, де-факто нарушая их право на образование на родном языке. За государственный счет открываются бесплатные украинские гимназии, лицеи и курсы, облегчающие поступление в вузы. Аналогичные заведения с русским языком преподавания есть, но частные и платные.
Дискриминация детей по языковому признаку коснулась даже самых маленьких. Так, процент детей, имеющих возможность посещать русскоязычные сады, за последние 7 лет сократился с 70% до 1%. Это особенно страшно: малышей лишают национальной идентичности с первых же лет сознательной жизни.
Отметим, что во всех школах и вузах преподавание гуманитарных дисциплин, в первую очередь истории, ведется с отчетливо антироссийских позиций. Так, только Фонд Сороса выпустил более 90 наименований (!) учебников и пособий по истории (подготовленных, в основном, канадской диаспорой), где Россия изображается главным историческим противником Украины.
В течение 1995 — 96 гг. Государственным комитетом по делам национальностей и миграции разработаны целевые программы «украинизации» Закарпатья, Крыма, Новороссии, г. Киева. В этих программах предлагается целый комплекс мер — поэтапное сокращение преподавания на русском языке, различные санкции за его употребления, финансовое удушение русской культуры, административные репрессии, кадровая политика. (Добавим, что за 1991 — 1995 гг. в СМИ прошли этнические чистки с целью избавления от русских и русскоязычных журналистов.)
Этнокультурное противостояние, навязанное «галицийским лобби» населению Украины, ярко проявляется в спровоцированных им же гонениях на Украинскую Православную Церковь Московского Патриархата. С помощью боевиков УНА-УНСО у УПЦ МП аннексировано около 400 храмов, Кафедральный Владимирский собор в Киеве, резиденция митрополита, реквизированы банковские счета (в основном в Галиции, Волынской и Киевской областях) и т. д. В 1997 г. Киевский горсовет передал своим постановлением часть Киево-Печерской лавры Киевскому Патриархату, отобрав ее у УПЦ МП. В настоящее время на Украине насчитывается еще около 300 «горячих точек» — храмов, намеченных националистами к незаконной экспроприации.
Следует напомнить, что этнокультурное противостояние порой приобретает военный характер: так, 24.10.95 г. во Львове был обстрелян и подожжен русский культурный центр. Виновных «не нашли». Следующая попытка имела место 4 октября 1998 г. 2000 год стал временем новой атаки на русское присутствие в Галиции. Поводом для новой антирусской кампании послужила смерть львовского украиноязычного поп-певца Игоря Билозира в мае 2000 г., наступившая вследствие пьяной драки, начавшейся из-за В ответ прошла серия антирусских манифестаций, сопровождавшихся беспорядками в городе. В результате Львовский и Дрогобычский горсоветы п риняли дискриминационные постановления, запрещающие радиотрансляцию на русском языке и использование русского языка в магазинах и предприятиях питания. Безусловно, что данные акции проходили при молчаливом одобрении украинских властей, а конкретно-все тех же Жулинского, Драча, спикера ВР Ивана Плюща, премьера Ющенко. Важной причиной для эскалации антирусской кампании стали успехи русского бизнеса в Галиции, когда коммерческая ассоциация «Славяне», возгл. председателем Русского Движения Украины А. Г. Свистуновым, стала играть весьма заметную роль в регионе. Раздражение вызвало и создание Межнационального форума Украины, в котором именно вокруг русских объединяются основные нацменьшинства Украины и ее западного региона- более 700 тыс. закарпатских рсинов, ок.200 тыс. венгров, ок.100 тыс. буковинских румын. Их консолидация вокруг русского движения способна достаточно серьезно повлиять на расклад сил .
Участники круглого стола в Харькове в январе 1997 г. с полным правом охарактеризовали ситуацию, сложившуюся на Украине вокруг русского языка, русской культуры и образования как «культурно-языковую войну против большей части собственного народа», осуществляемую с сознательным попранием собственной Конституции, неисполнением собственных законов и игнорированием международных обязательств Украины». С тех пор изменения были лишь в сторону ухудшения.
Особо следует остановиться на культурно-языковом насилии, творимом украинскими властями в наиболее плотно населенном русскими людьми регионе: в Крыму. Русский язык считают родным 82,6% крымчан, а свободно владеют им 97%. Украинские СМИ уверяют, что большинство русских крымчан — мигранты, но это — ложь: в действительности русские составляют 78,7% от родившихся в Крыму жителей. Украину же считают своей родиной только 11% крымчан. В силу сказанного культурно-языковая дискриминация русских и русскоязычных людей в Крыму носит особенно вопиющий характер.
В последние годы количество часов, отведенных в школах Крыма на изучение русского языка и литературы, уменьшилось на 35%. Русская литература включена в общую программу заодно и наравне с западноевропейской, американской, восточной и африканской литературами. В выпускном, 11 классе соотношение времени на изучение русской и украинской филологии равно 1:3. Русскоязычные школы в Крыму еще есть, но назвать их русскими нельзя: русская история в них не преподается, а украинская преподается с антирусских и антироссийских позиций. 27 августа 1997 г. Совет министров Крыма принял постановление «О программе развития сети общеобразовательных учреждений, классов с украинским, крымско-татарским языками обучения, школ и классов с двумя языками обучения»; но русскоязычные школы там даже не упоминаются.
15 декабря 1997 г. зам. министра культуры Украины В. И. Рожок выслал в соответствующие крымские инстанции представление, в котором, ссылаясь на поручение Кабинета министров Украины от 27.11.97 г. потребовал предоставить график перевода всех высших учебных заведений Крыма на украинский язык преподавания. Наряду с резким сокращением русских историко-филологических программ идет и соответствующее сокращение штатов: педагоги вузов, в том числе имеющие ученые звания и степени, вынуждены покидать стены учебных заведений, а порой и вообще Республику Крым. На филологическом факультете Симферопольского университета из 25 сокращенных ставок 23 приходится на отделение «Русский язык и литература».
Киев, опираясь на свои креатуры в административном слое, ведет настоящее наступление на русский язык и культуру в Крыму. Так, 20.08.97 г. начальник Главного управления юстиции Министерства юстиции Украины в Крыму Е. Скисов издал предписание (N1230/0112) всем нотариальным конторам в срок до 01.10.97 г. перевести все делопроизводство и оформление нотариальных документов на украинский язык. Вслед за тем, 15.10.97 г. Верховный Совет Крыма сделал попытку отстоять право крымчан говорить и писать на родном языке: принял постановление (N1337−1) «О функционировании русского языка на территории Автономной Республики Крым». Согласно этому документу официальным языком и языком делопроизводства на территории полуострова следует считать русский язык, а язык обучения должен определяться с учетом права граждан на свободный выбор.
Однако прокурор Крыма В. Шуба, вслед за сердитым окриком президента Кучмы из Киева, заявил (представление N7−399 от 27.10.97 г.), что упомянутое постановление ВС Крыма не соответствует Конституции и законам Украины, и указал, что языком работы, делопроизводства и документации, а также взаимоотношений различных органов, предприятий, учреждений и организаций повсеместно на Украине является украинский язык, а ВС Крыма не вправе определять ни язык делопроизводства, ни язык обучения на вверенной ему территории. (Аналогичное постановление законодательного собрания русскоязычного Харькова также блокировано прокуратурой.).
Антирусская кампания в Крыму, проявляющаяся в области образования и культуры, имеет характер не временной, а постоянной, централизованно спланированной акции. Она инспирируется высшей властью Украины, как законодательной, так и исполнительной. Понимая, что среди русских людей в Крыму она не много найдет верных исполнителей своей политики, центральная власть ищет опору либо в своих ставленниках (преимущественно украинцах), либо в представителях нацменьшинств. В частности, 31.07.96 г. Кабмин Украины направил правительству Крыма письмо 14 056/2 «О мерах, направленных на идеологическое обеспечение статуса Крыма как составной части Украины». План мероприятий в русле этой директивы был разработан под руководством вице-премьера АРК, татарина И. Умерова. Все его многочисленные остроумные предложения направлены на форсированную украинизацию крымского культурного пространства и на развитие культур малых народов и национальных меньшинств; единственный народ, который, в соответствии с этим планом, не вправе рассчитывать на какую-либо поддержку своей национальной культуры — это, разумеется, русские.
Сразу после подписания Российско-украинского договора в мае 1997 г. Киев предпринял ряд усилий по борьбе с русским языком и культурой, в том числе в Крыму. В Севастополе и Симферополе за счет квартирного фонда этих городов предусматривается (и уже идет) размещение значительного количества идеологических работников из западных областей для «укрепления» средств массовой информации в Крыму. В уже упоминавшемся постановлении Кабмина от 08.09.1997 г. имеется пункт: «Утвердить план мероприятий в области активизации и расширения сферы деятельности украинского национально-культурного центра в Севастополе».
Следует обратить внимание на широко используемый украинской стороной аргумент об «огромном количестве издаваемых на русском языке газет и журналов». Дело в том, что содержание большинства из них направлено на создание из России «образа врага». Такой идеологии придерживаются крупнейшие «русскоязычные издания» — «Сегодня», «Факты», «Зеркало недели» и др. В то же время русские и пророссийские силы, в том числе УПЦ Московского Патриархата — крупнейшая конфессия Украины, насчитывающая 30 млн. приверженцев, практически лишены выхода на телевидение и радиовещание. По экономическим причинам приостановлен выпуск и без того немногочисленных русских газет — «Российская община Севастополя», «Братья славяне» — в Северодонецке, «Совесть» — во Львове.

СОСТОЯНИЕ РУССКОГО ДВИЖЕНИЯ НА УКРАИНЕ
Несмотря на широковещательные заявления официальной украинской пропаганды о снижении значимости русского фактора на Украине, это не соответствует действительности. О потенциале русского движения свидетельствует ряд мероприятий, предпринятых русскими организациями в 1999 г. В какой-то степени, этот год можно считать этапным в процессе консолидации русских.
Во-первых, это создание в мае 1999 г. Союза русских Тавриды, позволившее говорить о консолидации трех крупнейших русских структур Крыма — Русской Общины Крыма (В. Терехов), Русского Национального съезда (С. Шувайников) и партии «Союз» (В. Клычников).
Во-вторых, это проведение съезда Славянской партии в г. Донецке, состоявшегося 15 мая с.г. Влияние Славянской партии наиболее весомо в русскоязычных Донецкой, Луганской, Николаевской областях и в Крыму.
В-третьих, состоявшийся 22−23 мая 1999 г. I съезд русских Украины, который избрал Русский совет Украины. Преждевременно говорить о Русском совете Украины как об органе, представляющем все русские организации. Фактически он представляет объединение двух структур — Конфедерации русских организаций Западной Украины (президент — А. Г. Свистунов) и всеукраинского общества русской культуры «Русь» (председатель — В. И. Ермолова). В целом, проведение съезда стало важным качественным шагом вперед в консолидации русских организаций. И, что самое главное, съезд потребовал равноправия для русского языка. После съезда произошло некоторое размежевание структуры, возглавляемой В. Ермоловой, — Русского Совета Украины — и А. Свистунова, который в итоге создал и возглавил Русское Движение Украины (РДУ), которое видит именно как политическую, а не культурологическую организацию. В 1999—2000 годах отделения РДУ, работающие на профессиональной основе, (финансирование осуществляется через ассоциацию «Славяне»), были созданы во всех регионах Украины.
Далее следует отметить развитие Русской общины Украины (председатель К. В. Шуров) — организации, наиболее влиятельной в Киеве; в нее также вошел Конгресс Русских Общин Западной Украины; и деятельность партии «Союз» (В. Клычников, Г. Рычагов), опорными пунктами которой являются Крым, Харьков и Киев.
И, наконец, нужно учесть силу Украинской Православной Церкви Московского Патриархата. Она является крупнейшей (более 8000 общин) конфессией Украины, членами которой являются более 30 млн. человек. Паству УПЦ МП представляют как русские, так и пророссийски настроенные русскоязычные украинцы. По сути, УПЦ МП является единственной серьезной оппозицией антироссийскому, антирусскому курсу т.к. многочисленные русские общины и организации пока назвать влиятельной на Украине силой нельзя. Первым серьезным вызовом УПЦ Московского Патриархата стало заявление Собора епископата, духовенства и мирян Украины от 22 декабря 1998 г., в котором единогласно заявлено о недопустимости отделения от Русской Православной Церкви, и содержится беспрецедентно резкое по отношению к украинскому государству утверждение, что «…на Украине ведется борьба с самой православной верой. Государственная власть Украины считает борьбу с УПЦ Московского Патриархата приоритетной задачей. Новым сигналом к борьбе с РПЦ стало заявление президента Кучмы в январе 2000 года на торжественном заседании в дворце «Украина», посвященном двухтысячелетию христианства, о необходимости создания на Украине т.н. «Единой Поместной Церкви» путем объединения УПЦ Московского Патриархата с раскольническими группировками-«Киевским Патриархатом» и «Украинской автокефальной церковью» с прицелом на дальнейшую интеграцию с греко-католической (униатской) церковью. Вышеуказанные раскольнические группы разнятся своим происхождением- УАПЦ состоит, в основном, и з эмигрантских и проэмигрантских кругов, «Киевский Патриархат» — из лиц, близких к номенклатурной группе Кравчука и Плюща, провозгласившей независимость УССР в 1991 году. Очевидно, что объединение Церкви большинства — УПЦ МП с этими группировками противоречит церковному каноническому праву, воспринимается резко негативно большинством православных и поэтому не может быть осуществлено без массового насилия. Давление на УПЦ МП резко усилилось после Архиерейского Собора Русской Православной Церкви, состоявшегося 13−20 августа в Москве. Собор резко отрицательно прореагировал на политику украинских властей, направленную против Русской Церкви, существенно ограничив автономию Украинской Православной Церкви Московского Патриархата, наиболее радикально промосковские епископы — Тульчинский Ипполит (Хилько) и Каменец-Подольский Федор (Гаюн) выступили с предложением вообще ликвидировать автонмный статус и само название УПЦ, вернув ее в положение Украинского Экзархата Русской Православной Церкви. Естественно, это была заявка на дальнейшую стратегию украинской политики РПЦ. Участники Собора единогласно проголосовали за поправку в Уставе РПЦ, согласно которой священники с Украины имеют право аппеляции к Московскому Патриарху по всем спорным вопросам. В преддверие Собора Священноначалие УПЦ МП предприняло попытку создания собственной политической силы. Состоялся учредительный съезд политической партии «Путь православных» имени Святого Владимира (в последующем предполагается переименовать ее в Партию Православных). В руководство движения вошли советник митрополита Владимира (Сабодана) по экономике и безопасности Сергей Цыганков, председатель Русской общины Украины Константин Шуров, один из основателей парламентской фракции «В поддержку канонического Православия» ВР 12 созыва Юрий Болдырев и др. Сразу по окончании Архиерейского Собора РПЦ ряд государственных деятелей Украины начали новую кампанию нападок на Московский Патриархат. Вице-премьер Николай Жулинский завил, «что ничего другого от Патриарха Алексия он не ожидал», а спикер ВР Иван Плющ, создававший в 1992 году т.н. «Киевский Патриархат», — «позиция государства ясна — это создание Украинской Поместной Церкви» и заявил о «неконструктивной позиции Московского Патриархата». Очевидно, что кампания против УПЦ Московского Патриархата будет нарастать.
Карпаторусский вопрос. Незаслуженно забытым остался карпаторусский народ (русины), населяющий Закарпатскую область (более 700 тыс. человек). Русины идентифицируют себя как часть русского мира, находятся в жесточайшей оппозиции галицийскому шовинизму. В 1944 году делегация карпаторусских религиозных, культурных и общественных деятелей во главе с духовным лидером русинов православным священником Алексием (Кабалюком) специально ездила в Москву с требованием присоединения Карпаторусской республики к РФ и протестом против присоединения к Украине. Однако, коммунистическая власть проигнорировала эти требования и карпатороссы были подвергнуты принудительной украинизации. 1 сентября 1991 года в Закарпатье прошел местный референдум об автономном статусе края, 72% ответили утвердительно. Однако власти не только не признают результатов этого референдума, но отказывают русинам в праве на национальную идентичность, несмотря на то, что русины признаны как нация в подавляющем большинстве европейских стран. Подкарпатская Русь является западным форпостом РПЦ — здесь более 700 приходов и 20 монастырей. Духовным и политическим лидером русинов является православный священник Димитрий Сидор — настоятель кафедрального собора в Ужгороде. В крае имеется около 20 русинских общественных и культурных организаций.

ВЫВОДЫ
В нынешней российской политике ни русский, ни православный, ни русинский фактор практически не задействован. Между тем, политика форсированной украинизации может привести к денационализации в русских в местах их компактного проживания. Несмотря на максимальное сопротивление православных верующих, давление государства на УПЦ Московского Патриархата будет нарастать. Потеря Россией единственного мощного рычага духовного, идеологического и культурного влияния на Украине — УПЦ МП будет катастрофично. В частности, русское движение, лишенное мощного духовного базиса в лице Церкви будет обесточено. Отделение УПЦ от Московского Патриархата, создание «Независимой церкви» из бывших православных и ее последующая неизбежная интеграция с католицизмом навсегда выведет Украину из орбиты восточнохристианской цивилизации. Игнорирование русинского вопроса, являющегося чувстительной болевой точкой (причем, тщательно скрываемой) украинства, явится как предательством этого дружественного России православного народа, так и «преступной халатностью» с геополитической точки зрения.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru