Русская линия
Православие.RuСвященник Олег Булычев04.02.2015 

Пьянство и русские

«Не люби употреблять вино до опьянения, чтоб не лишиться веселия Божественного».

​Прп. Исаия Отшельник

Привязанность русских к пороку пьянства — давняя «притча во языцех». Особенно любима эта тема у иностранцев. Для большинства из них тот из русских не русский, кто равнодушен к алкоголю. Да и в самой России приходится нередко наблюдать, что страсть пьянства для некоторых людей — это своего рода добродетель, повод погордиться и умилиться этой сомнительной доблестью: «Ты не мужик, если не пьешь». Еще и соревнуются, кто кого перепьет… Да и сила духа, почему-то, измеряется у многих количеством потребляемого алкоголя.

Почти каждая семья в нашей стране может поведать о своих родственниках, павших жертвой алкоголизма. Также найдутся многие, которые расскажут, как в застольных компаниях на них смотрели, словно на больных и ненормальных, если они отказывались от употребления спиртных напитков. И как бы не стремились россияне выглядеть лучше в данном отношении, к сожалению, из года в год, из поколения в поколение все вышесказанное продолжает иметь место.

Мы, глядя на наших детей, надеемся, что они будут жить лучше нас, потому что, по любви к ним, хотим им светлого будущего, надеемся, что они учтут наши ошибки. Но молодежь почему-то с еще большим неистовством пленяется страстью алкоголизма. И вот, уже на наших глазах, алкогольная смерть стремительно молодеет. Видимо, одного желания добра своим детям недостаточно, их нужно воспитывать собственным правильным примером.

Ничто не вразумляет наш народ, хотя, казалось бы, столько уже было, да и регулярно случается, трагических и разрушительных последствий от пребывания в рабстве у этой страсти. Божок, или идол этой гнусности, которому поклоняются все неравнодушные к алкоголю, ненасытен в пожирании своих жертв, и делает это различным образом: мы знаем о об огромном количестве разрушенных семей, о детях и женщинах, пострадавших от домашнего насилия; многие русские люди умерли от отравления алкоголем, кто-то опился и замерз пьяный, кого-то убили в пьяной драке; не перестают погибать люди на дорогах по вине пьяных водителей.

Еще в XVII-м веке патриарх Филарет (Романов) запрещал отпевать умерших пьяниц, а хоронить их требовал за кладбищенской оградой, как самоубийц

Пьяная смерть всегда уродлива и нелепа, и сами же люди относятся с презрением к умершим от последствий собственного пьянства. Еще в XVII-м веке патриарх Филарет (Романов) своим указом запрещал отпевать умерших пьяниц, а хоронить их требовал за кладбищенской оградой, как самоубийц. И это не какое-то его личное самоуправство, а вполне нормальная и здравомысленная церковная традиция отношения к этому пороку: ведь немало известных церковных деятелей, помимо патриарха Филарета, пьяную смерть приравнивали к самоубийству. Эту церковную позицию еще более утверждают грозные слова апостола Павла: «Не обманывайтесь — пьяницы Царства Божия не наследуют» (1 Кор. 6: 10).

Обязательно скажут, что это очень жестоко, «средневековое мракобесие». А разве упиваться до потери человеческого образа, впадая в бессловесное состояние и оскорбляя в себе образ Божий, это не мракобесие, не жестокость к самому себе? Христиане считают смерть рождением в новую, вечную жизнь. А можно ли смерть пьяниц (захлебнувшихся в рвотных массах, замерзших в снегу, утонувших в придорожных канавах, убитых в пьяной драке, отравившихся суррогатом, погибших в ДТП, в котором по их вине погибли люди) назвать рождением в жизнь вечную? Ответ очевиден: если смерть есть некое важное таинство, соединяющее человека с блаженной вечностью, таинство, к которому каждый человек должен подойти во всеоружии духовного трезвения, то лютая погибель пьяницы есть глумление над таинством смерти, легкомысленное оскорбление замысла Божьего о человеке.

Если смерть есть таинство, соединяющее человека с блаженной вечностью, то лютая погибель пьяницы есть глумление над таинством смерти, легкомысленное оскорбление замысла Божьего о человеке

И чем такая смерть лучше обычного самоубийства? Разве не очевидно, что алкоголик медленно и постепенно умерщвляет самого себя? Многие священники из собственного опыта подтвердят, что им всегда неприятно идти на отпевание умершего пьяницы. Да, в наше время Церковь в отношении отпевания снисходит к этим людям ради того, чтобы родственники не забывали сами молиться об умершем. Но при этом совесть священника не молчит, она нередко обличает его за это потакание явлению, враждующему всегда против правды Христовой.

Снисходя к падшему нравственно человеку, Церковь Христова никогда не будет снисходительно относиться к самому пороку. Ведь пьянство и духовная жизнь несовместимы. Трезвенное внимание к собственной душе есть одно из необходимейших условий правильной духовной жизни всякого православного христианина. Недаром многие люди воспринимают как кощунство появление пьяного человека в храме.

Этот преходящий мир смотрит на пьянство как на одну из главных радостей в жизни человека, как на некую невинную слабость, без которой трудно представить любой праздник. При этом как-то забывается, сколько горя и несчастий эта «невинная слабость» приносит людям. Такое отношение к пьянству мир хочет привнести и в Церковь Христову. Встречаются и среди церковных людей такие, которые начинают смотреть на одержимых этой страстью как на неких страдальцев, несущих свой особый «крест» сродни юродству Христа ради.

Но Церкви чужды заигрывания с забывшим о Боге суетным миром. В лице лучших своих представителей она, жалея и плача о пленниках Бахуса, дает соответствующую правде Божией трезвую оценку страсти пьянства, предупреждает о ее страшных духовных последствиях.

Казалось бы, пьянство есть грубая, низменная и примитивная зависимость, которой могут быть подвержены люди различного общественного положения, но именно эта зависимость ярче всего выражает собой духовное заблуждение, называемое прелестью. При том, что пьянство само по себе уже есть жизнь во лжи, непрестанный самообман, деградация личности и умственных способностей, ко всему прочему, оно (именно по этим причинам) есть и самое удобное для нечистых духов средство прельщать и предавать вечной погибели заблуждающиеся души человеческие.

Красноречива история одного монаха-пустынника. Нечистый дух стал его прельщать тем, что, якобы перестанет нападать на него, если тот напоследок еще раз согрешит. Предложил ему на выбор убийство, блуд или упиться. Монах, рассудив, что убить человека или сблудить — явления совершенно недопустимые не только для монаха, но и для человека вообще, выбрал, как наименьшее зло, пьянство. Поверив демону, что недопустимо (видимо, он забыл историю грехопадения Адама и Евы), монах пошел в корчму и предался винопитию без меры. Последствия оказались трагичны: падшая плоть, почувствовав слабость хозяина, потребовала праздника и для себя. Монах там же, в корчме, соблазнился прелюбодейкой и пал с ней. Ее муж, заставший их во время преступления, напал на монаха. Началась драка, в которой монах убил мужа прелюбодейки.

Святитель Игнатий (Брянчанинов): «В одно мгновение погибают плоды долговременного подвига, потому что Дух Святой отступает от оскверненного грехом»

Увы, не вспомнил в минуту искушения монах о предупреждении апостола Павла: «Не упивайтесь вином, в нем же есть блуд» (Эф. 5: 18). Как будто об этой истории писал святитель Игнатий (Брянчанинов), с предостережением обращаясь ко всем христианам: «Когда подвижник подвергнется действию вина, тогда приступают к ослабевшему и омрачившемуся уму его супостаты, и ум уже не в силах бороться с ними. Связанный действием вина, он увлекается в пропасть греховную! В одно мгновение погибают плоды долговременного подвига, потому что Дух Святой отступает от оскверненного грехом».

Пьянство в содружестве с прелюбодеянием погубили и великого Предтечу Господня Иоанна. Гибель великого пророка нелепа и ужасна потому, что он был убит по приказу пьяного прелюбодея царя Ирода, потерявшего контроль над собой. Величие Иоанна Крестителя не заслуживало такой кончины, которая случилась во время этого пьяного застолья. Но она же, эта кончина, лучше всего и обличает все убожество и низость пьянства. Наверняка, протрезвев, Ирод неоднократно проклинал себя за случившееся.

Пьяный человек — это всегда доступная игрушка в руках демонов, а алкоголь — удобная проторенная дорожка к сознанию человека

Отсюда очевидно, что как малая искра огня взрывает бочку с порохом, так и неумеренность в винопитии легко поджигает чувственную часть души человека, выпускает на свободу многие злые и нечистые страсти, которые превращают человека в умалишенного. История падшего монаха, убийство Крестителя Иоанна и многие другие, увы, подобные им, и в наши дни не прекращающиеся трагедии, доказывают, что в состоянии опьянения человек способен на любое преступление, вплоть до кощунства и святотатства. Неслучайно же появилось распространенное в народе выражение «напиться до чертиков, или зеленых человечков». Оно отражает опыт реального общения с демонами. Пьяный человек — это всегда доступная игрушка в руках демонов, а алкоголь — удобная проторенная дорожка к сознанию человека. Бесы манипулируют пьяницей, как тряпичной куклой.

Поэтому не стоит поражаться цифрам современной статистики бытовых преступлений, произошедших во время или после пьяных застолий. Пьянство, также как страсть или болезнь (что в греческом языке обозначается одним словом «патос», отсюда происходит всем знакомое слово «патология»), изменяет сознание человека, искажает восприятие им окружающей действительности. Мало того, эта ужасная зависимость становится для ее жертвы чем-то естественным, что красноречиво выражено в крылатой латинской поговорке: «Привычка — вторая натура». А ведь известно, что страсть намного сильнее привычки. «Ужасный порок — пьянство! Это — страсть, недуг, входящий в телосложение послаблением пожеланию, принимающий от навыка силу естественного качества», — пишет святитель Игнатий.

Пьяница, часто не осознавая этого, всегда враждует против своего Творца, потому что, надев «розовые очки» благодаря алкоголю, он хочет убежать от совести и Бога в свою, подобную виртуальной, действительность. По всему видно, что его не устраивают жизненные обстоятельства, попущенные ему Промыслом Божиим. Неравнодушный к алкоголю человек — это всегда эгоист, вероломно попирающий свой долг заботы даже о самых беззащитных, близких и родных ему людях.

О духовных причинах происхождения пьянства, этой тяжелейшей формы прельщенного состояния человека, прекрасно говорит преподобный Георгий Затворник: «Уклонение от Истины неприметно передает нас сокровенному под цветами разновидных прелестей сопротивнику, дышащему пламенем страстей, коими оплетает он свои сети». Поэтому, чтобы одолеть эту страсть с гарантией невозвращения к ней, освободив от нее не только тело, но, прежде всего, душу, человек должен со всей решимостью воспользоваться богатейшим опытом духовного трезвения святых подвижников Церкви Христовой. «Когда очистим чувства наши от пристрастных удовольствий, тогда узрим в бесстрастии свет Божественный», — пишет преподобный Георгий Затворник.

Как бы ни был распространен миф о том, что пьянство — это наш национальный порок, история России говорит об обратном. Русский человек всегда славился своим талантом созидателя

Как бы широко ни был распространен миф о том, что пьянство — это наш национальный порок, история России говорит об обратном. Русский человек всегда славился своим талантом созидателя, творческими способностями. Многими свершениями в различных областях культуры прославилось каждое поколение русских людей, оставив нам в наследство великие шедевры архитектуры, иконописи и живописи, прикладного искусства, литературы. Пьющая же нация не могла бы себе позволить культуру такого высокого качества.

А сколько в русской истории было военных и политических побед, сделавших Россию самой большой страной в мире! Пьющий человек себя-то не может контролировать, народу же, который должен соблюдать в сохранности такие большие территории, пьянство, как неотъемлемое национальное свойство, просто противопоказано. Видно, никогда уже не прозреет западный мир, усыпленный собственной ложью о «пьяной России». Запад, восхищающийся шедеврами русской литературы, русским театром и балетом, зависящий от нашей космической науки, признающий Россию великой спортивной державой, до сих пор не постиг, что пьющему народу просто не под силу такие свершения!

Достаточно сравнить два эпизода из истории России, чтобы согласиться с тем, что пьянство есть явление, чуждое для настоящей русской жизни, что оно есть явление заимствованное и в определенный момент насильно навязывавшееся русскому обществу.

Во времена правления царя Михаила Федоровича Романова (1613−1645) каждодневное пьянство на Руси было запрещено. Давалось разрешение употреблять алкоголь всего лишь четыре раза в год: на неделе после Пасхи, после Димитриевской субботы, после Николина дня и на Масленицу. За питие в другое время полагался немалый штраф — два рубля.

Затем отношение к пороку пьянства еще более ужесточилось. На гостиных дворах в крупных торговых городах запрещалось содержать корчмы. С нарушителя брался большой штраф, его били кнутом и сажали в тюрьму. Наказанию подвергались и любители выпить. Замеченного в пьянстве в первый раз отводили в «бражную тюрьму», откуда можно было освободиться только по чьему-либо ходатайству. Замеченного в пьянстве второй раз снова сажали в тюрьму, но уже надолго. Иногда его водили по улицам, нещадно избивая кнутом. Так продолжалось до тех пор, пока виновный «не отставал от пагубной страсти». Если же и эти меры не помогали, то пьяницу помещали в тюрьму до самой смерти — «пока не сгинет». По воспоминаниям некоторых иностранцев, московские люди во времена царя Михаила соблюдали «великую трезвость».

Но уже его внук, царь Петр, своим подданным подавал совершенно обратный пример для подражания. Для собственной забавы он учредил «Всепьянейший собор», устав которого написал сам лично. В своей работе «О русском пьянстве, лени и жестокости» министр культуры России Владимир Мединский так описывает задачи «собора»: «Главное требование устава было просто: „Быть пьяным во все дни, и не ложиться трезвым спать никогда“. <…> Низости, творимые Петром и его сподвижниками, вполне подобны всему, что выделывали члены „Союза воинствующих безбожников“ в 1920-е годы. И с черепами на палках бегали, и матом орали в церкви, и блевали на алтарь… <…> Трезвых, как страшных грешников, торжественно отлучали от всех кабаков в государстве…»

Пример святых доказывает, что пьянство — это не норма для русского сознания, а его деградация, выпадение из духовной и культурной традиции Святой Руси

Нетрудно понять, каким страшным соблазном для простого народа явилось такое поведение главы государства. Поэтому и писал историк князь М.М. Щербатов, что «после Петра произошло повреждение нравов в России».

Главное богатство России — это ее святые, оставившие своему Отечеству великое духовное наследие, хранимое Православной Церковью. Они, подавшие пример высоконравственной, трезвенной и здравомысленной жизни, вместе с другими славными сынами России (воинами, государственными деятелями, учеными, писателями) являются образцом для подражания для каждого, осознающего себя русским, человека. Их пример доказывает, что пьянство — это не норма для русского сознания, а его деградация, выпадение из духовной и культурной традиции Святой Руси. Поэтому современным русским людям не надо искать утешения в вине, ведь им есть на кого опереться в трудную минуту.

http://www.pravoslavie.ru/jurnal/76 978.htm


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru