Русская линия
Православие.Ru Владимир Бурега15.05.2002 

КАФЕДРАЛЬНЫЙ СОБОР СВВ. КИРИЛЛА И МЕФОДИЯ В ПРАГЕ

Адрес: katedralni chram sv. Cyrila a Metodeje, Resslova 9, 120 00 PRAHA 2, telefon 224 920 686.
Настоятель: протоиерей Ярослав Шуварски (mitr. prot. ThDr. Jaroslav Suvarsky), Kladenska 22/557, 160 00 PRAHA 6, telefon 235 350 771.
Православный кафедральный собор Чешской епархии расположен в центре Праги на Рессловой улице. Внешний вид храма, имеющий яркие черты чешского барокко, свидетельствует о долгой и непростой истории собора.

ЧЕШСКОЕ ПРАВОСЛАВИЕ ПОСЛЕ 1918 ГОДА И ПРОБЛЕМА ХРАМА
До 1918 года Чешские земли (Чехия, Моравия и Силезия) входили в состав Австро-Венгерской монархии, и потому господствующее положение здесь занимала Римско-католическая Церковь. При этом с середины XIX века в годы наибольшего подъема чешского национального Возрождения среди чехов наблюдается определенный интерес к православию, как к религии большинства славянских народов. В 1868 году Русской Православной Церковью был взят в аренду на 30 лет храм святого Микулаша (святителя Николая) на Староместской площади в Праге. В 1874 году состоялось освящение этого храма, после чего здесь регулярно совершались православные богослужения, хотя и с некоторыми ограничениями (запрещалось вывешивать на стенах храма объявления о времени богослужения и совершать на площади крестные ходы). Никольская церковь была тогда единственным православным храмом в столице Чехии.
После начала первой мировой войны австрийские власти начали преследование православных. Храм святого Микулаша в Праге был отнят у Православной Церкви и обращен в католический военный костел[i]. В годы войны богослужения и требы для православных жителей Чешских земель совершали румынские военные священники[ii]. Таким образом, к моменту провозглашения независимой Чехословацкой республики (28 октября 1918 года) православных храмов в Праге не было.
Сразу же после распада Австро-Венгрии и образования Чехословакии православные чехи, проживавшие в Праге, стали пытаться вернуть в свое распоряжение Никольский храм. Но эти попытки не увенчались успехом. В октябре 1920 года Чешское отделение государственного учреждения по охране памятников высказалось против передачи костела Православной Церкви. 7 октября 1920 года это учреждение сообщило в Министерство образования и народного просвещения Чехословакии, что новое переоборудование церкви святого Микулаша в православный храм «означало бы искажение не только костела в целом, но и отдельных внутренних деталей, что с точки зрения охраны памятников должно быть признано акцией насильственной и в культурном государстве недопустимой». После этого Министерство образования и народного просвещения обратилось в Президиум Пражского городского совета с просьбой не допустить передачи храма святого Микулаша Православной Церкви, «ибо необходимой установкой иконостаса интересный барочный интерьер костела был бы полностью разрушен"[iii].
Никольский храм в 1920 году был передан в аренду отколовшейся от Рима Чехословацкой Церкви, которая в последствии дала согласие на совершение в храме православных богослужений, но в очень неудобное время. К тому же преимущественное право на совершение этих служб было признано не за чешской, а за русской эмигрантской православной общиной. Поэтому для православных чехов проблема создания в Праге своего храма стала одной из наиболее актуальных.
Справедливости ради следует отметить, что государственные органы Чехословакии не были принципиально против открытия в Праге новых православных храмов. Учреждение по охране памятников предлагало вместо костела святого Микулаша передать в распоряжение Православной Церкви какой-либо другой недействующий костел. Например, православным предлагалось взять в пользование храм святого Вацлава или храм святого Карла Боромейского на Здеразе (na Zderaze)[iv]. Эти церкви, по мнению учреждения, без особых искажений интерьера можно было приспособить для православного богослужения. Именно храму святого Карла и было суждено стать пражским православным кафедральным собором.

ХРАМ СВЯТОГО КАРЛА БОРОМЕЙСКОГО
Этот католический костел был построен в 1730—1736 годах выдающимся мастером чешского барокко Килианом Игнацем Динценгоффером. Храм был освящен в честь святого Карла Боромейского, прославившегося подвигами милосердия в годы эпидемии чумы. Поэтому в его интерьере и сегодня можно видеть фрески, на которых изображены сцены из жития святого Карла. Эти росписи принадлежат перу немецкого художника И. А. Схопфа. При церкви действовал приют для престарелых священников, которые в большинстве своем находили последнее упокоение в просторной крипте храма. Костел и прилегавшие к нему строения приюта занимали большую часть современной Рессловой улицы, соединяющей Карлову площадь с набережной реки Влтавы. В 90-е годы XIX века во время реконструкции этой улицы был существенно понижен уровень грунта и закрыт первоначальный вход в храм с южной стороны. Тем не менее, кованные барочные двери остались на прежнем месте. С тех пор войти в храм можно только с западной стороны, и этот вход расположен на значительном возвышении по отношению к уровню Рессловой улицы.
Однако храм святого Карла был действующим католическим костелом менее пятидесяти лет. Уже в 1783 году декретом императора Иосифа II приют для престарелых священников был закрыт, а храм обращен в военный склад. В 1871 году здания бывшего приюта закупила Высшая техническая школа. Храм сначала был переоборудован в лекционный зал, а затем обращен в технический музей. Здесь была установлена наглядная модель сахарного завода[v].
После провозглашения независимости Чехословакии учреждение по охране памятников стало выказывать озабоченность судьбой церкви святого Карла. Учреждение признавало, что размещение здесь технического музея приносит храму большой вред. Интерьер был сильно поврежден и требовал капитального ремонта. Поэтому государство, высказывая согласие на передачу храма православным чехам, готово было всячески помогать им в деле его реставрации.
Однако прежде чем костел святого Карла стал православным храмом, прошло почти пятнадцать лет.

ЧЕШСКАЯ ПРАВОСЛАВНАЯ ОБЩИНА В 1920-Е ГОДЫ
Православные чехи после провозглашения независимости Чехословакии объединились в Чехословацкую православную общину, которая в 1922 году была преобразована в Чешскую религиозную православную общину. Председателем последней стал доктор права Милош Червинка, а духовным руководителем — архимандрит Савватий (Врабец). С другой стороны, отколовшаяся от Рима в январе 1920 года Чехословацкая Церковь начала переговоры с Сербской Православной Церковью о своем возможном присоединении к православию. В результате в сентябре 1921 года в Белграде состоялась архиерейская хиротония Горазда (Павлика) во епископа Моравского и Силезского. Однако Чешская религиозная православная община, хотя сначала и признавала над собой каноническую власть Сербской Церкви, на рубеже 1922−1923 годов начала переговоры с Константинопольским патриархом Мелетием о епископской хиротонии архимандрита Савватия. В результате 4 марта 1923 года в Константинополе отец Савватий был рукоположен во архиепископа Пражского и всей Чехословакии, а доктор Милош Червинка в протопресвитера. Это событие положило начало затянувшемуся на несколько лет спору о юрисдикции Православной Церкви в Чехословакии. Этот спор отодвинул на второй план все остальные вопросы церковной жизни, в том числе и проблему создания чешского православного храма в Праге. К началу 1926 года победу в юрисдикционном споре одержали сторонники Сербской Православной Церкви во главе с епископом Гораздом, который 22 ноября 1925 года был избран новым духовным руководителем Чешской религиозной православной общины. Чехословацкое государство также признало законной на территории республики сербскую церковную юрисдикцию. В феврале 1926 года у архиепископа Савватия и протопресвитера Милоша Червинки было изъято все делопроизводство и передано в руки епископа Горазда. С этого времени чешская община вновь начинает активно заниматься вопросом открытия в Праге своего храма.
Сначала владыка Горазд пытался получить от властей разрешение на совершение богослужений в Никольском храме на Староместской площади. Однако руководство Чехословацкой Церкви во главе с доктором Карелом Фарским высказалось против этого. 30 апреля 1926 года Совет старейшин[vi] Чехословацкой Церкви при храме святого Микулаша направил письмо епископу Сергию (Королеву), главе русского эмигрантского прихода в Праге, в котором настаивал на том, «чтобы богослужения в храме св. Микулаша совершал только русский епископ, и ни при каких обстоятельствах не было позволено совершать богослужения ни архиепископу Савватию, ни епископу Горазду». В случае невыполнения этого требования Совет старейшин угрожал епископу Сергию полным запретом на совершение в храме православных служб[vii]. Таким образом, с мая 1926 года в Никольском храме богослужения мог совершать только русский приход.
При этом после выборов епископа Горазда духовным руководителем чешской общины у русского прихода сложились с ним вполне дружественные взаимоотношения. И поэтому, когда Чехословацкая Церковь отказала епископу Горазду в праве совершать богослужения в Никольском храме, епископ Сергий позволил православным чехам служить по воскресеньям в русском Успенском храме на Ольшанском кладбище в Праге. Первая чешская литургия состоялась здесь в воскресенье 20 июня 1926 года[viii]. С этого времени чешское православное духовенство регулярно служило на Ольшанах вплоть до 1934 года.
Но такое положение воспринималось Чешской православной общиной как временное. Во-первых, храм не являлся ее собственностью, а во-вторых, находился на окраине города, да еще и на кладбище. При этом православные чехи прекрасно понимали, что строительство в центре столицы нового храма является для них неосуществимой задачей. Поэтому община возобновила попытки получить в свое распоряжение какой-либо из бывших католических костелов, не использующихся по назначению. А таковых в Праге уже тогда было немало.

ОТКРЫТИЕ КАФЕДРАЛЬНОГО СОБОРА
Проблема открытия в Праге чешского православного храма стала еще более актуальной после того, как 22 сентября 1929 года была создана Чешская православная епархия (в юрисдикции Сербской Церкви) с административным центром в Праге. Руководящие органы епархии считали открытие в столице православного кафедрального собора своей первоочередной задачей.
Еще в 1928 году Чешская религиозная православная община начала переговоры с Пражским городским советом о передаче Православной Церкви храма святого Яна (Иоанна Предтечи) на Прадле. Но в 1929 году на этот храм стал претендовать Художественный комитет Клуба артистов и художников. К 1930 году стало очевидным, что Художественный комитет не имеет средств, достаточных для приобретения храма, после чего 4 июня 1930 года Пражский городской совет возобновил переговоры с Православной Церковью. Но уже в сентября у православных появился новый соперник. На покупку храма стала претендовать Малостранская[ix] община Чехословацкой Церкви, поддержанная, как сообщал владыка Горазд в Министерство образования, «определенными политическим партиями"[x].
Переговоры с Пражским городским советом тянулись до 1932 года и остались безрезультатными. С июня 1932 года Епархиальный совет вынужден был отказаться от дальнейших попыток приобрести храм святого Яна и стал добиваться передачи в свое пользование костела святого Карла Боромейского на Рессловой улице.
17 июня 1932 года Пражское Земское политическое правление созвало специальную комиссию, которая признала возможным удовлетворить просьбу общины. Комиссия также попросила Епархиальный совет сообщить, какую часть расходов на предстоящий ремонт храма он может взять на себя[xi].
28 июня Епархиальный совет направил письмо в Министерство образования, в котором просил оставить за Православной Церковью субвенцию в 100 000 крон, выделенную в 1928 году для приобретения храма святого Яна на Прадле, и отныне считать эту сумму дотацией на открытие в Праге православного храма без указания конкретного объекта[xii].
2 июля 1932 года Епархиальный совет получил протокол, составленный 17 июня в ректорате Чешской высшей технической школы, владевшей тогда храмом. Здесь предполагаемый ремонт храма оценивался в 235 000 крон. Однако 4 июля в Совет пришло письмо от фирмы Эдварда Сохора, которая должна была заниматься ремонтом. Фирма представила епархиальным властям свою смету планируемых затрат. Здесь ремонт оценивался в 347 780 крон и 5 геллеров. Разница между двумя суммами была весьма значительной — более 112 000 крон. По этой причине Епархиальный совет не смог принять решения о том, какую сумму он готов выделить на ремонт. «Но в любом случае», — сообщал Совет в Министерство образования, — «расходы Епархиального совета на ремонт храма святого Карла Боромейского значительно превысят дотацию, полученную от Министерства образования в 1928 году». При этом Государственное учреждение по охране памятников настаивало на качественном ремонте под своим непосредственным контролем[xiii].
5 сентября состоялось очередное заседание Епархиального совета. Было решено все же провести ремонт храма за свой счет. После подписания соглашения о передаче храма Православной Церкви, Епархиальный совет был готов единовременно внести 80 000 крон. Остальную сумму предполагалось выплачивать в течение 6 лет. 16 декабря Совет сообщил о своем решении в Министерство образования и подтвердил готовность содержать храм в порядке под контролем Государственного учреждения по охране памятников. Исходя из того, что ремонтные работы потребуют расходов более 200 000 крон, Совет просил министерство сдать ему храм в аренду на 50 лет по льготной цене (100 крон в год) и оговорить в документе о найме храма возможность его полного выкупа. При этом в случае выкупа предлагалось зачесть стоимость произведенного ремонта в стоимость храма. Совет также сообщал, что будет предоставлять храм бесплатно для совершения богослужений православным гражданам Югославии, Болгарии, Румынии и Греции, которые не имеют в Праге своих храмов[xiv].
Следует отметить, что заинтересованность в этом деле проявил и МИД ЧСР. 31 октября 1932 года заместитель министра иностранных дел Чехословакии Камил Крофта направил письмо министру общественных дел Яну Досталеку, в котором сообщал, что положение Православной Церкви в Чехословацкой республике вызывает живой интерес внешнеполитического ведомства. Поскольку Государственное управление культов стремится к автокефалии Православной Церкви в Чехословакии, то вопрос наличия в Праге чешского православного храма имеет принципиальное значение. Доктор Крофта просил Министерство общественных дел способствовать передаче храма святого Карла Боромейского в распоряжение Православной Церкви[xv].
29 ноября Ян Досталек ответил Камилу Крофте, что на храм святого Карла Боромейского, кроме православных, претендует еще и Прешовский Греко-католический ординариат. Униаты предполагали открыть в помещениях, прилегающих к храму, семинарию. «В интересах государства», — писал министр общественных дел, — «было бы чрезвычайно важно, чтобы студенты Греко-католической Церкви воспитывались в среде, которая бы способствовала укреплению в них государственного сознания, и власть подтверждает это тем, что выделяет на такое образования средства». При этом господин Досталек отмечал, что его ведомство будет стремиться найти вариант решения этой проблемы, который бы устроил обе конфессии[xvi].
Все же вопрос был решен в пользу православных. 29 июля 1933 года чехословацкое правительство приняло постановление о передаче костела в распоряжение Чешской православной епархии[xvii]. После этого в храме начался ремонт. Новые владельцы должны были не только восстановить первоначальное убранство храма, но и приспособить его для нужд Православной Церкви. После расчистки и реставрации фресок в храме был установлен иконостас, созданный югославским художником Святославом Вуковичем по проекту профессора В. А. Брандта. Иконы для собора были написаны М. В. Васнецовым и отцом Всеволодом Коломацким. В крипте под храмом было оборудовано 75 места для будущих захоронений православных священнослужителей[xviii].
К осени 1934 года ремонт в основном был закончен. 6 октября 1934 года епископ Горазд сообщал в Министерство образования, что торжественное освящение храма намечено на воскресенье 14 октября. Предполагалось присутствие на торжествах Загребского митрополита Досифея (Васича) как личного представителя Сербского Патриарха Варнавы[xix].
Однако 9 октября 1934 года произошло событие, помешавшее осуществлению планов владыки Горазда. В этот день югославский король Александр, находившийся с официальным визитом во Франции, был убит в Марселе македонскими националистами. 13 октября, накануне планировавшихся в Праге торжеств, епископ Горазд направил телеграмму в Министерство образования, в которой сообщал, что из-за трагической гибели югославского короля и невозможности по этой причине участия в торжествах Сербской Православной Церкви, освящение собора откладывается на неопределенное время[xx].
Лишь осенью 1935 года Чешской епархии удалось, наконец, организовать торжественное освящение отремонтированного храма. 6 сентября епископ Горазд сообщал в Министерство образования, что отложенное в 1934 году освящение назначено на 28 сентября, день памяти святого Вацлава (Вячеслава Чешского). Владыка предлагал министерству прислать своих представителей на готовящиеся торжества[xxi].
В освящении храма приняли участие митрополит Досифей, епископы Сергий (Кородев) и Горазд, а также епископ Дамаскин (Грданички), возглавлявший тогда Карпаторусскую кафедру. Храм был освящен в честь святых равноапостольных братьев Кирилла и Мефодия и стал кафедральным собором Чешской епархии. Вместе с тем он выполнял функции приходского храма Чешской православной общины в Праге. Первым настоятелем собора стал протоиерей Петер Кауэр. Кроме него в храме служили священники Владимир Петршек, Вацлав Червин и Честмир Крачмар. После смерти отца Петра Кауэра в 1937 году настоятелем храма стал отец Вацлав Чикл из Пршерова[xxii].

«ГЕЙДРИХИАНА»
Трагической была судьба собора в годы второй мировой войны. Как известно, в 1939 году Чехословацкая республика прекратила свое существование. Чешские земли были оккупированы немецкими войсками. 16 марта в соответствие с указом Адольфа Гитлера здесь был создан Имперский протекторат Богемия и Моравия. Первым протектором стал барон К. фон Нейрат.
В июле 1940 года в Англии было создано временное чехословацкое правительство во главе с Эдвардом Бенешем, стремившееся к восстановлению независимой Чехословацкой республики в границах, существовавших до Мюнхенского договора 1938 года. В самом Протекторате также оформилось движение сопротивление, постепенно набиравшее силу. После нападения Третьего рейха на СССР в Чешских землях заметно увеличилось число актов саботажа и диверсий на промышленных предприятиях, железных дорогах, складах и линиях связи. Встревоженный этим Гитлер в конце сентября 1941 года отозвал из Праги фон Нейрата и назначил исполняющим обязанности протектора шефа имперской службы безопасности генерала полиции обергруппенфюрера СС Рейнгарда Гейдриха, известного организатора многочисленных карательных акций в оккупированных странах. Прибыв в Прагу, Гейдрих сразу же объявил о введении чрезвычайного положения. Лишь за два первых месяца его правления по приговорам военно-полевых судов были казнены 342 человека и около 3000 отправлены в тюрьмы и концентрационные лагеря[xxiii].
Гейдрих ставил перед собой две стратегические цели: прямое уничтожение или отправка в концлагеря евреев и германизация чешского населения. По своем вступлении в должность 2 октября 1941 года он заявил о том, что уже в самое ближайшее время будет достигнута германизация 40−60% чехов[xxiv]. Пропагандистская пронемецкая печать в Протекторате всячески поддерживала политику Гейдриха, заявляя о полной лояльности местного населения фашистскому режиму. В этой ситуации Чехословацкое правительство в Лондоне приняло решение ликвидировать кого-нибудь из высшего управленческого эшелона Протектората с целью доказать всему миру, что чехи активно протестуют против оккупационной немецкой политики. После ряда совещаний было принято решение подготовить и провести покушение на Гейдриха, как наиболее опасного военного противника и проводника германизаторской политики. При помощи английских спецслужб была подготовлена группа чешских военных, которые должны были быть заброшены на территорию Протектората и выполнить поручение правительства Э. Бенеша. В период с декабря 1941 по апрель 1942 года в Чешские земли было заброшено более десятка групп парашютистов, в каждой из которых состояло по 2−3 человека. На них и возлагалась задача организации покушения.
Судьба групп была разной. Значительная часть парашютистов попала в руки гестапо. Но все же около десятка диверсантов вошли в контакт с местным движением сопротивления и подготовили нападение на Гейдриха. 27 мая 1942 года в пражском районе Либень в назначенном месте в девять часов утра машину Гейдриха поджидала группа из шести человек. Мерседес протектора появился лишь в половине одиннадцатого. Гейдрих ехал без охраны. Непосредственно исполнение покушения было возложено на двоих парашютистов — ротмистров Яна Кубиша и Йозефа Габчика. Габчик был вооружен автоматом, а в арсенале Кубиша было две гранаты. Однако в самый ответственный момент автомат Габчика не сработал, и Ян Кубиш поразил машину гранатой. Всем участникам покушения удалось скрыться. Тяжело раненый Гейдрих скончался в больнице через восемь дней.
Заранее было оговорено место укрытия диверсантов. Им стала крипта кафедрального собора святых Кирилла и Мефодия. Дело в том, что один из организаторов покушения Петер Фафек был сослуживцем Яна Сонневенда, председателя Приходского совета храма. Еще во время подготовки покушения Фафек обратился к Сонневенду с просьбой об укрытии в соборе нескольких человек, задействованных в движении сопротивления. После обсуждения этого вопроса со священником Владимиром Першеком Ян Сонневенд дал Фафеку положительный ответ.
После совершения нападения на Гейдриха первым в крипту собора был доставлен Ян Кубиш, получивший в результате взрыва гранаты глазное ранение. К 1 июня здесь укрылись еще шесть человек. Их принимал отец Владимир Петршек. Он же заботился о пище для парашютистов, служил посредником в связях с членами пражского подполья. Также отец Владимир помог Яну Кубишу найти врача. Но особо он стремился морально поддержать парашютистов, поскольку долгое нахождение в темной и холодной крипте уже само по себе было тяжелым испытанием.
В ответ на убийство Гейдриха немцы развернули массовый террор в Протекторате. По безосновательному подозрению в связях с диверсантами была уничтожена деревня Лидице. Все ее мужчины были расстреляны, а женщины и дети отправлены в концлагеря. Такая же судьба постигла и деревушку Лежаки.
Парашютисты скрывались в крипте до 18 июня 1942 года. О месте их нахождения кроме отца Владимира и Яна Сонневенда также было известно епископу Горазду, настоятелю храма протоиерею Вацлаву Чиклу и сторожу собора Вацлаву Орнесту. Владыка Горазд, понимая какой опасности подвергается Православная Церковь, считал, что нужно как можно скорее найти новое место для укрытия диверсантов. В результате их переход в другое укрытие был назначен на пятницу 19 июня. Но ему не суждено было состояться.
Среди заброшенных в Чехию парашютистов был старший сержант Карел Чурда. Он не участвовал в организации покушения, скрываясь у родственников. Именно Чурда по собственной воле явился в гестапо 16 июня и рассказал все, что знал о покушении. Правда, он не знал точного места укрытия парашютистов. Ему было известно лишь то, что они скрываются в одном из пражских храмов. Позже комиссар пражского гестапо Янтур вспоминал, что до предательства Чурды им ничего не было известно об организаторах покушения.
На основании показаний предателя были арестованы члены семей, оказывавших помощь диверсантам. Двое из арестованных назвали на допросе точное место укрытия диверсантов. Уже в ночь с 17 на 18 июня гестапо оцепило кварталы, прилегающие к Рессловой улице, готовясь к задержанию парашютистов. Около четырех часов утра начался бой между скрывавшимися в храме семью офицерами и окружившими храм фашистами. Всего с немецкой стороны в акции было задействовано около 1000 человек. Трое парашютистов (Адольф Опалка, Ян Кубиш и Йозеф Бублик) укрылись на хорах собора, откуда вели стрельбу по врагу, а четверо (Йозеф Габчик, Йозеф Валчик, Ярослав Шварц и Ян Грубы) оставались в крипте. После двухчасового боя трое военных, находившихся на хорах, получив тяжелые ранения и будучи не в силах сопротивляться далее, покончили с собой. После этого немцы стали пытаться проникнуть в крипту, что оказалось сделать непросто. Находившиеся в ней парашютисты отказались сдаться, продолжая бой.
Сражение продолжалось еще около шести часов. Когда у парашютистов стали подходить к концу боеприпасы, они прекратили сопротивление. После этого из крипты раздалось последних четыре выстрела, которые свидетельствовали о том, что обитатели крипты также добровольно ушли из жизни…
Немцы, проникнув в крипту, разрушили здесь старые могилы. Кости погребенных здесь католических священников из гробов в стенах были выброшены на пол. Затем фашисты разрушили и осквернили алтарь. Достав из ризницы священнические облачения, они стали фотографироваться в фелонях и митрах. После разорения храм был обращен в склад.
Еще во время боя был арестован отец Владимир Петршек. Его привезли в собор и потребовали, чтобы он обратился к диверсантам с требованием прекратить сопротивление. После окончания боя, когда фашисты, наконец, проникли в крипту, отца Владимира поставили в храме у иконы Спасителя и стали для забавы стрелять вокруг него из пистолета. Образ со следами пуль и сегодня хранится в соборе.
Уже 18 июня были арестованы настоятель собора, староста, сторож и члены их семей. 25 июня в пять часов утра был арестован и епископ Горазд. Еще до своего ареста, узнав о произошедшем, владыка написал письма главе правительства Протектората, министру образования и министру внутренних дел, в которых брал всю вину на себя и просил сохранить Православную Церковь в Чешских землях. Но все было напрасно.
3 сентября 1942 года Пражский полевой суд приговорил епископа Горазда, священников собора Вацлава Чикла и священник Владимир Петршек, а также старосту храма Яна Сонневенда к расстрелу. Приговор был приведен в исполнение 4 сентября. Кроме того, по делу об убийстве Гейдриха было арестовано 252 человека, приговоренных к смерти 29 сентября и казненных в газовых камерах лагеря Маутхаузен 24 октября.
27 сентября было опубликовано распоряжение нового протектора Богемии и Моравии Курта Далуеге о запрете деятельности Чешской Православной Церкви. Православное духовенство подлежало высылке на принудительные работы в Германию, церковное имущество было конфисковано в пользу Третьего рейха.

ВОЗРОЖДЕНИЕ СОБОРА
После окончания второй мировой войны в 1945 году была возобновлена деятельность Православной Церкви в Чешских землях. Началось восстановление и опустошенного пражского кафедрального собора. Во время восстановительных работ богослужения в храме совершались на временном престоле. Новое освящение собора состоялось 5 июля 1947 года. Его совершил Экзарх Московской Патриархии в Чехословакии, архиепископ Пражский и Чешский Елевферий (Воронцов) в сослужении 14 священников 3 диаконов и четырех чтецов.
Новым настоятелем собора стал священник Мефодий Навратил, которого вскоре сменил протоиерей Йозеф Лейкснер из Пршерова. По инициативе отца Йозефа в храме на месте, где ранее была комната сторожа, был устроен небольшой боковой предел, посвященный святому Горазду. План предела был выполнен инженером В. Бабичем, иконостас создан архимандритом Андреем (Коломацким). В предел были перенесены богослужебные облачения владыки-мученика Горазда, в которых он служил в последние месяцы своей жизни.
28 октября 1947 года была открыта мемориальная мраморная доска работы скульптора Франтишка Бельского, помещенная на внешней южной стене храма. На ней изображен епископ Горазд и символическая фигура чешского парашютиста. Перед этим памятником ежегодна 18 июня бывает памятный митинг, посвященный жертвам «гейдрихианы», торжественное возложение венков и панихида по погибшим.
20 октября 1945 года епископ Горазд был посмертно награжден Чехословацким военным крестом «In memoriam». В 1987 году Чехословацкая Православная Церковь причислила епископа-мученика к лику святых.

СОВРЕМЕННОЕ ПОЛОЖЕНИЕ ХРАМА
В 1951 году после дарования Чехословацкой Православной Церкви автокефалии храм святых Кирилла и Мефодия стал митрополичьим кафедральным собором, главным храмом молодой Поместной Церкви. Именно здесь совершались интронизации предстоятелей Церкви — митрополитов Елевферия (Воронцова), Иоанна (Кухтина) и Дорофея (Филиппа).
28 сентября 1995 года в день шестидесятой годовщины освящения кафедрального собора в крипте храма был торжественно открыт музей, посвященный событиям «гейдрихианы». В 1996 году при кафедральном соборе был открыт образовательный центр «Ортодоксия», цель которого — преподавание основ православной веры, церковного искусства, православной духовности и подготовка кандидатов для поступления в высшие богословские учебные заведения. В 1999 году был закончен генеральный ремонт собора, начатый в 1994 году. В храме был устроен алтарь в честь владыки-мученика Горазда и с ним пострадавших. Алтарь был освящен Блаженнейшим митрополитом Дорофеем 19 июня 1999 года[xxv].

НАСТОЯТЕЛИ СОБОРА
Протоиерей Петер Кауер 1935−1937
Протоиерей Вацлав Чикл 1937−1942
Священник Мефодий Навратил 1947
Протоиерей Йозеф Лейкснер 1947−1950
Священник Ян Голы 1950−1952
Протопресвитер Богумил Алеш 1952−1975
Протоиерей Йиржи Новак 1975−1980
Протопресвитер Ярослав Шуварски с 1980

[i] См.: Novy chram vojenske posadky u sv. Mikulase na Starem Meste Prazskem. Praha, 1916.
[ii] Grigoric V. Pravoslavna cirkev ve state Ceskoslovenskem. Praha, 1928. S. 49.
[iii] Письмо из Министерства образования в Президиум Пражского городского совета от 14.01.1921 (c. 88 461/1920). Statni ustredni archiv (далее — SUA) Predsednitstvo ministerske rady 1918−1945 (далее — PMR), karton 498, slozka «Ceskoslovenska pravoslavna obec — uvolneni chramu sv. Mikulase v Praze», c. 34.125/20.
[iv] Оба храма расположены на Рессловой улице в современном административном районе Прага 2 (Resslova ulice, Praha 2).
[v] Krystof (Pulec), archimandrita. Pravoslavny katedralni chram sv. Cyrila a Metodeje v Praze 1935−1985. Praha, 1988. S. 11.
[vi] Орган, соответствующий Приходскому совету.
[vii] Archiv pravoslavnй cнrkve Olomouc (APCO). Sloћka «Chram v Praze».
[viii] Za pravdou. Roc. VI (1926). C. 25. S. 100.
[ix] Мала Страна — один из исторических районов Праги.
[x] Письмо Епархиального совета Чешской Православной епархии в Министерство образования от 10.12.1930 (c. 1805/30 stav. eparch). SUA Ministerstvo skolstvi a narodni osvety (далее — MSANO), karton 3911, c. 177 705/1930.
[xi] Письмо Епархиального совета Чешской Православной епархии в Министерство образования от 28.06.1932 (c. 722/32). SUA MSANO, karton 3911, c. 83 629/1932.
[xii] Письмо Епархиального совета Чешской Православной епархии в Министерство образования от 28.06.1932 (c. 722/32). SUA MSANO, karton 3911, c. 83 629/1932.
[xiii] Письмо Епархиального совета в Министерство образования от 11.07.1932 (c. 773/32). SUA MSANO, karton 3911, c. 90 307/1932.
[xiv] Письмо Епархиального совета в Министерство образования от 16.12.1932 (c. 1313/32 pres). SUA MSANO, karton 3911, c. 156 207/1932.
[xv] Письмо из МИД ЧСР в Министерство общественных дел от 31.10.1932 (c. 125 453/32/II-cirk). SUA MSANO, karton 3910, c. 138 504/1932.
[xvi] Письмо Яна Досталека в МИД от 29.11.1932. SUA MSANO, karton 3910, c. 138 504/1932.
[xvii] Suvarsky J. Biskup Gorazd. Praha, 1979. S. 199.
[xviii] Suvarsky J. Op. cit. S. 204. Krystof (Pulec), archimandrita. Op. cit. S. 12.
[xix] SUA MSANO, karton 3910, c. 123 962/35.
[xx] SUA MSANO, karton 3910, c. 123 962/35.
[xxi] SUA MSANO, karton 3910, c. 111 534/35.
[xxii] Krystof (Pulec), archimandrita. Op. cit. S. 13.
[xxiii] Краткая история Чехословакии. С древнейших времен до наших дней. М., 1988. С. 370.
[xxiv] Kracmar Cestmir. Panichida za statecne. Praha, 1988. S. 23.
[xxv] См.: Hlas pravoslavi. N 6, 2000.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru