Русская линия
ПрихожанинПротоиерей Андрей Ткачев25.10.2014 

Из Лавсаика о лошади и о Причастии

В интереснейшей и очень древней книге с непривычным названием «Лавсаик» есть одна история. (Вообще там множество историй, одна другой слаще и удивительней). Речь о преподобном Макарии Великом и об одном из славных дел его.

Некую замужнюю женщину возжелал один мужчина. Женщина была христианка и по имени, и по жизни. Любитель запрещенных удовольствий получил от нее твердый отказ, и захотел отомстить за унижение. Обратился он к колдуну, или как их еще называют, волхву, чародею. И тот в ответ на просьбу наслал на верную своему мужу женщину своеобразную порчу: все, смотревшие на нее, видели перед собою не человека, а лошадь. Нет, природа женщины не изменилась. Но какой-то могущественный бесовский обман действовал в глазах всех, начиная с мужа и заканчивая прохожими на улицах. Все видели перед собой животное. С этой бедой муж и пошел со своей женой-лошадью к Макарию.

Монахи, увидевшие пришедших, возмутились. «Зачем ты привел к нам эту лошадь?». И только один святой видел перед собой женщину, приведенную мужем. Бесовская лесть в глазах Макария картину мира не меняла. Он устыдил монахов. Ладно — мирские люди подвержены обольщениям. На то они и живут среди суеты, многих забот и разного обмана. Но обольщение, подействовавшее на монахов, обличало в них недостаток духовной силы и опыта. «Не лошадь перед вами, но человек, над которым посмеялся диавол». Сказав это, святой отец помолился над чашей воды, призвал имя Божие и вылил воду женщине на голову. Словно смытая грязь, обман сошел. Перед мужем, монахами и Макарием стояла пристыженная, испуганная, настрадавшаяся женщина.

Святой похвалил ее за верность мужу и твердость в исполнении заповедей. Он открыл и причину случившегося: колдовство и месть отвергнутого сластолюбца. Но сказал он и еще нечто. «С тобой случилось это», — сказал Макарий женщине, — «за то, что ты уже (тут я боюсь ошибиться в точных сроках, так как пишу по памяти) столько-то недель не причащалась Святых Тайн». Названный им срок никак не превышал одного-двух месяцев. Макарий наставил женщину впредь не лишать себя столь надолго (!) Причащения и еженедельно бывать в храме на службе.

Когда эту историю мы однажды обговаривали в кругу клириков, один из них остроумно заметил: Так вот почему вокруг так много лошадей ходит! Шутка родила вначале смех, а потом раздумье. Действительно, мы причащаемся редко в сравнении с древней практикой, и правы те, у кого болит по этой причине сердце. Так же правы и те, кто побаивается, кто отмечает качественные различия в духовном состоянии и в образе жизни древних христиан и современных. «Как бы нам высотою дерзаний», — говорят они, — «совсем не сломать хребет нынешним хромлющим чадам Божиим». Иными словами — не порвало бы «вино молодое» Божией благодати «ветхие мехи» слабеньких христиан, тех, кто далеко не апостольского духа. Грех не прислушиваться и к этому голосу. Но оставим на время формальную сторону вопроса о частоте Причащения. Не будем, то есть, разбирать вопрос того, столько раз причащаться в месяц или в год. Поглядим лучше на то, что может происходить от оскудения благодати.

От оскудения благодати (даже если не действуют колдуны, которые все же действуют) у людей меняется восприятие мира. Они видят не столько Божий мир, сколько бесовские мультики. Мы, правда, не видим вокруг себя лошадей, но зато называем людей и ослами, и баранами, что не намного лучше. Один человек в глазах другого человека может вполне выглядеть пауком, демоном, ожившим мертвецом, витринным манекеном. Кинематограф работает над воплощением этих разновидностей бесовского видения мира. Но не он один виноват. Виновата вообще безблагодатность. Для начала красота не воспринимается, и великое достойно не оценивается. Природа, со всей своей роскошью, становится лишь фоном и картинкой, а не чудом и не стихами, которые слушают. И если в глазах наших от безблагодатного житья появляются то ли линзы, то ли бельма, то, что же тогда говорить о содержании мыслей наших?

Самая дикая идея уже принимается в обществе за истину или хотя бы — рабочую гипотезу. Любая ложь не вызывает ни умственного сомнения, ни нравственного отторжения. Мысленная картина мира населяется уже не лошадями. Нет. Лошади красивы и благородны. На них может воссесть святой Георгий или святой Димитрий. Мысленная картинка мира населяется уже больными грезами, болотными испарениями и ночными кошмарами. Это цена безблагодатности.

Можно смело, ради ясности изложения, заменять слово «духовность» словом «благодатность». Ибо иной скажет: «Раз я балет люблю, то я человек духовный». Но «Я человек благодатный» он о себе из-за балета не скажет. Количество словесных подмен уменьшится.

Итак, за жизнь без благодати мы платим испорченной картиной мира. Пленяющие нас миражи и оставленные нами без внимания великие вещи — тоже следствие этой платы. Длиться до бесконечности подобная ситуация не может. Это рано или поздно очень плохо закончится. А чтоб было иначе, нужно, как говорит бывшей «лошади» преподобный Макарий, не оставлять церковной молитвы и не лишать себя Святого Причащения по маловажным предлогам. Вопрос частоты пусть решается отдельно, но «мультики» врага обязаны без следа таять в воздухе.

http://prihozhanin.msdm.ru/home/pochitat/o-vere/iz-lavsaika-o-loshadi-i-o-prichastii.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru