Русская линия
Русская линия Дмитрий Соколов30.06.2014 

Удавка пролетарского правосудия
Рецензия на кн.:А.В. Макутчев «Приговор окончательный, обжалованию не подлежит…»: революционные трибуналы в Советской России в годы Гражданской войны. — М.: АИРО- XXI, 2012.

Обложка книги А.В. Макутчев *Приговор окончательный, обжалованию не подлежит…*: революционные трибуналы в Советской России в годы Гражданской войныДеятельность советских карательных органов остаётся предметом пристального внимания не только историков и специалистов в области права, но и довольно широкого круга интересующихся. Это утверждение особенно справедливо применительно к республикам бывшего СССР, где тяжкое наследие ушедшей поры по-прежнему не изжито, и продолжает давать о себе знать.

Миллионы человеческих судеб были безжалостно перемолоты жерновами репрессивной системы. Ещё больше людей стали вольными или невольными соучастниками творившегося в стране произвола.

И нет ничего удивительного в том, что живущие ныне вновь и вновь обращаются к тому трагическому и страшному времени. Одни — затем, чтобы понять и осмыслить, и не допустить повторения; другие — дабы оправдать и восславить бывшее. К глубокому сожалению, в современной России последние всё чаще получают возможность открыто пропагандировать свои взгляды, эксплуатируя естественное недовольство людей существующим положением.

Так или иначе, неоспоримо: советский период в целом и коммунистический террор в частности остаются одними из самых обсуждаемых тем. Открытие архивов, относительное облегчение доступа исследователей к документам и материалам, помогают восполнить лакуны в прошлом страны.

Этой задаче служит выпущенная в 2012 г. московским издательством АИРО-XXI монография российского историка, преподавателя кафедры правовых дисциплин факультета истории и права Тульского государственного педагогического университета Александра Макутчева «Приговор окончательный, обжалованию не подлежит…» Книга посвящена деятельности органов советской чрезвычайной юстиции периода Гражданской войны — революционных трибуналов. В отличие от ЧК и особых отделов этот инструмент подавления не был исследован должным образом.

Привлекая обширный документальный массив, автор, хотя и рассматривает проблему преимущественно в региональном аспекте (сосредотачивая внимание на Тульской губернии), результаты данной работы актуальны и для общего изучения темы советских судебных чрезвычайных структур.

Как отмечает Макутчев, длительное время революционные трибуналы на местах «оставались в тени региональных чрезвычайных комиссий (ЧК), исследователи которых присвоили им статус главных карательных органов Советской власти. Между тем компетенция ревтрибуналов была намного шире компетенции ЧК, а анализ их деятельности даёт более глубокий срез жизни провинции в условиях Гражданской войны. В полномочия трибуналов входила не только борьба с контрреволюцией, но и подавление спекуляции, противодействие коррупции в среде чиновников и дезертирству. На несколько лет эти органы стали главными судебными органами в регионах, сосредоточив в своих руках широкие полномочия в назначении наказания» (с.8).

Исследование деятельности ревтрибуналов, заключает далее автор, «также открывает новые возможности для изучения карательной политики советского государства (позволяет выявить критерии преступности деяния, установленные органами власти в регионах, особенности назначения наказания) и для понимания процесса государственного строительства на местах в первые годы советской власти <>, что, в свою очередь, даёт ценные сведения в исследовании установления партийной диктатуры и авторитаризма в России» (с.9).

Книга состоит из предисловия, семи глав, заключения, библиографии, приложений, примечаний, указателя имен. Автором дана характеристика историографии рассматриваемой темы; показано становление системы революционных трибуналов в Советской России; процесс судопроизводства в революционных трибуналах, их взаимоотношения с другими органами государственной власти. Серьёзное внимание уделено кадровому составу революционных трибуналов, повседневной деятельности служащих Трибунала. Последнее является, без сомнения, одной из уникальных особенностей монографии. А. Макутчев проделал большую работу, реконструировав будни Тульского губернского революционного трибунала (ТГРТ). Рассказано о многочисленных трудностях, которые испытывали служащие ревтрибуналов в обстановке Гражданской войны.

По мнению автора книги, «уровень жизни трибунальцев зачастую был невысоким, однако низкие доходы компенсировались стабильностью их получения и значительным объёмом государственной поддержки» (с.112).

Отдельной главой (в свою очередь, состоящей из двух параграфов) в монографии выведены направления деятельности ревтрибуналов: борьба с контрреволюционными преступлениями и с должностными, воинскими и общеуголовными преступлениями. Рассматривая вопрос о деятельности ревтрибуналов по борьбе с контрреволюционными преступлениями, автор справедливо указывает на нечёткость законодательных формулировок понятия «контрреволюция». Это приводило к тому, что трибунальные служащие определяли на своё усмотрение, является ли то или иное деяние контрреволюционным и как за него наказывать.

В результате в составе практически любого преступления «было возможно отыскать ту или иную степень опасности для государства» (с.126). Факт привлечения к ответственности и тяжесть наказания при этом нередко определялись социальным происхождением обвиняемого.

Тем не менее, по степени жестокости приговоров рассматриваемый в монографии Тульский губернский революционный трибунал заметно уступал Тульской губЧК. Самой распространенной мерой наказания за контрреволюционные преступления было лишение свободы. Местами отбывания наказания были тюрьмы и концлагеря. Но в среднем каждый второй приговор к лишению свободы был условным, т. е. вступал в силу в случае повторного совершения преступления (с.124−125). Как справедливо считает автор, «обилие условных приговоров в практике Тульского ревтрибунала объяснялось тем, что во многих случаях на первое место при определении наказания выходило агитационно-профилактическое воздействие приговора на массы, а не суровость кары. Условные приговоры, очевидно, как и амнистии, служили созданию идеи сильной власти и справедливого строя, способного как жестоко карать, так и миловать своих врагов» (с.125).

Важно в связи с этим отметить, что значительное число обвиняемых, осужденных Тульским губернским революционным трибуналом за контрреволюционные преступления, по своему социальному положению были крестьянами и рабочими. За всё время существования ТГРТ было осуждено за контрреволюционные преступления лишь 2 представителя оппозиционных партий. Ни один представитель имущих классов за контрреволюционную деятельность осужден не был (с.125).

Таким образом, «контрреволюционером» для советской власти, по крайней мере, в Тульской губернии во время Гражданской войны были крестьянин, реже — рабочий. Те, ради кого большевики и делали революцию, чьим именем правили.

Особенную опасность для «пролетарской диктатуры» представляли крестьяне. Недовольные продразверсткой, сельские труженики были движущей силой волнений, восстаний и бунтов в деревне. Отсюда, заключает Макутчев, и направленность репрессивной политики чрезвычайных органов в лице ревтрибуналов против этого социального слоя (с.125).

И всё же дела о контрреволюции в производстве ТГРТ составляли менее трети от общего количества дел. На первом месте стояли должностные преступления, значительную долю имели воинские и общеуголовные преступления (с.127).

Анализ этого направления деятельности органов советской чрезвычайной юстиции открывает безрадостную картину злоупотреблений со стороны советских работников: взяточничества, растрат, воровства. Не были исключением и сами трибунальные служащие. Так, бывший секретарь Следственной комиссии при ТГРТ Трифон Рогачев занимался вымогательством денег у родственников арестованных, за что был приговорен только к лишению избирательных прав сроком на 10 лет. И хотя о факте злоупотребления Рогачевым своим служебным положением стало известно ещё до привлечения его к ответственности, он продолжал работать (с.131−132).

В связи с изложенным, представляется справедливым мнение автора, что «ревтрибуналы являлись не столько органами борьбы с контрреволюционными преступлениями, сколько универсальными чрезвычайными органами борьбы с общественно опасными преступлениями в регионах — должностными, воинскими, общеуголовными» (с.158).

Справившись с поставленной перед ними задачей, ревтрибуналы показали свою эффективность и обеспечили победу большевиков в Гражданской войне.

Впервые опубликовано: Мемориально-просветительский и историко-культурный центр «Белое Дело»: http://beloedelo.ru/researches/article/?247

http://rusk.ru/st.php?idar=66718

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru