Русская линия
Washington ProFile Майкл Донован11.03.2005 

Ближневосточный узел
Майкл ДонованMichael Donovan, аналитик Центра Оборонной ИнформацииCenter for Defense Information

Вопрос: Спустя два года после начала войны в Ираке, как вы считаете, были ли все-таки связи между «Аль Каедой» и режимом Саддама?

Донован: Независимые аналитики в Вашингтоне не были согласны, когда администрация Буша распространяла инсинуации о том, что существует связь между «Аль Каедой» и Хусейном. Фактически все наоборот: большинство профессиональных аналитиков считают, что есть причины, по которым два этих человека не могли действовать заодно. Саддам ратовал за светскую политику, и было известно, что Саддам и Бен Ладен не нравились друг другу, у них диаметрально противоположные взгляды на мир. Но злая ирония заключается в том, что сразу после вторжения американцев в Ирак туда проникла и «Аль Каеда», по крайней мере, установила контакты с очагами повстанческой борьбы. Абу Мусаб и Аль Заркави — самые показательные примеры. Заркави и «Аль Каеда» декларируют общие причины борьбы с американским присутствием в Ираке. До некоторой степени предполагалось, что американское присутствие в Ираке в исламском мире будет расценено как оккупация.

Вопрос: До оккупации Ирака существовали ли группы, которые контактировали с «Аль Каедой», но не были связанны с баасистским режимом?

Донован: В северном Ираке была маленькая группа, которая называется «Ансар Аль-Ислам», очевидно у них были какие-то связи с «Аль Каедой». Это была группа исламских фундаменталистов.

Вопрос: Они имели какие-то отношения с Саддамом?

Донован: Неоконсерваторы в Вашингтоне считают, что Саддам имел тесные связи с ними. Но я думаю, что это совершенно неочевидно. Я никогда не видел доказательств таких связей.

Вопрос: Как вы объясняете, что «Аль Каеда» забросила афганский фронт борьбы, полностью переместившись в Ирак?

Донован: Ответ очевиден. США в Ираке. С точки зрения «Аль Каеды», там находится враг. Талибан — это забытое имя в Афганистане, его больше нет. Недавно вы могли заметить признаки того, что некоторые старые члены Талибана вернулись и были амнистированы, или что-то в этом роде. Это не значит, что Афганистан сегодня — это рай стабильности. Западные подразделения не действуют за пределами Кабула, и, до некоторой степени, пока незаконные вооруженные формирования остаются проблемой в других частях страны, это не совершенный метод, но это работает. И мне кажется, что сейчас «Аль Каеде» гораздо сложнее разместить там свою базу и поразить мишень на Западе. Но огромное количество западных объектов размещается в Ираке. Множество объектов, плюс хороший PR, потому что вы боретесь против оккупации исламской земли. Борьба идет там, где можно получить более эффективный PR, больше возможностей для вербовки. Это говорит о том, что вопрос, сколько иностранных повстанцев действует в Ираке, открыт. И я думаю, никто не знает ответа на него. То, что мы видим в Ираке, в значительной степени национальный мятеж, поднятый иракцами, которые не хотят, чтобы их страна была оккупированной.

Вопрос: Продолжая этническую тему, кто участвует в этой борьбе?

Донован: Я думаю, большинство из них — сунниты, потому что они потеряли больше всего. Курды и шииты достаточно спокойно относятся к американской оккупации в надежде добиться вследствие сложившейся ситуации своих целей. Однажды они поймут, что их позиции укрепились, особенно шииты, и могут призвать к Америку к выводу войск из Ирака.

Вопрос: Есть ли шансы, что конфликт перерастет в гражданскую войну?

Донован: Есть, но трудно сказать, насколько они высоки. Сейчас терпение шиитского сообщества ежедневно подвергается испытанию терактами с большим количеством жертв. И это — реальная проблема американской стратегии. Они должны добиваться успеха в расположении сил безопасности между мирным населением и повстанцами, но сосредоточились на миссии «найти и уничтожить» вместо того, чтобы создавать безопасные территории.

Я думаю, что чем быстрее американцы смогут обучить силы безопасности Ирака бороться с повстанцами, тем лучше. Они лучше для этого подходят, поскольку американцы не настолько космополитичны, чтобы понять, кто из них повстанец и кто родом не из Ирака. Дело в том, что даже американские официальные лица часто завышают количество иракцев, которых они обучают и, как мне кажется, переоценивают трудности, с которыми сталкиваются в ходе этого. Это часть главной проблемы в военной стратегии. Им необходимо прекратить действовать в духе «найти и уничтожить» и предоставить возможность заниматься этим самим иракцам. Вот, что необходимо сделать, чтобы население почувствовало себя в безопасности.

Вопрос: Захват заложников часто используется в Ираке, но не в Афганистане. Почему?

Донован: Здесь больше присутствие американцев, больше зон боевых действий, меньше стабильности. В Афганистане, возможно, тоже есть потенциал для захвата заложников, но я думаю, что неправительственные организации не работают в областях, которые не находятся под контролем. Силы безопасности действуют только в Кабуле. Оставшаяся часть страны находится под слабым контролем афганской армии и, что более вероятно, под контролем бандформирований. И я не думаю, что там можно увидеть много неправительственных организаций и людей, которые искали бы там проблемы. А Ирак — это большое и опасное место, где много людей, много повстанцев, много американцев, много неправительственных организаций, соответственно больше потенциальных мишеней.

Вопрос: Нельзя ли точнее сказать, кто такие иракские повстанцы?

Донован: Точно никто не знает. Скорее всего, это смесь из самых разных людей, которых в нормальной обстановке мало что связывает, но пока есть общая цель — борьба с американцами — они представляют собой единый фронт. Я думаю, что большинство повстанцев — раздраженные иракцы, в основном сунниты, среди них могут быть бывшие члены баасистской партии. Весь Ирак перевернули вверх дном, если говорить о политической и социальной структуре. Подозреваю, львиная доля бывших баасистов борется просто потому, что разрушили их систему, и они не знают, чем им заниматься, часть из них может до сих пор сохранять преданность Саддаму Хусейну. Иностранцев среди повстанцев, по моему мнению, меньшинство. Среди них люди вроде тех, что воевали в Афганистане против советской оккупации, люди со всего Ближнего Востока, которых завербовали под идею освобождения мусульманской земли от оккупации. Есть смертники, готовые к терактам по религиозным соображениям.

Вопрос: Почему американские СМИ замалчивают ситуацию в Афганистане?

Донован: Я не думаю, что здесь какой-то заговор, скорее всего, просто мало поводов для новостей. Если Бен Ладен до сих пор находится в горах на границе с Пакистаном, то, возможно, «Аль Каеда» не хочет проблем в Афганистане в данный момент. Если он там прячется, то они просто не хотят давать США дополнительных причин обратить внимание на эту местность. Как я сказал, хотя сейчас Афганистан далек от стабильности, прогресс там возможен. Выборы были успешны. И удалось сильно уменьшить влияние Талибана и «Аль Каеды».

Вопрос: Насколько вероятно, что США предпримет атаки против других стран в регионе?

Донован: Это маловероятно. США уже ведет одну войну на Ближнем Востоке, и этого достаточно. Я не думаю, что общественное мнение поддержит еще одну кампанию в Сирии или Иране. Кроме того, практика показывает, что «запас прочности» у американских военных не очень большой, и наблюдаются признаки стресса. Для другой страны просто физически может не хватить сил. Это не значит, что невозможно проведение воздушных операций по уничтожению ядерных объектов и т. п. Если переговоры ни к чему не приведут… Но военные варианты для Ирана очень плохи. В конце концов, успех американцев в Ираке сильно зависит от доброй воли иранцев, которые имеют большое влияние в Ираке.

Интервью подготовлено в сотрудничестве с проектом www.agentura.ru


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru